Прекрасная неизбежность

      Спасительное забытье уволакивает меня с собой, баюкая истекающее кровью сознание. Я напоминаю себе, что надо быть стойкой, но что-то настойчиво ломается, и не в моих силах больше сдерживаться. Поддаваясь соблазну, я прячусь в лабиринтах воспоминаний, прося их избавить меня от реальности. Это единственная слабость, которую я могу себе позволить. Ни при каких обстоятельствах нельзя говорить подобное моим мучителям, однако в своем подсознании я не сдерживаюсь - кошмар, которого мы поклялись избегать любой ценой, вновь материализовался, и крик ярости слетает с моих губ, отражаясь от стен воображаемых покоев Хогвартса. Эти комнаты стали моим новым убежищем, поэтому я представляю их, когда нуждаюсь в безопасном месте. Но вопреки замыслу, я здесь не одна.       Ты тоже здесь, Том. Память вплоть до молекул воссоздает наши совместные вечера и от этого хочется кричать еще громче. Я помню... помню запах шуршащего пергамента, твой красивый подчерк с завитушками, которым ты послушно выводишь мои пояснения к домашнему заданию. Как в темных волнистых прядях играют отблески огня из камина, как иногда ты отрываешься от работы и уточняешь некоторые детали. Как свернувшаяся на груди нашивка Слизерина призывно смотрит, словно готова в любой момент броситься в атаку. Как по твоему лбу пролегает сосредоточенная складка и тут же разглаживается. Как неосознанно ты покусываешь кончик пера, строя в уме идеальные предложения. Как бросаешь на меня задумчивые взгляды, и я трусливо смотрю в сторону, опасаясь прямого контакта, хотя хочу этого больше всего на свете! Чтобы привлечь мое внимание, ты задаешь очередной вопрос, и мне ничего не остается, как подсесть ближе, склониться над текстом, выискивая в нем неточности. Ты внимательно выслушиваешь мои замечания и сразу вносишь поправки. Я тянусь вперед, чтобы прикоснуться к тебе, ведь я сплю, а во сне всё можно, но...       Мозг послал нервный импульс, от которого мое тело вздрогнуло и вынырнуло из марева прошлого. По инерции я попыталась сгруппироваться, обняв себя руками и поджав колени к животу, но стоило мне предпринять попытку, как на смену сонливой неге пришла боль.       Все мышцы разом взорвались агонией. Если бы меня спросили, какая часть моего многострадального организма болит сильнее, я бы не смогла ответить однозначно - выл каждый миллиметр. В слепой панике тело попробовало совершить хотя бы малюсенькое движение, чтобы уменьшить пытку, однако ему не удалось это сделать, вызвав лишь новую порцию страданий. Тугие ремни надежно удерживали мои части тела, лишая столь необходимой активности, и все же причина моей полной неспособности двигаться заключалась не в них...

