Под тобой( Under You)

Честер уставился на грязный пол, его руки и колени выдерживали вес Райана, навалившегося на него сверху. Его пальцы вцепились в шершавую поверхность, в момент, когда его тело рванулось вперед от толчков своего парня. Сердце в груди учащенно билось, задница вот-вот онемеет, Райан в своей обычной быстрой энергии врезался в него. — Черт возьми, — прошипел Честер, его глаза закрылись, когда почувствовал приближение оргазма. Грязный сарай на заднем дворе Райана не самое любимое место Честера для траха, но это единственное, где они могли уединиться. В шестнадцать лет их возможности ограничены. Честер никогда не жаловался, хотя грязный пол был отвратительным, и он ненавидел запах мертвой травы с бензином, который всегда витал в крошечной металлической конструкции. Он приоткрыл глаза и мельком увидел красно-черную газонокосилку всего в нескольких дюймах от своего лица. Та самая газонокосилка, которой Райан только что подстригал траву. Теперь они трахались рядом с ней. Картина казалась удручающей. Честер сильно зажмурился, и попытался представить, что он где-то в другом месте - на белоснежном пляже, в хорошем гостиничном номере с чистыми простынями и мягкой кроватью. Райан был бы там с ним, они вдвоем жили бы в мире грез, где у них имелись деньги, а рядом нет приставучих родителей, которые могли бы над ними издеваться. Никаких учителей, говорящих им, что они не раскрывают свой потенциал, никаких полицейских, преследующих их, когда они гуляли по центру Лос-Анджелеса. Никаких идиотов, бросающих непристойные комментарии в их сторону, когда они с Райаном держались за руки или целовались на публике. Именно при этой мысли, когда воображение Честера создало сценарий сна о его темной лошадке - Райане Шаке с его черными вьющимися волосами и великолепными голубыми глазами, - он потянулся под себя, чтобы схватить свой истекающий член. Его рука была грязной, а теперь и член, который он ненавидел, но хочешь не хочешь, все равно привыкнешь к мысли. Суетиться из-за этого крайне бесполезно. Вместо этого он проигнорировал слегка неприятное ощущение грязи, и сосредоточился на более сильном чувстве удовольствия, когда его яйца оказались такими тугими, а задница открылась, чтобы принять то, что Райан давал ему. Он услышал, как кончил его парень, и через несколько секунд Честер тоже излился. Он остался там, где лежал, немного потный, с открытым ртом и брызгами спермы на руке, на грязном полу под ним, пока ждал, когда его бойфренд придет в себя и выйдет. Райан покинул молодое тело без слов, и Честер быстро встал, когда все закончилось. Чем меньше времени он сможет провести в грязи, тем лучше. Райан бросил ему тряпку. Честер все равно вытер покрытую спермой руку, а затем бросил ее обратно в четырехэтажный ящик с инструментами отца Райана. Честер посмотрел на себя, вытирая руки о голые ноги и колени, пытаясь смахнуть грязь, прежде чем натянуть черные джинсы и застегнуть ремень с шипами. — Тебе можно потусоваться? — спросил он, наблюдая, как Райан подтягивает штаны и расправляет футболку. В тот момент, когда Райан привел свою одежду в порядок, а Честер натянул джинсы, он подошел к ржавой двери сара, и распахнул ее с хриплым скрипом. Вечерний свет озарил темное пространство. — В принципе, я бы с удовольствием с тобой по тусил. Только мой папа сегодня не в настроении, - сказал он, снова переключая внимание на свою одежду. Он натянул джинсы и поправил черную футболку. Он чувствовал себя хорошо - расслабился - и был готов провести остаток ночи, бездельничая со своим парнем, снимая дерьмо, и играя в видеоигры. Он оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Честер достает из кармана пачку сигарет. — Слушай, дашь стрельнуть сигаретку? — Ты всегда у кого-нибудь просишь, стрельнуть тебе сигаретку,— фыркнул Честер, вытаскивая сигарету из пачки, а затем свою радужную зажигалку Bic. — Ты же знаешь, что я не могу купить свои собственный, — напомнил ему Райан, положив руки на бедра, и вытянув шею, а затем спину, — Мой отец перевернул бы