Сирота из приюта Вула

— Тётушка тебя видела? — Драко с удивлением подсел ближе к Лилит. — И что она сказала? — Мама была вне себя от счастья, относилась ко мне, как к королеве. — Ещё бы. Тёмный Лорд для неё самый настоящий король. — Больше смущает отец. Он словно движущаяся статуя. Совсем не живой. — На что ты надеялась? Тёмный Лорд давно не живой. Что-то он к тебе точно чувствует, если не бросил. — Или что-то от меня нужно. Например, шпионить за Поттером. — Драко поджал губы, не зная, что ответить. — Ну нет же, Лилит, ты не так поняла. Он остаётся твоим отцом. — Добрый день, — существо с пепельной кожей, острыми зубами, но в таком красивом костюме улыбнулось слизеринцам, кивнув головой и прошло мимо так же быстро, как и появилось из-за угла. — Это кто? — Драко вопросительно сдвинул брови — Мистер Герман, отец Флориана. Ты что, его ни разу не видел? Он был на каждом туре. Ну и периодически наблюдает за тренировками по квиддичу. Кстати, где Фло? — Говорил, к озеру пойдёт. Митти со своими сокурсниками у хижины Хагрида. Домашнее задание делают скорее всего. — Было бы интересно посмотреть. Пойдём? — Нет-нет, ты как хочешь, а я туда ни ногой! — Ведёшь себя, как Уизли, когда он паука на стене увидел.       Драко тяжело вздохнул, последовав за кузиной. Он знал, что Лилит бесполезно о чём-то говорить — она всё равно сделает по-своему. — Ты же за Поттером следить хотела. — Заодно спрошу у Хагрида о нём. Они неплохие друзья. — Поттер не так прост, как ты думаешь. Рано или поздно все трое тебя раскусят. — Меня? Обычную сиротушку? Не смеши, Драко. Поттер и сам был не против наладить со мной отношения. Никто меня даже не заподозрит. — А что будет потом? — Изменится лишь то, что я больше не буду скрывать своих родителей. — И узнают, что Дельфина жива… мракоборцы убьют тебя. Не посмотрят даже на то, что ты действительно хороший и отзывчивый человек. — Драко, ты чего? — Меня тоже убьют. Всю нашу семью. Лилит, будь осторожна. Это очень опасный план. Ты сама ползёшь в клетку к ядовитым змеям. Одно неверное движение — и она захлопнется. — Не преувеличивай, истеричка. Я просто хочу подружиться, а вот кто мои родители их не должно волновать. Пусть думают, что я до сих пор не знаю, кто они. — І самае смешнае, што я паняцця не маю, хто такая гэтая Каця. — парень с чёрными волосами звонко рассмеялся вместе со своими сокурсниками, среди которых был и Митти. — Вы з ім потым пасябравалі? — Митти с улыбкой на лице говорил на непонятном Лилит и Драко языке. — Do dupy z takim przyjacielem! — парень в форме Дурмстранга, немного выше остальных, недовольно тряхнул русым волосами. — Ale czemu tak się obrażasz? — переспросил Митти. — Гэта быў ён. — все трое снова засмеялись. Заметив Лилит и Драко, Митти жестом пригласил их к себе. — О, а вот и чемпионка! Ребята давно хотели с тобой познакомится. Окажешь честь? — Конечно! Только я их не понимаю… простите. — Ale ja Ci rozumiem. — помотав головой, парень направил взгляд вверх. — То есть, я понимаю тебя. Немного говорю по-английски. Меня зовут Дамиан Мицкевич. Я прибыл из Польши. Я имею… двадцать лет. — Судя по тому, как ты выглядишь, это тебя двадцать лет имеют. — Эй, да я тебя!.. — Спокойно, спокойно, дай мне представится. Евгений Лисовски. Можно просто Женя. Я из Беларуси. — А мне привычнее, когда меня называют Дами. — Я Лилит Коул, а это — мой лучший друг — Драко Малфой. — Мы не так хороши в английским, как Дима, но усердно учим. — Женя подал плечами. — Могут быть ошибки. — Что ты! Я сама только английский знаю, а вы… вы молодцы. — Это ты молодец. Турнир в этом году — это что-то с чем то! — Ладно, ребята, увидимся позже. — Дмитро похлопал друзей по плечам. — До скорого! — Рады знакомству, Лилит. — Ну что, как обстоят дела, домашку сделали? Вот я свою недавно закончил. — Блин, точно! — Драко дотронулся до своего лба, — Вот посмотрел на тебя — и вспомнил! Завтра ЗОТИ, а у меня ничего не готово о Князевых! — И я ничего не написала о Крушельницких. Совсем забыла! Что теперь делать? — Чего? — Митти изогнул бровь. — Алло, у вас друг — Крушельницкий. Как вообще можно об этом парится? — Мне нужна история твоей семьи, такая, чтобы была на десять листов. Сможешь рассказать что-то? — Пф, л-л-легко! — Мне повезло. У меня вымершая семья, о которой в нашей библиотеке мало информации. — А вот Князевы с нами очень даже связаны. Пойдёмте за столик, угоститесь глёгом, а то так вообще неудобно что-либо рассказывать. — Митти пригласительно коснулся спин Лилит и Драко, приглашая их к столу с большим кубком глёга и печеньем с корицей. — Итак, что расскажешь? — Хм, о Князевых? Это династия лесных мавок, предположительно в конце семидесятых они полностью вымерли. Последние представители — Станислава и Владимир Князевы. По некоторым слухам, был ещё новорождённый младенец, он погиб при пожаре вместе с родителями. — Так, — достав из сумки черновик, Драко делал несколько пометок, — что случилось потом? — А потом… ты, Лилит, тоже записывай, — Дмитрий