Ты больше, чем побочный эффект.

      Где-то послышалось прерванное пищание аппарата.Вспышки света, запах хлорки, железные инструменты, которые с звоном кладут на стол.Где она? Где она? В темноте.Зачем она там? Не знаю.Не знаю.Её везут на койке.А куда везут? Резкая вспышка света пронзила глаза болью. -Проснись! — кричит голос. Почему кричит? Что ему нужно? Не знаю, не знаю… -М-мама?.. — тихо произнесла девочка, пытаясь открыть глаза. -Оленька! — вскрикнула Карина сорвавшись к Оле, — Как ты, солнышко? -Где мы, мам? — хрипло произнесла девочка. -Мы в больнице… Ты помнишь что-то? -Помню только… Небо… Что случилось? Карина облегчённо выдохнула и прикрыла глаза. -Ты упала… Очень сильно упала… В комнате воцарилось молчание. Девочка совсем не понимала почему так болит тело.В её голове крутилось много вопросов, на которые ответов не было.Вскоре девочка снова погрузилась в сладкий сон. Двери в палату открылись, и комнату вошёл врач, держа папку в руке.       -Снова здравствуйте.Я по поводу состояния девочки.На теле сильные повреждения, но не смертельные. Неизвестный порвал девочке… Вообщем операция прошла успешно.Теперь прийдется ждать поправления. Вы сможете находиться тут ещё около полутора часа, после чего вам прийдется покинуть палату.Главное не переживайте, за … — остановился врач, посмотрев в папку. — Олей будут присматривать. -Спасибо…       Карина была рада тому, что девочка ничего не помнила, но к психологу она её запишет как только Оля поправиться.       В комнату ворвался Антон, которому Карина по телефону рассказала о случившемся.Олю жестоко избил и изнасиловал неизвестный.О следствии вообще молчат.На месте преступления не было никаких подсказок.Известно только одно: сделал он это на улице вечером. -Оля! — произнес Антон. -Тише, Антон. -Как она? -Только что проснулась… Она спросила где мы, и опять уснула. -Боже… — слеза покатилась по щеке блондина, — Нашли виновного? -Не нашли… Карина и Антон плача смотрели на избитое личико Оли.Ну кто же мог такое сделать с такой невинной, маленькой девочкой? -Мам… Мне кажется что я во всём виноват… Это же я попросил её сходить в магазин. -Солнышко, — тихо произнесла мама подходя к Антону, — не вини себя, ты ни в чём не виновен. — продолжила Карина, после чего обняла Антона. Антон оторвался первый, и сел на кресло.Он начал разглядывать палату: Девственно белые стены, белая постель, тумбочка около окна, на которой стояли мандарины и бананы.Из-за матового стекла в двери было видно силуэты, которые быстро передвигались по коридору.       Антон посмотрел в окно.На улице уже не было теплого солнышка, лишь хмурые облака были на небе.Деревья были почти голые.Блондин засмотрелся на одно дерево и увидел там только 7 листиков. «7…» — уронил мальчик в своих мыслях, — «Как же будет одиноко оставшемуся листику…» Его из раздумий вынул нежный голос медсестры. --Извините, но сейчас вам придется покинуть палату. -Да… Мы понимаем… И уже собираемся… Карина заказала такси к городской больнице.Ждать долго не пришлось.Когда они уже ехали домой, Антон в последний раз взглянул на дерево, которое так привлекло его внимание. «6 листиков…» Антон с Кариной приехали домой.Ни о чём не говоря, они сняли верхнюю одежду, и сели за стол.Мама поставила пасту на стол и пожелала приятного аппетита.Вскоре к ним присоединился отец. -Ты почему к Оле не поехал? Ты вообще знаешь что произошло? — нахмурив брови произнес Антон. -Знаю что произошло.Не поехал потому, что… Потому, что не хотел. — Вполголоса ответил абсолютно безэмоционально отец. -Она же твоя дочь! Тебя абсолютно не ебёт что с ней?! — резко отбрасывая вилку и встав из-за стола, прокричал блондин. -Антон! — повысила голос Карина. Отец на эти слова только смерил мальчика взглядом. -Ты мразь! Убирайся из нашего дома! — снова прокричал тот, нахмурив брови. Отец встал, и скорчив недовольную гримасу, дал пощёчину Антону.Мальчик прошипев схватился рукой за место удара. -Да ну вас нахуй. — агрессивно заявил парень, идя в свою комнату. Мама так же сидела за столом с отцом, и молча доедала пасту, которая уже давно остыла. Через час родители Антона ушли.Антон не знал куда, но ему было всё равно, главное что ушли.

***

Блондин сидел в своей комнате около окна, и накидывал набросок на лист формата А4.Он рисовал зайчика, за которым стояла черная, рогатая тень смотря на зайчика своими белыми, пустыми глазами. Антон рисовал только тогда, когда у него было плохое настроение. Как он говорил: «Я так плохие эмоции высвобождаю… Я их на листе рисую, и они уходят… Уходят в лист, навсегда пропитываясь краской в него.» «В моей душе слишком много плохих эмоций…» — вспомнив свои вышесказанные слова, произнес он в своих мыслях, — «Мне неспокойно.Они меня съедают изнутри.» Мальчик дальше рисовал придуманную картину, всё сильнее стискивая измазанную краской кисточку в руках. 00:00 «Меня болит.Болит где-то внутри, но я не могу понять где.Почему так болит? Не знаю… Я плохой брат, я плохой сын, я плохой парень, я плохой ученик… Только эти роли в жизни я заслужил.Это я знаю точно. Оле я который раз не смог помочь.Ромка… Я ему тоже не помог, и не смогу больше… Меня не будет скоро в этом мире… Правильно ли я думаю? Боже, я даже этого не знаю.А что я знаю? Я знаю то, что я ужасный человек.Что таким как я делать на этой земле? Я не хочу дальше пачкать её своим присутствием… Я плохой сын… Я разочаровал свою маму, своего папу… А что я сделал так в этой жизни? Ничего… Это и есть ответ на мои вопросы.Я никто, и зовут меня никак.»       Парень начал тихо плакать. Слёзы ручьём лились из его глаз, и стекали по щекам, капая с подбородка на белое худи.       «Не хочу….Не хочу пачкать этот мир.» Блондин встал из-за стола, и направился в ванную. Слёзы не переставали литься с его голубых, как море глаз, мешая видеть ему. Он лишь прикрывал рот тонкой рукой, тихо всхлипывая. Антон вошёл в ванную, и закрыл дверь. Он достал с полки тонкое лезвие для бритья, и всмотрелся в него. «Мне мир сей чужд, как он мне пуст… Кажется, конец моей истории» — криво улыбнувшись подумал парень. Антон снял с себя худи, и лег в ванную, прихватив с собой лезвие. -Мой час настал, прощай, милый мир. Блондин посмотрел на правую руку, которая была вся в шрамах, оставленных Бяшей. Антон услышал гуд телефона. -Ахахах… Не в этот раз… — произнес он смеясь, и потирая переносицу пальцами. Но гуд телефона не прекращался.Блондину было всё равно.У него была цель, и он хотел её достигнуть. Антон приблизил лезвие к запястью.Глубоко вдохнув, он нажал на кожу и провёл лезвием вдоль руки.На руке воцарил алый тон.Блондин стиснул зубы, и уже хотел провести ещё раз по свежему порезу, но дверь в ванную резко распахнулась и в комнату вбежал Рома.