Вкус металла

Дворик у семьи Уизли оказался очень уютным. Моя бабушка сказала бы, что он совсем не убран и даже запущен, но мне он нравился. Неидеально подстрижена трава, старый забор из каменной кладки, по которому ползли ветви плюща. Искривлённые деревья и небольшие кустики с цветами- как и магловскими, так и магическими. Так же был маленький прудик, заросший ряской, возле которого прыгали разные жабки, оглушительно квакая. Как только я вышла на улицу в меня влетело что-то чёрное. Это уже становится обыденности. Отстранив от себя счастливую Лолу, я её обняла. — Привет, красавица. Ну как тебе здесь? — она оглушительно каркнула. — Нравится? Можешь меня расцеловать, я официально разрешаю тебе поохотится. От такого заявления Лола пришла в восторг, покусывая меня за мочку уха. — Да, да, я тоже тебя люблю. Так, теперь слушай, — ворона внимательно посмотрела на меня- Твоя цель — гномы. Это такая сморщенная картофелина на ножках. Не самые приятные соседи, от которых надо избавится. Хватай их, делай с ними мёртвые петли, короче, всё, чтобы у них закружилась голова и выбрасывая подальше от дома. Только не улетай слишком далеко. Приказ понятен? — КАР! — Молодчинка, а теперь лети. Выпустив птицу, та, незамедлительно приступила к началу охоты, пристально оглядывая сад. За моим разговором с Лолой наблюдали все дети Уизли, кроме Рона с Перси. Последний пулей побежал в курятник, чтобы побыстрее справится с яйцами и сесть делать домашние задание. Хотя, близнецы мне сказали, что очкарик просто хочет списаться со своей подружкой Пенелопой, ведь они уже не виделись целых два дня, а бедняга столь длительное расставание пережить не может. Рон же сразу пошёл за отцом колоть дрова, хотя, как я поняла, он ненавидел это делать. — Надеюсь, она их не убьёт, — тихо сказала Джинни, наблюдая за вороной, которая была видна чёрной точкой в летнем небе. — Не убьет, — убедила я девочку, уже засомневавшись в своих же словах. — Наверное. Ко мне подошёл предположительный Фред и положил руку на моё плечо, от чего я не заметно для него подпрыгнула: — Не волнуйся Кэл, за такого рода ущерб мы просить компенсацию не будем, — и хитро ухмыльнувшись, добавил. — Наверное. — Что-то мне кажется, что ты скорее сам станцуешь на их могилках чечётку, чем будешь лить ручьи слёз. Театрально ахнув, предположительный Джордж сказал: — Ты до глубины наших душ задела наши с Джорджем чувства. Как ты могла подумать, что мы настолько чёрствые и жестокие люди?! Настоящий Фред взял брата под руку, пока настоящий Джордж, не убирая руки с моего плеча вытирал несуществующие слёзы. — Каюсь, каюсь, — сдержав смех и подняв руки, капитулировав, я у себя в голове корила себя, что спутала близнецов. — Мы принимаем твои извинения, и… В этот момент над садом прошёл оглушительный пищащий крик. Повернув голову, я остолбенела. У меня в голове и мысли не было, что мой недо-приказ Лола воспримет в серьёз. Пока мы с близнецами чесали языками, ворона смогла словить одного из гномов. Сейчас, высоко в небе вместе с ним в клюве, она делала мёртвые петли, крюки, резко падала к земле и в последний момент взлетала, пока картошка в её рте во весь голос орала от страха. На этот писк ужаса, остальные гномы стали вылазить из своих норок, что стало для них роковой ошибкой. Обгоняя друг друга, близнецы побежали за жильцами, не плативших за аренду. Те, к моему большому удивлению, матерясь, стали прятаться и убегать от Фреда с Джорджем. Последние, крича друг-другу «Вон он!» и «Лови гадёныша!» хватали мальцов и раскручивая у себя над головой, выкидывали их за каменную ограду. Один из гномов, спасая себя от нежеланного переезда побежал в нашу с Джинни сторону. Вскрикнув, рыжеволосая спряталась у меня за спиной, но уродская картофелина, почуяв страх, обнажила свои жёлтые острые клычки и зарычала. Почему-то, это походило на ту самую злую чихуахуа, но, честно говоря, это внушало намного больше страха, чем какая-то псина. Выставив свои тонкие, но с огромными почерневшими ноготками, ручки, крича, гном прыгнул на нас. Не отдавая себе отчёта, я, вызвав посох, зарядила по летящему на меня существу, словно он бейсбольный мячик. С тупым звуком, гном, вопя, полетел прямо… — Джордж! Обернувшись, тот словив гадкую картофелину на ножках двумя руками. Вытянув как можно дальше от себя всё норовящего укусить парня за пальцы гнома, рыжеволосый с обидой крикнул мне: — Я Фред, вообще-то! — Прости, Фред! — надо мне научится их различать, а то это не дело. Тот, ухмыльнувшись, раскрутив моего гнома и выкинув из сада, прокричал: — Шучу, я Джордж! — Спасибо тебе, Кэл, что спасла меня от этого гнома, — тихо из-за моей спины сказала Джинни, немного покраснев. — Я их жуть как боюсь. — Не за что, Джинни, — улыбнувшись, я ответила девочке позади меня. — На самом деле я сама нехило так испугалась, так что, считай, что я спасала свою шкуру. Хихикнув, мы с Джинни пошли в сторону неприметного сарайчика в углу сада. — И, кстати, — улыбнувшись, сказала рыжеволосая. — То был Фред.

