Новая строчка - новая точка.

стегало кожаным орудьем по чёрствым венам, по глазам, по капиллярам. тихо судьям отчёты слали на почтам. ты бестолково тратил время. — я не могла того понять. «как не стремиться ко мне можно, как можно просто оставлять?» так обезумевшие мысли кружили голову не в такт. мне всё казалось что-то близким, а это что-то — был лишь враг. давайте вещи именами своими будем называть. раз уж мечты зовут мечтами, нам остаётся умирать. я изувечила что можно — забила всё в своей душе. я самым, самым буду сложным. но не спроста. и не вообще. мне просто больно. сильно-сильно. и ничего не исцелит. пусть что-то кажется не видно — оно не в выдумку болит. мне ни упрёков, ни приветов; ни горькой правды — но в лицо. оно не больно, если это честно ответят. «как оно?» играть навязчиво-тревожной моей задушенной душой. ты убиваешь. сколько можно? боюсь, ответы — не с тобой. не всё, что в слух, всегда красиво. но всё же лучше тишины. ваши таланты — мне на диво: но обещания смешны. уходит время. вы молчите. проходят дни — воз ныне там. вы просто честно мне скажите — расставьте точки по местам. не нужно этих честных «враков», не нужно быть, но забывать. такую честность — словно залпов удары мести принимать. не так тянуло? так бывает. можно сказать без лишних слов. смотри, собака воя — лает. она устала от оков. и я устала — диво диву! пишу и думаю сама… ищу в себе сама я силу, дурю, как вовсе не могла. вы нас вините, что мы сами несём удары с хвастовстом. о, если б только вы узнали, как много силы в нас не в том. что я люблю, что я мечтаю, что нахожу, что говорить. писать ли первым? я не знаю. — Онегин смог бы осудить. Но я боюсь не осужденья, И не отказа от письма. Боюсь, что все мои суждения, Ровно как я — для вас смешна.