Давайте знакомиться заново...

Жизнь у Хромовых шла своим чередом. Мария окончательно перешла с Хромовым на «ты», чем, казалось, очень обрадовала мужчину. Тот, слыша каждый раз такое обращение, еле заметно улыбался, прежде чем снова принять серьезный вид. И сама Мария заметила, как им стало проще и комфортнее общаться между собой. И заметила, что упрямый, как ей казалось, Иван эту неделю был на удивление покладистым. Он не рвался на работу, без споров пил заваренный ею травяной чай и не нервничал. Они с удовольствием гуляли по вечерней Москве, когда Иван встречал её с работы. Он дарил ей цветы, приглашал в театр и кино, а она с удовольствием соглашалась и с таким же удовольствием делилась со своим спутником всем, что было у неё на душе. А ещё у Хромовой сложилось впечатление, что за эту неделю она узнала о своем муже больше, чем за все время. Оказалось, её замкнутый и немногословный Иван неплохо рисовал, увлекался историей, умел немного играть на гитаре и боялся летать самолётами. Последнее Марию удивляло, так как, глядя на своего супруга, она бы сказала, что этого мужчину уже трудно чем-либо напугать. Это, конечно, малая часть, но все же больше, чем просто знание о том, что Иван её муж и хирург в Склифе. К слову, покладистым её супруг был ровно до сегодняшнего утра. Сегодня ему позвонили с работы и Хромов, мягко оспорив аргумент Марии, что на работу ему только завтра, попрощался и выбежал из квартиры. Проводив своего супруга, женщина лишь недовольно пробубнила, что тот опять взялся за старое, и сама отправилась на работу, где коллеги ей сообщили, что новую программу будет вести все же она. Мария сдержанно улыбнулась коллеге, принесшему добрую весть, и про себя порадовалась, что в карьере её наблюдались явные подвижки. Тихой радости Хромовой помешала появившаяся на этаже Беляева. Не скрывая свою широкую и победоносную улыбку, Лариса быстро подошла к её столу и по традиции присела на диван. Женщина закинула ногу на ногу и выжидающе стала смотреть на Марию. Потерпев полминуты на себе этот взгляд, Хромова повернулась на стуле и вопросительно взглянула на подругу. — Что? — Я оказалась права? — Хромова вздохнула, кивнув головой. — Ты знаешь, какой алкоголь я предпочитаю. И поздравляю. — Спасибо, — еле заметно улыбнулась Мария. — Правда, Яковлева на меня косо поглядывает… — Само собой, — фыркнула Лариса. — Ты у неё проект увела, как она думает. Ну да ладно, Бог с ней. — Беляева быстро потеряла интерес к этой теме, и к Яковлевой в целом, и махнула рукой. — Ты лучше расскажи, как у тебя с Хромовым? Уже говоришь мужу «ты» — это прогресс. — Да все по-прежнему, — обобщенно ответила Мария. Беляева с негодованием и искренним удивлением смотрела на подругу. — Ты серьезно? До сих пор с мужем соседи? — Соседи, — насторожившись, ответила ей Хромова и непонимающе помотала головой. — Ну, ты даешь. — Что? — Маш, у тебя муж — взрослый, нормальный мужик. А ты его в соседях все это время держишь. Ему это надоест. Если уже не надоело. — И что ты мне предлагаешь? — Вспомнить, что он — мужчина, — развела руками Беляева, негодуя, почему сейчас ей приходится объяснять элементарные вещи взрослому человеку. Взгляд Марии поменялся, женщина задумчиво постучала ручкой по столу. Беляева довольно ухмыльнулась, наблюдая за мыслительным процессом Хромовой. — Дальше разберешься, думаю. Ты девочка большая. — Ужас. Почему я тебя сейчас слушаю? — Потому что я права. Как он тебя стрелять учил, как он тебя в кино приглашал. Он тебя любит, тянется к тебе, а ты его отшиваешь. — А, может, и не любит? — пришла к неожиданному выводу Мария, чем заинтересовала сидящую напротив Ларису. — Он уехать хотел из дома, когда выписывал меня. Может быть, он просто…пожалел меня? — А зачем он тогда всё это делает? Ухаживает за тобой, заботится. Учил тебя стрелять, хотя в прошлый