Немного ранее

      Совершенно обалдевшее выражение лица Дастина, заливающееся краской от нарастающей злобы, стало для меня наградой за категоричный отказ от предложения парня. Разумнее было бы не рубить с плеча, попробовать рассмотреть иные варианты, но я так устала. И мне очень уж хотелось выйграть закончившийся раунд, показав этому самовлюбленному нарциссу, что у него нет ничего - никакого рычага давления на меня - что я абсолютно свободна. Цель была достигнута, и все же цена оказалась непомерной. Особенно после того, как Дастин рассказал Феликсу о своих догадках.       Паркер не стал тянуть кота за хвост. Он ворвался в мою комнату подобно урагану. Суженные глаза сверкали бешенством, а сам он был похож на сбежавшего из ада демона. Его ладонь почти коснулась моей щеки в попытке отвесить мне болезненную оплеуху, но тут вмешалась магия, и мужчину просто впечатало в противоположную стену. Я в ступоре наблюдала как в воздухе гаснут алые искры, всем нутром ощущая чужую, и такую родную энергию. Похоже именно так работал Дар Любви.       Глава Клевера с рыком поднялся, отпихнув сотрудников, кинувшихся ему на помощь. Уверена, если бы не защита Тома, он бы по-маггловски избил меня, даже не посмотрев на то, что я женщина. Феликс тяжело дышал, его руки были сжаты в кулаки, волосы растрепаны. Не хватало клыков и слюны, текущей по подбородку в предверии уничтожения добычи. Персонал в испуге замер, не решаясь подойти ни к нему, ни ко мне. Стафф стоял, прислонившись к косяку, и явно пребывал в эйфории от якобы победы. Он думал, что выйграл, и отчасти я была с ним согласна. Он надеялся, что я упаду на колени и буду молить о пощаде, попутно дав им обоим то, что им так нужно, и тут он ошибался. - В мой кабинет. Сейчас.       Паркер выплюнул фразу, еле сдерживаясь, чтобы снова не наброситься на меня. Его трясло. Я по широкой дуге обошла неподвижного мужчину, борясь с желанием втянуть голову в плечи. Он меня не тронет. Не сможет. Сотрудники организации заметно напряглись, достав из карманов шприцы с успокоительным, видимо на случай, если я вдруг решу бежать или воспротивлюсь приказу, но к их плохо скрываемому облегчению я не стала оказывать сопротивление, послушно последовав туда, куда было сказано.       Феликс шел позади и это нервировало сильнее всего. Его взгляд прожигал мою спину, скользил по шее, и мне не нужно умение читать мысли, чтобы догадаться - в своих фантазиях он безжалостно душит меня, сдавливая горло крепкими пальцами. Я почти чувствую, как внутренности ломаются под его стальной хваткой, и меня передергивает. С опозданием я осознаю, что всю дорогу до кабинета благодарю Тома, давшего мне столь мощную защиту. Часть меня воротит нос от того, что я не могу защитить себя и полагаюсь на ребенка, другая часть хватается за возможность, молясь об одном - чтобы в какой-то момент она не исчезла. Я стараюсь быть храброй, правда стараюсь, но неизвестность и воспоминания о далеком прошлом, проведенном в плену организации, давят на меня неподъемным грузом. Я знаю, что они не смогут откровенно пытать меня, как знаю и то, что Паркер не станет игнорировать произошедшее.       Войдя в кабинет мужчины, первым делом я замечаю своё досье, лежащее строго в центре стола по соседству с личными заметками главы Клевера, и тут ко мне приходит осознание того, что, возможно, он разгадал мой манёвр. Я присела на краешек стула, словно у нас был очередной сеанс беседотерапии. Паркер громко хлопнул дверью, едва не задев при этом своего же сотрудника, который в последний момент успел отшатнуться. Стафф умудрился проскользнуть по пятам за боссом, и слился со стеной, приготовившись смотреть шоу.       Феликс прошелся по помещению, останавливаясь возле окна. Руки он сунул в карманы брюк. Навеное, чтобы избежать соблазна снова ударить меня. - Я прошу прощения за... несдержанность.       Чтобы не провоцировать мужчину еще сильнее, я подавила рвущийся наружу смех, смиренно пробормотав "ничего страшного". Только умственно отсталый дегенерат поверит в то, что Феликс действительно раскаивался в содеянном. - Мне не стоило срывать злость на тебе.       