свое дерьмо, если застанет меня с ними. — Или если бы он застал тебя со мной, — поддразнил Честер, прежде чем зажечь едкий дым. Он сделал долгий вдох, а затем еще более сильный выдох, выпуская табачное облако из легких. Все поднялось, когда он это сделал, чтобы его система, зависимая от никотина, поблагодарила его, — Вот,— сказал он, делая еще одну затяжку, прежде чем передать сигарету, — Я поделюсь с тобой сигами. Райан одобрительно кивнул, прежде чем взять его. Он постарался отойти подальше от открытой двери, пока они курили. — Мой отец убьет меня, если бы узнал, что мы на самом деле вместе, — сказал он, наблюдая, как Честер подошел к разбитому осколку зеркала, которое прислонено к дальней стене, пострадавшему от плохой ночи в доме Шака. — На всякий случай, Рай, тебе придется отрастить пару запасных яиц с этим мужчиной, — пробормотал Честер, осматривая себя в грязном зеркале. Он провел рукой по своему шоколадно-коричневому ирокезу. Волосы становились длинными, и он знал, что их нужно подстричь, прежде чем они начнут завиваться. Он усмехнулся над этим, прежде чем двинуться дальше, решив, что попросит своего парня, подстричь его позже. Он потянул за верхнюю часть каждой щеки, глядя поверх черной подводки, которая обводила его веки, убеждаясь, что она все еще в порядке. Хуже всего была размазанная подводка для глаз. Он поправил жемчужное ожерелье, которое всегда носил следующим. Не имело значения, каков его наряд и куда он направлялся, нитка жемчуга от его бабушки никогда не сходила с тонкой шеи. Он провел руками по своей красной футболке, радуясь, что она не выглядела грязной. Грязь на его теле-это одно, но грязная одежда раздражала Честера больше, чем он мог выразить словами. Райан с удивлением наблюдал за происходящим. Они только что трахнулись на земляном полу сарая, и Честер все еще беспокоился о том, как он выглядит. Так же, как он всегда делал. Внимание Райана задержалось на татуировках в виде красного и синего пламени, которые сковывали запястья Честера. Его парень был счастливым обладателем чернил, всего лишььмесяц — подарок от их приятеля, который однажды собирался стать настоящим татуировщиком, — и Райан все еще привык к виду красочного дополнения к бледной коже Честера. Райан еще раз затянулся сигаретой, прежде чем вернуть ее обратно. — Отрасти немного яиц — повторил он с легкой насмешкой в голосе, — ты же знаешь, как это там, — Он наклонил голову в сторону открытой двери сарая. — Я просто выжидаю нужное время, пока не смогу уйти. Честер сделал несколько затяжек, прежде чем уронил окурок на землю, и разбил его насмерть кроссовкой. Он убедился, что она вынута, и зарылся в грязь. — Я знаю, — пробормотал он, прежде чем поднять глаза, наблюдая, как Райан теперь возился со своими волосами. У его парня было много всего. Он был красив в своем мужском роде. У него были мускулистые сильные руки, которые так любил Честер. У него было доброе сердце, и он предан. Райан не был лучшим в школе, но он мог следовать указаниям и трудолюбивый. Он никогда не отступал от драки, пока это происходило с незнакомцем. Когда дело касалось его отца, это уже совсем другая история. Непреднамеренный вздох вырвался из горла Честера, когда Райан сказал, что они должны войти внутрь. Они вышли из сарая, и Честер подождал, пока Райан закроет дверь, и направится к дому. Крытый задний дворик был забит всем, для чего не было места в доме на ранчо площадью тысячи двести квадратных футов, который Райан делил со своим отцом. Честер обошел потрепанные коробки, покрытые грязью и сажей, и старый велосипед, на котором Райан не ездил с двенадцати лет. Он споткнулся о сломанный книжный шкаф, который простоял снаружи по меньшей мере два лета, а затем цепочка от его бумажника зацепилась за случайный кусок металла, торчащий из кучи хлама. — Твою мать, — прошипел Честер, когда посмотрел вниз, чтобы увидеть, что он привязан. Райан рассмеялся. — Эта цепь однажды приведет тебя к смерти. Она зацепляется за все. Честеру потребовалось несколько секунд, но он быстро