Great Black Honor.

Лара уже уложила все вещи в чемодан. Мариз и девочки ушли помогать Слизнорту в кабинете Зелий, поэтому она удивилась, когда дверь открылась. -Мариз ушла. -Я знаю. — сказал Барти и переступил порог, — Позволишь? — он указал на кровать, Лара кивнула, и он присел на край. — Захотелось поговорить со своей лучшей подружкой. -Какой хороший лжец, — Лара села рядом. -Нет, вовсе не хороший, да и сейчас я не лгал вовсе. -Хорошо. -Я правда переживаю за тебя, Лар, — еще одно фирменное сокращение, которое резало по ушам, от Барти, но Лара не поправила его. Все еще лучше ее полного имени. -Я правда рада, что мы когда-то смогли подружиться. -Это было сложно. -Ну, человек ты такой. -Сложный? -Ты очень сложный, Барти. Барти лег на бок, свесив ноги вниз и упершись в матрас локтем. Лара сидела также ровно. -При всем при этом я еще и хорошо знаю своего друга, — сказал он, — я хочу, чтоб вы держались вместе. -Мы… — Лара не покраснела, но поджала губы. -Он ничего не говорил. Я сам понял. — отчеканил Барти. — У вас уже готова судьба, таким, как вы, она печатается при рождении. Это мне еще придется побороться за место. -Я уже тебе говорила и повторю еще раз, ты не должен. -Что-то говорит мне, что наоборот, — задумался он. -Надеюсь, не жажда мести отцу? Барти цокнул языком. -Должен же я доказать, что я способен на что-то большее. -Мне жаль, что это большее связанно с… войной. -Ты бы отказалась, будь у тебя выбор? -Барти, ты хорошо знаешь Регулуса, и это именно он несет свой долг, он считает это правильным, — она тяжело вздохнула, — я не наследница, но выбора у меня также нет. Да, я бы убежала, будь у меня выбор, но я не убегу, потому что у него выбора нет. Барти долго молчал, смотря на нее, улыбка не покидала его лицо. Лара почти увидела восхищение в его глазах. -Это очень сильно. — наконец сказал он. — Сколько же вы терпели? -Барти. -Я переживаю за тебя, — повторил он, — не ты должна там воевать. -Снова эти стереотипы. -Прости. -Ты на хорошем счету у Снейпа, Рабастан тебя уважает, слово Мариз тоже чего-то да и стоит там. Ты получишь Метку. -Слово Мариз. И не ей там воевать тоже. — он опустил взгляд. -Я слышала, что ненависть — это подавленная любовь, — улыбнулась Лара, — неужели все так давно было известно? -Да, ты бы догадалась, читай ты… психологию. -И не будет издевательства в сторону поэзии? -Не будет. -Барти Крауч больше не нигилист, — удивилась она, — ты признал искусство? -Так, дорогая, нигилист это плохое слово, я всегда признавал науку и авторитеты, а что касается, как ты говоришь, искусства, то… свое мнение не меняет только идиот. -Я в шоке, Барти. -Перестань. Я еще не полностью перестроился и, — сказал он, поднимаясь, — никогда не перестроюсь! Подстроюсь, возможно. -Ты любишь ее? -А ты его? -Я хочу быть рядом в момент опасности. -А я хочу ее уберечь от этого момента, — Барти потянулся к пачке сигарет, как это бывало всегда, когда он волновался. Лара кивнула. -Скажи что-нибудь умное, как ты умеешь. -Destruam et aedificabo. Разрушу и построю. Обещание, пророчество, надежда или вера. Барти не знал. За дверью появился Регулус. -Последний обед в этом году, — сказал он, — идем праздновать? -Мы празднуем начало конца! — проликовал Барти, хлопнул Регулуса по плечу и спустился по лестнице. Регулус пропустил Лару вперед и закрыл за ними дверь. В честь окончания года она надела юбку и рубашку, но волосы все равно были убраны в тугой низкий хвост. Регулус остановил ее на середине лестницы. -Мы