Давайте знакомиться заново...

— Иван, доброе утро, — Мария поприветствовала вошедшего в кухню Хромова непринужденной улыбкой и перевернула лопаткой оладьи, что жарились на сковородке. — Доброе, — мужчина ответил супруге мягкой улыбкой. — Маш, а Вы почему так рано не спите? — Да я выспалась. Вот, решила нам завтрак приготовить. Так что, минут через пятнадцать можно будет садиться. — Вам помочь чем-то? — Нет-нет, я сама. — Ладно, я как раз в ванную тогда успею. Не пристало на работу небритым ходить, — весело ухмыльнулся мужчина и вышел из кухни. За то время, что Иван пропадал, Хромова успела дожарить оладьи, выбрать, какое же варенье больше подойдет к ним и успела приготовить воздушный омлет. Мария поставила результаты своих трудов на обеденный стол и удовлетворенно кивнула. — Вовремя Вы, Вань, — сказала Мария вернувшемуся обратно Хромову. — Садитесь, пока омлет и оладьи не остыли. — Ой, как здорово. Спасибо, — по-детски обрадовался Хромов, садясь за стол. — Вы так восторгаетесь, как будто это не омлет и оладьи, а блюдо года от шеф-повара элитного ресторана, — хихикнула Мария, несколько удивляясь такой реакции со стороны мужчины. — Ну, знаете, это лучше, чем в ресторане, — честно признался он. Мария отвернулась от Хромова и потянулась доставать кружки из полки, попутно с этим пряча смущенную улыбку, которая вопреки её воле появилась на лице. Она залила пакетики с чаем кипятком и поставила кружки на стол. — Я знаю, что Вы любите кофе, но Вам сейчас нельзя. — А… — мужчина растерянно посмотрел на супругу, но промолчал, не зная, что возразить в ответ. Но такая категоричная забота со стороны Маши была приятна, чего уж скрывать. — Спасибо, — он взял кружку и сделал небольшой глоток горячего чая. Довольно хмыкнув, женщина села за стол и приступила к трапезе. Хромов покрутил кружку с не самым любимым жасминовым чаем в руках и несмело посмотрел на сидящую перед ним жену. — Маш, — окликнул ее мужчина. — Да? — Маш, а Вы как смотрите на то, чтобы в кино сходить на французскую комедию? — предложил Хромов и стал ждать ответной реакции. — А Вы откуда знаете, что я французские комедии люблю? — удивленно спросила у него Мария, но тут же рассмеялась и кивнула. — А, ну да, это же я ничего не помню и про Вас не знаю. — Зато я помню, и знаю, — добродушно улыбнулся ей мужчина. — Пойдете? — Кстати, насчет моей памяти. Я, может, и не помню Вас, но совершенно точно уверена, что Вам было нехорошо, — неожиданно сменила тему Мария. — Как Вы сейчас себя чувствуете? — Ну, Маша, Вам не нужно так за меня беспокоиться. Все хорошо, — вежливо отмахнулся Хромов. Супруга хоть его и не помнила, но оставалась всё ещё такой же заботливой, даже слишком. — Может, Вы сегодня посидите дома, а на работу пойдете уже завтра? — неожиданно предложила она. — Отдохнете, телевизор посмотрите. Ну, раз уж получилось так. — Нет, Маш. У меня плановая сегодня, нужно идти, — твердо, но с улыбкой ответил ей Хромов. — Ну, Вань… — Нет, Маш. У меня смена, — настаивал на своем мужчина. — Хорошо, — решила уступить Мария, но сделать она это решила на своих условиях. — Вы идете на работу, но только после того, как мы измерим давление. — При всей своей доброте и мягкости супруг её, вероятно, был достаточно упрямым человеком. Хромов, взвесив все «за» и «против» решил, что ему будет проще согласиться на безобидное измерение давления, чем выслушивать нравоучения своей чересчур заботливой и суетливой супруги. — Хорошо. — Отлично, тогда пойдемте в гостиную. Хромов вздохнул, согласно кивая. Он молча встал со стула и оправился в гостиную, не замечая, как Мария, шедшая за ним, победоносно улыбнулась. Войдя в гостиную, Хромов достал из полки механический тонометр, протянул его женщине и сел на диван, засучив рукав рубашки. Мария профессиональными движениями — что называется, бывших врачей не бывает, — справилась с тонометром. Она сняла манжет с руки Ивана и удовлетворенно улыбнулась. — Сто двадцать пять на восемьдесят. — Ну и чудно, — сказал Хромов, глядя на часы и понимая, что на работу ему нужно выходить уже прямо сейчас. — Спасибо Вам, Маш. Я пошел тогда? — Мужчина встал с дивана и направился в прихожую. — Иван, может, все-таки… — женщина предприняла еще одну попытку его уговорить, пока он надевал плащ. — Нет. Не обижайтесь, но я же уже сказал, что