Дневник охотника за мистикой, или Почему дружба с вампиром это не такая уж и плохая идея

      Стоп, то есть, вы хотите мне сказать, что всё это время «страшная и хладнокровная» людоедка-убийца-принцесса-вампир была милейшим созданием, которое переживает, не навредило ли оно полнейшему незнакомцу, и с радостью приветствует его в своём замке? Что-то тут не так. Либо городские легенды — полный бред, либо сама Елена на самом деле что-то скрывает за всей этой странной добротой.       Знаете, как говорится: «Не суди книгу по обложке». Стоит ли полностью доверять её гостеприимству? Ведь прошлого исследователя этого замка тоже чем-то заинтересовала эта загадочная Елена, и мы все помним, что с ним случилось. Хотя, в той ситуации тоже всё не так прозрачно.       Все эти сомнения разлетелись по моей голове сразу после того, как вампирша назвала своё имя. Похоже, по мне было заметно, что я погрузилась в глубокие размышления о книжных обложках, ведь после этого Елена вопросительно на меня посмотрела.       — Что-то не так? — недоумевая, спросила она, склонив голову набок.       — Н-нет, просто я ещё немного не пришла в себя, — усмехнулась я.       Мне на самом деле было сложно поверить в то, как всё так быстро произошло. Почему-то я больше ожидала, что в замке не найду ничего интересного и уйду домой, так и оставшись охотником-неудачником в поисках каких-либо реалистичных легенд. Виктория была бы рада, ведь я, наверное, наконец забросила бы это дело. Но теперь я наконец дошла до своей первой настоящей встречи с чем-то по-настоящему мистическим, и всё ещё была в шоке.       Смотря на Елену, я заметила, что она рассматривает меня не менее заинтересованно, чем я её. Похоже, обычный человек для неё был такой же чудовинкой, как для меня вампир. Она немного отошла от меня и взяла в руки обронённый мною ранее фонарик. Елена аккуратно его держала и внимательно рассматривала со всех сторон. Похоже, она таких вещей раньше не видела. Приблизив удивительный прибор поближе к глазу, Елена с любопытством нажала на кнопку включения. Спустя мгновение она уже пожалела об этом действии, ведь яркий свет засветил прямо ей в глаз. От неожиданности с уст Елены послышалось недовольное шипение, после которого она бросила фонарик об стену, окончательно доломав и так барахлящий прибор.       — Прошу меня простить, но Ваша светящаяся палка сильно меня обидела, — оправдала свои действия Елена, увидев, что я еле сдерживала смех от её действий.       — Ничего страшного, меня она тоже успела обидеть, — усмехнулась я, вспоминая, как фонарик решил сломаться в самый неподходящий момент.       Ну, на самом деле это я его уронила, после чего он начал выделываться, но не так важно — всё равно это он виноват в том, что не рассчитан выдерживать такие падения. Елена же снова подошла ближе ко мне и схватила меня за руку. Я почувствовала себя странно из-за резкого похолодания в области ладони, но виду не подала. На лице вампирши всё ещё сияла яркая улыбка.       — Анна Мун, так как Вы мой первый гость за последние… — Елена посмотрела на свою вторую руку и начала увлечённо загибать на ней пальцы. — …три сотни лет, я предлагаю провести вам небольшую экскурсию по своему скромному замку!       Кажется, Елену не волновало то, что мы с ней познакомились две минуты назад, и что я всё ещё стою в ступоре из-за того, что встретила вампира. Возможно, она не думала, что для людей видеть вампиров — это что-то из ряда вон выходящее? На самом деле, моей целью и было осмотреть все уголки этого замка, а теперь мне с этим поможет его владелица! Хоть меня и напрягала такая дружелюбность, я с удовольствием согласилась. Елена выглядела намного более довольной этим согласием, чем я, она затопала на месте, едва не наступив на хвост ошарашенной Клары.       — Это прекрасно, Анна Мун, я клянусь, что Вы не пожалеете о своём решении! — радостно воскликнула Елена, ещё сильнее сжимая мою руку.       Не успев даже дать мне пожалеть о своём решении, Елена потянула меня с собой в поход по её замку. Как и следовало ожидать от сверхъестественного существа, бегала она намного быстрее, чем могла это делать я. Путь от прихожей до основного первого этажа был недалёким и, благодаря скорости вампирши, моментальным. Уже по первому этажу можно было понять, что этот замок явно отличается от моих ожиданий о «страшном мрачном замке со всякими страшилками, паутиной, трупной вонью и рыцарскими доспехами».       