указал на лист пергамента, положив его рядом с подругой, — потом власть в Берестове захватили Крушельницкие. Центральная часть Украины полностью принадлежала нам. — Но как? Вы жили слишком далеко от Киева. — Далеко или нет, но именно моя семья расправилась с Князевыми. Кто именно это сделал — мне не говорят. Во главе лесных мавок стал мой дед, Михай Крушельницкий. — Но об этом ничего не написано в книгах. — И не напишут. Причина смерти Князевых — несчастный случай при пожаре, но в это никто не верит. И не зря. Догадываются, конечно, что это наша семья, мы были врагами более трёхсот лет. Лично я не верю, что Крушельницкие могли бы убить невинных. — Почему Князевы? — Драко сделал глоток горячего глёга, делая пометку в середине текста. — Их семья с поколения в поколение служила княжеской династии. Или ты не об этом? Честно, сам не до конца знаю причину вражды. Вроде как Князевы были против водных мавок в Берестове, а книги из Берестово говорят, что это мы были против лесных. Там и произошла Мавковая Резня 1814 года, между Станиславовскими и Берестовскими мавками. Точнее, между Крушельницкими и Князевыми. В конце семидесятых она, к сожалению, повторилась, и род Князевых был полностью сожжён с лица земли. Блин, отец лучше знает, вы бы могли поговорить с ним. Для этого, конечно, понадобится другой глёг. Тато более расположен к беседе, когда мэкнет грамм триста. — Этого достаточно. — По крайней мере, я уже знаю, что Князевы из Берестово. Осталось порыться в библиотеке — и моё эссе готово. — Рад помочь. — Митти улыбнулся, допивая глёг. — Кстати, Драко, — отложив пергамент в сторону, мавка встал из-за стола, — у меня есть несколько книженций о Князевых, таких точно нет в библиотеке. — Любопытно взглянуть. — А о Крушельницких есть что-то? — О нас полно литературы, это Князевых хотели стереть с истории. Поищи в румынской литературе, там точно должны быть. — Хорошо. Не скучайте без меня!       Лилит забрала свои записи, обдумывая следующие пункты плана эссе. Неплохой шанс договорится о библиотеке с Грейнджер, она же как-то умудряется получить доступ к секретным архивным документам, а там и Поттер согласится помочь. Осталось их найти, но ни одна душа не знает, где находится золотая троица. Лилит с досадой вздохнула. Это не тот повод, поможет сблизится разве что с Гермионой, но не с Гарри.       В библиотеке ни души. Книги неспешно разлетаются в алфавитном порядке обратно на свои места, серая тряпка вытирает стол, в каждом канделябре горят свечи. Окна заслонены толстыми не пропускающими свет тканями, дабы не солнечные лучи не вредили книгам. Лилит только сейчас вспомнила, что уже стемнело, и мадам Пинс имеет полное право вышвырнуть её отсюда, так и не дав книгу о мавках. — Лилит? — О, это ты! — слизеринка положила ладонь на грудную клетку, с облегчением выдыхая. — Прости, я не хотела тебя пугать. Кроме меня здесь никто не ходит в такое время. — Я бы и не пошла, но дело срочное. Завтра я должна сдать эссе на тему Станиславовских мавок. — Хм… это же Крушельницкие! Я читала о них, когда турнир только начался. Могу посоветовать «Mavka din toată lumea» Флориана Аарона, — смешно кивая головой, Гермиона приманила к себе одну из книг дальнего ряда, — только вот она доступна исключительно в оригинале. — Я переведу на английский, палочку с собой взяла. — Хочешь больше узнать о Дмитре? Мне казалось, вы дружите. — Нет, не совсем. То есть, дружим, но это домашнее задание. Нужно написать эссе на десять страниц о его семье. — Я обожаю эссе! — Мне бы твой настрой. Я уже давно должна была его сдать, если и завтра приду с пустыми руками — Крауч меня живьём сожрёт. Почему ты одна, где Гарри с Роном? — Кхм, им это неинтересно. Гарри любит делать всё в последний момент, а Рональд предпочитает списывать у меня. — Всё хорошо? Я уже дня три как не вижу никого из них. — Может, разминулись… — Гермиона, — даже не взглянув на книгу, Лилит бросила её на стол с глухим грохотом, — что случилось? Они пропали? — Нет! Если бы так и было — я бы весь Хогвартс… — Решили сами сбежать? — Да нет же! Они вернутся. Просто решили навестить родных в Норе. — А ты почему осталась? — Сама понимаешь, экзамены на носу… я не могу. — Надолго они там? — Не знаю. Почему ты так спрашиваешь? — Хотела пригласить ваш на чай, поблагодарить за то, что искали меня. — Что ты, здесь не за что благодарить! — Есть. Так когда мы сможем встретится? — Когда мальчики вернутся. Позже договоримся. — Мисс Грейнджер и… мисс Коул? Вас я здесь видеть не ожидал. — Добрый вечер, профессор Крауч. — Гермиона застыла, словно увидела дементора. — Мы вас тоже. — Мадам Пинс отлучилась. Сегодня я вместо неё. Не волнуйтесь, мисс Грейнджер, о вас я предупреждён. — Всё хорошо, я как раз собиралась уходить. — взяв с собой толстую стопку из четырёх книг, Гермиона попрощалась и вышла из помещения библиотеки. Как только дверь за гриффиндоркой захлопнулась, Барти подошёл ближе к столу. — А вас я попрошу остаться, мисс Коул.