Паруса в тумане

      Такие слова точно не могли остаться без ответа. Неслышный шорох прервал наэлектризованную тишину, и плед, заботливо принесенный Гарри, сполз на пол, не обратив на себя ничьего внимания.        — Вы отдаете отчет, что говорите? — прямо, почти резко спросила Алекс, и пристальный взгляд доказывал то, что девушка и не думала спать: — Вы готовы бросить команду перед самым отплытием? Подвести мистера Мердока, который вам так доверяет?        — Я не хотел этого, — неслышно ответил Гарольд. — Не хотел, чтобы этот вечер закончился так, но, видно, от объяснения нам все-таки не уйти.        — Вы понимаете, что пути назад не будет?..        Гнетущая пауза после этих слов доказывала, что мистер Лоу отлично это понимал.        — В моей жизни только две мечты, — негромко сказал он после недолгого молчания. — И если настал момент выбирать, то…        Гарри не договорил, встретившись глазами — который раз за сегодня? — с суровым взглядом Алекс. Девушка скептически изогнула бровь и всем выражением лица давала понять мистеру Лоу, что она ему не верит. Он выдержал взгляд и тихо добавил:        — Если надо выбирать, то я выберу вас.        Почти неслышный смешок девушки прозвучал для Гарри сильнее самой громкой команды. Что ж, убеждать кого-то всегда нелегко, а уж Алекс — тем более.        — Я вам не верю, — ответила она. — Вы никогда этого не сделаете.        — Проверьте, — негромко сказал Лоу, все так же внимательно глядя на свою жену. — Осталось только подождать утра.        — Очень хорошо, — бросила девушка и снова легла, отвернувшись. Она мысленно пообещала себе больше не отвечать ни на какие слова — но ей и не пришлось этого делать. Понял ли Гарри ее нежелание продолжать, или его терзали собственные размышления — этого она не знала. Смутное беспокойство шевельнулось в душе, когда Алекс поняла, что ложиться молодой офицер даже не собирается. Кажется, ни о каком сне и речь не могло быть, и все-таки усталость взяла верх. Но когда рассвет осветил эту небольшую каюту, все оставалось в прежнем положении, в том числе и мистер Лоу. Его состояние трудно было объяснить — нечто среднее между глубокой задумчивостью и сном, хотя третий помощник, конечно же, не спал. Карие глаза казались остекленевшими, и девушка вздрогнула, когда почувствовала на себе этот взгляд.        — Сейчас без четверти восемь, — равнодушно произнес Гарри, заметив, что Алекс проснулась. — Скоро начнется дежурство мистера Мердока. Наверное, лучше было бы доложить капитану, чтобы он поставил экипаж в известность… Но мне кажется, это должен сделать я сам.        Алекс молчала, но Гарри как будто и не ждал ответа. Он поднялся со стула, немного размял руки, посмотрел в зеркало и поправил форму. Красные глаза, конечно, были не по уставу, но молодой помощник надвинул фуражку побольше на глаза, надел китель и аккуратно застегнул все пуговицы. Бессонная ночь сказывалась повышенной усталостью и некоторой вялостью, но Гарри знал, что морской воздух и ветер взбодрят его на палубе.        — Простите, я должен вас покинуть, — сказал Лоу все тем же спокойным голосом, направляясь к двери. — Думаю, уже через полчаса я буду в полном вашем распоряжении. Полотенца чистые в шкафу, умывальник — вон за той дверцей. Я вернусь к вам, Алекс. Дождитесь меня.        — Нет, стойте! — девушка буквально слетела с кровати и не заметила на полу многострадальный плед. Ноги запутались, и она едва не упала, в последний момент успев сохранить равновесие. Должно быть, со стороны это выглядело забавно, но сейчас обоим было не до смеха.        Лоу замер, остановив свой неподвижный взгляд на девушке, и терпеливо ждал, в то время как его мысли находились совершенно в другом измерении.        — Гарри, не надо, — громче, чем следовало бы, воскликнула Алекс, когда поняла, что именно он намерен сделать.        На некоторое время наступила тишина; ее было много в эту ночь. Где-то вдали зазвонил вахтовый колокол, пробежали матросы. Молодой помощник все так же держал ручку двери и стоял, не шевелясь, словно застывшая статуя. Алекс тоже замерла. Карие глаза пристально, неотрывно смотрели в голубые, словно пытались что-то понять.        — Я не хочу, чтобы вы страдали от того, что меня нет рядом, — наконец, тихо сказал Гарри. — Больше не хочу причинять вам боли... И потерять вас для меня немыслимо. Все будет хорошо, вот увидите. Судьба нам улыбнется, и мы начнем целую жизнь заново.        — Не будет у вас другой жизни, — девушка встала рядом, вынудив Гарри отойти от двери. — И нельзя начать ее заново, наш выбор, пусть он даже сделан много лет назад, будет отзываться очень долго. Нет, вы же приняли решение, и я ни в коем случае не упрекаю вас, — слабая вымученная улыбка показалась на бледных губах. — Ваша история меня увлекает и заставляет... Испытывать уважение. Не ломайте свою жизнь, Гарри... Это не сделает меня счастливой.        — Алекс, — Гарри бережно обнял свою жену и на мгновение закрыл глаза, словно боялся какой-то слабости. — Поймите, мне не жаль моря и однажды выбранной судьбы, мне не жаль ничего, если этим нужно пожертвовать ради вашего счастья. Я никогда не умел с кем-то жить, а сейчас есть вы... мое самое большое чудо в жизни, и только о вас мне бесконечно хочется заботиться. Каждое мгновение вашей грусти терзает мое сердце. Ваша боль — моя боль, и ваша радость — моя радость. Все это — море, небо, приключения, дурацкие авантюры — только для того, чтобы ваши глаза светились радостью. А если этого не получается, тогда зачем оно все?..        Девушка опустила голову, с ужасом отмечая в своей собственной душе малодушное желание согласиться, перестать возражать и принять такой выбор. Казалось бы, что проще? Ведь он сам это предложил… Только настоящая любовь заключается в другом, и Алекс не могла этого не признать.        — Гарри, послушайте… Вы верно мне сказали, что в вашей жизни две мечты, — голос предательски дрожал, причем непонятно, по какой причине — из-за нервного состояния или же из-за вчерашней прогулки. — Без одной из этих составляющих вы будете чувствовать себя не на своем месте. Я же вижу в ваших глазах любовь и преданность выбранному делу, — снова девушка нашла в себе силы улыбнуться, отгоняя прочь настойчивый эгоизм. — Извините… Что натолкнула вас на такую мысль. Я этого не хотела…        Гарри еще крепче обнял Алекс и мягко усадил на кровать. Ему было радостно от того, что его прекрасная жена перестала на него сердиться за ночное приключение, но ее слабая улыбка и усталый вид говорили, что не только дурно проведенная на жесткой постели ночь были тому причиной, и во всем этом безобразии была его вина.        — Вы устали, — тихо сказал он, поднимая с пола забытый плед. — Ночью на прогулке и потом, уже здесь... Мы оба встали на рассвете... Я прошу вас еще немного поспать, любовь моя. Обещаю, что не стану менять свою жизнь пока вы спите, без вашего ведома. Мне и правда нужно на вахту, но торжественно клянусь, что сюрпризов больше не будет. Если только, — добавил он, ловя взгляд Алекс, — вам не принесут чай мистера Мердока с печеньем!        — Это было бы слишком невероятно, — улыбнулась Алекс. Она хотела возразить, что вполне выспалась, что сон ей не нужен и что она сейчас же встанет и покинет корабль, но мягкий голос Гарри действовал успокаивающе, и голова сама снова склонилась на подушку. — К тому же, я не пью чай утром. Когда же вы это запомните…        Гарольд еще немного задержался, остановив свой взгляд на лице девушки. Да, сколько бы он ни пытался, так и не смог полностью понять ход ее мыслей, и это в какой-то степени притягивало. Третий помощник испытывал странное состояние, которое, должно быть, было заметно, потому что даже сонный Лайт, встреченный на мостике, вопросительно изогнул бровь и поинтересовался, все ли хорошо. Гарри непонятно усмехнулся. Интересно, как бы отреагировал англичанин, если бы Алекс согласилась? А почему она не согласилась? Гарольд чувствовал, вернее, абсолютно точно знал, что девушка хотела этого. Ответ напрашивался сам собой, а услужливая память напомнила вчерашние слова, особенно врезавшиеся в память: «Не ломайте свою жизнь, Гарри… Это не сделает меня счастливой». Лоу с трудом очнулся от плена своих мыслей и поднял глаза на удивленного Чарльза:        — Все в порядке, мистер Лайтоллер, — кивнул третий помощник, и в карих глазах наконец появилось знакомое выражение. — Возможно, лучше, чем когда-либо.        Два часа вахты в компании Чарльза Лайтоллера и без того были не особо работой — если, конечно, проходили не в море, но и там были исключения. Лайт просто не умел не веселиться, даже если для этого не было особого повода, но сегодня это Гарри не то, что не раздражало: наоборот, молодой офицер поддерживал всякую иронию старшего товарища. Такое настроение было настолько неожиданным для самого Чарльза, что он не знал, то ли удивляться, то ли радоваться за Гарри, то ли делать и то и другое вместе. Когда же, наконец, мистер Лоу передал вахту Боксхоллу и покинул мостик, напевая какую-то песенку, Лайт многозначительно хмыкнул и довольно улыбнулся. Значит, все-таки ночь удалась. Примерно о том же самом думал и Гарри, заглянув в офицерскую столовую и вздохнув о богатстве и разнообразии еды на «Титанике». Впрочем, кофе был везде, а вон то печенье вполне себе симпатичное... Лоу набрал на поднос еще немного зелени и фруктов и отправился будить свою красавицу-жену.        — Алекс, — тихо позвал Гарольд, когда снова оказался в тишине своей каюты. — Вы спите?        Девушка уже не спала, поэтому появление Гарри не застало ее врасплох. Теплый плед казался особенно приятным, выныривать из-под него не хотелось, но разговор требовал полного внимания — равно как и кофе.        — Доброе утро, — с улыбкой ответила Алекс, приподнимаясь — вставать окончательно не хотелось. — Как прошло ваше дежурство?        — Как всегда, — кивнул Гарри в ответ, ставя поднос с кофе на стол и усаживаясь рядом с Алекс. — В компании с мистером Лайтоллером и с мыслями о вас время пролетело незаметно.        Алекс еще раз улыбнулась, когда Гарри передал ей в руки чашку кофе и поправил рассыпавшиеся волосы. Ему вдруг ужасно захотелось, чтобы его жена осталась с ним сегодня, завтра и вообще на весь рейс, в этой маленькой каютке, такая сонная и родная. Лоу тряхнул головой, выгоняя из нее все эгоистичные мысли, и передал Алекс печенье.        — Уверяли, что оно вкусное, — сказал он, чуть склонив голову. — Я еще не пробовал.        Девушка польщенно опустила глаза. Есть совершенно не хотелось, но ей было бесконечно приятно, что Гарри, несмотря на свою занятость и усталость все равно стремится порадовать ее.        — Мне хватит кофе, — негромко ответила Алекс, наблюдая, как Лоу, пожав плечами, сам взял печенье. Позавтракать он так и не успел — только выпить чашку чая с Чарли Лайтоллером.        — А печенье и правда вкусное, — сказал он, хитро глядя на девушку. — Зря отказываетесь. И овощи тоже выглядят очень аппетитно.        Алекс снова заулыбалась: Гарри явно нарочно дурачился, и ей это нравилось. Молодой офицер снял фуражку и китель, бросил их на стул и взял с подноса тарелку с овощами.        — Прошу вас не пренебрегать завтраком, говорят, это вещь полезная, — улыбнулся он и поймал взгляд Алекс. — Если верить мистеру Лайтоллеру.        — Если верить мистеру Лайтоллеру, то в Америке золотые слитки размером с вашу голову, — не могла не хмыкнуть девушка: — А в каждом озере обитает по чудовищу...        Гарри невольно усмехнулся, соглашаясь про себя с этими словами, но думал совершенно о другом. Алекс, кажется, тоже — слишком непривычно она прятала глаза.        — Мне так стыдно за свое поведение... — наконец не выдержала она, оставляя чашку.        Гарри покачал головой и улыбнулся, впрочем, улыбка не вышла то ли от усталости, то ли от серьезности разговора.        — Не думайте об этом, — он поправил теплый плед на плечах девушки и осторожно коснулся ее щеки. — Вы сейчас со мной, а я с вами. Вы знаете, что мне ничего не жаль для вас, а я знаю, что вы не должны оставаться одна. Я люблю вас, и это я должен извиниться за то, что вам вчера так и не удалось отдохнуть...        — Иногда бывает приятно не выспаться, — загадочно улыбнулась Алекс, поняв многозначность своих слов только после того, как они сорвались с языка. Впрочем, ничего добавлять она не стала, решив понаблюдать за реакцией Гарри. И она не замедлила себя ждать...        Мягкий поцелуй снова был со вкусом кофе; он уже почти стал традицией, такой приятной и такой особенно нужной после всех эмоций ночи.        — Простите, что не верила вам, — прошептала девушка, нехотя отстранившись и, угадав желание Лоу снова наклониться к ней, осторожно выставила руку, иронично улыбнувшись: — Когда вы отплываете?..        Гарри внимательно посмотрел Алекс в глаза, и в его взгляде было целое море эмоций, которые он совершенно не собирался скрывать, и мягкое сопротивление девушки вовсе не останавливало, а только подзадоривало его.        — После обеда, — ответил он, снова склоняясь над своей любимой и шепча ей почти в самое ухо: — Еще очень не скоро...        Еще одному нежному, но настойчивому поцелую Алекс не стала сопротивляться, только закрыла глаза и скользнула рукой по груди Гарри. Он тихо рассмеялся в ответ, позволив мягкому пледу сползти с плеч девушки, и коснулся губами ее нежной шеи и плеча.        Гарри действовал осторожно, так нежно и ненавязчиво, словно опасался, что в любой момент его своенравная любимая положит конец этой затянувшейся сцене, вырвется и уйдет… А такого исхода Лоу никак не хотелось, поэтому поцелуй был бесконечно глубоким и таким мягким… Отстраняться не хотелось, но все-таки пришлось это сделать, чтобы прочитать в глазах Алекс, чего она хочет.        — Вы думаете о том же, о чем и я? — с легкой иронией спросил Гарольд, когда с облегчением увидел лукавые искорки в этом глубоком взгляде.        — Что ситуация снова повторяется, — кивнула девушка и, чуть помедлив, сама поднесла руки к платью. — Надо было снять его гораздо раньше…        — Надо было... — прошептал Гарри, и через несколько мгновений платье сползло на пол вслед за пледом. Алекс тихо засмеялась и несильно потянула галстук, другой рукой расстёгивая пуговицы его рубашки.        — В вашей форме слишком много лишних вещей, — проговорила она с лукавой иронией.        — Заберите их себе, — Гарри не глядя избавился от рубашки и снова наклонился к манящей коже нежных плеч и рук его жены, вдохнул неповторимый запах ее волос и прошептал: — Алекс... Любимая...        