Сирота из приюта Вула

— Нужна сильная воля, чтобы противостоять заклятию, особенно если оно поступает от умелого волшебника. Защита своего сознания от вторжения легилимента называется окклюменцией. Эти два понятия тесно связаны между собой, хороший легилимент автоматически так же хорош и в окклюменции. Кто хочет проверить свои силы? Может, великий и смелый мистер Гарри Поттер? — истерически хмыкнув на последнем слове, Барти в несколько шагов оказался возле парты Гарри и Гермионы. — Ну что, покажешь, на что способен, сынок? — во взгляде Поттера читалась тревога, но он только коротко кивнул. — Легилименс! — Задрожал как! Крауч Поттера ещё побольше меня любит. Сейчас все его грязные делишки видит. — Может и не видит, над ним же тряслись все, учили лучше чем кого-либо. Дамблдор чуть ли не каждый день на чай звал. — Да чему он может научиться? Хитрожопый, но тупой, как лесной тролль. — Это же наш самый лучший в мире Поттер, надежда всего волшебного мира. Снейп лично занимался с ним. — Неплохо, мистер Поттер, потрясающая выдержка. — Гарри скривился, едва стараясь скрыть ненависть. — Ты должно быть много учился, чтобы продержаться так долго. Не волнуйся, никто не узнает, как мадам Пинс едва не спалила тебя и мисс Уизли за непристойными делами в библиотеке. — класс расхохотался, смотря то на Гарри, то на Джинни. — Что насчёт вас, мисс Коул? Готовы испытать себя? — Крауч улыбался, затем резко придал лицу серьёзный вид. — Встань! — Лилит вздрогнула, но повиновалась, не отрывая взгляд от глаз декана. Карие, немного зелёного у зрачка, чёрные по краям. Завораживали, сразу видно, что глаза волшебника. — Да, сэр, я готова. — Легилименс! — Лилит задрожала и прикрыла глаза, словно смотрела внутрь себя. — Миссис Коул, вы такая красивая! — девочка лет двенадцати листала старый выпускной альбом. — И у тебя такой будет, лет через шесть. И даже не один. Вон тот мальчик, что возле меня стоит, видишь? — Да, красивый очень! — Вы чем-то похожи. — женщина улыбнулась, пододвинув к себе воспитанницу. — Его звали Том Рэддл. Он был тихим, но замкнутым и не общительным. За целый день мог только со мной и разговаривать. — Бедняжка. У него были друзья? — Иногда контактировал с другими детьми, но не слишком близко. В одиннадцать лет к нему, как и к тебе, пришёл человек из некого Хогвартса. После того он приезжал только на лето сюда, становился ещё более мрачноликим, даже от меня отдалился. Моя дорогая Лилит, как же я боюсь, что с тобой случиться так же. Я вижу его в тебе. Вы так похожи, так стараетесь выйти из тени одинокого ребёнка. — Я ни за что не отрекусь от вас, миссис Коул! Вы дали мне крышу над головой, заботу, и даже фамилию! Вы же мне как мама. — Моя же ты звёздочка. — миссис Коул обняла Лилит, тихо засмеявшись, отложила альбом. — С дороги! — мальчик с зализанными волосами толкнул Лилит по пути в гостиную. — Полегче, белобрысый! Ты не один живёшь тут. Будешь права качать — научишься без метлы летать. — Что ты сказала? Повтори! — У тебя со слухом проблемы или с умственным развитием? Я говорю со школы как снитч вылетишь, ни один ловец не поймает. — Остра на язык, да? Моя фамилия Малфой, и если ты посмеешь выкинуть что-то подобное — очень об этом пожалеешь. — Мне чихать на то, кто ты. Можешь пожаловаться моим родителям, если найдёшь, конечно. — Бедняжка, у тебя совсем нет родителей? Какая жалость, что вам пришлось воспитываться в приюте, мисс Коул. — Барти притворно расстроился, наклонившись к лицу Лилит ещё ближе, — Но не думайте, что вы особенная. Ваша выдержка просто отвратительна! — Я не защищалась, профессор. — И даже не пыталась! С такими умениями тебя провал ждёт неминуемый. Какая же скучная жизнь у тебя, мисс Коул. — Простите, сэр, но вы не правы. Я могу постоять за себя, как с магией, так и без неё. — Да что ты? Так может попробуете увидеть что-то и обо мне, мисс Коул? — Барти рассмеялся в губы Лилит, затем резко отстранился, разводя руки в стороны. — Легилименс! — слизеринка взмахнула палочкой, почти касаясь чёрных, упавших на глаза прядей Барти, но… ничего. Пустота, не видно ничего, кроме бешено улыбающегося декана. — Ну что, интересно было? Теперь пусть каждый из вас попробует посмотреть своего соседа по парте. — Ну что, ты меня или я тебя? — Драко свернул губы в трубочку, уставившись на конец палочки, тыкнул им в нос Лилит. — Обычно я тебя. — Да я серьёзно, мы же не увидим ничего интересного. — Согласна, можем же просто сидеть и наблюдать за тем, как Крауч строит остальных. От нас же отстать должен, и так слишком часто дёргал. — Не-е-ет, этот змей наоборот будет цепляться ещё больше, мы же теперь его студенты. А ты с сегодняшнего дня ещё и староста. — Кстати, ты провёл первокурсников на урок? — Да они и