Я пойду прямиком к горизонту

      Что-то в развернувшимся перед глазами зрелище заставило Короля Солнца помедлить, прижавшись спиной к колонне, опустить молоток для крокета головкой вниз и присмотреться получше.       Склонившись над столом, напоминающее только своей верхней половиной человека создание торопливо заталкивало в рот один ломоть бисквита за другим — переступая, балансировало на тонких почти птичьих лапах, едва не наступая на собственный крысиный хвост.       Ребёнок над чашей с сахарными шариками.       — Раз-два-три, — тянет Король Солнца, ритмично постукивает по мыску туфли, — Раз-два-три, — ладони влажные, твёрдые.       Быть не может.       Не один.       Чудно.       Вздрогнув, существо застыло.       — Раз, — Король Солнца вышагнул из-за укрытия, — Воровство наказуемо, друг мой, — предупреждающая улыбка кривая, но тёплая.       Настораживающая для существа.       Немой охотничий горн.       Достаточно, чтобы от второго шага броситься прочь.       — Два, — как бы не были быстры нелюди — человеческая хитрость их достигнет, — Я не причиню тебе вреда, — щелчок пальцами, и Сад покорно подносит существо к ногам Короля Солнца.       Как если бы двигался сам, пока хозяин и гость, врастая в землю любопытной пантомимой повторяли сюжет охоты.       Потерявшись в подвижном мире — существо оступилось, вытянувшись в безнадёжном прыжке растянулось, уткнувшись носом в грязь.       На явно украденной длинной сорочке останется пятно.       — Три — попался, — молоток упирается у макушки, — Перевернись, — не бьёт, давит, — Я не жаден, прощу тебя, если будешь себя, — Король Солнца выдерживает паузу, — Послушно, — всё же тюкает по уху.       Существо не ответило, но подчинилось; сложно протестовать, когда рот забит стянутым с королевского стола.       Поморщилось — Король Солнца нетерпеливо наступил ему на хвост каблуком.       — Прожуй, — миролюбивое, если не обращать внимания на отведённый за плечо молоток, предложение, — Можешь выплюнуть, — для него Король Солнца будет самим радушием.       Лихорадочно мотнув головой существо загудело.       — Я настаиваю, — учтиво.       Опустив взгляд существо заёрзало — Королю Солнца потребовалось время, чтобы догадаться; оно спешно расталкивало языком бисквит по сторонам щёк.       — Чудесно, — хвалит Король Солнца, разглядывая свою надежду.       — Кто ты? — глухо пробормотало существо.       — Боюсь, это и в моём интересе, — снисходительное фырканье.       — Что ты делаешь в моём лесу? — прямое обвинение.       — Прошу прощения? — оступился Король Солнца.       — Ты и бледные люди, — уточнение.       — Это мой «Сад», — поправляет Король Солнца.       — Докажи! — сдавленный рык.       — Произошедшего достаточно? — так, спрашивает между делом.       — Нет, — неловкий оскал.       — Что я могу сделать, чтобы ты назвал мне своё имя? — чуть наклоняется Король Солнца.       — Сказать своё! — находится существо.       — Может, и ещё что-нибудь рассказать? — Король Солнца не хочет отпускать, верит.       Шанс.       — Всё, — проба казаться страшнее, больше обрывается — существо едва не давится спрятанным от тупого удара в живот.       Укусить не даёт то, что теперь головка упирается в горло, давит на кадык.       — Король Солнца — к твоим услугам, — движение широкими плечами, — Задавай следующий — будем играть поочерёдно, — тепло жалит.       Поддаётся, передавая ход, пусть заметит.