My cheerleader

— Минхо? В помещении раздался нежный голос Джисона. Не желая дальше чувствовать гуляющий ветер в коридоре, заставляющий мурашки по голой коже распространиться, он проскочил внутрь, ловко закрывая дверь за собой запасным ключом. Старые коридоры продувало сильно, особо, когда непогода бушевала на улице. Тут даже его махровые носочки вместе со шлепанцами не помогут, а впопыхах надетые короткие шорты и большой свитер так вообще. Он быстро ориентировался, роняя связку ключей со звенящим звуком в корзинку у входа. Комнатные тапочки-зайчики уже красовались на его ступнях, пока он вальяжно шагал на кухню. Слегка потрепанные, но любимые, напоминающие о начале отношений. Шкафчик со снеками он просканировал буквально за секунду на наличия любимого печенья, и радости предела не было, когда яркая упаковка шоколадных грибочков была найдена. Ловкими пальцами он раскрыл упаковку, уплетая одну печеньку за другой, еле пережевывая, нарываясь поперхнутся. Ну… ведь можно было иногда отдаться прихоти и наесться вредными штучками, в его случае — шоколадными грибочками. Мысль о том, что Минхо всегда имел их в запасе, и грозил своим соседям не трогать, так как это лакомство было предназначено только для его сокровища, грело сердце даже в такой пасмурный день. Съев почти пол упаковки, довольный перекусом Джисон наконец направился в комнату своего парня. Он не знал, был ли тот у себя, но какая в принципе разница. Хан часто приходил и тупо ждал прихода Минхо, скрашивая ожидания бездельничеством, сладостями, или просмотром фильмов, укутавшись в одеяле. Иногда комната Хо выглядела будто в ней был устроен погром, тогда Джисон устраивал уборку, и даже грязную одежду стирал, которую мог собирать по разным уголкам минут тридцать, зная, что состояние комнаты, как зазеркалье в душу Минхо. А кто если не Джисон будет приглядывать за бедолагой? Ну уж точно ни сам Минхо, ни его соседи. Неся полную корзину белья в общую стиралку на первый этаж, челка в хвостике, чтобы не мешала работе; Бережно гладя трусы с кроликами, улыбаясь самому себе и подпевая песню. В такие моменты Хан задумывался, что и не против бы стать домохозяйкой, если только с Минхо. Все что оставалось, чтобы реализовать мечту это обменяться кольцами и принять фамилию Хо. Замечтавшись о такой приятной перспективе Джисон стукнулся о ножку стула по пути. Он тихо ругнулся про себя, проклиная четвероного дружка за прерывание их помолвки в его мыслях. Поправив свою мешающую челку он наконец открыл дверь, заклеенную плакатами разных групп. Контраст с только что светлым помещением сразу бросился в глаза. Внутри было темно, кроме синей неоновой подсветки. Она красиво облегала всю комнату и придавала спокойную, но в то же время интимную обстановку. Минхо часто так делал, когда как-то нужно было сосредоточиться, и доделать домашнюю работу. Но она также слишком часто было включена, пока Джисон лежал на этой самой кровати, принимая любимого, слушая его хриплый голос вперемешку со скрипом постели. Розово-сиреневый перелив неона надолго отпечатался в памяти Хана, чтобы он не мог не почувствовать напоминающий легкий прилив жара. Только сегодня Минхо явно пытался сдать все свои дедлайны, а не хорошенько оттрахать своего парня. Тут мы ещё посмотрим Он сидел за столом в углу комнаты, наушники на голове, своей сутулой спиной к Джисону. В миг Хану стало его жалко, и все первоначальные планы смыло волной. Кто знал, как долго он так просидел, мог ведь и поесть забыть! — Малыш? — Джисон подошел сзади, аккуратно кладя свои руки на крепкие плечи, чтобы не испугать. Хо слабо вздрогнул и обернулся. Его мутные глаза выражали удивление, а брови, вздернутые вверх, придавали ему беззащитный ласковый вид. Практически бездомный котенок, подумал Джисон. Он бы такого приютил без раздумий. — Привет. — Бросил