можем не идти… -И снова сбежать от людей? — улыбнулась Лара. -Я, знаешь ли, все еще недолюбливаю такого рода мероприятия. -Ты недолюбливаешь все, где много людей. -Я работаю над этим, — он приобнял ее за талию. -Не могу сказать, что у тебя прям большой прорыв, — Лара запустила пальцы в его волосы, от чего он на мгновение прикрыл глаза. -Это так удивительно, — сказал он после пары минут объятий. -Что? -Быть рядом, — он поцеловал ее, легко, спокойно, будто в эти моменты его сердце не собиралось покинуть тело, будто руки не дрожали, будто с каждым разом ему не казалось это еще более нереальным. Барти ненавидел поезд. Ему было не комфортно — не почитать, не покурить, и Регулус всегда такой мрачный, что и поспорить не с кем. Когда он вышел на улицу, сразу поставил чемодан на землю, потянулся и похлопал себя по карманам в поисках пачки сигарет. И снова белая рука с красивыми пальцами протянула ему то, что он уже успел потерять. -Серьезно? Как? -Пока ты спал, — подмигнула она. -Ты самая коварная девушка, поняла? -Поняла, — передразнила Мариз. -Барти, как ты доберешься до дома? — спросил Регулус. -Сейчас с Ави поймаем такси. А там пешком. Регулус кивнул. -Нам пора, — он посмотрел вокруг, как будто искал кого-то, — напиши мне. -Как обычно, Регги. Лара видела заметила однокурсников на платформе. Феликс обнимал Жана за плечи и шептал что-то на ухо, Жан последние недели в школе уже выглядел подавленным, потому что следующий учебный год будет лишен романтики для него — Феликс закончил школу. Это будет испытание для их отношений. Нора разговаривала с Марком, смотря на своего бывшего капитана, как на кумира. Она правда восхищалась им. Хоть в этом году Марк так и не проявил к Норе каких-либо чувств, (провальное свидание не в счет) она все равно впитывала его речи, как губка. Именно ей Марк оставит пост капитана сборной. К удивлению Лары и всех, кто это видел еще, Марк наклонился и поцеловал Нору в щеку. Девушка залилась румянцем и поспешила отвернуться, Феликс засмеялся, когда увидел это, что заставило Жана тоже улыбнуться. Авиор Мерк, сосед Барти и Регулуса, мальчик из семьи ведьмы и полицейского, как обычно постарался уйти с платформы раньше всех. Раньше он еще находил силы, чтоб подождать Барти, сейчас Лара подумала, что они встретятся уже на магловской стороне платформы и вместе поймают такси. Рабастан и Инга Вольф тихо прощались в дальнем углу. Инга на лето уезжает в Берлин, а Рабастан также закончил школу. У них будет крайне сложное испытание отношений. Регулус и Барти пожали руки, казалось, крепче обычного. Лара обняла Мариз, Барти отсалютовал ей, Регулус кивнул Мариз, взял чемодан Лары и свой, и они растворились в толпе. -Обещай хотя бы мгновение поскучать, — шепотом сказала Мариз. -Только если мгновение. -Счастливого лета, Барти, — Мариз пожала плечами, чмокнула его в щеку и собралась уже уходить. -Постой, — он вернул ее и поцеловал так, как хотел с начала поездки. Потом поспешил сунуть сигарету в рот и, не глядя на своего Демона, ушел, ничего не сказав больше. Барти зашел в дом, матери еще не было, он встретил отца на кухне, бросил на стол листок с результатами СОВ, перемолвился с ним парой слов, поднялся к себе в комнату, выкурил три с половиной сигареты и уснул. «Двенадцать из двенадцати, сын, твой минимум» «Я принесу тебе в ноги кости всех твоих врагов, — думал Барти, — А ты сделаешь вид, будто я еще и не достаточно обгрыз их. Всегда мало. Всегда недостаточно. Ничего, скоро все изменится».