Большая часть дверей плотно заросла растениями, что росли в горшках и снаружи них по всему этажу. Они обрастали по всем стенам и потолку, объединяясь друг с другом: шипы, разные цветочки, какие-то ягоды, странные ягоды, которых я раньше никогда не видела. Где-то проползают гусеницы и другие насекомые. Похоже, первый этаж этого замка — этакий живой уголок, что многое говорит о характере его владелицы. Ещё и по саду можно было заметить, что Елена очень любит природу, а этот интерьер лишь дополнял эту теорию. Конечно, для меня было очень странным то, что все это могло так гармонично расти посреди замка. На стенах также висели красивые картины, которые держались на перекрестках растений. Это были пейзажи, по большей части лесные. Они были нарисованы в относительно реалистичном стиле, но с явно преувеличено яркими цветами. Я хорошо знаю часть леса в противоположной стороне от замка, и одна из картин определённо изображала одну из его полян. Я часто сидела на этом нарисованном бревне, ну, только оно было не нарисованным, а реальным, но, думаю, об этом можно догадаться. Это были рисунки Елены, у меня не было сомнений, ведь они все были в одном стиле. Осматривая стены, я сначала не заметила другую красивую деталь: пол и потолок. Они были полностью разукрашены всякими узорами в подобном ярком стиле, как и картины на стене. На полу было изображено голубое небо, солнце и облака, а на потолке — звёздное небо и большая яркая Луна.       Елена встала посреди комнаты, как главный гвоздь программы, и подняла руки над головой.       — Добро пожаловать на начальный этаж моей крепости, Анна Мун! Хотя, я бы скорее назвала его продолжением сада, что Вы могли наблюдать во дворе. Здесь я люблю сидеть, когда солнце уж слишком ярко и тепло светит во дворе и делает мне этим очень больно. — последние несколько слов Елена произнесла с заметной грустью в голосе, что сильно выделилось в сравнении с её предыдущей радостной интонацией.       Хоть это и произошло всего на пару секунд и могло остаться незамеченным, меня это лишь убедило в том, что Елена всё же скрывает что-то за всей этой маской весёлой хозяйки замка. Бытие вампира всё-таки не такое беззаботное, как может показаться. Не каждый мечтает чувствовать ужасную боль от малейшего лучика солнца. А может, я просто всё слишком сильно анализирую, и это не имело такого глубокого смысла.       — Обычно в солнечную погоду я нахожу что-то, чтобы скрыть свою кожу от солнца, но в жару это слабо помогает, — ухмыльнулась Елена, наконец опуская свои руки. — Но сейчас не об этом. Думаю, Вы уже заметили мои пейзажи на стенах, Анна Мун.       Елена начала медленно обходить со мной весь этаж вокруг, указывая на каждую картину и не прекращая свой рассказ.       — Знаете, сидеть в замке и наблюдать за жизненным циклом пауков это, конечно, увлекательно, но иногда сердце требует хоть какого-нибудь разнообразия. Благо, мой скромный замок расположен прямо на окраине леса, и поэтому я могу без проблем выбираться в его глубь и исследовать его, не привлекая внимания местных. Хоть я и обитаю здесь уже не одну сотню лет, я часто нахожу что-то новое в дебрях этой огромной рощи. Недавно забрела так далеко, что нашла прекрасное озеро, которое я никогда раньше не видела. Жизнь там процветала и радовалась: утки ныряли, лягушки организовывали свой квакающий хор, рядом обильно цвели разные цветы, кои я очень редко видела на других полянах здесь. Это было удивительное место, после этого я составила себе точную дорогу до него и вернулась туда уже с холстом и красками, чтобы запечатлеть эту картину на бумаге. — увлеченно рассказывала вампирша, под конец монолога остановившись возле той самой картины, историю которой, похоже, сочла очень интересной для меня.       