тот как-то вяло и тихо, потирая уставшие глаза. — Давно уже сидишь? — Джисон предчувствовал — его догадки были верны. — Где-то, э-э, со вчерашнего вечера может быть…? — Минхо полностью развернулся, откидываясь на спинку стула, неловко взъерошивая свои волосы. Его отросшая челка мило спадала на глаза, складно скрывая последствия бессонной ночи. — Ты хоть ел что-нибудь? На вопрос Минхо соответственно не ответил, виновато улыбаясь, качая головой. Джисон подошел ближе, устраиваясь на своем законном месте: меж бедер Минхо, подхватывая пальцами отбившиеся пушистые локоны, заправляя те за ушко. Теперь тусклый свет красиво падал на четкие черты лица на которые нельзя было не засмотреться, и никакие мешки под глазами не могли испортить такую картину. Джисон цокнул не одобрено, прижимая ладонь ко лбу, проверяя на наличие температуры. Не хватало еще чтобы его парень перетрудился и заболел. — Так, все, прикрывай лавочку, и ложись в постель, — фыркнул парень. Ну вот надо же, оставил своего парня одного всего-то на три дня, а тот уже успел забить на свое самочувствие. Спортсмен называется. — Ну, детка, мне осталось буквально чуть-чуть, — Минхо протестовал, прижимаясь к Хану, обвивая свои руки вокруг его бедер, таким способом не давая тому отойти. Джисон очень бы хотел в ответ прижать мужчину ближе, и погладить его мягкие волосы, только упертость не давала. — Мистер Ли, марш в постель, — Джисон строго приказал, настаивая на своем, но после тут же нагнулся и добавил намного нежнее, — потом доделаем вместе, ладно? Я посижу с тобой. — Он оставил мимолетный мокрый поцелуй на кончике носа Минхо, не давая тому возможности даже ответить, уже выбираясь из хватки рук. Главное сейчас было засунуть хоть пару крошек еды в бедного, и может уложить спать. Хо наконец встал, потягиваясь во весь рост, чувствуя ноющую мышечную боль от долгой неподвижности. Он зевнул, широко разинув рот, почесывая свой подбородок, покрывшийся щетиной. Давненько он не брился, из-за занятости. Джисон же был вынужден задрать голову вверх, чтобы продолжать любоваться личиком своего парня. Минхо улыбнулся, заметив пристальный взгляд на себе, смотря в ответ так нежно и так по Минховски. А у Джисона сердце готово было выпрыгнуть из груди, ведь вид Хо все только усугублял; Его тело было скрыто под огромным лиловым худи, в таком Джисон бы вообще утонул, и розовых махровых штанах. Он отдаленно напоминал сладкую вату, такую большую и нежную, на которую Джисон не против был прыгнуть, и прилипнуть, желательно навсегда, как липучка. Он не мог больше терпеть бездействия, толкая Минхо на постель позади них, такую же мягкую, засеянную черными котятами; Джисон лично выбирал как подарок на один из праздников. — Хо, почему ты у меня такой сладкий, а? — Хан сразу последовал за ним и прилег сверху на твердую грудь, смелее чмокая бледное личико, забивая на свои же принципы. Щетина слегка щекотала и колола его чувствительную медовую кожу, но это не мешало. Минхо вернул ему вдвое больше поцелуев, ластясь к щеке Джисона, как кот, наевшийся сметаны, нежно отвечая на нежность, — Хани, ты слаще, мой любимый пирожок. Джисон всегда пах нежно, по-домашнему, полностью расслабляя Ли, чьи руки уже покоились на пояснице, и скатывались все ниже и ниже, пока не достигли таких любимых округлостей, сжимая их. — А ты моя любимая запеканочка. Поцелуй в носик. — А ты мой кексик. Поцелуй в краешек губ. Вдруг их сладкую идиллию побеспокоил громкий звук — урчание живота. Все таки голодавший желудок, который не видал еды почти 24 часа, дал о себе знать, не выдерживая такие издевательства. — Лежи, моя маленькая лепешка, я тебе сейчас приготовлю что-нибудь. — Джисон быстро поднялся, выбегая из комнаты, наспех выбирая легкий и быстрый рецепт, оставляя Минхо наедине с самим собой. Брюнет зарылся лицом в