Эти слова были прерваны самым приятным образом: сбивчивый, жаркий поцелуй лишил всякого контроля. Гарри лишь с удивлением отметил, что девушка целовала его так, как будто вкладывала в это все невысказанные чувства, все то, что по каким-то причинам не могла облечь в слова. От этого открытия эмоций стало еще больше, теперь он не выпустил бы ее из рук, даже если бы ветер снова переменился. Обладать ею было трудно, подчинить — невозможно, и только упорное терпение могло найти ключ к этому сердцу. И, конечно же, любовь, в которую Алекс сегодня поверила…        Одежда в беспорядке сползла на пол, где уже был плед, туда же отправилось и одеяло. Голова кружилась от горячих поцелуев, сознание мутнело, голоса за стеной слышались потусторонними и казалось, что даже палуба качается на неведомых волнах. Гарри крепко сжал Алекс в руках, почти неслышно выдохнув ее имя, и уже несдержанно, жарко, обжигающе прикасался губами к нежной шее, плечам, дрожащей от волнения и страсти груди. Сдаваясь всепоглощающему пламени любви, Гарри на мгновение замер, чтобы услышать еле слышный сорвавшийся шепот его имени вместе с долгим поцелуем.        Девушка осторожно подняла с пола колючий плед, одеяло же досталось Лоу, с любопытством наблюдавшему за происходящим. Он про себя гадал, как поступит Алекс дальше — бросит ему в лицо одежду? Или, помедлив, начнет одеваться сама?.. Ни тот ни другой вариант не оправдался — снова нарушая все догадки, она вернулась в прежнее положение, с удовольствием устроившись где-то между подушкой и плечом Гарри. Кажется, ей молчание вовсе не было тягостно, а вот молодому помощнику хотелось говорить, снова и снова повторять, как он счастлив.        — Я хочу, чтобы земля остановилась, — тихо сказал Гарри, мягко перебирая волосы Алекс, рассыпанные по подушке. — Чтобы мир замер, и были только мы вдвоем. А еще я не хочу вас отпускать, чтобы мы весь рейс были вместе. И уходить не хочу...        Алекс улыбалась, глядя на такого смелого и в то же время по-детски доверчивого офицера снизу вверх, и в ее глазах он увидел теплое, весеннее солнце на полном надежд небе. Счастье волной прилива захлестнуло берега души Гарольда, и он ответил своей невероятной жене самым преданным взглядом.        — Как же я вас люблю... — прошептал он и прижал к губам ее нежные руки.        — Гарри… — тихо позвала Алекс после недолгого молчания. — Я должна вам кое-что сказать, пока вы со мной…        Рука молодого офицера едва ощутимо дрогнула. Такое начало могло значить и что-то хорошее, и что-то плохое. Лоу с нетерпением ожидал продолжения, но, кажется, запас красноречия девушки на этом иссяк, потому что воцарившаяся пауза затягивалась, а фантазия третьего помощника уже рисовала множественные варианты, которые могли последовать за этой фразой.        — Да, дорогая? — обнадеживающе улыбнулся он, внимательно изучая лицо жены и стараясь угадать, что же кроется за ее словами.        — Уже многие месяцы леди Ливингстон приглашает меня к себе, в Лондон, — выдохнула наконец Алекс и с надеждой посмотрела на Гарольда: — Поэтому я бы хотела…        — Принять ее предложение? — закончил молодой офицер и, не удержавшись, прижал девушку к себе. — Бог мой, и вы не знали, как мне об этом сказать?.. Алекс, как вы могли подумать, что я могу быть против? Но… Признаться, я немного удивлен.        — Леди Айлин пожелала, чтобы ее подруга находилась под присмотром, — немного неловко улыбнулась журналистка, не зная, на каком из предметов каюты остановить свой взгляд.        — Алекс, — Гарри улыбнулся и снова обнял свою такую непредсказуемую, всегда удивляющую его жену. — Ну разве же я могу быть против ваших желаний? Знайте же на будущее, что я никогда и ни в чем не откажу вам, моя драгоценная. Тем более, если вас приглашает к себе ваша подруга. Обещайте только почаще писать и передайте приветы от всех нас леди Ливингстон.        — Обязательно, — улыбнулась Алекс, и Гарри снова на мгновение замер от красоты ее улыбки. Сколько бы ни прошло времени, он никогда не перестанет любоваться этой женщиной и любить ее до умопомрачения. Алекс чуть подняла бровь, слегка склонив голову, и в тот же момент Гарри поймал ее губы легким поцелуем.        