раз ты чуть не выстрелила в него. — Еще раз напомнила ей Беляева. Мария не смогла сдержать улыбку, подумав, что тут Хромов и правда поступил опрометчиво. — И что мне делать? — Ну, вот и проверь, — поучительно сказала Лариса. — Хотя…чтобы с тобой жить, тебя нужно любить. Хромова бросила на подругу недовольный взгляд и вздохнула. — Почему тебя это так волнует? — Маш, я за тебя переживаю. Сбежит твой Хромов, тебе придется нового мужа искать, — с саркастичной усмешкой подметила Беляева. Мария сарказм подруги не оценила и смерила её негодующим взглядом. — Меня и старый устраивает. — Значит, действуй. — И как Костя тебя терпит… — закатила глаза Хромова. Оставшийся рабочий день у Марии из головы не выходили слова Беляевой. К своему недовольству женщина пришла к выводу, что подруга её была отчасти права. И свои собственные мысли Хромову настораживали. Может быть, Иван и правда остался с ней лишь из чувства жалости. Он ведь хотел уехать… Но если так, то почему он постоянно стремится поддержать ее? Совесть, воспитание? Слишком много мыслей крутились в голове у женщины, и половину из них она считала абсурдными, но все же одно она решила сделать. Сегодня Мария решила взять инициативу в свои руки и пригласить Ивана на ужин. И ужин она решила приготовить сама. После работы путь Марии домой лежал через магазин, в котором она купила индейку, фрукты, овощи и вино. План у Хромовой был прост и изящен: запечь индейку в духовке и сделать легкий салат. Впрочем, дальше у Марии всё шло по плану и беды ничего не предвещало. Женщина быстро сделала салат, нарезала сыр на тарелку и поставила индейку в духовку. За то время, пока мясо готовилось, Мария успела сделать себе прическу и надеть недавно купленное зелёное платье. Женщина пришла к окончательному решению, что Иван ей все же симпатичен, и она ему, как ей хотелось верить - тоже. Но в то же время Хромов был тем человеком, эмоции которого трудно прочитать и понять его мотивы до конца она так и не смогла. А хотелось бы. Поэтому, после того, как Мария прихорошилась возле зеркала, она пошла в кухню, откуда доносился приятный аромат. — Вовремя, — довольно улыбнулась Мария, глядя на часы. Иван вот-вот должен вернуться со смены, а у неё уже все готово. Женщина взяла полотенце и открыла дверцу духовки. Она достала противень из духовки, поставила на подставку на столе и увидела, как тканевую скатерть тут же охватил огонь. Когда Хромов вошел в квартиру, то сразу почувствовал запах чего-то горелого, услышал грохот, громкие возгласы своей супруги. Не снимая обуви, мужчина сразу побежал в кухню, где их обеденный стол был захвачен огнем, а Мария пыталась одновременно набирать воду в кастрюлю и тушить стол полотенцем. За долю секунды Хромов успел задаться вопросом, что произошло, решить, что об этом он спросит у Маши потом, и вспомнить, что в ванной у них стоит ведро с набранной водой на случай внепланового отключения водоснабжения. Не тратя больше времени, он убежал в ванную, схватил ведро и прибежал обратно в кухню. Хромов выплеснул все двенадцать литров воды на стол, схватил другое полотенце и забил оставшийся огонь. — Слава Богу! — воскликнула Мария и с облегчением выдохнула. — Как ты вовремя. — Что случилось? — Я готовила ужин. Хромов приподнял брови и с подозрением глянул на стол. То, что на нем осталось, было мало похоже на ужин. — И как? - все же поинтересовался он. — Доставала индейку из духовки, край полотенца попал в огонь, судя по всему, и…дальше, думаю, объяснять не надо, — Мария пожала плечами. — Да, не надо. Маш, ну, — Хромов вздохнул, глядя на все еще растерянную супругу, — сколько раз я тебе говорил быть аккуратнее? Хромова подняла глаза на мужчину и покачала головой. — Нисколько, — заметила она. — Да, точно, — виновато сказал Хромов, вспоминая, что лекцию о безопасности на кухне Маша