справился. —У меня было слишком много неудачников, пытавшихся забрать мои вещи,— настаивал он, прежде чем последовать за Райаном в дом. — Не то чтобы у меня когда-нибудь лежали купюры в бумажнике, но ты же знаешь. Я тот еще сдержанный параноик. — Я бы сказал, более чем сдержанный, — сказал Райан с ухмылкой. Они сделали четыре шага внутрь дома, прежде чем его отец направился в их сторону. Мистер Шак все еще был в своей рабочей форме, скучной комбинации темных брюк и синей рубашки, на которой была грязь дня. — Привет, пап. Мистер Шак, который был выше Райана на фут, но на несколько футов возвышался над Честером, раздул ноздри, — От тебя пахнет дымом, — решил он, глядя на сына, — Лучше бы я не застал тебя за курением в этом доме, — предупредил он, проводя рукой по своим черным как смоль волосам, которые были коротко подстрижены и прилично подстрижены, — Ты ведь знаешь, что я думаю по этому поводу. — Я не курил, — сразу же возразил Райан, поднимая обе руки вверх, — Я бы не стал этого делать. — Ммм, — недовольно проворчал мистер Шак, прежде чем его внимание переключилось на Честера. У него внутри все закипело, при виде лучшего друга своего мальчика, которого мистер Шак всегда считал немного феей. Между жемчужным ожерельем, косметикой и черным лаком для ногтей, Честер Беннингтон был знаком вопроса. Его взгляд сбивал с толку. Мистеру Шаку от этого стало не по себе. Если бы Честер вошел в парадную дверь в платье с сумочкой через плечо, он был почти уверен, что почувствовал бы себя лучше, чем в сочетании украшений и косметики с джинсами, рубашке и цепочками для кошельков. Честер катался на скейте и играл в бейсбол. Вся эта андрогинность нервировала, и мистер Шак ненавидел то, как близко Честер был к его сыну. — Райан, — рявкнул мистер Шак, его взгляд мгновенно покинул Честера. — Скажи своему другу, чтобы шел домой. Ты сегодня занят. Нам нужно поработать над ”Мустангом", и свет в гараже снова мигает. — Но, папа, — попытался сказать Райан, но в тот момент, когда отец посмотрел на него своими стальными холодными голубыми глазами, Райан отступил. Лучше для него согласиться и смириться с этим, чем расстраивать своего отца, у которого характер, неуравновешенного человека, никого не пощадит в момент вспышек гнева. — Хорошо, — пробормотал он, прежде чем его отец ушел, направляясь по коридору в ванную. У Райана все внутри сжалось. Работать над машиной, проводить вечер в гараже, принимая заказы, и быть лакеем своего отца-это совсем не то, как он мечтал, проводить свое свободное время. Он повернулся, пожав плечами. — Прости, Честер. Думаю, увидимся завтра, — Он потянулся, чтобы похлопать своего парня по плечу, но остановился, увидев движение где-то в конце коридора. Он быстро отдернул руку, засовывая обе в карманы. Это можно назвать поражением, и Честер чувствовал неудачу так же сильно, как и слышал. Уже не первый раз, когда их планы рушились из-за недовольства мистера Шака. Его желание испортить Райану хорошее времяпрепровождение, а может быть, и его жизнь в целом. Честер не уверен. Но он уверен в том, что все когда-то изменится. Райан никогда не собирался, упорнее противостоять своему отцу. В конце концов, он продолжит работать механиком, как и его старик. Честер знал, что если они останутся вместе, он, вероятно, на долгие годы останется тайной. Они никогда не выберутся из образа жизни с низким доходом, в котором оказались, и вместе они будут пробиваться по жизни. Звучит довольно удручающе. — Да, я понял, — сказал Честер, опустив глаза и на секунду уставившись на липкий линолеум на полу, — Ничего страшного. Мне все равно нужно, подыть одному, — сказал он, проводя большим пальцем через плечо. Это была ложь. Ему некуда было идти, но он знал, что, сказав это, он немного облегчит тяжесть, которая в настоящее время давила на плечи Райана, — Я встречу тебя завтра, — Он хотел, по крайней мере, обнять своего парня, что-то, что было бы контактом, не связанным с грязным полом сарая. Он сделал шаг ближе, но когда мистер Шак крикнул из коридора, неожиданный