      ***

Как оказалось, то во время работы намного проще сблизиться с человеком. Сначала стесняясь и ходя как помидор, Джинни, совсем не шла на контакт. Но найдя подходящую тему, а именно квиддич, разговор пошёл на ура. Так, скидывая сорняки в одну большую кучу мы разговаривали обо всём и не о чём. Джинни рассказывала о семье, Хогвартсе, её подруге странной Лавгуд с которой она общалась с самого детства, ведь они живут по соседству. На самом деле, я больше слушала, чем говорила, так как большинство моих воспоминаний, а точнее воспоминаний Каллисты, я не помню. А знаю я только о капле в море, а точнее о событиях в жизни Каллисты из её дневника. И то я его не дочитала ещё. Так что, я рассказывала только о том, что знаю наверняка. — То есть, ты хочешь сказать, что ты с шести лет жила в чужой стране, не зная их языка и не приезжая домой на каникулы? — удивлённо спросила Джинни, кидая очередной сорняк в кучу других. — Ну, каникулы в Вогнечаре довольно короткие, летние и то месяц. А возвращаться в Великобританию на них не было особого смысла — порталы ведь денег стоят. Так что, я оставалась в августе на попечительстве одной преподавательницы и учила весь этот месяц украинский язык. — И как для тебя этот язык звучит? — То есть? — Ну… — Джинни отпустила сорняк и поднялась в полный рост. — Ну вот немецкий для многих звучит сурово, как и русский. А французский чересчур сладко. А для тебя как звучит украинский? Я задумалась, глядя в сторону близнецов, который пытались найти гномов. Те, поняв, что на них объявлена охота попрятались кто куда. Лёгкий ветерок колыхал листву деревьев, на ветвях древа сидела Лола, спрятав голову под чёрное крыло. Белоснежные облака медленно плыли по небесам, скрывая от нас палящие солнце. — Знаешь, — подала я голос, Джинни взглянула на меня .— В украинском языке есть очень красивое выражение, как «солов’їна», что значит соловьиная. Соловей в принципе очень яркая фигура в украинском фольклоре. Его щебет считают невероятно красивым, даже лучше песен феникса. А музыка у них… В ней есть как и задор, так и грусть, всё звучит словно ты находишься на сцене мюзикла. Так что, я думаю соловьиная идеально подойдёт для описания украинского. — Вау, очень красиво сказано, — проговорила девочка. — Я бы так не смогла. А ты знаешь какие-то песни на украинском? — Конечно знаю! — А ты бы могла спеть для меня, — Джинни сделала щенячье глазки, смотря ими мне прямо в душу. Я пришла от такой просьбы в ступор: — Ох, дорогая, не знаю. — Ну пожааааааалуйста, Каллиста. Прошу, прошу, прошу. — Хорошо, хорошо. Вот только, чтобы спеть ей? Щедривки как-то не к месту- лето на дворе. А песни, кроме народных, этих годов я не знаю. Хотя, Джинни тоже их не знает. И вряд ли узнает. Так что можно спеть и ту песню, которую я хорошо знаю и не оплошаю. Покашляв в кулак, я выпрямилась !!!:

Давай виключим світло і будем мовчати

про то, що не можна словами сказати.

Не можна писати, неможливо зіграти,

а тільки мовчати, тихенько мовчати.

Давай мовчати, про то, що дівчати

не вміють сховати, не можуть спати.