И мы опять играем в "хорошего" полицейского. Интересно, надолго его хватит? - Тебя, скорее всего, волнует, почему я нарушил твое уединение столь варварским способом...       Видимо о вежливости было забыто. Или открывшаяся недоправда являлась настолько личной, что мужчина счел уместным сократить дистанцию, перейдя на "ты".       Паркер стоял спиной ко мне, но я была готова поспорить на Третий Дар Смерти, что его лицо выражало отнюдь не просьбу о прощении. Язык чесался небрежно бросить нечто, стиле "мне фиолетово на ваши загоны", но это был верный путь выбесить Феликса окончательно, который я решила приберечь на десерт. - Дастин рассказал мне, что по иронии судьбы, ты являешься родственницей некой Хлои Лефевр. Она проходила у нас лечение много лет назад вместе со своей подругой. Тогда я был моложе, и отец Дастина еще не покинул нас, отправившись в мир иной. К сожалению, в один из дней обе девушки погибли, решившись совершить крайне глупый поступок. Мы слишком поздно нашли их, и, что самое печальное, не смогли спасти...       Я слушала эту версию печального Пьеро, отмечая неудобный зуд в носу, который грозился вылиться то ли в оглушительный чих, то ли в истерический хохот. Последнее стало более вероятным после того, как я воочию представила Паркера в костюме вышеназванного персонажа.       Пока я боролась с разными приступами, Феликс соизволил дойти до сути дела. - ... Знаете, что еще печальнее?...       Мужчина наконец-то повернулся ко мне. Его лицо не выражало абсолютно ничего, ни одну эмоцию. Оно походило скорее на кирпич - бледный, каменный, холодный кирпич, под которым застыл айсберг.       Я бросила короткий взгляд на Паркера, тут же снова уставившись в пол. В лучах солнца карие глаза Феликса мистически отсвечивали красным, и казалось, что на тебя смотрит сама Преисподняя. - ... Ваша родственница виновата в собственной смерти и смерти своей подруги.       Я мысленно закатила глаза к потолку. Понятия не имею, чего Паркер от меня ждал - сочувствия, терпения или что-то еще - однако я не собиралась оправдывать ожидания. Моя собственная тревожность дала о себе знать, свернувшись в районе солнечного сплетения. Не дожидаясь чуда, я выплеснула эмоцию в словесной форме. - Вы поставили на уши четверть санатория и вломились ко мне в комнату, чтобы поделиться со мной, безусловно, драматической историей?       Паркер вздрогнул. Его лицо приняло еще более белый оттенок, а в практически алых глазах вспыхнула лютая ярость. В мгновение ока он оказался возле моего стула, заставив меня неосознанно вжаться в спинку. На миг мне показалось, что он снова ударит меня или оттаскает за волосы, но его рука замерла в считаных сантиметрах от моей головы. Мужчина резко выдохнул и медленно опустил руку на спинку стула. - Ты думаешь, что раз тебя защищает великая магия, то я не смогу навредить тебе? - Феликс наклонился. Теперь его губы находились рядом с моим ухом. - Ты ошибаешься, Катарина. Причинить боль можно по-разному. Видит Бог я хотел обойтись с тобой по-хорошему, но ты изловчилась всё испортить! Ты врала мне каждый наш разговор, рассказывала сказки про свою жизнь. А теперь выясняется, что ты так близка с той, кого я с удовольствием бы пытал дни и ночи напролет, без перерыва... но, увы, это невозможно, поэтому ее место займешь ты. Все равно от тебя нет толку. Агентом ты не станешь, мальчишку не сдашь, может, когда я покажу ему твою безжизненную оболочку, так мало похожую на человека, он перестанет цепляться за пустые мечты, и станет верным псом...       На бледной щеке Паркера расцвел след от пощечины. Мужчина отшатнулся, прикрыв ладонью пострадавшую часть лица, но мне и оставшейся хватило, чтобы разглядеть полное потрясение. Наверно этого красавчика ни разу не били женщины. - Такие, как ты, получают по заслугам. Всегда, - выплюнула я, прикидывая, в какую сторону сломать гаду нос. И мне бы удалось осуществить задуманное, если бы не Дастин. Парень подскочил ко мне сзади и всадил в плечо полный до краёв шприц. Мир померк, принося вместо себя темноту.