все равно пойду на работу, — посмотрев на недовольную супругу, Хромов открыл двери. — И да, кстати, Вы мне так и не ответили про кино. — Да я, в общем-то, не против, давайте сходим, — улыбнулась ему Мария. — Это замечательно, — мягко улыбнулся мужчина. — До свидания. Проводив Ивана, Мария почему-то все равно не смогла смириться с тем, что он ушел на работу. Она решила набрать сыну, и предупредить его о самочувствии её соседа, а заодно и попросить проследить за ним. Так ей будет спокойнее. Рабочий день Марии подходил к концу. Вопреки выражению «понедельник — день тяжелый», рабочий день у Хромовой выдался спокойным, беспроблемным и размеренным. Под конец рабочего дня Мария, когда они закончили записывать очередной выпуск, сидела в офисе и читала текст, который она должна будет говорить послезавтра на очередной записи. — Маша, — к сидящей за столом Хромовой подошла Лариса. Женщина поставила два стаканчика с кофе на стол и села на стоящий рядом со столом диван. Мария закрыла крышку ноутбука, отвлекаясь от чтения сценария, и повернулась к подруге. — Кофе бери. — Спасибо, — она поблагодарила Беляеву за принесенный кофе и взяла теплый бумажный стакан в руку. — Все не отрываешься от зубрежки текста? — Просто читаю. — Тебе ноутбук этот, кстати, Хромов подарил год назад на юбилей, — зачем-то оповестила женщину Беляева. Мария изогнула бровь и неоднозначно хмыкнула. — Ты знаешь о нашей личной жизни с Иваном больше, чем я. — Ты до сих пор ему «выкаешь»? — Хромова удивилась такому вопросу, но, тем не менее, утвердительно кивнула собеседнице. — Ты его еще Иваном Николаевичем назови, — посмеялась Беляева, но когда увидела, как Мария опустила глаза, вздохнула. — Боже… — А как мне его называть? — вдруг встрепенулась Мария. — Я его толком не знаю. — И что? Маш, это твой муж, а не чужой мужик. Вы живете вместе. — Не знаю… — Господи, как Хромов с тобой живет… — закатила глаза Беляева. — Ну да ладно, сами разбирайтесь. Ты слышала, что новую передачу будут запускать? — Лариса резко перескочила на другую тему, переводя разговор с личного русла в рабочее. — Слышала. — Мне тут шепнули, что, скорее всего, вернее, почти наверняка, вести её будешь ты, — оповестила она Хромову. Мария окинула подругу любопытным взглядом. — А как же Яковлева? — Ну… Яковлева не будет, — неоднозначно ответила ей Беляева и заговорщически улыбнулась. — Так что, Мария Валерьевна, готовьтесь. — Ты подожди, это еще не точно и не надо заранее радоваться, — тихо сказала ей Мария, чтобы никто кроме подруги её не услышал. Поскольку коллектив был у них творческим и не самым сплоченным, любые слова могли моментально превратиться в сплетни и разлететься по всему офису. Так было четыре года назад, но и сейчас видимо ничего не изменилось, судя по тому, с какими новостями пришла к ней Лариса. — Маш, — в ответ на её назидательную речь, Беляева только фыркнула. — Давай так: если тебя поставят на эту передачу, то с тебя бутылка ликера, если нет — с меня. Идет? Мария, выслушав такое ребяческое предложение от взрослого человека, посмеялась, но, тем не менее, согласно кивнула. — Идет. А вот у Хромова понедельник был тяжелым по всем классическим законам жанра. Утренние неурядицы с пациентом и их старшей медсестрой сменились летальным исходом на операционном столе. Молодая девушка, попавшая в ДТП, была доставлена к ним в критическом состоянии и они, вопреки всем стараниям, помочь ей не смогли. Потому, после тяжелого разговора, или правильнее будет сказать скандала с родственниками скончавшейся на столе пациентки, Хромов, желая перевести дух и отдохнуть, пошел в сторону ординаторской, где к сожалению самого Ивана сидел Костя. Лазарев, увидев отчима, сразу окинул его заинтересованным взглядом. — Иван Николаевич, — окликнул его Лазарев. Хромов повернулся и вопросительно качнул головой. Вид Ивана Николаевича не внушал доверия: тяжелое дыхание, усталый вид и побледневшее лицо четко говорили о том, что самочувствие его оставляет желать лучшего. — Плохо? — Все же спросил Костя и в ответ был уже готов услышать дежурное «все нормально» от Хромова, но неожиданно честное признание со стороны отчима его удивило. — Да, нехорошо что-то… — тяжело выдохнул мужчина. Он сел на диван и прикрыл глаза, поэтому не увидел, как Костя ощутимо напрягся и изменился в