Завтрак был в самом разгаре. Лайт, уставший после долгой вахты, тщетно пытался подавить сонливость. В противоположность ему выспавшийся Мердок был в хорошем расположении — он пил неизменный чай с молоком и задумчиво намазывал хлеб джемом с таким философским видом, словно это действо требовало от него максимальной сосредоточенности.        Чарли перевел взгляд на Деви Блэра, который тоже сосредоточился на еде, а точнее — на овсянке, отчего Лайтоллер еще больше скривился и продолжил пить кофе, размышляя о том, в чью голову пришло назначить отправление на два часа и хорошо это или плохо для них.        — Чем это ты так доволен? — не удержался англичанин, хитро подмигнув другу. Тот невозмутимо пожал плечами:        — Сегодня отличная погода, господин первый помощник, — шотландец особо выделил обращение, ненавязчиво давая понять, что начинать свое утро с непонятной иронии он не намерен. — Прекрасная видимость, которая не будет осложнять нашу работу.        — Интересно, он когда-нибудь не думает о работе, — едва слышно буркнул Лайт, и сидящий рядом Боксхолл усмехнулся. Мердок строго скрестил руки и собрался было уже ответить Чарльзу, когда заметил вошедшего Гарри.        — Доброе утро, мистер Лоу, — кивнул Уильям и снова повернулся было к англичанину, когда услышал знакомый мелодичный голос:        — Здравствуйте, мистер Мердок!        На несколько минут в кают-компании наступила тишина. Чарли Лайтоллер замер с чашкой кофе в руке, выразительно подняв бровь и хитро улыбаясь. Рука Блэра замерла в полете, и с ложки медленно стекала классическая английская каша. Боксхолл оглядел с ног до головы Гарольда Лоу, словно бы желая найти какой—то беспорядок в одежде или китель наизнанку. И только Уильям Мердок продолжал так же методично намазывать джем на хлеб ровным слоем.        — Доброе утро, мадам, — вежливо поздоровался он и перевел теплый понимающий взгляд на мистера Лоу. — Вы хорошо отдохнули?        Каша плюхнулась обратно в тарелку, едва не прихватив с собой и ложку из руки Дэвида Блэра. Чарли чуть не поперхнулся кофе, а Боксхолл издал странный смешок с не менее странной улыбкой. Спокойствию первого помощника не удивился разве что Гарри, да и то ненадолго.        Алекс быстро окинула взглядом это пространство, оценила ситуацию и лучшим для себя решила остаться на месте, в отличие от Гарри, который явно не собирался пропускать второй завтрак.        — Наверное, мне лучше вернуться, — натянуто улыбнулась девушка, мечтая, чтобы ее перестали так рассматривать. — Простите, что прервала ваш завтрак. Не беспокойтесь, я сама найду дорогу!..        — Чепуха, — махнул рукой Лайт, и Мердок утвердительно кивнул:        — Прошу вас, оставайтесь. Я буду рад поговорить с вами, — едва заметно улыбнулся шотландец, одними глазами указав на Чарли.        Дэвид Блэр в это время задумчиво переводил глаза с Лайтоллера на Уилла и в итоге остановился на Гарри.        — Вы знакомы? — последовал наивный вопрос, на который Чарльз с Лоу синхронно переглянулись, Уильям загадочно хмыкнул, а Боксхолл закатил глаза.        — Это все случилось на «Титанике», — негромко пояснил Мердок, выразительно посмотрев на Боксхолла и Лайта, чтобы те, наконец, перестали смотреть на Алекс как на восьмое чудо света. — К сожалению, ты все пропустил, Дэйв.        Блэр молча кивнул и снова занялся своей кашей, сообразив, наконец, что откровенно пялиться на кого-то вовсе не по-джентльменски        — Алекс, — Чарли вскочил из-за стола и подошел к девушке, попутно пихнув локтем мистера Лоу за особую недогадливость. — Прошу вас разделить с нами бутерброд и чашку кофе. Кофе тут особый, презент моей жены, а про бутерброды вам расскажет Уилл. Не так ли?        