Great Black Honor.

5 курс. 1976 год. Декабрь. Хогсмид в этом году был завален снегом уже с конца осени. Аномальные снегопады. Мариз была закутана в шарф золотого цвета, который почти сливался с ее волосами, пальто ниже колена серого цвета — она не любила мантии — и перчатки. В честь выхода из Школы Лара тоже пренебрегла школьной формой и вместо своей длинной черной юбки надела брюки. Вязанный свитер в факультетских тонах, а еще она единственная из всей компании была в шапке. Барти носил рубашки независимо от дня недели, если вы видите его не в рубашке, значит он в пижаме или голый. Сверху он тоже надел пальто, но в отличии от Мариз, он носил его расстегнутым, будто кидая вызов морозу. Барти любил кидать вызовы всем. Таким образом у нас получается, что Мариз и Барти выглядели, как семейная парочка, покупающая одежду в одном магазине, а Лара и Регулус снова выглядят фанатами своего факультета. «Сектанты» — сказал бы Барти. Но Регулус ничего не мог поделать — весь его гардероб состоял либо из факультетской одежды, либо из официальных костюмов, либо из одежды из дорогого бутика на Косой Аллеи, выполненной в… Слизеринских цветах. -Просто вся моя одежда зеленого цвета, — шепотом Лара озвучила его мысли. Они всю дорогу до деревни обсуждали Мариз и Барти, которые теперь шли немного впереди, обосновывая это тонкой тропинкой. Лара и Регулус тихо подсмеивались над ними. -Будем честны, — продолжала она, — Барти вообще может позволить себе любую одежду. Я имею ввиду, он может покупать ее в магловских магазинах. -Да, только он презирает это занятие. -Но не презирает магловские книги. -Не художественную литературу. Только научную. -Психологию. -Он читает ее чтобы разобраться в себе. -Правда? -Нет, просто он псих, — улыбнулся Регулус. -Три Метлы или Тихий Шепот? — Мариз повернулась к ним, продолжая идти спиной вперед. Регулус посмотрел на Лару, она неопределенно кивнула. -Как по мне, Шепот — довольно мрачное место. -Тогда Три Метлы, — сказал Регулус. -Там уже как раз нам заняли столик, — ухмыльнулся Барти. -Ты о ком? — щеки Мариз всегда розовели быстрее остальных. -Не надейся, что я теперь буду искать обходные пути в школе, — Регулус проигнорировал вопрос Мариз и обратился к Барти. -Я и не надеюсь, друг. Сам же говорил… -Не надо. — Регулус обладал той самой способностью, которая есть, наверное, у всех наследников Благородных Домов, затыкать любого в неподходящий момент. Барти закрыл рот на замок и продемонстрировал всем, как выбросил ключ. Лара покосилась на Регулуса и заметила минутную ярость в глазах. Раньше, когда он при ней вспоминал или упоминал брата, в глазах играла грусть или, при воспоминании детства, радость. -Я хочу заказать сегодня много ребрышек, Лара, ты как? — Мариз великолепно умела выходить из неловких ситуации, я бы даже сказала, они сами обходили ее. -Я не хотела вообще кушать, — уклонилась Лара. Барти уже открыл дверь в Три Метлы, Мариз зашла за ним, Регулус пропустил Лару вперед. В дверях образовался застой, Регулус сначала следил за макушкой Лары, потом проследил за взглядом Барти. Всем точно не показалось, что гробовая тишина зашла в дверь за Регулусом. В баре народу было много, но все они поделились на две группы: одни смотрели на прибывшую компанию, другие пялились на компанию, которая уже встала из-за стола. С обоих сторон черные кудри, голубые глаза, белая кожа. С одной стороны красный цвет шарфа, с другой — зеленый. Регулус, при встрече глазами, в лице не изменился, по Сириусу было заметно, что он нервничает. Лара аккуратно взяла его руку и двинулась вперед, она ненавидела сейчас весь состав посетителей за то, что те так любят драму и зрелище, что жаждут их круглосуточно. Барти уже нашел столик подальше от двери, Мариз уже успела снять шарф. -Лара. Она