Can you love me before I commit suicide?

***

      Сделав уверенный замах, Гершман-младшая ударила мать кулаком по лицу, сильно удивляя присутствующих. Второй удар не заставил себя ждать. Горячие слёзы ручьями текли из закрытых глаз, а зубы были плотно стиснуты, не позволяя громким звукам вырываться наружу. Девятиклассница продолжала избивать мать, пока врачи не стали её оттаскивать, а отец тем временем уже вызвал полицию. — Быстро, вколите ей успокоительное! — кричал кто-то из врачей, пока Гликерия пыталась ногами дотянуться до плачущей матери, которая смотрела на дочь с наигранной грустью.- Быстро я сказал!       Который по счёту раз девушку укалывают? Никто уже и не считает. Но после укола Гершман-младшая начала терять силы постепенно, а не сразу, как это происходило в последние разы. Лишь после того, как юное тело повисло на руках медицинской сестры, старшеклассницу потащили на улицу, чтобы в скором времени передать сотрудникам полиции.

***

      Гершман резко распахнула свои глаза, сразу принимая сидячее положение. Она находилась в неизвестном ей месте, а на полу в кругу сидели несколько девушек возрастом чуть старше неё. По их внешности можно было сразу сказать, что новеньких-то они не особо приветствуют, а значит она в полицейском участке. Стоило только Гликерии встать, как дверь в камеру тут же открылась и на пороге предстал высокий мужчина с наручниками в руках. — Эй, иностранка, за тебя внесли залог.- сказал спокойно полицейский.- Брысь отсюда!       Гершман быстро вышла из камеры, замечая на себе недовольные взгляды подсудимых.       Выйдя из здания Гликерия увидела дорогую чёрную машину, уже знакомую ей. Рядом, на лавочке, она заметила тощую фигуру, облачённую в бело-чёрную мужскую рубашку большого размера, белую футболку, чёрные джинсы по щиколотки и всё те же чёрные берцы, Гершман-младшая прикрыла рот ладонью, направляясь в сторону «Джокера». — Рада, что Вы уже можете ходить.- сказала Гликерия, присаживаясь рядом. — Пха, вот чему учат законы улиц.- усмехнулся андрогин. — Признаюсь честно, я думала, что Вы разбились, когда выпрыгнули в окно. — Всё было не совсем так.- ответил «Джокер», вставая со своего места.- Как ты смотришь на то, чтобы наконец получить разгадку и завершить миссию «Джокер»?       Гликерия на это лишь тоже встала и положительно кивнув, направилась за этим удивительным, по её мнению, человеком в сторону дорогого джипа.       Присев, с разрешения владельца, на место рядом с водителем, Гершман стала ожидать андрогина, который завёл машину и нажал на педаль газа. — Тебе ведь…- начал «Джокер», но замялся.- Тебе ведь рассказали про семью, верно? — Да.- ответила Гликерия, сжимая в ладони дверную ручку.- Я поверить не могу, что Герман не был моим родным братом. Тогда, получается, что я всю сознательную жизнь просто так уважаю тирана и изверга. — Он стал таким по вине твоей матери.- ответил андрогин.- Твой биологический отец ни при чём. Монстр может породить лишь монстра-таков закон жизни и как бы ты ни старалась, изменить это ты не в силах. Ничего хорошего тебя не ждёт, если вернёшься к родителям. — А куда мне деться? — спросила Гершман.- Если бы был у меня хоть какой-то другой выход… Почему Вы говорите мне такие вещи? — Как думаешь, какая твоя сестра? — К чему этот вопрос? — спросила Гликерия и, не дождавшись ответа, продолжила: «Я думаю, что она лучшая. Хоть я её и не знаю, но думаю, что она довольно-таки любящая и, если бы знала в какой я ситуации, то забрала бы меня и увезла, как можно дальше от этого ада».       Андрогин улыбнулся, останавливаясь перед светофором, показывающим красный. Люди неспеша проходили по пешеходному переходу, разговаривая между собой о чём-то, что окружающие и не поняли бы, даже если бы слушали. — Дэд Лай Сэдист.- представился «Джокер», снова нажимая на педаль газа. — Ну, моё имя Вы уже знаете.- улыбнулась Гершман, смотря на профиль Сэдист.- Но представлюсь ещё раз, Гликерия Гершман. У Вас очень необычный цвет волос. За сколько покрасили? — Это свой цвет.- сказал Дэд, удивляя русскую ещё больше.- Своеобразный феномен. Кстати, мы приехали.       Припарковав машину в одной из подземных парковок многоэтажек, они вышли из транспорта, выходя во двор, где весело играли дети. Гликерия следовала за Дэд, замечая, что он переехал в какие-то новостройки, а значит квартира вышла ему в немало затрат.       Зайдя в один из подъездов, они зашли в лифт и Сэдист нажал на кнопку с цифрой «15». Подъём занял буквально минуту, вместе с остановкой на седьмом.       Выйдя из лифта, Дэд повёл девушку в квартиру под номером сорок пять и, впустив её внутрь, закрыл за ними входную дверь. Включив свет в прихожей, Гликерия осветила себе вид на четырёхкомнатную угловую квартиру, что выглядело довольно-таки престижно. — Разуешься, проходи на кухню.- сказал андрогин, по всей видимости шагая в названную комнату.- До конца прямо и налево. — Хорошо, спасибо.       Через какое-то время пепельноволосая уже сидела на кухне, попивая чай вместе с Дэд. — Есть разговор? — спросила Гликерия, отпивая горячего напитка из кружки. — Я твоя старшая сестра.- сказала Дэд, из-за чего глаза Гликерии округлились.- Я понимаю, что в это сложно поверить, но это правда. С двух лет я воспитывалась с отцом, который являлся боссом корпорации «Сэдист», что нынче является Якудзой, а позже я попала на попечение к бабушке по отцовской линии. С девяти лет начала заниматься криминальными делами, а в четырнадцать воспитывалась улицами. Твоя мать-Женя, больна психозом, именно поэтому не может контролировать свои припадки. Ей нужно, чтобы все вокруг страдали. — …Ты… Ты моя старшая сестра? — на лице Гершман постепенно начала появляться улыбка.- Вот почему тогда ты спасла меня на балках… Вот к чему были те речи про то, что мне нужно уходить от родителей… Подожди, а… А загадка про «Джокера». Неужели ты и есть тот самый «Джокер»? «Джокер» ведь может стать кем угодно… Господи, прости меня, Дэд, но у меня столько вопросов и столько догадок! О, Господи, у меня есть старшая сестра! — Хм-хм-хм, у нас будет много времени всё обсудить.- сказала с улыбкой Дэд, положив свою тощую ладошку на тыльную сторону ладони Гликерии, тем самым немного успокаивая её.- Отныне, давай создавать счастливые воспоминания вместе? — Конечно!