сами нашли кабинет, по пути заглянул. — Плохо справляешься, мистер Староста. — Вообще-то это теперь и твоя обязанность тоже. — На меня всё не спихивай! — Мистер Малфой, мисс Коул, может заткнётесь уже и начнёте работать? — Лилит и Драко переглянулись. — Только первый урок, а уже достал. — И не говори. Как же он жутко лыбится… — Будет лучше, если злиться начнёт? На Паркинсон посмотри, прямо взглядом раздевает его, потаскуха. — Хватит уже. Расстались — значит расстались, нечего на девушку наговаривать. — Это правда чистейшая, она же и была со мной из-за денег. Тупая курица, ищущая выгоду во всех. — Не из-за денег она с тобой была, перестань. — Чего ты её так защищаешь, женская солидарность? — Нет, я просто знаю, какой она человек. И ещё мне надоело слушать как ты ноешь. Пенси свободный человек, пусть делает, что хочет, тебе-то что? — Драко гневно поджал верхнюю губу, рассматривая довольно расхаживающего по классу Крауча. Решив, что разговор пошёл не туда, слизеринец перевёл тему. — Познакомилась с кем-то из других школ? — Только с Дмитрием, но он милый. — Ну, тут как посмотреть… он из Карпат, его лучше не злить. — Из Карпат? Где именно? — Или из подножья гор, не помню точно. В Квиддич играет отменно, ты должна помнить. В прошлом году, сборная Хорвартса против Дурмстранга, он был загонщиком. — Не помню, честно, но как человек неплохой. — Смотри, Лилит, как бы он тебя не заарканил и не бросил. — Мерлин, да я даже не думала! Можно же просто дружить. — Это парень взрослый, какое «дружить»? Дружбы между парнем и девушкой не существует. — А мы тогда кто? — Не сравнивай, ты мне как сестра и всегда такой будешь. Я же волнуюсь. Может, бросишь эту глупую затею с турниром? — И не подумаю. У меня есть мечта и я достигну её, с твоей помощью или без. После урока бросим имя в кубок. — Эх, Лилит… ты точно Люциферова жена. Что с тобой поделаешь? Не брошу же я тебя одну. — Я вижу, вам очень весело, мистер Малфой. Всё никак не унимаетесь. — Барти взмахнул палочкой, Коул испугано пригнулась под парту, едва не упав со стула, Драко же не успел среагировать. По воле чар Крауча бедняга трансфигурировал в белоснежного хорька. Гриффиндорская часть класса разразилась смехом, но Гарри и Гермиона почему-то помрачнели. Улыбнулась даже Лилит, вспомнив как три года назад Драко уже был таким же милым зверьком. — Чего улыбаешься? — профессор резко облизнулся, судорожно махая палочкой, подсадил шипящего хорька на плечо Лилит. — Можешь и дальше разговаривать со своим благоверным! Или тебя тоже превратить? Будете оба сидеть у меня в аквариуме. — Но, сэр, это против правил! — Лилит осторожно сняла Драко с плеча, не давая ему напасть на профессора. — Что ты сказала? — Барти хрипло, с металлом в голосе проговаривал слова, в несколько шагов приблизившись к Лилит. — Удумала своего же декана правилам учить? — Использовать трансфигурацию в целях наказания запрещено уставом школы, профессор Крауч. — Не к лицу таким красавицам, как вы, говорить такие глупости, мисс Коул. Как вы верно подметили, профессор здесь я, и только мне решать, что запрещено а что позволительно. — Барти гневно выдохнул, конец его палочки издал вспышку, после которой уже в своём теле Драко смешно уселся на коленках миниатюрной Лилит. — Слезь с меня, ты тяжёлый. — слизеринка пихнула своего друга в бок, тот мутным взглядом осмотрелся, но пересел на свой стул. — Вы же помните, что после уроков должны остаться, мисс Коул? — Лилит кивнула, и Крауч демонстративно отвернулся, продолжив урок. — Пф! Никакой оригинальности, старый маразматик. — Тише, услышит ещё, тогда и правда в аквариуме флексить будем. — Флексить? Уже в который раз слышу, но никто не говорит, что это. — Драко задумчиво свёл брови. — Так маглы говорят… ну, это значит танцевать, веселиться. — Ну и словечки. Маглы плохо на наш мир влияют, не стоит тебе с ними якшаться. — Я, между прочим, всю жизнь провела в магловском приюте, там все так говорят. — Странно, что ты их так не любишь, ты же даже слова за ними повторяешь. — А за что любить? Они странные, косятся на меня каждое лето, когда я возвращаюсь отсюда, наслушаются историй о тех, кто учился в Хогвартсе и уверены, что я угроза для них. — Кто угодно, но точно не ты. Ничего, окончишь Хогвартс и к нам жить поедешь. — Не так просто, до восемнадцати лет я всё ещё воспитанница детского дома. — Придумаем что-то, я маглов убеждать умею. — Драко подмигнул, по-доброму улыбаясь. — Не хочу я так. Твоя семья слишком добра ко мне, я не могу и не хочу пользоваться этим. — Да брось! Мы тебя любим и всегда рады помочь. Приют — это не то, что ты заслуживаешь. — Урок окончен. Всем спасибо за внимание! — Крауч развёл руки в стороны, с липкой улыбкой смотрел на старост слизерина.