спокойно обернулась и улыбнулась. -Ну и снега навалило, да? -Давно такого не было, — и Сириус и Лара стояли с глупыми вежливыми улыбками на лице. Она бросила взгляд за него — Джеймс Поттер, золотой мальчик, перекатывался с пяток на носки, что говорило о его обеспокоенности. Питер Петтигрю, мешок с картошкой или, как его называл Барти — подкидыш, старался не смотреть в сторону Слизеринцев. Римус Люпин, воплощение меланхолии и воспитанности или, как его называл Барти — шрамолицый, волчонок или Люпус — да, Барти не выбирал прозвища покрасивее — стоял ровно, не сводя глаз с Сириуса. -Ты выросла с последнего раза, когда я тебя видел, — Сириус почесал затылок, Регулус за спиной Лары презрительно фыркнул. -Отец собирает в этом году Рождественский прием, — сказала Лара. — В последний раз мы виделись на таком же только на площади Гриммо. Это было в конце третьего курса Лары. -Я с детства не любил такого рода мероприятия, — признался Сириус. Лара тактично промолчала. Она не знала содержание разговора, который состоялся после матча по квиддичу, между Сириусом и Регулусом, но уже спиной чувствовала вибрации второго. -Боюсь, у меня нет выбора, — Лара снова улыбнулась. Улыбаться Сириусу было легко, она вспомнила как с первый и, наверное, по четвертый курс вечно искала с ним встреч в коридорах школы. -Выбор есть всегда. -Ой, только не у всех есть такие золотые друзья! — выкрикнул Барти, на его лице цвела убийственная улыбка. — Золотые в значении богатые, Блэк, — пояснил он. Сириус не отрывал глаз от Лары, а в баре снова наступила тишина, скрип стула разбил ее — Регулус сел за стол. -Регги… Я уже извинялся много раз, — Сириус посмотрел за Лару. -Не смей коверкать мое имя, — прошипел он, оскалив зубы. -Мы пойдем, — в разговор, как только он стал очень уж напряженным, вступил Джеймс, он взял Сириуса за локоть и повел к выходу. Лара села рядом с Регулусом и тяжело выдохнула. Минуту все за столом сидели в тишине, затем в бар вернулись разговоры, звоны посуды и смех. Четверка еще посидела так минуты три, а затем Барти заявил. -Выдохни, чувак. -Надо было идти в Тишину, знали же, что они постоянно тут, — пролепетала Лара. -Нет, тебе там не нравится, — первое, что сказал Регулус, — значит будем ходить сюда. Вся компания усвоила, что теперь они всегда будут ходить в Три Метлы. -Обсудим более важные вопросы. — сказал Барти после второй кружки Сливочного пива, он скрепил руки в замок и положил их на стол, — что Рабастан думает по поводу нашей новой парочки? — он смотрел на Лару, та расширила глаза, пару раз бросила беглый взгляд на Регулуса, а ее уши залились красным, — Я про Жана и Фила, — пояснил Барти. -А, — сказала Лара и припомнила разговоры с кузеном за последние несколько дней, — не то чтобы мы обсуждали это, но я знаю, что Рабастан пару дней не разговаривал с Феликсом. -Да, старик Стан никогда не выглядел как защитник прав меньшинств, — задумчиво протянул Барти. Мариз в это время уложило голову ему на плечо, а Регулус сидел ровно, касаясь плечом Лары, не отводя взгляда от первой кружки Сливочного пива, к которой он не притронулся. -Думаю, он делал так только из-за того, что обиделся. -Обиделся? — Барти не замечал Мариз на своем плече, и та подмигнула Ларе. -Что Фил не рассказал ему об… ориентации. -Регги, ты обиделся на Жана, что он не сказал нам о ориентации? Регулус медленно вышел из задумчивости, обвел взглядом Барти, нахмурился, когда увидел Мариз. -На самом деле, нет. -То есть, тебе все равно? -Скорей всего. -Блин, а мне не все равно. Я мыться с ним ходил. Лара шумно закатила глаза. -Рег, если ты вдруг решишь стать геем, скажи мне, ладно? По старой дружбе. -Люди не решают это, — подала голос Мариз, и Барти резко повернул на нее голову. Вот теперь, когда он ее заметил, он напрягся, — это с рождения, понятно? И вы не должны обижаться на Жана или Фила, я очень рада, что они заявили о чувствах. -Амбассадор милосердия, — Барти прокрутил фенечку на запястье, было заметно, что он все еще в шоке, но не пытается скинуть Мариз с плеча. -Здравого разума тогда уж. Компания долго сидела за столиком в Трех Метлах, а когда уже подходили к Школе (Мариз держала Барти за руку), Регулус шепнул Ларе: -Сходим в библиотеку? Она кивнула в ответ. 