Белая библиотека в антресоли

      У Сяо Чжаня что-то в груди оборвалось. Не оригинально. Противно. Больно. Непонятно. Мерзко.       Он смотрит на эти точки и думает, что… нет, серьёзно? Это всё, чего он достоин? Вот так значит? То есть все слова, которые ему говорили, были ложью. Все чувства, которые он испытывал — не нужны.       Ох.       Это оказалось больнее, чем он думал.       А потом на экране высвечивается ещё более больное: Бо-ди❤️ Входящий вызов       Сяо Чжань еле побарывает желание тут же нажать на отбой. Может… всё ещё не настолько потеряно? Он нажимает на «принять» и ничего больше не говорит.       Он молчит. В трубке молчат тоже.       — Алло.? — наконец неуверенно спрашивает Ван Ибо. Ван чёрт его дери Ибо, — Чжань-гэ, ты там?       — М, — только и отзывается Сяо Чжань.       — Откуда у тебя это? — спрашивает Ибо почему-то очень спокойно. Ну почти. Он немного запыхался. И Сяо Чжань совершенно точно не хочет спросить, почему и куда тот идёт. И почему вообще захотел позвонить… ой, нет. Он же не хочет.       — От верблюда.       — …Сяо Чжань.       — Что?       — Просто чтоб ты знал: да, ты у меня не первый.       — …это тут при чём?       — Так. Подожди, — Сяо Чжань слышит, как Ибо останавливается, дышит в трубку, — Подожди, — снова повторяет он, — Ты… блять. Нет. Боги. Сяо Чжань. Так… ты же не подумал, что эта фотография была сделана недавно? — Сяо Чжань молчит, — Чжань-гэ, — Сяо Чжань отодвигает от себя телефон, заходит в чат и снова смотрит. Но ведь… — Сяо Чжань. Я знал, что ты немного тупик, но не настолько же. О, как же ты меня напугал!       — Эй! Да что. Да я… — что «он», он договорить не успевает.       — Не возмущайся. Выгляни в окошко, красавец, — говорят мягко на том конце и тут же вешают трубку.       — Чего.?       Сяо Чжань ещё какое-то время тупо пялился в телефон. А потом встал и правда выглянул в окно. И тут же спрятался обратно за штору с ярко пылающими щеками.       Просто представьте себе такого дворового хулигана под вашими окнами с огромным букетом алых роз, который очень хорошо видно даже с его пятого этажа. А на улице снег. И холодно. И Ван Ибо замёрзнет. И розы. И…       Сяо Чжань открывает окно, свешивается вниз, игнорируя мокрые снежинки, тут же полетевшие в его сторону:       — Ван Ибо! Ты что творишь?!       — Пришёл выбивать всякую дурь из твоей головы! — кричит Ван Ибо снизу, Сяо Чжань уже и хочет возмутиться, но не успевает, — Вот даже веник принёс!       — Вот же идиот, — с неконтролируемой улыбкой бормочет себе под нос Сяо Чжань, а потом кричит: — И ты думаешь, я тебя впущу?!       — А я не спрашивал!       И скрывается в подъезде. А Сяо Чжань так и застывает перед окном, возмущённо хлопая ресницами. А потом раздаётся звонок и Сяо Чжань, забыв про окно, стремится к двери с твёрдым намерением сделать выговор тому, которого всего пять минут назад считал своим «уже бывшим парнем».       — Ван Ибо.!       Но не успевает, потому что Ван Ибо тут же целует его так, что коленки подкашиваются, а из головы испаряются любые мысли.       — Вот это конечно было крутое приветствие сразу после самолёта, — выдыхает Ибо прямо в губы, — Ты почему встречать не приехал?       — Ну я… — промямлил Сяо Чжань, пытаясь хоть одно жалкое предложение связать в голове. Эффект неожиданности и почти двухнедельный голод взяли своё и вместо ответа, Сяо Чжань снова потянулся за поцелуем под гремлиновское, но чрезвычайно довольное гыканье.

—

      — Так что это было? — тихо спрашивает Ван Ибо, когда они лениво валяются в постели после горячего, долгого марафона.       С улицы в окно светит фонарь и его жёлтые отблески выступают единственным источником света. Сяо Чжань задумчиво шевелит губами.       — Я запаниковал, — просто отвечает он и чувствует, как Ибо обнимает его покрепче и целует куда-то в ключицу, — Знаешь, мы же встречаемся всего-то полгода и когда я получил эту фотографию, а ты был в другой стране… ну. Я подумал. Ну. Ты знаешь.       — И поэтому ты встречать меня не поехал?       — Если честно… я побоялся.       — Сяо Чжань, — низко стонет Ван Ибо и подтягивается чуть вверх, чтобы быть с Сяо Чжанем на одном уровне, — Ты серьёзно очень много думаешь. Давай так. Ты не подозреваешь меня и будешь со мной максимально честным. И я буду с тобой максимально искренним. Мне с тобой очень спокойно и хо-ро-шо, — Ибо произносит последнее слово по слогам, смотрит Сяо Чжаню прямо в глаза. Сяо Чжань не может не улыбнуться, — М?       Сяо Чжань кивает, получает короткий поцелуй и тихий шёпот «ну всё, пошли спать» и вдруг снова замирает, испуганно глядя на Ибо.       — Что? — обеспокоенно спрашивает Ибо.       — А розы мы в вазу поставили? — спрашивает Сяо Чжань так озабоченно, что Ван Ибо даже не сразу понимает, что дело уже вовсе не об их отношениях.       А потом как понимает! И он прижимает к себе Сяо Чжаня близко-близко и сквозь смех ему в макушку тихо-тихо возмущается, что иногда вообще не понимает, что происходит в этой красивой голове, ну потому что «ну как ты вообще сейчас вспомнил про розы!».