***

      Они заперли меня в небольшой комнатке. Привязали к одиноко стоящей кровати и вкололи парализующую сыворотку, которая не только практически обездвижила меня, но и причиняла тупую боль.       Несколько раз приходил Паркер. Он спрашивал меня о Хлое, о том, что она мне рассказала, однако внятных ответов так и не получил. Постепенно сытое выражение лица Феликса сменилось на раздраженное, затем - на нетерпеливо-агрессивное. Мужчина тешил себя надеждой, что превращение моего тела в лежачую статую сделает меня более сговорчивой, но его иллюзии не оправдались. Я ненавидела свое прошлое, Клевер, свою жизнь и Паркера в частности, и эта ненависть придавала мне сил. Раз за разом я посылала посетителя в весьма нецензурных формулировках, доведя Феликса до пламенной речи.       Присев на край кровати, мужчина заглянул мне в глаза. - Думаешь, ты сможешь отсюда выйти? - тихо спросил он обманчиво ласковым тоном. - Нет, моя дорогая. Я лично позабочусь, чтобы остаток своей никчемной жизни ты провела именно так - скованная по рукам и ногам. Может я не могу причинить тебе физический вред, но как долго выдержит твой разум, прежде чем ты окончательно его лишишься?       Я сотру все. Уничтожу все хорошее, что было в твоей жизни, оставлю только всепоглощающую боль. Ты будешь страдать, а я буду приходить и смотреть на твои жалкие попытки зацепиться за реальность. А скоро и ее не будет, ведь я заберу все, что тебе так дорого: дружбу, радость, надежду, веру, любовь. Я высушу тебя до дна, и когда твое сознание угаснет, покажу тело Тому. Интересно, кто из вас продержится дольше?       Я запретила себе плакать, хотя после выступления Паркера мне хотелось сделать именно это. Я обещала себе защищать мальчика, а в итоге сама беспомощнее младенца - малыш хотя бы может ползать. Феликс был прав - как бы я не старалась храбриться, природа рано или поздно возьмет свое. Я сойду с ума. Стоило мне принять неумолимо надвигающуюся правду, как расстановка сил изменилась - после очередного бредового блуждания во снах, я очнулась в глубоком, сыром, мрачном, холодном колодце.       Этого места боялись как огня. "Колодец отчаяния" - так его называли, шепотом, едва шевеля губами. Поговаривали, что если ты здесь оказался, то он станет твоей могилой. Отсюда невозможно было сбежать.       Тело нещадно ломило, но я хотя бы обрела способность перемещения, хотя развернуться тут было особо негде. Мне на ум сразу пришел фильм ужасов "Звонок". Забавно, что именно его я использовала несколько лет назад, чтобы проучить задир Тома, а теперь сама сижу в загробном доме Самары. И самое смешное, что однажды я уже была в таком колодце, в одной из прошлых жизней.       Повинуясь внезапно вспыхнувшему порыву, я дюйм за дюймом проверила стены темницы, и нашла надпись, выцарапанную на одном из камней - "Хлоя и Фиби подруги навек". У Вселенной все хорошо с чувством юмора - меня бросили туда же, где я сидела много лет назад. Раз мое творчество сохранилось, значит колодцы либо не проверяли, либо проверяли для галочки, а посему помимо надписи могло сохраниться кое-что еще.       Скользнув плохо слушающимися пальцами по камням вокруг надписи, я нашла нужный кирпичик и ногтями поддела его. Он легко отошел от стены, открывая узкое окошко. Сюда было невозможно просунуть ничего, крупнее чашки, но мне это не требовалось. Нам не требовалось. Мы с Фиби общались через непонятно кем и как сделанный туннельчик, рассказывая друг другу о своих жизнях и мечтая однажды сбежать. Нам удалось. Когда в один из дней нас обеих повели на допрос, мы вырубили охрану, спрятавшись после на складе с медикаментами. К тому моменту как нас нашли, Фиби и я опустошили по упаковке снотворного, доза которого оказалась смертельной. Я была еще в сознании, когда на склад ввалился Паркер, и с воем рухнул возле Блэк. На миг мне стало жаль его, он выглядел искренне опечаленным ее смертью, хотя я до сих пор не знаю, любил ли он Фиби по-настоящему.             Заметив, что я еще жива, он стал трясти меня, обзывать гнусными словами, твердить, что это моя вина, и в целом мужчина был прав. Вот только в одном он ошибся - мы не покончили с собой. Используя способности Странницы, я оставила позади наши прежние воплощения и переместила нас в более светлый мир. Хлоя Лефевр и Фиби Блэк исчезли навсегда, дав новые жизни другим девочкам.       Я прислушалась. С той стороны окошка не доносилось ни звука. Скорее всего соседний колодец пустовал.             Вздохнув, я опустилась на ледяной пол. Пора делать ставки от чего я умру. Пневмония, отвратительное питание, антисанитария и худший сервис в истории, окончательно сломанное ядро... Хотя, особых изменений я не чувствую, вполне возможно, что зелье мне исправно подливают в воду, а может, не только его. Несмотря на более менее удовлетворительное, пока что, самочувствие, наколдовать даже искру света у меня не получилось. Магия почти не ощущалась. Вполне нормальное явление, когда сидишь на лекарствах.       Под полом раздался шум, отразившийся неприятной вибрацией. Я встала, приготовившись к неизбежному. Пришла пора принимать водные процедуры.