звук резкого голоса заставил их обоих подпрыгнуть. Прежде чем они, как следует попрощались, Честер выскочил за дверь, вернулся в крытый внутренний дворик со всем хламом. Со всей этой грязью. Он инстинктивно отряхнул голые руки, когда стоял там, глядя на груды сломанного хлама, вещей, которые были нежелательны в доме. К черту все это быстро решил он, пробираясь по лабиринту шелухи, и вернулся во двор, к свежескошенной траве. Он направился к воротам, схватив свой скейтборд, который оставил там, когда они с Райаном пришли два часа назад. Он наступил на хвост своей доски, поднял ее, чтобы схватить доску, прежде чем открыть ворота, и скорее убежать. В тот момент, когда он вернулся на тротуар, который проходил через район Райана, он бросил свою доску и оттолкнулся. Его равновесие довольно х хорошее, и, хотя он не мог выполнять все свои прыжки и трюки, он легко перемещаося по узким тротуарам Лос-Анджелеса. Он умел избегать пешеходного движения, мусора, который попадался на его пути, потому что людям все равно, куда они девали свой мусор, и пьяниц, которые прислонялись к почтовым ящикам или телефонным столбам. Мысли Честера крутились вокруг канализации, пока он катался на скейте. Еще совсем рано, а это означало, что в течение дня оставалось слишком много времени, чтобы попытаться вернуться домой. Может быть, его мама впустила бы в дом, а может быть и нет. Было лето, так что думать о школе было не о чем, а это означало, что никто также не следил за тем, где находится Честер Беннингтон. В нескольких кварталах от дома Райана Честер остановился и пнул доску, чтобы нести ее вместо этого. Он прислонил его к ноге и вытащил пачку сигарет и с зажигалкой. Черт возьми он выругался, когда понял, что это его последняя сигарета. Это всего лишь еще одна проблема на сегодня, и Честер, ворча на весь мир, закурил сигарету и пошел дальше, держа скейтборд в другой руке. Так или иначе, ему нужно еще немного покурить, прежде чем он отправится домой и проберется в свою спальню на ночь. С надеждой. Я хотел остаться у Райана, но черт возьми. Этого не может произойти сейчас.. В двух кварталах отсюда была вереница заправочных станций, и именно туда направлялся Честер. Может быть, ему удастся, хорошенько разжиться деньгами. Если бы парень - или девушка - за прилавком был симпатичным, он мог бы флиртовать с бесплатной пачкой сигарет. Это уже не в первый раз. Он все равно не мог купить их легально, так что это всегда приходилось довольно непросто. Еще одно беспокойство, которое всегда с ним рядом. Он завернул за угол и остановился. — Эй, — позвал он, как только заметил своего старого друга, своего приятеля, который благословил его кожу татуированным пламенем, — Шон! — позвал он, махнув рукой, чтобы привлечь его внимание. Шону уже восемнадцать, и он бросил школу. У него не было денег, чтобы пойти в художественную школу, чтобы поддержать свою будущую карьеру татуировщика, поэтому вместо этого он использовал своих друзей в качестве практики. Иногда маркерами, а иногда настоящими иглами и чернилами. — Привет, Честер, — сразу же поприветствовал его Шон, сделав несколько шагов, чтобы встретить своего друга там, где он был, сразу за магазином "Квик Стоп". Он засунул руки в карманы своей черной куртки, — В чем дело? Как поживает пламя? —Он уже осматривал запястья Честера, разглядывая дело его рук. — Они убийцы, — Честер уронил свой скейтборд на землю, но для сохранности поставил на него ногу и продемонстрировал свои руки. Он ухмыльнулся, когда Шон подошел поближе, чтобы осмотреть их. Всегда приятно было встретить друзей, и еще приятнее было встретить друзей, которым было восемнадцать и которые были достаточно взрослыми, чтобы покупать сигареты. — Так в чем дело?” - спросил Честер, затянувшись и выпустив дым в воздух. Шон не курил, но почти все, с кем они общались, курили. Честер знал, что его это не беспокоит, когда они стояли рядом, прямо у газетных ящиков и больших витрин магазина, которые были наполовину покрыты рекламой, а наполовину покрыты граффити. Шон