Новый мир

      На части света, где царил умеренный климат, названной нисиан, зародилась империя Каардиан, между собой называющих себя Ханситами. Статные, крепкие, магически развитые хаарды, зародили сильное, развитое государство, которым посредством нолариусов правил император. Рубин был единственным сыном одного из нолариусов, отвечающих за аграрное развитие империи. Будучи спокойным, неконфликтным и достаточно умным, Рубин был силён в логике и дедукции, а также отличным экономистом. Все эти качества возбуждали в его отце тёплые чувства гордости за своего сына, способного с достоинством встать на его должность, когда придёт время.       –Завтра вечером мы с твоей матерью отправимся на важную встречу с императором. Там будут нолариусы всей империи. – объявил за завтраком глава семьи.       –Да, отец.       Несмотря на свой спокойный тон, Рубин был крайне рад столь удачному стечению обстоятельств. Намечался большой городской праздник, и парень собрался отметить его с товарищами, однако отец не отпустил бы его, поэтому все складывалось просто отлично. Закончив с приёмом пищи, Рубин вернулся в свою комнату, готовясь к тренировке. Каждое утро юноша изучал дисциплины, а после обеда тренировался в освоении магических техник и боевых искусств. Стоило надеть парню тренировочную робу, как перед его лицом появилось нечто. Вытянутое, изуродованное лицо, серая, гниющая кожа, пустеющие глазницы и выпадающая челюсть. Под кожей словно что-то ползало, а длинные руки были неестественно согнуты несколько раз, однако всё же дотягивались до самого пола.       Рубин не издал ни звука, лишь молча смотрел на существо, словно игнорируя присутствие Этого. Медленно поднятая рука издавала хруст, словно несколько раз в разных местах ломались кости. То звонкий, то глухой, но вместе с этим громкий звук эхом раздался в голове парня, от чего по телу прошли мурашки. Существо мгновенно обратило на это внимание, начало медленно тянуть свои руки к Рубину, но тот, собравшись с мыслями, отвернулся, взяв свой меч и вышел из комнаты, направившись на тренировочное поле.       –Приветствую вас, наследник. Вы готовы к тренировке?       –Да, Пантитул, приступим.       С этими словами началась долгая и упорная физическая тренировка, однако, случай в собственной комнате сбивал с толку Рубина и вот он в очередной раз пропустил удар, повалившись на землю.       –Вы сегодня в плохом расположении, наследник. Что-то тревожит ваш ум?       «Тревожит? Как же, я только что встретился с чем-то столь омерзительным, что до сих пор сердце не отпускает.» мысленно ответил парень, отрицательно кивнув в ответ.       Встав на ноги, он окаменел. Прямо около Пантитула стояло Это, наблюдая прямо за ним. Тренер, как ни в чём не бывало, смотрел на Рубина сквозь существо, говоря об ошибках, допущенных парнем.       «Неужели только я вижу эту тварь? Может, я просто схожу сума?» Не зная, игнорировать, или бежать, Рубин продумывал все возможные варианты событий, но это лишь усугубило ситуацию.       Видя реакцию парня, существо начало медленно приближаться, с каждым шагом немного пригибаясь, словно чувствуя невыносимую боль. Не представляя, что его ждёт, парень решил действовать так, как и в прошлый раз, попросту игнорируя тварь.       Стоило ему встать в боевую стойку и приготовиться к очередному нападению, как существо, словно вопросительно, повернуло голову на бок, рассматривая пустыми глазницами парня. Как только Пантитул начал действовать, а Рубин уже напрямую игнорировал страх, так сразу Это стало медленно уходить под землю, не убирая взор с парня.       Подобное не на шутку напугало его, но он смог справиться со своим страхом, обойдясь лишь испугом. К концу тренировки его подозвал Пантитул.       –Наследник, расскажите, что с вами? Ваше поведение заставляет меня волноваться.       –Ты ничего странного не заметил во время нашей тренировки? — без особых эмоций спросил парень.       –Кроме вашего поведения… ничего.       –Мне пора. — решительно направившись в свою комнату, Рубин решил для себя просто забыть произошедшее.       Готовясь к празднику, он думал о том, когда должны вернуться его родители, а так же, как ему успеть. Стоило Рубину остаться одному, как он начал приводить сложное заклинание в действие. В своей комнате он создал слабый магический источник, соединив его с незаметной аурой, которая окружала поместье.       Аура была связана с источником маны отца и как только он попадёт в область заклинания, то Рубин это почувствует, а также автоматически аура преобразуется в чистую магическую энергию и наполнит магический источник, призванный создать имитационную копию, если вдруг в комнату парня решат зайти. Как только с приготовлениями было покончено, парень направился в центр города, стараясь не привлекать внимание.       Сегодня был день основания империи, который праздновали по всему нисиану. На домах висели украшения, а люди гуляли, веселились и пили. Из окон выглядывали дети, они смеялись, улыбались и плакали. Из глаз текли слёзы, сменившиеся кровью, а все взоры были уставлены на Рубина, который пытался просто пройти злополучную улицу. Он слышал тихие, тонкие голоса, которые взывали к нему всем хором, словно негде было укрыться от этого ужаса.       –Рубин! — выделился задорный женский голос из всего мрака. –Чего ты такой мрачный идёшь? К нему подошла его старая знакомая, а вслед за ней медленно шёл…       –Джулиа, Рикс, как я рад вас видеть. — с облегчением отметил парень и улыбнулся. Видения исчезли и сейчас Рубин чувствовал себя спокойнее. Рикс был сыном нолариуса Ненро, являющимся главнокомандующим войсками империи, а Джулиа… нет, она не была из высокопоставленной семьи, но её характер и тяга к свободе просто поражали.       Это то, чего не хватало ни Риксу, ни Рубину. Только Джулиа могла позволить себе прогулки под ночным небом, без волнений о том, что по возвращению домой ей придётся долго и нудно отчитываться перед родителями.       –Ты всё-таки выбрался. Значит, твоих тоже пригласили. — кивнул Рикс, протянув Рубину бутыль сона.       –Да! Не поверишь, какой у меня подготовлен план…       В такие моменты парень чувствовал себя свободным. Не заботясь о манерах и правилах, он мог лишь не на долго почувствовать ту самую свободу, о которой всегда мечтал.