***

Том Реддл

      Темноволосый мальчик словно Цербер следил за бормотавшим что-то себе под нос Альбусом Дамблдором. Тот ходил вокруг узкого шкафа, едва ли не лбом уткнувшись в выграрированные на предмете мебели руны, то и дело сверяясь с тетрадью Реддла. Палочка, чутко схватывающая настроение слизеринца, чуть подрагивала в кармане. За прошедшее утро Том успел раз сто представить, как он выхватывает оружие и бросает профессору в спину простенький сглаз, и подросток так бы и поступил, если бы не был уверен: во-первых, мужчина отобьет заклятье даже будучи всецело поглощен подкинутой ему загадкой, во-вторых, сглаз едва ли причинил бы серьезный ущерб человеку, видавшего магию похуже.       Абрахас и Минерва расположились на полу, терпеливо ожидая вердикта Дамблдора. Малфой с едва заметной ухмылкой поглядывал на Реддла, словно догадывался, что творится у того на уме. Том постарался игнорировать сокурсника, как и наличие нелюбимого преподавателя. Будь у него выбор, мальчик предпочел бы работать самостоятельно, но после прочтения дневников Кэтрин он понял, что времени осталось катастрофически мало, и нужно действовать быстро.       Реддл так хотел найти ответы на свои вопросы, что изучал двадцать две тетради в режиме нон-стоп. Макгонагалл и Малфою пришлось вдвоем возвращаться в школу и узнавать про сгоревшую картину. Второй раз предложить свою помощь в чтении тетрадей дети не рискнули. Впрочем, подобное разделение труда имело свои плюсы. Том относительно быстро продвигался в исследовании, да и ребята от него не отставали. По вечерам они собирались на ужин у Реддла, который сповадилась готовить для них Похлеба, и делились новостями. - Похоже Клевер до сих пор ищет Тайную комнату и Южное крыло, - возбужденно рассказывала Минерва, в промежутках между фразами закидывая в рот кусочки запеченой рыбы. - Они в очередной раз пытались узнать информацию у портретов, но те им снова отказали, вот агенты и решили спалить холст в качестве устрашения. - Долго же они терпели, - хмыкнул Абрахас. В отличии от подруги, мальчик никуда не торопился, степенно разрезая мясной стейк и тщательно прожевывая кусочки. - Думаю это случайность, - сказал Том. - Агенты не могут портить школьное имущество, иначе преподаватели заподозрят неладное. - Это не мешало им пробираться в Хогвартс и нападать на нас. - Тут другое. Им нужно было завербовать нас как можно раньше. Больше шансов быстро промыть мозги. - Я смотрю, ты теперь стал разбираться в мотивах организации,- беззлобно фыркнула Минерва. - Зависть не очень хорошее качество, - вернул выпад Реддл. Сам он практически не ел. Интуиция выла волком, и уже то, что подросток сидел на кухне, а не лихорадочно утопал в воспоминаниях мисс Дилаурентис, было для него огромным подвигом. - Думаю, здесь Том прав, - прервал начавщую было защищаться гриффиндорку Малфой. - Клеверу нужны люди со сверхъспособностями, для них любой риск оправдан, если в результате они получат желаемое. Нахождение комнат у организации явно идет вторым приоритетом. Правда теперь им будет сложновато разгуливать по замку.       Реддл вопросительно поднял брови. Абрахас кивнул девочке, разрешая ей сообщить радостную весть. - Мы узнали, как агенты проникают в Хогвартс...       Том завороженно слушал историю о том, как Малфой применил свои способности, как видения привели детей на восьмой этаж, где им открылась еще одна местная легенда - Выручай-комната. Там, в жутко захламленном помещении, размером с небольшой пригород, ребята нашли старый артефакт - шкаф, через который агенты и попадали в школу. - ... Шкаф весь усыпан рунами, мы не разобрались, как он работает, - грустно вздохнула Макгонагалл в конце.        Тому ничего не оставалось, кроме как пожертвовать одним днем. В следующий раз они отправились в замок вместе. Подросток внимательно осмотрел находку, зарисовал руны и принялся их расшифровывать, благо Кэтрин подарила ему очень полезную книгу, которую Реддл в свое время детально разобрал по главам.       Пока слизеринец корпел над задачкой, однокурсники занялись самим артефактом. Они заперли дверь, окружили шкаф невидимым барьером и понаставили ловушек. Если агенты решат вернуться к поисковой деятельности, их ждало несколько неприятных сюрпризов. После, каждый взялся за чтение собственных бумажек: Абрахас разбирался с дневниками Ханны, Минерва - с папкой. - Дементоровы отродья!- ругалась гриффиндорка на очередном собрании. - Они заводят на каждого досье и пишут там откровенную ложь! А список процедур, - она помахала в воздухе листом бумаги. - мисс Дилаурентис говорила нам про эксперименты, но это же не просто изучение людей - они их реально пытают!       Том чуть ли не заставил себя прочитать весь подробный список издевательств, которые Клевер прописал некоему Дэниэлю Фрейзеру. Мальчик не представлял, как можно выжить после такого. А ведь Кэтрин тоже была там. От этой мысли Реддла замутило. Магия сработала так быстро, что он не успел остановить выброс, умудрившись лишь изменить траекторию движения, чтобы товарищи не пострадали. - Наверно пора прерваться, - пробормотал Абрахас, выбирая из волос осколки стекла. Никто из них не был серьезно ранен - тренировки выработали отменную реакцию.       Том согласно кивнул, и когда ребята ушли на кухню, выудил из папки документы, касающиеся мисс Дилаурентис. Они лежали в самом низу, Минерва еще не успела их посмотреть. Мальчик отнес их в свою комнату и присоединился к остальным.       