задумчиво надул щеки. Он был немного крупнее, немного тяжелее, чем большинство его младших друзей, и это придавало ему вид плюшевого мишки, как будто он был набит начинкой. — На самом деле, — мне нужно зайти сюда, — сказал он, кивнув в сторону входных дверей остановки "Квик", —Владелец должен мне деньги. Художественное произведение, которое я сделал для него, — объяснил он в общих чертах, прежде чем провести рукой по своим коротким темным волосам, из-за которых его голова казалась широкой, а серебряные серьги-кольца были слишком большими. Честер приподнял бровь, прежде чем сделать последнюю затяжку и уронил окурок на землю. Он врезался в нее своей кроссовкой несколькими поворотами. Ему повезло. Шон все равно, собирался зайти в магазин. У Честера нет денег, и в его голове пронеслась горстка идей, которые он мог бы использовать, чтобы попытаться уговорить Шона, купить ему пачку сигарет. — Эй, — сказал Шон, прежде чем Честер смог решить, какие слова использовать, — Ты не хочешь сделать мне одолжение? Одолжение звучало как идеальное решение его проблемы с сигаретами. — Конечно. Почему нет? — ответил Честер, пожимая плечами. — Зайди сюда со мной, ладно, чувак? —Шон закатил глаза в сторону магазина. — Владелец, он своего рода мудак, и если он доставит мне неприятности, не желая платить мне, это может накалиться. Накеленный. Это слово застряло в мозгу Честера. Зайти в магазин, не стало для него проблемой, но если Шон собирался устроить неприятности с каким-то парнем, Честер действительно не хотел стать вовлеченным. Ему просто хотелось покурить. Он посмотрел вниз на потертую, изношенную клейкую ленту на своей доске, покачивая ее ногой взад-вперед. — Я не знаю, чувак, — сказал он, поднимая глаза, чтобы встретиться с настойчивым взглядом Шона, — Ты же не думаешь, что это выйдет из-под контроля, не так ли? — Конечно, нет. Пошли, — сказал Шон, держа руки в карманах куртки, когда повернулся, чтобы войти, но Честер не последовал за ним, — Послушай, я не прошу тебя ничего делать, — повторил он, — Просто заходи и будь начеку, хорошо? — Присматривать за чем? — Я же говорил тебе, что этот парень-осел, — сказал Шон, его голос стал немного хриплым, — Если мы начнем смягчать слова, я не хочу, чтобы один из его сотрудников подошел ко мне сзади, или что-то в этом роде. Пошли. Это звучало не так уж плохо. Честер мог сыграть роль помехи, и предупредить Шона, если вдруг возникнет ситуация "двое на одного". Он знал, что Шон Дауделл иногда может быть немного сумасшедшим, но они шли в общественное место. Что может пойти не так? — Хорошо, — согласился Честер, поднимая свою доску, чтобы он мог отнести ее в магазин, — Но только если ты купишь мне пачку сигарет. Шон закатил глаза и хлопнул Честера по плечу. — Без проблем. Если это ваша цена. Даже несмотря на то, что я думаю, что это должно быть халявой за те красивые огоньки, которые я вложил в твои объятия. Ты мой должник, Беннингтон. Он дотронулся до запястья Честера, прямо над чернилами, которые тот ему добровольно дал. Или, может быть, это было не так уж и бесплатно. Честер втянул в себя теплый глоток воздуха. Вот и все. Он не мог сейчас сказать "нет", сигареты или нет. Он действительно был должен Шону, поэтому он кивнул в знак согласия и последовал за ним в магазин. Кондиционер сразу же ударил по его обнаженным рукам, заставив его задрожать. Он был на этой остановке Квика больше раз, чем мог сосчитать. Он знал, что было в каждом проходе - конфеты, чипсы, пирожные, печенье и такие вещи, как банки с супом и тампоны, тоже были там. Вы могли бы купить пиво и галлон молока. Масло для твоей машины и коробка пончиков. В нем было всего понемногу. Но внимание Честера переключилось на прилавок, где стояли ряды сигарет, и пожилого джентльмена, который обслуживал кассовый аппарат. Он выглядел азиатом, с седеющими волосами и невысокого телосложения. Шон затмил парня, когда Честер увидел, как его друг подошел ближе и что-то сказал. Честер огляделся. В маленьком магазинчике больше никого не было, и он остался рад этому. Если бы Шон вызвал какое-то драматическое зрелище, было бы менее неловко, если бы вокруг не стояли люди, бросающие на него взгляды. Честер отвернулся от стойки и направился в заднюю часть, где стояли холодильники. Он знал, что это давит на его удачу, но ему тоже очень хотелось выпить. На улице было жарко, и персиковый чай со льдом пришелся бы как нельзя кстати. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы разглядеть свою любимую марку и выхватить одну из холодильников. Он хлопал глазами на Шона, когда приходило время платить за сигареты, и обещал быть ему должен. Ну, должен ему еще один, поправил он себя, направляясь обратно к стойке. Секунду спустя у него заурчало в животе, и следующей пришла мысль о еде. Блядь. Я собиралась поужинать у Райана. Думаю, сейчас этого, блядь, не происходит. Особых споров не было. Он повернулся, чтобы вернуться к холодильникам. Там была секция с буррито и дерьмовыми холодными бутербродами. Ничего из этого не было замечательным, но все это было лучше, чем идти домой и слушать, как его мать высказывает свое мнение о его привычках в еде, пока он рылся на кухне. Дерьмовая еда на заправке лучше. Он схватил батончик "Сникерс" на обратном пути к выходу, соображая, какого черта. Если он собирался попросить у Шона сигареты, чай и сэндвич с индейкой, нарезанный треугольниками, он мог бы с таким же успехом бросить туда шоколадный батончик и съесть его целиком. Он изо всех сил старался нести все это и следить за своим скейтбордом, когда наконец вернулся к стойке, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Шон достает пистолет из куртки и направляет его на пожилого мужчину за прилавком. Мир остановился. Было трудно осознать то, что он видел, и на секунду Честер подумал, что пистолет был подделкой. Игрушкой. Реквизит. Но инстинкт подсказывал ему, что это не так. Инстинкт подсказывал ему, что пистолет был вполне реальным, как и вся ситуация. Сердце Честера учащенно забилось, когда он встал, разинув рот. Шон кричал, но Честер действительно не слышал, что он говорил. Его разум был выжжен, когда он пытался понять, что происходит, когда адреналин и страх пронзили его. — Отдай мне деньги, сейчас же! — приказал Шон, его рука дрожала, когда он направил пистолет на человека за прилавком, — Все это. Все, что у тебя есть! Честер застыл на месте. Он перевел взгляд с Шона на парня, который выглядел таким же испуганным, как и он. Честер тяжело дышал, и к тому времени, как Шон закричал в третий раз, Честер был готов обоссаться. — Просто отдай это ему! — умолял он мужчину, чей ломаный английский не помогал ситуации, — Просто, блядь, отдай это ему! — Он не знал старика, но он знал Шона. Шон наставил пистолет, его глаза вылезли из орбит. Было бы легче убедить совершенно незнакомого человека, чем его друга. Честер услышал, как открылась касса, и увидел, как Шон наклонился вперед, словно пытаясь разглядеть, сколько там денег. Он все еще мог видеть пистолет, которым Шон разбрасывал повсюду. У Честера заболел живот. Он подумал, что может упасть в обморок или у него случится сердечный приступ, так как все произошло так быстро. Он увидел деньги на прилавке, а Шон все еще кричал. Идея сбежать была, но Честер не знал, что делать. Если он убежит - если уйдет - Шон никогда не позволит ему забыть об этом. Он навечно повесил бы его себе на голову. Это было нереально. Казалось, что этого на самом деле не было - пистолет, крики, прилив эмоций, которые захлестнули Честера до тошноты. Трудно бповерить, трудно ориентироваться и понять, как две минуты назад он выбирал шоколадный батончик, а теперь наблюдал за ограблением. Вооруженным ограблением. — Шон? — прохрипел он, надеясь, что сможет попросить своего друга уйти. Если бы они ушли сейчас и не взяли ничего из денег, может быть, все было бы в порядке, — Шон, давай просто уйдем! — закричал он, как только увидел синие огни. Он обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как трое полицейских врываются в дверь с поднятыми пистолетами. Все происходило на самом деле.