Алекс подняла бровь, словно желая сказать: «Теперь я обязательно должна согласиться?». Мердок улыбнулся и чуть развел руками.        — Джем и правда очень вкусный, мадам, — сказал он. — А еще у нас есть французский шоколад от Ады.        — Пойдем? — чуть улыбнулся Гарри, взглянув на Алекс. — Звучит очень заманчиво. Деваться было некуда. Алекс усмехнулась было мысли о том, что как только она намеревается уйти, тут же рождается повод ей задержаться. Но спорить было глупо, тем более, против второй чашки кофе она ничего не имела против.        — Должно быть, я упустила момент, когда ваша жена стала кондитером, — незаметно улыбнулась Алекс, присаживаясь рядом с Уиллом и Гарри. — Если так, то вам можно позавидовать!        Гарольд тем временем невозмутимо наливал им обоим кофе и с неодобрением косился, как снова его жена игнорирует все съестное.        — Ничего необычного, — Мердок все-таки поставил перед Алекс тарелку с бутербродами и выразительно посмотрел на Гарри. — Это подарок ее подруги. Я бы скорее позавидовал мистеру Лоу, особенно сейчас.        Теперь настала очередь Гарри замирать с едой в руке, но он сделал это изящнее, чем другие.        — Не думаю, что мне стоит завидовать, мистер Мердок, — ответил он, размешивая сахар в чашке с кофе. — Мы уходим в рейс через Атлантику больше, чем на три недели, и я остаюсь один.        Пауза, которая последовала после этих слов, заставила даже Чарльза Лайтоллера отвлечься от чая и с любопытством посмотреть на старшего помощника, лицо которого было совершенно непроницаемо. Что и говорить: Уильям Мердок умел владеть собой в любой ситуации.        — Мисс Эмилия Нортон отказалась от поездки, — спокойно сказал шотландец. — И ее каюта будет свободна все время пути до Нью-Йорка.        Казалось, слова старшего помощника были просто мыслями вслух и совершенно не должны были обратить на себя чье-то внимание, но Чарльз Лайтоллер загадочно хмыкнул, Гарри тоже удивился, и оба, не сговариваясь, повернулись в сторону мистера Мердока. Тот все так же невозмутимо допил свой чай и посмотрел на сидящую напротив Алекс, которая так и не притронулась ни к бутерброду, ни к кофе.        Девушка чуть наклонила голову и приподняла бровь, но по ее лицу нельзя было понять ни о чем она думает, ни что скажет или сделает в следующее мгновение. Гарри замер, ожидая всего самого тревожного и уже просчитывая в уме различные планы предотвращения грядущей катастрофы, но Алекс просто слегка улыбнулась и спросила:        — Вы что-то имеете в виду, мистер Мердок?        Чувствуя, что любопытствующих становится все больше, Гарри нервно дернул плечом и громче обычного поставил чашку с чаем, который показался ему слишком сладким. Лоу отодвинул ее не глядя, и не заметил очень удивленное лицо сидящего рядом Блэра, кому на самом деле принадлежал этот чай. Внимание третьего помощника было приковано к Алекс, которая все так же вопросительно ждала ответа.        — Да, мадам, — Уильям Мердок любил говорить все прямо, без обиняков. — Вы абсолютно правы. Я приглашаю вас разделить с нами это путешествие.        Внутри Гарри всколыхнулась надежда — да что там, Гарри не поверил своим ушам! Неужели ему не показалось, и эти слова действительно сказал мистер Мердок? Лоу расширившимися от удивления глазами взглянул на шотландца, перехватил его мягкую, едва заметную улыбку и рьяно принялся размешивать несуществующий сахар в своем кофе, с замиранием ожидая, какой ответ даст девушка. Впрочем, удивился не только третий помощник — за столом в принципе повисла гнетущая тишина, и даже Лайт, готовый поддержать любую авантюру, с удивлением взглянул на друга, словно спрашивая — серьезно ли он?        