Он чувствовал вину за то, что так поступал. Малфой и Макгонагалл простили его, согласились помочь, а слизеринец утаивал от них часть информации. Конечно, все сведения касались исключительно Кэтрин и, по факту, никак не отражались на борьбе с Клевером, но Реддл четко осознавал, что так нельзя. Так не правильно. И все же... вместе с этой правдой у Тома существовала другая, иная правда - мисс Дилаурентис. Подросток был уверен, что девушка не захотела бы, чтобы про нее узнали посторонние. Несколько лет назад она открылась Тому, она впустила его в свою жизнь, она дважды согласилась его обучать, она спасала его от Клевера, а посему все, что касается ее, принадлежит Реддлу. Может, волшебница и нарушила четыре из восьми Правил Симбиоза (а за это она еще будет наказана, как гласит добавленное Кэтрин правило), но Реддл их нарушать не собирается. - Ханна Брукс была первой подругой мисс Дилаурентис, - сказал Абрахас, едва они все расселись по местам. Похлеба водрузила на стол запеченую курицу. Минерва хищно облизнулась. - Я только начал читать ее дневники, но, кажется, в коробке собраны не все ее тетради. - Почему ты так думаешь? - спросил Том, вдыхая пряный аромат птицы и понимая, что снова не голоден. - Ханна несколько раз ссылается на события и людей, которых нет в других тетрадях. По крайней мере когда я их пролистывал, не нашел ничего похожего. - Может мисс Дилаурентис знает?- предположила Магконагалл, жмурясь от удовольствия. Курица действительно была вкусной.       Том не успел развить мысль, потому что один неосторожный взгляд в окно выбил всю почву из-под ног. Реддл увидел наставника и вышел на улицу, предупредив ребят, чтобы не высовывались. - У меня плохие новости, Том, - начал Стафф, опустив приветствие. - Феликс по-настоящему взялся за Кэтрин. Боюсь, для нее все закончится очень скоро.       Лишь благодаря ежедневным упражнениям Реддлу удалось удержать эмоции в узде. - Ее же должна защищать моя магия, - прохладно сказал он, сверля парня подозрительным взглядом. - Мистер Паркер нашел лазейку.       Дастин замолчал, состроив растроенную моську. Реддл стал изобретать пять причин, по которым швырнуть в наставника заклятьем, покрывающим перьями все тело, являлось недопустимым. - Я мог бы спасти ее, - продолжил он, не дождавшись от Реддла какой-либо реакции, - но не за "спасибо".       Сердце мальчика в надежде трепыхнулось, но он тут же себя осадил. Ему следовало раздавать согласия крайне осторожно. Стафф уже зарекомендовал себя как превосходного манипулятора и обманщика. Том не тешил себя иллюзиями. Он разобрался, как все работает - Дастин толкнет под поезд и родную мать, если получит с этого хоть какую-то выгоду. А в начале их знакомства он восхищался им... - И чего ты хочешь? - Воскрешающий камень, Второй Дар Смерти. Он сейчас находится у Грин-де-Вальда.       Том улыбнулся, а затем рассмеялся. - Ты хочешь, чтобы я проник в дом к самому опасному Темному магу столетия, и украл у него какую-то реликвию? - Это не просто "какая-то реликвия", мальчик, этот артефакт позволяет поговорить с мертвыми. Его создала сама Смерть.       Реддл мысленно пожелал Стаффу свариться в адском котле заживо. Мальчик... Так к нему обращался только профессор трансфигурации, и Том это терпел лишь в силу отсутствия выбора. Здесь же все было просто - он мог колдовать, и вполне был способен сотворить нечто крайне неприятное с обнаглевшим учителем. Но ничего, подросток подождет. Месть - это блюдо, которое подают холодным. - Даже если мне удастся попасть в его... мэнор, - Том очень кстати вспомнил, как Абрахас называл свой дом, - у Темного Лорда полно приспешников. И он сам едва ли без борьбы отдаст мне артефакт. Мне всего двенадцать, я при всем желании не смогу выйграть в битве. - О, не прибедняйся, - издевательски протянул Дастин, - У тебя вполне неплохая компания друзей, - парень кивнул на дом, в котором на первом этаже слишком явно колыхнулась занавеска. - Думаешь, я не знаю, что ты не один? Может, я не могу попасть на территорию, но я не слепой. К тому же в Хогвартс проникнуть пара пустяков.       Том похолодел. Он не подумал о том, что Дастин тоже может прогуливаться по Хогвартсу. Как много он знает? - Не переживай, я не выдам ваших секретов. Мне плевать на них, на Южное крыло. Я хочу получить свои ответы, а для этого мне нужно кольцо с камнем.       И Реддл увидел. Увидел, как с лица Стаффа слетела маска, обнажая таящегося внутри монстра. Не было больше дружелюбного парня с пышной шевелюрой и добродушной улыбкой. Карие глаза искрились алчностью, губы презрительно искривились. Мальчик уже осознанно оценил, насколько великолепным актером был Дастин и... что он едва не купился на весь этот театр. Нет, Том не начал безгранично доверять наставнику, но определенную степень доверия тот заслужил. - А как же уничтожение Клевера? - чисто ради любопытства спросил слизеринец. - Вы не собирались разрушать организацию, так ведь? - Нет, - оскалился парень. - Мне плевать на Клевер. У меня свои цели. Так что, ты согласен оказать мне ответную услугу? Можешь привлечь кого хочешь, хоть того вашего преподавателя, Дамблдора. Говорят, он сильный волшебник, и когда-то дружил с самим Темным Лордом. - Это не ведь не все, верно? - Том заметил, как сверкнули глаза Дастина. - Есть еще кое что, что вам нужно? - Ты и правда мой лучший ученик, Реддл, - оскал сменился вполне нормальной улыбкой. - Да, ты прав. Есть кое-что еще. Я хочу увидеть, как проявятся твои способности.       В разуме Тома промелькнули прочитанные им перед ужином документы. - Мы для вас всего лишь эксперимент, - произнес он, подавляя зародившуюся в душе горечь. Смириться с этим оказалось сложнее, чем мальчик мог представить. Подсознательно он все же мечтал стать Стаффу кем-то, кто превзойдет ярлык "просто ученик", а здесь истина пролегала не криво, а прямо - Дастину. Было. Плевать. Для него Том являлся очередным заманчивым зверьком, обладающей ценностью из-за своего Дара. Внутренний голос шепнул, что Кэтрин никогда так бы не поступила, и желание спасти ее опалило мальчика не хуже огня. - Я достану камень, - твердо сказал он. - Хорошо. У тебя два дня. Дольше она не продержится. Я тайком подливаю Катарине зелья, но разум такая хрупкая вещь...       Стафф не закончил предложение, однако это и не требовалось. Том прочитал половину дневников и знал, что довелось пережить девушке.              Проводив взглядом растворившегося в сумерках города парня, мальчик вернулся в дом. Он попросил ребят задержаться. Надо было составить план.

