бензин

— и что, никак не отреагировал? — ей-богу, ей сейчас интересней клубничная булочка, которая уменьшается со скоростью света, в конечном счете пропадая в недрах прожорливого желудка. — сколько есть можно? ты и так уже похожа на разбухший теннисный мяч, — Эдгар не упускает возможности подколоть подругу, на самом деле обижаясь на очевидное невнимание со стороны неудавшейся собеседницы. — он любит полненьких! представляешь, так и сказал, — Колетт снова начинает рассказывать свою нудную историю, которую повторяла уже раз сто. но наткнувшись на чужой озлобленный взгляд, девушка моментально затыкается. Эдгар разворачивается и показательно уходит, кидая напоследок самый колкий взгляд из своей импровизированной коллекции негативных эмоций. ладно бы просто не слушала, но нет! она мало того что игнорирует очень важные, по мнению самого юноши, слова своего друга, так ещё и умудряется перебивать его и вставлять дурацкие истории. непростительно. — Эдди, ну подожди, чего надулся то сразу? — девушка догоняет и весьма больно хватает за локоть, — блять, почему ты такая истеричка? и, возьми на заметку, кроме меня никто не будет терпеть твои закидоны! Эдгар покорно вздыхает, сетуя на судьбу. она ведь права. Колетт — единственная его подруга, с которой они знакомы уже порядка шести лет. за все это время ребята через многое прошли вместе. и надо же, она ни разу не предала и не подвела его. ссориться, тем более по такому глупому поводу, было бы полнейшим абсурдом. — пойдём сядем, — Колетт примирительно тянет друга в сторону невысоких обшарпанных подоконников, — рассказывай дальше, я тебя внимательно слушаю. Эдгар хочет ответить едким сарказмом, но натыкается на действительно серьезный взгляд карих глаз. — короче, все плохо. я, как ты и советовала, подкинул ему в ящик записку, — мальчик выдерживает многозначительную паузу. — и что? — да ничего! — в голосе слышатся истеричные нотки. школьники, мирно идущие по коридору, оглядываются на них и удивленно перешептываются. Колетт никак не реагирует на довольно громкие крики своего слишком уж эмоционального товарища. за время их дружбы она, казалось бы, привыкла уже ко всему. хоть собирай по кусочкам в фильм ужасов и крути всю ночь. — и представь себе, этот козел обнаружил ее прямо на уроке, развернул и прочитал! вслух! при всем классе! — Эдгар обреченно закрывает лицо руками и начинает похныкивать. глаза округляются. девочка нервно хихикает, не ожидая такой подлости от объекта воздыхания ее друга. — хорошо, что хоть не послушался тебя и не подписал эту дурацкую записку, будь она проклята. тупые идиоты чуть не умерли со смеху. подумать только! — Колетт пропускает мимо ушей шквал матерных ругательств в адрес одноклассников, — «мистер Байрон, вы очаровательно пахнете.» кто вообще придумал эту ерунду?! Эдгар вскакивает на ноги и начинает нервно ходить туда-сюда. девушка пожимает плечами. да, идея не сработала. но по крайней мере этот нытик перешел уже хоть к каким-то активным действиям. честно сказать, Колетт была шокирована, когда ее друг, позиционирующий себя как одиночку, во время очередной вечерней посиделки в доме девушки признался, что влюбился. да еще и не в какую-нибудь миловидную девчонку, а в их преподавателя химии, Байрона, который раза в два, а может даже и в три, их старше. нет, мужчина правда симпатичный, с этим никто не спорит. но его суровость и строгость, а также практически целиком седые волосы смущали Колетт. химик чересчур загадочный, никто не может охарактеризовать его, как человека, да в целом весьма нелюдим. он всегда вселял непонятный страх в душу девочки, но ее друг имел собственное мнение на этот счёт. со временем влюбленность превратилась в настоящую одержимость. Колетт однажды даже испугалась за психическое здоровье Эдгара, когда он выложил ей всю информацию о своем объекте воздыхания. парень знал о нем все. район проживания, номер телефона, расписание дня, день рождения, любимый кофе и много чего другого. мальчик признался, что является самым настоящим сталкером. сколько свободного времени отнял у него поиск всей этой информации, Колетт даже боялась представить. но со временем она уже привыкла к тому, что ее друг постоянно мониторит чужую страничку в соцсети и провожает препода аж до дома, разумеется, не показываясь ему на глаза. — а ты не подумал о том, что у него может быть есть семья? жена и дети? — в голову девушки приходит вполне логичная мысль и она с опаской озвучивает ее, надеясь не получить в ответ ещё один истерический припадок. — не-а, он живет один, — на удивление Эдгар спокойно мотает головой, — я видел один раз его паспорт, оставленный на столе в лаборантской, никаких браков и никаких детей. — ну ты даешь, — девочка смеется в ответ, удивляясь пронырливости своего друга, — тогда, я всё-таки настаиваю на этом, нам нужен план. надо переходить к еще более активным действиям. — думаешь? — он вздыхает, вспоминая неудачу с запиской. — конечно. только вы должны столкнуться не удалённо, а лично. так мы проверим его отношение к тебе, — девушка достает из старенького рюкзака очередную булочку и начинает медленно жевать, запивая соком. в этот раз Эдгар не злится, терпеливо ожидая новых идей, которые дадут надежду и смогут сразить любимого наповал. и почему только в реальной жизни нет милых купидончиков, стреляющих в сердца и заставляющих людей любить друг друга. сейчас один такой явно бы не помешал. — придумала! я знаю, что делать! — вскрикивает Колетт и, наклоняясь к другу, начинает что-то заговорщически нашептывать.