Картина и впрямь была очень красивой. Все было так, как и описала Елена: озеро, утки, лягушки, цветочки — и всё это выглядело воистину прекрасно. Я наконец вблизи увидела стиль «юной» художницы, и он чем-то очень зацепил меня. Мне правда захотелось попасть на это озеро, посидеть на яркой траве, покормить уток, помочить ноги в холодной чистой воде. Своей смесью сказочности и реалистичности эти рисунки вызывали желание попасть в тот мир, который они показывали. Такой яркий и красочный. Может, эти места и в реальности выглядят так же прекрасно и магически? Что-то этот замок вызывает у меня слишком глубокие размышления, я на такое не подписывалась!       — Вы очень красиво рисуете. — восхищённо сказала я, перенеся своё внимания с картины на лицо Елены.       Её лицо засияло невообразимой радостью. Она уже не в первый раз была рада моим словам, но эти она явно приняла очень близко к сердцу. Рука, которой она держала мою, задрожала и ужасно крепко сжала мою. Это было довольно больно. Судя по всему, когда ты сотни лет рисуешь картины, и ими не с кем поделиться, то любая похвала вызывает бурные эмоции. Белоснежные клыки окрасили её лицо широчайшей улыбкой, а глаза будто опять засветились красным светом.       — Вы правда так ду… — пропищала Елена, после чего прокашлялась. — Вы правда так думаете, Анна Мун?!       — Правда! — ответила я, не сумев сдержать улыбку умиления.       К счастью, Елена решила не сжимать мою руку в ещё более крепкий плен. Довольно предусмотрительно, ведь я уже чувствовала, что, сожми она её ещё хоть капельку — и я вернусь домой со сломанными костями. Хотя перед Викторией будет довольно легко найти оправдание таким ранением — это уже не первый и явно не последний раз, когда я что-то сломала бы во время своих похождений. Вместо рукопожатия Елена решила сжать меня полностью. Убрав свою руку с моей, она обвела обеими вокруг моих плеч, крепко меня обнимая. Наверное, сейчас будет самое время сказать, что Елена была сантиметров на двадцать выше меня. До этого я, наверное, обращала внимание на более странные детали её внешности, но сейчас эта разница была особо заметна. В нашем городке не часто встретишь людей такого роста, поэтому для меня эти обнимашки ощущались довольно непривычно и странно.       Объятия обычно должны быть тёплыми, но понятное дело, что с существом, температура тела которого ближе к замороженной селёдке, чем к человеку, они будут холодными. Но это был приятный холод. Знаете то ощущение холода, когда на улице невыносимая жара, и вы заходите в помещение с рабочим кондиционером? Вот что-то подобное. Её руки скрестились у меня на шее, вызывая странную дрожь по всему телу. Было немного больно, ведь, видимо, Елена не особо умела распределять свою силу, но отголоски боли смешивались со всем остальным. С каждым мигом Елена прижимала меня всё ближе к себе, и я ощущала, как трясутся её руки и все остальные части тела. На секунду я почувствовала, как она положила свою голову на мою, но в тот же миг она сразу же подняла её, после чего выпустила меня из объятий — также резко, как и впустила в них.       — Простите меня, Анна Мун, просто никто никогда не говорил мне ничего подобного. — Елена немного отошла от меня, вытирая что-то под глазами. Мне показалось, что это были слёзы.       Все произошедшее поставило меня в смутное положение. С одной стороны, это хорошо, что Елене приятно от моих слов, но с другой — это так грустно, что, казалось бы, такие простые слова вызвали у вампирши такие бурные эмоции. Я не могла придумать, чем разрядить такую неловкую ситуацию, но за меня это сделала сама Елена, вновь перепрыгнув с негативных эмоций к положительным. Она продолжила увлеченно показывать мне свои картины. Теперь она это делала ещё более радостно, невольно подпрыгивая на месте и не стирая с лица улыбку.       На некоторых из картин я видела те места, в которых ещё никогда не бывала. На одной из таких я заметила нечто странное. Над тропинкой будто летали мелкие шары света голубоватого оттенка. Это не был отсвет от чего-то. Похоже, это было что-то совсем отдельное. Может, это просто фантазия Елены, но на некоторых других картинах тоже было видно эти шары. Они показались мне до боли знакомыми. Я указала пальцем на одну из этих загадочных штуковин.       — А что это такое? — спросила я, продолжая заинтересованно изучать картину.       — О! — Елена взглянула туда, куда я указала. — Это Проводники. Ну, точнее, я их так прозвала. Они являются, как Вы могли понять по имени, что я им дала, проводниками путников по лесу. Если вы хороший человек - то они осветят вам дорогу туда, куда вы желаете, если же вы не самый лучший человек - заведет вас невесть куда, да так, что вернуться назад будет ой как нелегко. — объяснила вампирша, экспрессивно водя пальцем по картине в направлении, по которому двигались шарики на ней.       Я же говорила!!! Ещё будучи совсем юной охотницей за мистикой, я часто бездумно бродила по лесу. И не раз, забредая в далёкую глубь, из которой я не знала дорогу домой, я видела фонарики, ужасно похожие на нарисованные Еленой, что проводили меня к выходу из леса и к моему двору. Виктория никогда мне не верила, говорила что это просто моя детская фантазия превращала уличные фонари в каких-то странных существ, и вообще я никогда не заходила так далеко в лес. В более взрослом возрасте, когда я запомнила все выходы из леса к моему заднему двору, эти фонари перестали провожать меня до дома. А я-то и впрямь подумала, что Виктория была права, а тут фиг тебе — я всё-таки видела настоящих магических существ! Ну, или у нас с Еленой просто были одинаковые галлюцинации.       — Моя сестра говорила мне, что их не существует… — удивлённо произнесла я.       — Бред! — фыркнула Елена. — Если бы этих маленьких дружков не существовало, то Вы бы не видели меня сейчас перед собой, Анна Мун!       Остальные картины тоже были интересны, но не настолько, чтобы останавливаться на каждой отдельно и детально её изучать. Вон здесь видно солнце, что заходит за холмами. А тут — огромная посадка лесных деревьев, за одним из которых можно увидеть очертания волка. А вот здесь, кажется, изображен Веспертилий с высоты самого высокого этажа замка. Может, какая-то из этих точечек вдалеке — это я, только не во всех деталях. Вскоре Елена закончила экскурсию по коллекции своего изобразительного искусства, и мы отправились на второй этаж. Я так и не спросила у неё, что это за странные цветы на стенах. Мне простительно, я слишком увлеклась другой частью стены.       Второй этаж уже не был обителью природы и, в отличие от первого, двери в нем не заросли всякими растениями. Все было прибрано до идеала, что казалось не таким уж и удивительным — когда других занятий особо и нет, то можно целыми днями сидеть и вытирать полы до блеска. Коридоры выглядели как коридоры типичных древних замков. Весь комплект: древние безделушки на тумбах, рыцарские доспехи, загадочные картины, свечи (которые, похоже, сами по себе зажглись с нашим приходом на этаж) и реликвии на стенах. Только с небольшим отличием — все это, не без помощи творческой фантазии Елены, выглядело намного необычнее и интереснее.       Стены были красочно разукрашены во все возможные цвета, где-то проглядывались какие-то узоры: розовые ромбики, синие цветочки, жёлтые молнии, фиолетовые котики, огромная радуга, что дотягивается даже до потолка. На тумбах стояли вазы с цветами, что заполняли своими запахами всё помещение. Что-то древнее, конечно, тоже оставалось неизменным, видимо, это было что-то, что устраивало вампиршу и в своей естественной форме. Старые часы с кукушкой тихонько постукивали на стене, сопровождая звуки наших шагов и комментариев Елены.       — Миленькая кукушка из своего небольшого домика обычно вылезает тогда, когда кто-то приближается к замку. Иногда она, конечно, выпрыгивает и просто так, чтобы в неожиданный момент испугать нас с Кларой, но если она долго кричит - значит, кто-то близко, — рассказала Елена, заостряя моё внимание на часах. — Благодаря ней-то я и узнала, что Вы шли к моему пристанищу, Анна Мун. Как Вы заметили, своё эффектное появление до Вашего прихода я отрепетировать не успела. — хихикнула вампирша.       Я ухмыльнулась. Ну, было понятно, что падение с люстры на своего гостя не входило в её изначальные планы. Хотя, честно говоря, такой не спрогнозированный дождь из вампиров я уж точно запомнила надолго. Мы пошли дальше по коридору, рассматривая всё вокруг. Рыцарские доспехи были не только разукрашены в полоски разных цветов, но и обезоружены. Конечно, если не считать фарфоровые статуэтки всяких мелких животных оружием. Картины на стенах висели криво и, хоть и сохраняли свои изначальные рисунки, похоже, были немного подкорректированы Еленой. Вон, под носом у какой-то угрюмой тётушки с портрета красовались волнистые усы.       