Can you love me before I commit suicide?

***

      Впервые за несколько месяцев Гликерия выспалась. Её сон был настолько сладким, что пробудил в, ещё спящей девушке, аппетит, из-за которого девятиклассница и проснулась. Гликерия, первым делом после пробуждения, поспешила убедиться, что то, что произошло вчера происходило наяву, а не в её разыгравшейся фантазии.       Высокий потолок, люстра в виде огромного диско-шара, белые стены с рисунком чёрного дерева на одной из них, круглая кровать с мягкими подушками, белый небольшой шкаф с дверью-зеркалом в полный рост, белый пуфик и панорамное окно, закрытое жалюзи-значит то, что вчера происходило было правдой.       Гершман встала с кровати и, подойдя к окну, открыла жалюзи, любуясь дневной картиной Японии. С самого утра маленькие детки, по возрасту ещё не подходившие для детского садика, играли на детской площадке, изредка подбегая к своим родителям, чтобы похвастаться куличиком из песочницы. Мамы и отцы улыбались своим потомкам, обнимая и говоря разные добрые слова, которые заставляли детей улыбаться ещё шире или же смеяться настолько звонко, что эхо, которое передавали стены высоток, передавали светлый звук «колокольчиков». — Дети-прекрасные создания.- сказала со стороны Дэд, заставляя Гликерия слегка вздрогнуть от неожиданности.- Они чисты и наивны. Прекрасное сочетание для педофилов и маньяков. — Я даже не заметила, как ты подошла.- сказала Гершман, переводя взгляд на сестру, одетую в оверсайз футболку чёрного цвета и чёрные рванные джинсы, а её волосы были заделаны в небольшой хвостик, радужная чёлка которого прикрывала правый глаз.- Непривычно видеть тебя в чём-то кроме рубашки, шорт и радужных колготок. Ты меня, конечно, прости, но сейчас ты выглядишь, как очень красивый парень. — Пха, это же классно.- сказала, усмехаясь, Сэдист, встречаясь взглядом с сестрой.- Мне нравится путать доверчивых людей. Они считают, что я парень? Хорошо, я сыграю роль парня. Они считают, что я девушка? Пха, выкусите сучки, я-парень. Спрашиваешь мой пол, но мы с тобой не знакомы и тебе просто стало интересно, я-парень. Для тебя, Гли, я-девушка. — Ты очень худая.- сказала Гликерия, направляясь в сторону кровати.- Мне кажется, что при своём высоком росте ты весишь меньше, чем я. — Так и есть.- ответила Лай, присаживаясь на белый пуфик.- Мой вес ещё никому не удавалось переплюнуть, а кто и мог, то умирал. От веса менее сорока при росте сто семьдесят начинается распад организма и повреждение внутренних тканей. За счёт этого у нас не так много сил и энергии, но… Не всех, как видишь, это правило коснулось. — Насколько ты старше меня? — Два года.- ответила Дэд, вставая.- Тобишь, мне шестнадцать. Сегодня в школах выходной. Ты как смотришь на то, чтобы отдохнуть, как полагается девушке? — Шоппинг? — восторженно спросила Гликерия, резко вскакивая с кровати и, получив положительный ответ, быстро затараторила: «Конечно! Конечно согласна!» — Тогда одевайся и выходи во двор.- сказала Дэд, выходя из комнаты.- О, и ещё, с самого утра тебя кто-то очень сильно хочет, начиная от некого «Ран», заканчивая неким «Чифую». — Хорошо!

***

      Как и полагается приличной девушке, Гликерия вышла из квартиры только через час, но Лай её в этом совсем не упрекнула, а лишь с улыбкой пригласила сесть в машину. Поездка была недолгой, так как общим решением они поехали в Роппонги, а потом собирались в Шибуя. И сейчас, гуляя по огромному торговому центру, Гликерия радостно бегала из одного магазина в другой, внимательно изучая одежду. Выбрав, благодаря Дэд, несколько вещей, Гершман, счастливая, пошла их примерять. — Дэд, прости за наглёж, но мы сможем зайти и купить булочку? — спросила Гликерия, выглядывая из примерочной в тёмно-синей оверсайз кофте со звёздами и свободных бледно-голубых джинсах. — Конечно.- ответила Дэд, осматривая сестру с ног до головы.- По моему скромному мнению, эта одежда на тебе выглядит лучше, чем предыдущая. — Оверсайз стиль-это ведь твой любимый, верно? — спросила Гликерия, закрывая шторку.- Ну, я сужу по одежде, которая на тебе. — Можно и так сказать.- ответила Сэдист, забирая у младшей вещи, шагая в сторону кассы.       После того, как они обошли весь торговый центр, включая продуктовый супермаркет, сёстры вышли на улицу со множеством пакетов в руках. Дэд расщедрилась на младшую сестру на довольно-таки большую сумму, так как знала, что в скором времени вернёт себе деньги благодаря криминальному делу или же простым заказам, поэтому голодать они точно не будут пока Лай владеет корпорацией.       Стоило только им повернуть за угол, как Лай тут же скрутили, заставляя пакеты выпасть из её рук. Оказавшись прижатой лицом к асфальту, Дэд шумно выдохнула, покорно расслабляясь. Увидев данную картину, Гликерия поставила пакеты на асфальт, подбегая к юноше с блондинисто-голубыми волосами. — Рад, что ты жива, иностраночка.- прошептал пепельноволосой на ушко юноша с косичками, чем заставил Гликерию вздрогнуть. — Риндо, не трогай его! — крикнула Гершман, игнорируя присутствие старшего Хайтани у себя за спиной.- Он спас меня несколько дней назад! — Перед этим чуть не угробил.- усмехнулся Хайтани-младший, продолжая держать Дэд.- Думаю, что стоит его наказать. Хм… Сломаю-ка я тебе парочку костей.       Как только парень слегка наклонился вперёд, Сэдист сделала резкий разворот, зажимая шею Риндо между тощими коленями, тем самым освободив свои руки. Раскрыв свою телескопическую дубинку, Ран, за долю секунды, оказался над Дэд, удивляя ту своей скоростью. Не долго думая, Сэдист решила убить двух зайцев одним выстрелом: Риндо получил с подошвы по лицу, а Ран, с этой же ноги, по щеке. — Ya he dicho que para derrotar a un enemigo hay que respetarlo.— сказала на испанском Дэд, наблюдая за опешившими лицами гроз Роппонги.- Но, признаюсь, вы не так плохи по нападению. — Дэд, Ран, Риндо, прекратите! — крикнула Гликерия, становясь между ними.- Дэд, мы же хотели создать весёлые воспоминания, верно? Давайте просто вместе прогуляемся, а?