Уильям словно бы почувствовал многочисленные взгляды, устремленные на себя, и на каждый отвечал утвердительно; офицеры, привыкшие подчиняться приказам, без единого слова поняли, что их комментариев не требуется, и так же с интересом ждали, что ответит Александра.        — Я счастлива удостоится такой чести, — ее голос стал тише обычного, и это заставило Гарольда вздрогнуть, предчувствуя, что будет дальше: — Но я не могу. Иначе подставлю под удар вас, мистер Мердок… И не только вас, — при этих словах голубой взгляд остановился на Лоу.        — Алекс... — Гарри почувствовал, что его руки как-то неприятно похолодели и задрожали, правда, от всех присутствующих эту небольшую дрожь удалось скрыть. Весь вид его драгоценной жены давал понять, что за этими ее словами последует неожиданность и не одна, и от этого мистеру Лоу становилось не по себе. Договорить он не сумел: Алекс выразительно на него посмотрела и отодвинула чашку с холодным кофе.        — Благодарю вас за заботу обо мне и о Гарри, — так же тихо сказала она, явно собираясь покинуть кают-компанию. — Мы вам очень признательны. Но вам уже пора готовиться к отплытию, а мне — возвращаться.        Гарри едва не вскочил, чтобы через стол схватить свою жену за руку и тем самым остановить ее, как в это время в двери вбежал совершенно растерянный старший стюард и почти с порога выпалил:        — Мисс Берч не явилась!        Все офицеры как по команде вскочили со своих мест, но Мердок уверенно поднятой рукой остановил все вопросы и сделал шаг вперед к старшему стюарду.        — Поясните, мистер Стоун, что произошло, — спокойным рассудительным тоном сказал он.        — Я проверял состав стюардов и стюардесс на судне, — уже немного успокоившись, ответил Стоун. — И выяснилось, что мисс Берч, стюардессы второго класса, нигде нет. За ней послали на берег, но и по указанному ей адресу никого не оказалось. Говорят, она сбежала с каким-то матросом!        Первым воцарившееся молчание прервал Лайт. Справившись с удивлением, он несколько раз моргнул, после чего перевел взгляд на Алекс, которой было немного неловко стать свидетельницей такой неловкой сцены, и хитро улыбнулся:        — А что, если…        Первым ход мыслей англичанина угадал Гарольд Лоу. Он остановил карий внимательный взгляд на улыбке первого помощника, после чего возмутился:        — Мистер Лайтоллер, вы же не думаете, что я предложу Алекс подобную работу?..        — Зачем же предлагать? — спокойно переспросила девушка, и ее горящий взгляд остановился на старшем помощнике: — Мистер Мердок… Я согласна на это предложение. Если, конечно, вы сочтете это возможным…        Неожиданность всех этих совпадений хоть и удивила шотландца, но не лишила его способности мгновенно принимать решения. Он незаметно улыбнулся Алекс, угадав ее независимое стремление, и кивнул. Этот жест окончательно лишил Гарольда самообладания — он резко встал, едва не опрокинув несчастную чашку кофе на белоснежную скатерть, и оказался перед своей невозмутимой женой.        — Вы с ума сошли... — не спросил, а просто констатировал факт Гарри, негромко обращаясь к Алекс. — Это же работа служанки! Алекс, вы достойны самого лучшего, и я...        — Не переживайте, милый Гарри, — ответила она с легкой улыбкой. — Зато теперь мы с вами будем вместе на этом прекрасном корабле.        Лоу хотел еще что-то возразить, но последний аргумент его жены был непотопляемым. Он оглянулся, и увидел, что всех посторонних лиц Чарли Лайтоллер утащил за собой, и в кают-компании остался только Уильям Мердок.        — С вашим назначением, Алекс, не будет никаких проблем: как только вы выйдете на палубу, мистер Стоун покажет вам вашу каюту и расскажет об обязанностях, — сказал первый помощник и улыбнулся. — Постарайтесь только не слишком задерживаться: во время отправления Гарри нам нужен на мостике.       20 ноября 2019, 20:08