Наконец, мы зашли в какую-то комнату. Первый этаж как-то отучил меня от того, что комнаты существуют. Это помещение скорее напоминало какую-то кладовку размером с целую спальню. Комната была заполнена всяким хламом, нужным и не нужным, бесполезным и полезным, сломанным и в идеальном состоянии. В сравнении с остальным замком она казалась не такой ухоженной, но, похоже, у Елены в этой комнате был свой особый способ сортировки — по цвету. Наверное Елена решила не разбираться, чем являются все эти вещи, и не зная что большинство из них из себя представляют решила оформить все как и все остальное в замке — творчески.       — Добро пожаловать в мою небольшую сокровищницу, Анна Мун! — воскликнула Елена, вновь украсив собой центр комнаты. — Здесь я складываю все человеческие вещи, что мне удается найти во время моих вылазок в город.       Елена начала аккуратно показывать мне содержимое каждой цветной кучи. Самое большое предпочтение Елена, похоже, отдавала всякой технике. Видимо из-за того, что считала её просто какими-то безделушками. За весь показ я увидела как минимум дюжину сломанных телефонов: как кнопочных, так и сенсорных. Сломаны они были, возможно, и самой Еленой, ведь некоторые выглядели так, будто их сдавило с двух сторон что-то очень тяжёлое, ну, а остальные — будто кто-то со всех сил их обо что-то швырнул. Также я заметила разряженные наручные часы, прибитые к стене. Похоже, Елене не очень хотелось носить их на руке. Ещё я заметила, что она явно понимала, что такое скотч. Вот, например, чей-то покоцанный кулер, приклеенный на скотч к палке — похоже, это был импровизированный вентилятор. Остатки обычного вентилятора тоже валялись в куче, но его, похоже, было не так удобно держать под рукой, поэтому лежал он без дела.       Ещё в комнате валялись всякие декоративные домашние штуки, выброшенные их хозяевами. Похоже, из-за того, что были не в лучшем состоянии. Большинство фарфоровых животных было отдано в добрые руки рыцарей снаружи комнаты, а здесь, похоже, остались сломанные: единорог с отгрызенными копытами, облысевший лев, ворона, которая совала свой клюв куда не надо, из-за чего его и лишилась. Плюшевым игрушкам Елена, похоже, не нашла какого-то особого применения, поэтому они просто валялись для красоты.       В розовой куче я нашла своего старого плюшевого поросёнка. Поняла я, что он был моим, потому, что у него было оторвано одно ухо (в чем была виновата я, потому что, будучи маленькой, не знала, что в сражении между бездомной собакой и плюшевой свиньёй выиграет первая. Я своего поросёнка просто недостаточно натренировала — будь он более готовым, вынес бы этого пса на раз-два). Я постоянно брала его с собой, когда мы с Марией ходили на наши исследования — он был неотъемлемой частью команды, который отвечал за наше спокойствие. На одной из таких вылазок я его и потеряла — исследуя лес, мы услышали странный треск в кустах, после чего я отправила Хрюлекса (красивое имя, знаю) на разведку (в панике бросив его в сторону кустов). Что и следовало ожидать, спустя пару минут он так и не вернулся, из-за чего мы с Марией не на шутку испугались и убежали прочь с леса. Хоть наивная я и надеялась, что скоро он вернётся из леса и мы снова сможем нашей святой троицей исследовать всякое необычное, он, к сожалению, так и не сделал этого. Как бы мы после этого не ходили в тех же местах в поисках его — наши попытки были тщетны, и наше золотое трио стало хоть настолько же золотым, но уже дуэтом. Я, конечно, ожидала найти его в каком-нибудь необычном месте, но точно не в кладовке вампирского замка. Обрадовавшись долгожданной встрече, я вытащила его из кучи и подняла над собой.       — Это Ваш маленький друг, Анна Мун? — вопросительно посмотрела на меня Елена, увидев мою бурную реакцию.       — Да! — радостно воскликнула я. — Я его потеряла, когда была маленькой.       — А я его нашла… — задумчиво сказала Елена. — Если хотите, можете забрать его обратно к себе, Анна Мун. — предложила принцесса, рассматривая поросёнка.       