подушку, пытаясь сдержать рвущийся наружу писк. Только вот сдерживаться было бесполезно, а уже приглушенно пища в ткань, как какая-то глупая фанатка, он понял насколько глубоко он утонул в Джисоне. И Наверное уже навечно. Ведь Джисон был таким добрым, заботливым, внимательным, только жаль не все это замечали. Он резко перевернулся на бок, сгребая в объятия рядом лежащую подушку, ухмыляясь самому себе, окунаясь в свои мысли. Ужасно ранимый, грустный, изолированный. Никогда не говорил о своих чувствах, считая их ничтожными. Увиливал от банального вопроса как дела, или тупо врал. Прятался за своей маской напыщенности и уверенности на публике, как защитный механизм. Джисон был добр со всеми, только не с собой. Минхо помотал головой. Он не даст их негативному прошлому взять над ними вверх. Теперь Джисон будет улыбаться всегда. Потому что они в порядке. Вместе. Пока его парень хозяйничал на кухне Хо взял свой телефон, лежавший рядом с кроватью. 167 уведомлений в груп чате «ballmasters», и они продолжали поступать ежесекундно. Наверное опять фигней страдают. Минхо решил не проверять, открывая планер. Ежегодная игра проходит в этом году в мае, что значит, что на подготовку у его баскетбольной команды осталось всего каких то жалких два месяца. И как капитан команды на него падала большая ноша ответственности. Задумавшись о том, что надо поговорить с координатором, отель выбрать поближе, и еще много прочей фигни, он пропустил возвращение своего счастливого парня уже с тарелкой в руках. — Садись. Покормлю тебя. Минхо послушно убрал телефон и разрешил покормить себя. А когда все было съедено до последней крошки с диким аппетитом, а тарелка была убрана на безопасное расстояние, Джисон наконец поцеловал его по-настоящему, испаряя остаток тяжелых мыслей из мозга Хо. Они точно были в порядке. — Устал? — отпрянув, Хан спросил. Руки Ли уже давно по собственнически легли на его талию, утягивая за собой. Устал — это еще мягко сказано. Минхо бы лег в спячку до конца года. Но вместо этого он просто сказал, — иди ко мне. — Иду. Они повалились на двуспальную кровать со смехом. Минхо схватил Джисона тотчас их тела соприкоснулись с пружинной поверхностью, обнимая крепко-крепко, и, в конце концов, целуя. Сминая с неимоверной нежностью тонкие губы, выплескивая всю свою накопившуюся любовь за прошедшие дни, поглаживая линию челюсти, подушечкой пальца чувствуя такую же, только менее колючую поверхность, как у себя. Минхо честно очень скучал, хоть и виделись они три дня назад, и все те позапрошлые дни. Но ничего не могло заменить его любимого и единственного бельчонка. Он желал проводить все дни, двадцать четыре на семь, вместе. Минхо маневрировал их так, что Джисон находился под ним, слегка на боку. Прильнув он снова начал хаотично посасывать то верхнюю губу, то нижнюю, наслаждаясь едва слышными всхлипами. Джисон в то время обвил свои руки вокруг шеи, зарываясь пятерней в волосы Ли на затылке. — Зайка, — Минхо прошептал, не удержался, смачно чмокая носик Джисона, зачесывая густую челку назад, открывая вид на милый лобик. Его малыш последовал за прикосновением, ластясь ближе, как котенок нуждающийся в тепле и заботе, и Минхо не думая отдавал ему все. Хан прислонился к груди Минхо, заваливая того на бок, и закинул свою ногу через чужое бедро, охотно отвечая на такие надобные поцелуи. Легкое поглаживание по спине, приятное покалывание щетины, знакомый запах, любимая подсветка — Джисон находился в эпицентре комфорта, пока мокрые, причмокивающие звуки окутывали комнату. Разговоры о ни о чем они заменили более практичным занятием, практически не отрываясь друг от друга, лежа в такой позе где-то полчаса, или больше. Джисон недовольно замычал, хотя губы уже начали саднить, когда Минхо отстранился и переместился целовать шею, покусывая ту до