За гранью дозволенного.

      Глеб сидел на подоконнике в своей квартире, рядом чашка с кофе, в руке сигарета, открытая форточка. Он никогда бы не подумал раньше, что так плотно подсядет на Сплин, и вот сейчас он слушал на повторе «Прочь из моей головы». Глеб пытался понять, за что ему выпала участь вновь встретиться с Андреем. Он уже даже был готов признаться себе в том, что его тянет к нему слишком сильно. Телефон вибрирует, прерывая музыку, Глеб смотрит на экран «Мама: приезжай, срочно» Он пугается и перебирает в голове множество вариантов того, что могло произойти. Сначала он вспоминает тот случай, когда Андрей попал в аварию, и ему становится настолько тошно и страшно, что он не заставляет себя ждать, хватает куртку, ключи от машины, чуть ли не забывает сигареты и бежит вниз по лестничной клетке. Он заводит машину и вновь прикуривает, хотя обычно он не разрешает никому курить внутри, и себе в том числе. Он ещё никогда раньше, пожалуй, так быстро не доезжал до материнского дома. Они жили чуть ли не на разных концах Москвы. Но сейчас была ночь и менее загруженные дороги, чему Глеб был благодарен. Первый этаж, второй, третий, и всё бегом, у него не было сил ждать лифт и стоять там ещё несколько лестничных проемов без движения. Знакомая дверь, стук. Ещё стук, более настойчивый. Кто-то открывает, не спрашивая, кто за дверью, и впускает задыхающуюся фигуру в квартиру. Глеб, измученный столь быстрым подъемом и нервами, склоняется в отдышке: — Что случилось? — тяжело дыша спрашивает он. — Я хотел поговорить, Глебка, — говорит Андрей, внимательно разглядывая пасынка. Будь Андрей не собой, он бы так точно не поступил, не позвал бы его к себе, не мучил бы себя два года. Но, раз уж он — это он, деваться было некуда. — Вы издеваетесь?! — шипит Глеб, все ещё приводя дыхание в норму. — Нет, не издеваюсь, раздевайся и проходи. — спокойно отвечает Андрей и закрывает входную дверь. Он уходит на кухню, на которой Глеб столько раз обедал, ужинал, проводил время, решал важные и не очень вопросы, ломал голову над ситуацией с тем же Андреем, который теперь хозяин в его доме, и это очень давило на психику. Делать было нечего, Глеб скидывает обувь и куртку, проходит на кухню и обрушивается на сиденье. Он чувствует, как к горлу подступает ком: — Да зачем вы издеваетесь надо мной! — кричит Глеб и хватается за голову, — зачем? — более тихо шепчет он. — Что с тобой происходит? — с любопытством разглядывая Глеба спрашивает Андрей. — Ничего, — отворачиваясь отвечает Романенко. Но Быков сразу поворачивает его голову обратно, поднимая при этом и заставляя посмотреть ему в глаза. Глеб судорожно сглатывает, заливается краской и пытается отвернуться. — Да глупый ты! Я же тебе помочь пытаюсь, смотреть на тебя тошно! — произносит Андрей, отпуская голову Глеба. — Вы. ты. — невнятно проговаривает Романенко, — Я. Люблю. Ты очень изводишь меня, — в конце решается он и бледнеет на глазах. — Что ты имеешь в виду? — так же спокойно интересуется Андрей. — Да, блять, нравишься ты мне! — вскакивает Глеб, — Люблю я тебя! Давно! Что тебе ещё нужно? — он такой злой сейчас, что ему кажется — ненавидит Андрея он больше, чем любит. — Я знаю, мой мальчик, знаю, — Андрей тоже встаёт, прижимает к себе молодого мужчину, утыкается в его волосы и громко вдыхает. Все тот же запах, как и два года назад, точно такой же. Глеб так же смиренно утыкается в плечо Андрея, сильно сжимая его свитер, пытаясь попросту не разреветься. — Глеб? — тихо произносит Быков, — Посмотри на меня, — он пытается заглянуть к тому в лицо, но Глеб так сильно вжался в его плечо, что такой возможности не представлялось. — Я так долго не мог спокойно жить, а сейчас ты просто берешь и обнимаешь меня, — Глеб отстраняется, вновь багровея и злясь, — Ты мог быть таким с самого начала, но заставил меня страдать? — жилка на его шее пульсирует, а скулы дёргаются. — Ну, мой мальчик, всё хорошо, успокойся, — произносит Быков, но Романенко уже не волнует его такая затяжная любовь, он в приступе ненависти и, единственное, что ему сейчас было нужно — убраться куда подальше от этого человека. Он не дал себя остановить или сказать хоть слово, Глеб выбежал из квартиры, не понимая, что он делает и куда сейчас отправиться.