4 курс. 1976 год. Весна. «Я видела злого Регулуса много раз, но хорошо помню первый — когда он, наверняка, не осознано, словно гром пронесся по гостиной, оставляя за собой наэлектризованный след. Тогда даже Зевс смог обратить на него внимание. » Слово «Регги» мог говорить только Сириус. Родители никогда не использовали уменьшительно ласкательные для своих детей и не позволяли им коверкать имена, но Сириус не был бы Сириусом, если бы не нарушил и этот запрет родителей. В будущем Регулус поймает себя на мысли, что позволил бы Ларе называть его так, только вот она была воспитана точно также, как он, поэтому она никогда не назовет его так. Барти много раз получал по шапке за то, что сокращал имя друга, и даже после «официального» мира между Мариз и Барти, и после объявления дружбы между мальчиками и девочками, он все равно временами получал по шапке. Он не называл его так специально, чаще всего это слово случайно вылетало просто потому, что Барти говорил быстро, ему нужно было как можно быстрее донести информацию, он не следил за тем, как обращается к собеседнику. Возможно, именно из-за этого он стал генератором смешных прозвищ. Все умопомрачительные высказывания: «Ховрошка» для Мариз, «Дочь тьмы» для Лары, «Медвежий шкаф» для Рабастана, «Снежинка» для Норы, «Жонглер» для Жана, «Лисья Шубка» для Инги (думаю, это как-то связанно с ее цветом волос), «Тюлений Папа» для Слизнорта, «Дуб» для директора Дамблдора, коронная «Женщина Кошка» для МакГонагалл, были созданы Барти в минуту дикого стресса или дикого смеха, в любом из этих случаев все, кто оказывался рядом, буквально разрывались смехом. «Жанчик», «Марик», «Норка», один раз он назвал Феликса Флоу «Фокус Покус» и был позорно подвешен вниз головой в гостиной Слизерина. «Север», «Снивилис», «Снейппи», «Мистер Сноу» принесли Барти чесотку на три дня. В конце четвертого курса в гостиной Слизерина проходил турнир шахмат, и как бы я не описывала Вам гениальные мозги Барти, он вылетел в полуфинале, проиграв семикурснику Гарни Стэджу, который был будущим магической медицины, по словам профессора Слизнорта. Барти до конца школы будет утверждать, что Гарни был нечист на руку! За Регулуса Блэка в финале против Нарциссы Блэк болела ровно половина факультета. Блэки всегда были в почете, а если они встречались между собой, то ожидалась битва не на жизнь, а на смерть. На самом деле у Регулуса и Нарциссы были прекрасные отношения, и убивать друг друга они не собирались. Они собирались честно завершить турнир. Ставки уже горели, а разочарование стояло за спинами болельщиков Регулуса, когда он взял и… перевернул ход партии. Просто так. Просто как всегда. Нарцисса пожала ему руку, улыбаясь, наградила всех остальных виноватым взглядом и присоединилась к овациям. -БЛЕСТЯЩЕ! — кричал Барти, забирая деньги с выигранной ставки, — ЧЕРТОВ БЛЭК ГЕНИЙ, — он подбежал к Регулусу, — Прекрасно, Регги, это было красиво. Регги похлопал его по плечу и поблагодарил толпу. Только бессонной ночью Барти вспомнил, как он его назвал. И он вспомнил, как Регулус его не поправил. Было ли это его ошибкой, или он понимал, но специально не исправил, я не знаю. Просто в один момент, Регулус принял, что Барти его близкий друг. Он просто не заметил. Но после этого случая Барти ни разу не получал по шапке за слово «Регги».