***

      Если бы кто-нибудь сказал Тому, что он попросит помощи у Дамблдора, он бы наложил Аваду на этого человека. Из жалости. Но вот, ненавистный учитель трансфигурации, вживую стоит перед ними, сражаясь с непонятным артефактом. Мужчина не просто согласился им помочь - Альбус словно закрыл глаза на тот факт, что трое его студентов нарушили прорву школьных правил - и со спокойной душой присоединился к их разномастной компании. - Вы прекрасно поработали, Том, - сказал профессор, отлипая от шкафа. Он подошел к мальчику и отдал ему записи. - Ваша расшифрока рун значительно упростила понимание того, как работает сей любопытный предмет. В будущем, вам стоит взять этот предмет в качестве дополнительного. - Мы уже поняли, что он нужен, чтобы перемещать людей из одного места в другое, - буркнул Реддл, стараясь спрятать румянец, так некстати появившийся на щеках от похвалы Дамблдора. - Но все не так просто, правда сэр?- спросила Минерва, которая изначально предположила, что "такая громадина не может быть настолько примитивной". - Вы абсолютно правы, мисс Макгонагалл. Шкаф обладает более широким функционалом, - Альбус вернулся к артефакту, и обвер рукой знаки, нарисованные на правой стороне мебели. - Здесь располагаются руны пространства. Они связывают этот шкаф с другим объектом, который, скорее всего, тоже является копией этого... - Проще говоря у нас есть два шкафа, связанных между собой, и по ним, как по коридору, агенты попадают в Хогвартс, - развил мысль Абрахас. - Да, мистер Малфой, однако, - Альбус поднял указательный палец, и ткнул им в центр росписи, - эта серия знаков указывает, что таких шкафов несколько, и они все связаны. - Значит, в школу можно попасть из разных мест? - Зачем им столько шкафов?- одновременно с Малфоем спросила девочка. - Мисс Дилаурентис писала, что у Клевера полно филиалов по всему миру. Они вполне могли расставить в каждом по шкафу, чтобы не тратить время на дорогу и быстро перемещаться между зданиями. - Думаю, вы правы, мистер Реддл, - Альбус второй раз за день похвалил Тома, и мальчика стали терзать смутные сомнения. Происходящее явно было не к добру. - Где они взяли такое количество шкафов?!- воскликнула Минерва. - Меня больше интересует, кто их заколдовал, - Абрахас поднялся на ноги и присоединился к Дамблдору. Дотронувшись до артефакта, он разочарованно покачал головой. - Ничего не вижу. Должно быть на нем какие-то чары, блокирующие мой Дар. - Может, во всем виновато твое зелье от переизбытка информации?- осторожно поделилась соображением гриффиндорка. - Я пью его полгода и раньше никаких проблем с чтением предметов не возникало. - У мисс Дилаурентис есть список, список способностей. Я его еще не смотрела, но посмотрю и, может, найду Дар, который подойдет под наше описание. - Считаешь, что создатель шкафа один из нас? - Если его сделали в Клевере, то такое вполне вероятно. Они же не просто ставят на нас опыты, но порой и используют в своих целях.       Том посмотрел на Альбуса, который увлеченно слушал дискуссию. Он очень хотел разобраться в причинах своего недоверия к профессору, который, объективно говоря, был хорошим человеком. Он мог послать их, аргументируя отказ тем, что у него отпуск, мог доложить директору или рассказать родителям, но не стал этого делать. А еще они тесно общались с Кэтрин. Она же не доверилась бы ему, подозревая, что с ним что-то не так? - Думаю теперь мы можем перейти к финальной части нашего плана, - бодро сказал Альбус, когда беседа угасла. - Агентам не место в школе, шкаф нужно сломать, но просто так этого не сделать, потому что он способен самостоятельно восстановиться, - профессор показал на левую часть предмета, где предположительно об этом упоминалось. - И как нам от него избавиться?- мрачно спросил Абрахас. - У меня есть пара идей, но мне нужно вернуться в менор и их проверить. А пока, вы все, - он обвел нас пронзительным взглядом голубых глаз, - постарайтесь не влезть в еще большие неприятности. Я не буду спрашивать, как и зачем вы оказались в Хогвартсе, знают ли ваши семьи о том, где вы находитесь, просто прошу - будьте крайне осторожны.       Дамблдор скрылся за заставленным стеллажом. До детей донесся звук захлопнувшейся двери. - Опять ждать?- застонала Минерва, с тоской глядя на пока что целый артефакт.       Том же словно словил второе дыхание. Он четко понял, что должен сделать. Два дня, данные Дастином почти истекли. Они все свободное время бросили на создание сколько-нибудь годного плана, но все казалось банальным ребячеством. Геллерт все сразу поймет и развеет их по ветру. Все нутро Реддла противилось самой идее идти на поводу у наставника. Мальчик до последнего метался, надеясь найти хоть какой-то выход... который в данную минуту стоял перед ним. Шкаф. Вот решение их проблем. Стафф шантажирует его Кэтрин, но если он вытащит девушку из организации, то шантаж рассыплется карточным домиком.       Подросток открыл дверцу и заглянул в бездну. Оттуда пахнуло холодом и чем-то непонятным. - Ты что делаешь?- Минерва схватила слизеринца за рукав. - Я иду за мисс Дилаурентис. Времени почти нет. Я не позволю Дастину творить все, что ему вздумается. - Это безумие! - Не безумнее, чем пытаться украсть Воскрешающий камень у Грин-де-Вальда. И здесь у нас больше шансов. - Да ну?- скептически фыркнула девочка. - Мы волшебники. У нас есть магия. У нас есть наши Дары. В организации все магглы. Да, у них есть несколько колдунов, но их мало. И они не знают, что мы придем. - Этот план мне определенно нравится больше, - Малфой значительно повеселел. - Но как ты пларируешь добраться до мисс Дилаурентис? Мы не знаем, в каком из филиалов ее держат. - Это не обязательно. Она говорила, что магия - это намерение. Если мы захотим попасть в нужное место - мы там окажемся. - Вы серьезно!?- Макгонагалл ошарашенно наблюдала, как мальчишки достают свои палочки, зажигают огоньки и залезают в артефакт. - Давайте хотя бы подождем Дамблдора! - Мы не можем ждать! - обернулся к ней Том. - Вернется профессор и уничтожит шкаф. Может, он и спустил на тормозах наши прогулки по Хогвартсу, но спасать мисс Дилаурентис Дамблдор нас не пустит! Либо сейчас, либо никогда.       Минерва зажмурилась и в ужасе шагнула в абсолютную темноту, которую не мог разогнать даже свет.