Я внимательно посмотрела в глаза Хрюлексу, а потом Елене. А что, если ей он стала роднее, чем был мне? Как-никак, свин живёт у неё, возможно, даже дольше, чем жил у меня. Хотя, если так подумать, будь он ей так дорог, предлагала бы она его забрать какой-то рандомной девчушке, которая заявила, что это её игрушка? Почему я вообще так глубоко рассуждаю о плюшевой игрушке? Она всего-то была одним из моих двух лучших друзей в детстве, ничего особенного, ведь так?       — Спасибо, я уже думала, что никогда больше не увижусь с Хрюлексом, а тут вот как получается! — радостно заговорила я, выйдя из глубоких философских раздумий о свинках, после чего сняла с плеч рюкзак, чтобы запихнуть туда своего блудного сына.       Елена тихонько хихикнула, услышав имя поросёнка. Я почувствовала, что мои щеки начали краснеть. Даже не знаю, от стыда это было или от чего-то другого. Почувствовав тепло на лице, я поспешно нырнула головой в рюкзак. О, а вот и рисунок, который я хотела дать Елене на автограф. Сравнивая его с рисунками принцессы, я решила его даже не доставать. Глаза заметили запасной фонарик, который я положила с собой на случай неисправности первого. Как жаль, что у меня старческий склероз в юношеском возрасте и я про него даже не вспомнила, когда первый сломался. Так, зачем я вообще сюда лезла? А, точно, Хрюлекс и моё красное лицо. Последнее уже приняло свой естественный цвет, поэтому моё углубленное изучение внутренностей рюкзака можно было завершить. Я положила свинку и закрыла рюкзак. Надеюсь, теперь Хрюлекс со мной надолго. Главное будет дома его постирать. Он хоть и свинья, но должен быть чистым и воспитанным джентльменом.       Вскоре мы покинули «сокровищницу» Елены и вновь очутились в причудливом коридоре. Принцесса уже собралась потянуть меня показывать свою спальню и другие комнаты этого этажа, но моё внимание привлекло кое-что совсем другое.       Ещё дальше от той спальни, к которой с увлечёнными рассказами вела меня Елена, в слабоосвещенной части коридора, я заметила, как что-то выбивалось из общей картины. Во-первых, паутину в углах. После чистоты и порядка всего остального замка такая деталь очень сильно выделялась. Во-вторых, эта часть замка, похоже, не вкусила в себя творческий разум Елены, ведь выглядела, как и подобало бы выглядеть коридору древнего замка. Ну, и в-третьих, там коридор и заканчивался, но посреди стены можно было увидеть раму двери, плотно забитую досками. За щелями в них я смогла разглядеть очертания ступенек — похоже, это был путь на третий этаж. Меня крайне заинтересовало то, что ход наверх был так плотно заколочен.       — А что там? — перебила я рассказ Елены, который толком и не слушала.       Принцесса резко остановилась на пол пути до комнаты, к которой мы шли. Так резко, что я, державшая её за руку, чуть не повалилась на пол. Осознав такую резкую остановку, я отпустила руку Елены и подошла ближе к загадочному проходу. Гвозди были забиты криво и, похоже, в спешке, на их головках же можно было разглядеть засохшую кровь. От этого уголка исходила какая-то угнетающая атмосфера, казалось, будто это было что-то вовсе отдельное от замка. Сзади я услышала медленные шаги Елены и обернулась, в ожидании, что она поведает мне, что это за место.       Я ошибалась.       Улыбка сползла с лица Елены. Даже больше — её лицо наполнила смесь грусти и злости. У меня появилось ощущение, что зря я обратила внимание на эту дверь. Елена попыталась что-то ответить, но, открыв рот, она выпустила лишь обрывистый выдох. Её глаза заполонила тьма, лишь тонкие красные зрачки заполнили светом тёмный уголок. Ногти Елены с каждым мигом становились длиннее, превращаясь в жуткие когти. По её щеке потекла тёмная капля крови. С уст Елены слышалось тихое рычание, её клыкам становилось тесно взаперти её рта. От неожиданного страха я начала пятиться назад, но в этот момент уже не было куда бежать — я почувствовала, как гвозди давят мне в спину. Елена нервно закрыла свой рот рукой. Она затряслась и сгорбилась, кажется, ноги уже слабо её держали. Её кожу начала покрывать короткая шерсть. Я не понимала, что происходит, мне становилось сложно дышать из-за этой паники. Чтобы удержаться на подкашивающихся ногах, я схватилась за одну из досок у себя за спиной.       