выслушала год назад, когда она в спешке умудрилась обжечься и подпалить полотенце. Иван, взглянув на женщину повнимательнее, улыбнулся. — Отлично выглядишь. — Спасибо, — щеки женщины предательски порозовели, а на лице появилась смущенная улыбка. — А я…мне сегодня сказали, что меня поставили передачу вести. Вот я и решила отметить. — Маш, так это же замечательно, — радостно воскликнул мужчина. — Только…что же ты не сказала? Я бы купил что-нибудь, отметили бы. Мария посмеялась, указывая рукой на стол. — А я все купила. Только вот с ужином не вышло… Но салат, сыр и вино остались. Может, отметим? Иван, еще раз взглянув на испорченный стол, скатерть и индейку, с усмешкой кивнул и согласился с женой. По обоюдному решению они, вместе с вином, салатом и сыром переместились в гостиную, где Мария за бокалом вина рассказывала мужу про новую передачу про коллегу, которая с сегодняшнего дня её недолюбливала, и про Ларису, которой она теперь должна бутылку ликера. Иван в свою очередь рассказал о пациенте, за которым ему в буквальном смысле пришлось бегать по больнице. Хромова, посмеявшись с этой истории, покрутила бокал в руке и посмотрела на мужчину. — Знаешь, это вообще должен был быть романтический ужин, но в последний момент все пошло не по плану, — Мария, которая стала более разговорчивой под воздействием алкоголя и располагающе обстановки, решила признаться Ивану в истиной причине сегодняшнего ужина. Она заметила, как во взгляде мужчины вспыхнула искорка любопытства и он сдержанно улыбнулся. — С чего бы это, Маш? — Мы же муж и жена, в конце концов, а живем, как соседи и… Я предполагаю, Вань, что ты остался со мной потому, что тебе совесть не позволила меня оставить, и тебе меня жалко. Ты же хотел сначала уехать. Пораженный таким откровением, Хромов помотал головой и уставился на супругу, не сообразив сразу, что можно ответить. Та, видя его реакцию, напряглась и сделала глоток вина. — Маш, ты почему так думаешь? — А какому мужчине такое понравится? — Понятно, — Хромов грустно улыбнулся. Выводы Маши, что он остался с ней лишь из жалости, были неожиданными, хотя ему казалось, что в последнее время они наоборот стали ближе. Однако, теперь к Хромову закралось осознание, что за эти пару месяцев он так и не смог завоевать доверие жены. — Маш, а вот…если бы со мной такое случилось? Ты бы что сделала? — В смысле? — удивилась она. — Как бы ты поступила? — Я… — Мария растерялась, глядя на мужа. — Я бы с тобой была, конечно. — Вот и я с тобой, — с уверенностью сказал Иван. — Я сначала хотел уехать, чтобы дать тебе время адаптироваться, чтобы не заставлять жить с чужим человеком. Только поэтому. А так… — Он ненадолго замолчал, думая, стоит ли говорить следующие слова. Все же, стоит. — Маш, я тебя… люблю… и торопить не буду. Поэтому, мы будем соседями до тех пор, пока ты этого хочешь. — Привычка сдерживать эмоции дала сбой? — не найдя, что сказать, она ляпнула первое, что пришло в голову. Потому что такое признание со стороны вечно сдержанного Хромова выбило у неё почву из-под ног. Да и в целом Мария уже забыла, когда последний раз слышала от мужчины признание в любви. Она посмотрела на Ивана и ласково улыбнулась ему, понимая, что её утренние предположения были абсолютно беспочвенными и, что уж тут поделать, весьма глупыми. Импульсивность и неразбериха в своих собственных чувствах заставили её усомниться и в чувствах своего мужа. Но супруг вновь её приятно удивил, отреагировав на её высказывания и предположения с присущим ему спокойствием. — Да, наверное, — с мимолетной улыбкой ответил мужчина. — В следующий раз наш ужин будет более романтичным, — со смущенной улыбкой пообещала женщина. — Только я тебе буду помогать. Чтобы наш ужин был еще и безопасным, — посмеялся Хромов. Мария закрыла глаза ладонью и захохотала. — Да, так будет лучше.