***

Катарина Дилаурентис

      Вода схлынула, трусливо скрываясь сквозь трубы в полу. Мне очень хотелось узнать, кто изобрел такой способ принятия ванны, и утопить шутника в ней же. Это даже водными процедурами назвать сложно. Твоя камера мигом наполняется небольшим бассейном, в котором ты едва достаешь до дна, барахтаясь там как букашка, а затем исчезала, оставляя мокрые стены, пол и запах тины. Они что, воду из болота качают? Фильм "Звонок" точно придумал кто-то из выживших пленников.       Я снова уселась на камни, трясясь от холода и отплевываясь от воды. Тело все еще плохо меня слушалось, и мне стоило больших усилий банально не утонуть. Полотенца узникам не положены, как и горячее отопление. За время, проведенное в чертовом колодце, я хорошо накрутила себя и теперь была готова приступать к десерту. Запрещенный прием. Так я его называла.       Приняв позу лотоса, я закрыла глаза, абстрагируясь от реальности. Пора разбудить еще одну историю ужасов.       "Когда умирает человек, охваченный гневом, рождается проклятье"... Для заклятья мне не нужно умирать, здесь и без меня полно замученных душ.       Темная магия откликнулась сразу. Она ласково обняла меня, а затем рванулась ввысь, на волю.

***

- Пора, Милорд, - Куини почтительно склонила голову, ожидая когда Геллерт отложит книгу и просоединится к ней, Винде и нескольким магам. Сегодня должен был быть приведен в действие план Дастина Стаффа и они должны быть рядом, чтобы не упустить трофей Темного Лорда.