покраснения, спускается ниже и ниже. Задрав свитер вверх Хо приступил целовать слегка выпирающий животик, оглаживая мягкие бока. Только вдоволь насладившись он съехал еще ниже, прикасаясь к обнаженным ногам губами, очерчивая ими каждый сантиметр. Он обожал, когда его Джисон был таким настоящим перед ним; Отросшие волосы на ногах; Неровный тон кожи; Пару прыщиков от стресса, — Минхо с ним разделял такую же учесть — лохматые, уже достаточно длинные волосы, закрывающие глаза; Темные корни в контраст с осветленными волосами. — Люблю тебя, — Минхо прошептал, скользя по бархатной смуглой коже. — Т-Ты чего? — Джисон смутился, а его щеки загорели. Происходящее заставляло все скрутиться внутри, и нагреться до миллиона градусов. Ведь в действиях Минхо не было никакой похоти, только забота и искренняя любовь; То, что выводило Джисона из себя. Его примета имела привычку возвращаться в такие моменты, и тогда легко казалось, что он вовсе не заслуживал ни Хо, ни его любви. — Люблю тебя, — но Минхо продолжал как ни в чем не бывало, облизывая чувствительное местечко за ушком. По телу распространились мурашки, а дрожащие пальцы схватились за ворот толстовки, притягивая Хо к себе. — Я… Я тоже люблю тебя, Минхо, — Джисон ответил прямиком в губы, с молниеносной скоростью находя их. Ему было необходимо почувствовать, напомнить себе, что Минхо был правда его, и он не выдумал эти отношения, длившиеся уже на протяжении двух лет. Они бы так и продолжили обмениваться поцелуями и проводить время в такой хрупкой атмосфере, если бы не внезапный звук открывающейся двери и чужой голос. — Ой, простите. Минхо отстранился, оборачиваясь на шум вместе с Джисоном, который норовил слиться с ним, прячась за широким силуэтом своего парня. Это был сосед, также и член команды, Минхо. Он растерянно стоял в проеме двери в баскетбольной форме, все еще держа мяч в одной руке, и застенчиво оглядывал комнату лишь бы не смотреть на пару. Его бледное лицо заметно порозовело. — Я, это… Я наверное пойду погуляю после душа, пока вы тут, это- ну- — промямлил он, намереваясь выйти из комнаты. — Чан, мы ничем не собираемся заниматься, можешь остаться дома. Я тебе кстати приготовил рис. — Минхо быстро спас ситуацию, меняя тему, все еще придерживая Джисона за талию, ощущая легкое подрагивание. — Ой, спасибо тебе, Хо. Я как раз так голоден. И тебе привет, Джисон! — Мужчина быстренько поздоровался с парнем странно ухмыляясь. Он посмотрел на них последний раз, прежде чем тихо прикрыть дверь и уйти. Без промедления все внимание Минхо переместилось на Джисона. Он аккуратно схватил его за личико и прильнул к нему, облизывая его пухлую щечку. — Он уже ушел. Не переживай так. — Да я не переживал… Просто момент был такой… — Джисон густо покраснел, отодвигаясь от Минхо. — Поедешь в этом году на игру? — спросил Минхо, опять профессионально меняя тему. Они легли поудобнее, все еще близко друг к другу, но уже по отдельности. — А я не буду отвлекать? — Тихонько поинтересовался Джисон, сворачиваясь в калачик рядом. — Не будешь — Минхо взял его ладошку в свою, целуя. — Кто же мне водичку будет носить, а? — Да? Может, мне напомнить последнюю поездку и как я тебе эту твою водичку носил? — Голос Джисона заметно стал более игривым, поглядывая на Минхо из-под челки, а его речь более свободной. Хо улыбнулся. — Ну-у, малыш, мы же выиграли тогда, и все это только благодаря тебе, — продолжал он уговаривать своего парня, строя щенячьи глазки. — Ты не хотел появляться на тренировках и как пиявка присосался ко мне. — Это было правдой, и Хо слегка чувствовал себя виноватым. Но только чуть-чуть. — Пожалуйста? — Ладно, кто же кроме меня будет громче всех болеть за тебя. — Джисон сдался и схватил Минхо в охапку, игриво трепля его за волосы. Именно, никто. Минхо нужны были только крики поддержки его Хани.