лице. Сам же Хромов, сидя на диване с закрытыми глазами не заметил так же, как Костя возник возле него со стаканом в руках. Не спрашивая, что в нем, Хромов благодарно кивнул и выпил содержимое стакана. Лазарев сел рядом с ним. — Вам мама говорила отдыхать сегодня? — А она тебе уже успела рассказать, — констатировал Хромов. Лазарев хмыкнул и пожал плечами, показывая, что от его матери другого ожидать и не стоило. — А вот о том, почему Вы мне ничего не рассказали про вчерашнее, мы потом поговорим. Так она говорила? — повторил свой вопрос Константин, но уже более настойчиво. Хромов отвел взгляд в сторону и недовольно вздохнул. — Говорила, — без охоты признался мужчина. — Послушали? — Кость… — Кость, — передразнил его Лазарев, но потом заговорил серьезно, даже строго. Так, как сам Иван Николаевич временами разговаривал с ним. — Мы сейчас делаем ЭКГ, и если мне что-то там не нравится, Вы ложитесь в кардиологию. И даже не думайте со мной спорить сейчас. От такой реакции со стороны пасынка Хромов обомлел. Не найдя, что сказать, он усмехнулся. — А если нравится? — в голосе мужчины Лазарев услышал веселые нотки. Костя улыбнулся, глядя на отчима. — А если понравится, то Вы берете больничный или отгулы. И отдыхаете. Дома отдыхаете, Иван Николаевич. — Я понял, Кость, — неожиданно быстро согласился Хромов, уступая настойчивому пасынку, который, к слову, был абсолютно прав. — Ну вот, — довольствуясь таким ответом, Костя еще раз одарил Хромова улыбкой. — А сейчас ЭКГ. После того, как по настоянию Лазарева Хромов сделал ЭКГ и результат Константина пусть не совсем, но удовлетворил, он, вытрусив из Хромова честное слово, что тот посидит дома хотя бы несколько дней, буквально спровадил его до такси. Отчасти Хромов этому был даже рад. Поэтому, с пасынком он особо не пререкался и просто поехал домой, где его скорее всего уже ждал второй контролер. Так и было — когда Хромов открыл двери, в коридоре его уже поджидала Маша. Увидев супругу, он улыбнулся. — Маш, здравствуйте. — Здравствуйте. Как Вы себя чувствуете? Хромов хмыкнул, скидывая с себя плащ. — Костя доложил уже, я так понимаю. — А как Вы думаете? — с иронией поинтересовалась Мария. Хромов молча вздохнул, закатив глаза, и прошел в гостиную. Отчего-то негодующая Мария пошла за своим соседом. — Иван, ну как так можно? — Она одарила его строгим взглядом. Хромов отреагировал сдержанным смешком. — Вы за мной постоянно смотрите и напоминаете, чтобы я отдыхала, не уставала, чтобы берегла себя. А сами? Вам вчера плохо стало, так Вы вместо того, чтобы просто отдохнуть, прошли на работу. Ну, вот кто так делает? Хромов устало вздохнул и согласно качнул головой. Желания вступать в полемику со своей супругой не было никакого, поэтому, он с ней просто согласился. — Вы правы. Я тогда присяду? — Хоть одна здравая мысль — усмехнулась женщина. — А еще лучше прилечь. А вообще, Вань, Вам нужно показаться врачу. У меня подруга хороший кардиолог. Я ей позвоню и она Вас примет. — Маш, у меня… — начал говорить Хромов, но тут же остановился. Он хотел сказать, что у него самого достаточно много знакомых кардиологов. К некоторым из них он мог без страха пойти. Но не сказал. — Спасибо. Я схожу обязательно. — Хорошо, — такой ответ Марию удовлетворил. — А еще, теперь у Вас прогулки на свежем воздухе, никаких волнений и никакого кофе. — Оповестила своего соседа Хромова и тут же поймала на себе взгляд мужчины, полный изумления и негодования. Хромов обреченно вздохнул. — Кругом одни контролеры. На работе один, дома второй, — иронично усмехнулся он. — Костя переживает. И я, Вань, за тебя переживаю, — глядя на Хромова, честно призналась ему Мария, этим самым заставляя Хромова смутиться. — Так что… — Никакого кофе и волнений, а прогулки на свежем воздухе, — окончательно сдался мужчина. — Я правильно понял? — Да, — подтвердила она. — А еще…давай перейдем на «ты» окончательно? — Предложила Мария. — Маш… — Хромов вдруг растерялся. Почти что постоянное «Вы» от Маши его коробило и казалось странным, но торопить её Хромов все же не хотел. Да и за эти два месяца он к этому уже настолько привык, что сейчас такое предложение от неё казалось ему неожиданным. Но…он был рад. Был рад сблизиться с Машей ещё больше и рад, что инициатором была она сама. — Конечно, давай… — Улыбнулся мужчина.