В один миг Елена просто встряхнула головой, и все эти метаморфозы исчезли, как ни в чём не бывало. Ногти вернули свой нормальный размер, как и клыки. Оболочка глаза вновь приняла здоровый цвет. Елена вытерла каплю крови рукой и выпрямила спину. Подошла ко мне и протянула руку. Я, посмотрев ей в лицо, задумалась, но, увидев, что всё вернулось на круги своя, дала ей свою руку. Что-то в её лице заставляло доверять ей. Принцесса снова улыбнулась, только сейчас эта улыбка казалась не такой искренней.       — Прошу простить меня, Анна Мун, я просто немного утомилась. — оправдала произошедшее ранее Елена. — Третий этаж был в очень плохом состоянии, поэтому я его заколотила из соображений безопасности, чтобы ни я, ни Клара, ни мои нечастые гости не пострадали, прогуливаясь по замку. — объяснила мне принцесса.       Я слабо верила, что принцесса говорит мне чистую правду, но понимала, что она точно не будет доверять смертной, с которой познакомилась всего несколько часов назад, все свои секреты. Значит, мне ещё многое предстоит узнать о своей новой мифической знакомой. Если у меня появится возможность, я точно полезу за эти доски и расследую, что же там, на этом загадочном третьем этаже. Слишком уж я любопытная, чтобы оставить что-то неизведанным. Ну, а сейчас Елена уже отвела меня подальше от источника тайн и подводила к комнате, которая, похоже, была кухней.       — Чтобы немного отдохнуть от ходьбы по моему замку, предлагаю устроить небольшое чаепитие со мной и Кларой, если мне удастся её разбудить. Как Вы на это смотрите, Анна Мун? — уже с искренней улыбкой на лице предложила Елена.       Конечно, быстро принцесса переключила своё внимание, но кто я такая, чтобы её судить?       Всегда почему-то думала, что вампиры отдают предпочтение кофе: тёмному, как ночь, горькому, как кровь невинных жертв, и бодрящему, как утренние песни лесных птиц. Но, учитывая любовь Елены к природе, немудрено, что она больше любит пить воду с травами. Чаепитие с такой милой дамой, как Клара, звучало неплохо. Да и Елена тоже звучит как неплохая компания в распивании чайка (не путать с чайками, они у нас не водятся, да и пить их проблематично). Мой рот уже было открылся, чтобы выразить моё согласие, как вдруг краем глаза я заметила кое-что, что полностью разрушило мои планы.       По стене прошёлся лучик восходящего солнца. Вот чёрт. Значит, уже рассвет. Я даже не заметила, как время успело так быстро пролететь. Как говорится — всё хорошее быстро заканчивается. Я-то не против тут пробыть до ещё одной ночи, но была небольшая проблема — Виктория. Моя сестра имела надоедливую привычку — просыпаться с первой крупинкой солнечного света, падающего в окно.       Увидев, что солнце уже встаёт, я нервно вытащила свою руку из оков руки Елены. Принцесса с недоумением на меня посмотрела. Мне нужно было как-то красиво выкрутиться, чтобы уйти, а то потом получу от Виктории за то, что опять шастаю где-то всю ночь.       — Спасибо за предложение, но-о-о… — я застопорилась. — Мне уже нужно бежать домой. — со смущением сказала я, побоявшись посмотреть в глаза Елене.       — Оу, — я услышала в её голосе глубокое разочарование. — Ну, ничего, может, как-нибудь в другой раз. Вы же ещё заглянете ко мне когда-нибудь, Анна Мун?       Я всё-таки решилась посмотреть ей в глаза. В них я увидела искреннюю надежду и ожидание моего ответа. Смотря в её глаза, я просто не могла ответить «нет», хотя я и без этого собиралась сюда вернуться, и чем раньше, тем лучше.       — Обязательно загляну! — с улыбкой ответила я. — Обещаю. — я взяла её руки в свои.       — Тогда до скорой встречи, Анна Мун. — на лице Елены растянулась лучезарная улыбка.       Я кивнула и отпустила её руки. Почему-то после этого лицо принцессы окрасило лёгкое удивление. На своём же, точнее, на щеках, я опять почувствовала тепло. Дружелюбно помахав Елене напоследок, я быстрым шагом направилась к выходу из замка. Когда я проходила по тропинке обратно домой, в моей голове проигрывались все моменты этой удивительной ночи. Я точно вернусь сюда, я в этом уверена. Залезая через окно обратно в свою скучную, по сравнению с замком Елены, комнату, я была уверена в ещё одной вещи:       Мария точно мне не поверит.