***
— Арсений Сергеевич, можно Вас? — Попов уже собирался покинуть здание университета, когда в коридоре его задержал обеспокоенный ректор. — Конечно, Виктор Борисович. — Мягко улыбнувшись, Арсений последовал за мужчиной, на ходу расстегивая пальто. Что-то подсказывало Попову, что этот разговор будет долгим. Пройдя в кабинет, Виктор Борисович сел за рабочий стол и взглядом указал на противоположное кресло. — Как прошёл Ваш первый рабочий день? От внимания Арсения не скрылось чрезмерная нервозность ректора, что весьма озадачило мужчину. — Спасибо, все хорошо. Относительно колледжа студенты здесь более осознанно подходят к учёбе, и это не может не радовать. В общении с руководством Попов всегда старался придерживаться нейтралитета, и в этот раз он был намерен придерживаться той же позиции. Конечно, инцидент на первой паре смазал впечатления от первого рабочего дня, но это уже были заботы самого Арсения. — Я бы хотел поговорить с Вами об одном студенте. — Нахмурившись, ректор принялся отбивать пальцами ритм по столу, пытаясь собраться с мыслями. — Дело в том, что Виктория Сергеевна проявляла лояльность по отношению к нему и… — Я вас понял, Виктор Борисович. Речь ведь идёт о Шастуне, верно? Подняв голову, мужчина кивнул и поспешил перевести взгляд на внезапно заинтересовавший его графин с водой. — Не переживайте. Эпатажное поведение молодого человека никак не отразиться на моем к нему отношении. — Надеюсь на Вашу рассудительность, Арсений Сергеевич. Не смею тогда Вас больше задерживать. — После этих слов мужчины распрощались. Да, не так Попов представлял себе свой первый рабочий день. Обзавестись врагом среди учеников? Вот ведь велика радость. Проходя мимо компании студентов, возглавляемой Шастуном, мужчина вновь стал свидетелем пассивной агрессии, направленной в его сторону. «Может, от этого ему станет легче. Ведь не от хорошей жизни этот паренёк так люто ненавидит весь мир». Почему-то в этот момент Арсений почувствовал сочувствие к этому высокому юноше с непослушной вьющейся чёлкой и озлобленным взглядом. «Сохраняй нейтралитет, Арс.» И, незаметно качнув головой, Попов направился в свою любимую кофейню. В заведении играла приятная джазовая мелодия, и мужчина наконец смог расслабиться после напряжённого трудового дня. Кофе согревало изнутри, оставляя лёгкую горечь и нотки солёной карамели в послевкусии. Включив экран смартфона, Попов решил сделать то, что уже хотел очень давно: почистить телефон от ненужного хлама. Старые фотографии, потерявшие актуальность приложения, заметки с истекшим сроком давности. Арсений всегда был весьма педантичен в жизни, и это, в том числе, касалось и смартфона. В самом углу экрана мужчина заметил иконку и удивлённо вскинул бровь. Анонимные знакомства он установил пару лет назад, когда только разошёлся с очередной пассией. Недовольная тем, что Арсений всего лишь жалкий препод в шараге, она променяла Попова на мажора с бэхой, разбив надежды мужчины на долго и счастливо. Тогда-то он и установил это приложение, надеясь забыться в ничего не значащем романе. Но проведя пару вечеров, листая чаты, Арсений понял, что все это бред. И почему он сразу не удалил это приложение? Любопытство взяло вверх, и Попов нажал на иконку.***
Значок поиска на экране остановился и Антону высветилось облачко. «Собеседник найден. Поздоровайтесь!» Тут-то Шастун впал в ступор. Всегда знающий что сказать, как начать общение и какие темы поднять, он сейчас тупо смотрел в экран, думая, что написать просто «Привет» будет очень банально. Собеседник тоже молчал. Из кухни до слуха Антона долетели обрывки новостей и он решил взять оттуда фразу, поэтому быстро напечатал. «Алло, служба спасения? :)» И, нажав кнопку отправить, он принялся ждать ответа. Не прошло и нескольких секунд, как телефон Шастуна настойчиво звякнул, оповещая о новом сообщении. «Служба спасения на связи. Что у вас случилось?» Из всех друзей, что имел Шастун, никто и никогда не спрашивал его о нем же самом, о его настроении, о том, что происходит внутри него, когда он перестаёт улыбаться и выпендриваться. И сейчас Антон захотел рассказать совершенно незнакомому человеку что он на самом деле чувствует. Прикрепив самую подходящую песню* под его настроение, он напечатал. «Я заебался и не знаю что мне делать дальше со своей жизнью.» На экране появилась строка о том, что собеседник печатает ответ. Мерцание букв действовало на Антона умиротворяюще и, приняв более удобную позу, он принялся терпеливо ждать. «Сомневаться в себе — это нормально. Через это проходит каждый из нас. Что беспокоит тебя больше всего?» «Поставил себя выше других, теперь не могу быть самим собой.» Отправил Антон в ответ и его общение перебил звонок. Очередной вечер обещал закончится как обычно — в клубе. Поэтому Антон стал поспешно собираться, пообещав встретиться со своими парнями через час. Надев свои любимые браслеты, цепи и кольца, он натянул чёрный свитер и такого же цвета джинсы. Аноним все ещё не отвечал, наверное, был занят, или же ему наскучил разговор с ним, но Антон все время кидал взгляд на экран смартфона, ожидая ответа. Снова очередной звонок, Антон закинул телефон в карман и вышел на улицу к друзьям, после чего такси унесло всех в клуб. О телефоне Шастун вспомнил лишь тогда, когда уже другое такси везло его, полупьяного, обратно. Разблокировав экран, он сразу же увидел оповещение о новом сообщении из анонимного чата. Щурясь от яркого света, бившего по глазам, Антон открыл приложение. «Ты можешь быть тем, кем захочешь независимо от мнения других. Разве ложь самому себе делает тебя счастливым? Пока ты ходишь по этой земле, все в возможно. Так почему бы не начать менять свою жизнь прямо сейчас?» Усмехнувшись экрану, Антон прищурился и напечатал. «Ты не поймёшь меня.» И, выключив телефон, он добрался до дома, где сразу же лёг спать, ведь до начала занятий ему оставалось отдохнуть буквально два часа.