Давай про мене і про тебе — мовчати,

мовчати, аж поки не захочем кричати.

Я выставила руки у себя над головой, хлопая в бит. Джинни заворожённо смотрела на меня и взяв из своего кармана банку с семенами, стали трясти её, создавая приятный звук дождя. Голос у Кэл оказался идеальный для пения. Ветерок приятно щекотал волосы, так что, не отдавая себе отчёт, я прикрыла глаза и стала петь любимую песню чуть громче и уверенней, пританцовывая:

Місяць впав. Темно в кімнаті,

як добре, що ти навчилась мовчати.

Про то, що ніколи не змогла би збрехати,

про то, що ніколи, мені не зпитатись.

Ми будем з тобою, у ліжку лежати,

лежати, як сніг, водою стікати.

Ми будемо жадно, свої сльози ковтати,

а з ними слова, яких не сказати.

— Каллиста, продолжай петь! Мы с Джинни остановились, смотря в сторону близнецов. Те ошарашено смотрели на гномов, которые стали вылазить из своих скрытных мест. Гномы будто заколдованные шли ко мне, не отрывая глаз. Я хотела уже выставить посох, чтобы отогнать этих сморщенных картофелин, но… зачем? Джордж с Фредом отлично справляются, пока я отвлекаю их своим пением, а они вылавливают гномов и выкидают за ограду. Так что, я продолжила петь, не взирая на столь странных зрителей.

Давай помовчу тобі просто на вушко

холодною стала, чайова кружка.

А ми ще маєм, про що помовчати,

а ми ще маєм, про що полежати.

Як світло проб’ється через наші штори

ми знову с тобою, як всі заговорим,

А поки ще темно є в нашій кімнаті

давай с тобою будем просто…

Мовчати

Мовчати

Мовчати

Чтобы хоть как-то продлить время своего нежданного концерта, я стала насвистывать мелодию песни Скрябина, пока последний гном не улетел за каменную ограду. — Кэл, это было просто офигенно! — счастливо вскрикнула Джинни, в её глазах светились огоньки. — Это так красиво, я даже забыла, что вокруг нас с тобой стоит орда гномов. — Та мы сами были от этого в шоке! — сказал, скорее всего, Фред, горячо жестикулируя. — Мы с Фредом (чёрт) ни одну гниду найти не могли, а тут ты начала петь, и они как под Империо пошли к тебе. Я никогда такого не видел. — Раньше они с радостью выходили к нами, только стоило окликнуть, — продолжил настоящий Фред за братом — Это они, видимо, сильно ударились бошками в прошлый раз, вот и по умнее стали. — Не могу представить, что бы было, если бы вместо тебя пел Перси, — проговорила Джинни и все рыжие дружно улыбнулись. — Нам бы пришлось искать глухих гномов с моральной травмой на всю их оставшуюся жизнь. Мы все дружно рассмеялись. — Теперь вы у меня в долгу, Уизли, — сказала я, обращаясь к близнецам. — С чего это вдруг? Мы свою часть работы сделали — мы теперь свободны. — Ей, это не честно! — запротестовала Джинни, сверля близнецов взглядом, в точь-точь как миссис Уизли. — Ну ладно, тогда мы с Джинни пойдём отчитаемся, что все сорняки мы выдернули, а вы — какие молодцы, выдворили всех гномов и вам можно всучить новое дело, — с улыбкой сказала я, на что рыжеволосая быстро закивала с прыгающими чёртиками в карих глазах. — Ей, это же не честно! — вскликнули близнецы, нависая надо мной. — Или же вы можете помочь нам, чтобы мы быстрее закончили, и вся работа досталась кому-то другому, — победно проговорила я, наблюдая за реакцией близнецов. Близнецы переглянулись. Такое чувство, что они телепатией свешивали все «за» и «против». — Фредди, мне кажется эта сделка попахивает выгодой, — ухмыльнувшись сказал Джордж, смотря на своего брата. Фред, харкнув в руку, протянул её мне, победно улыбаясь. Да ладно, они серьёзно хотят этим вызвать у меня отвращение? Харкнув в свою ладонь, я пожала руку близнеца. Ладонь его, в отличии от брата, была ледяной, от чего по моей руке прошлись мурашки. Фред с Джорджем, может и удивились, что я пожала руку, но не выказали это ни одним движением. — Приятно иметь дело с вами, мисс Каллиста. И что же нам нужно делать? Джинни, поняв мою задумку, протянула две заржавевшие лопаты, которые мы вытащили из сарая и поставили недалеко от себя.