Темной ночью в Новом Орлеане

- Отличный ход, Луи - пригласить певицу. Теперь-то уж никто не посмеет отрицать, что у мсье де Пон дю Лака - культурное заведение! - Лестат откровенно веселился, но Луи, глядя на смеющегося компаньона даже бровью не повел, заметив: - А может, стоит зачислить в штат и тебя? То, как ты спел с ней дуэтом - это было просто потрясающе! - Merci pour le compliment, - Лестат, раскинув руки, картинно поклонился. Мимолетно подумав о том, что Луи до сих пор не знает о некоторых моментах его смертной юности - к примеру, то, что мсье де Лионкур когда-то довелось играть роль влюбленного Лелио в захудалом парижском театре, и любовные песенки в его исполнении частенько вызывали восхищенные вздохи, а то и слезы в глазах зрительниц. Вспомнить это оказалось неожиданно приятно. Особенно в компании Антуанетты Браун. Пышногрудая красавица-мулатка, чей голос мог окутывать мягким бархатом и наполняться силой, едва не разбивающей хрустальные бокалы. Конечно, поклонники оперы едва ли оценила бы эту новомодную манеру пения, но Лестат де Лионкур красоту голоса мог оценить сполна. Особенно вкупе с красотой тела и явной заинтересованностью в глазах. - Ты же сам говорил, Лестат, - продолжал Луи, - после тех прерванных гастролей наш Новый Орлеан совсем погряз в серых буднях. Никакой услады для души и для слуха. Так почему бы это не исправить? - Конечно, - Лестат прищурился. - Я полагаю, Джона Мейкон тоже прибыл в Новый Орлеан за усладой для души? Луи едва заметно вздрогнул. - Кто? - Джона Мейкон, - терпеливо повторил Лестат. - Тот молодчик в военной форме, с которым ты обнимался прошлой ночью неподалеку от "Черной кошки". Краткая вспышка в зеленых глазах - Луи сейчас сам походил на рассерженную черную кошку. Но почти сразу взял себя в руки: - Джона мой друг детства. Мы не виделись много лет, с тех пор как он решил стать солдатом, а сейчас он только ненадолго вернулся в город. Неужели я не могу встретиться со своим другом, Лестат? - Я этого не говорил, mon cher. А первым трофеем этого отважного воина стал твой первый поцелуй? О, прости, прости, - усмехнулся Лестат, глядя на в прямом смысле слова почерневшее лицо Луи, - я немного ошибся. Конечно, мистер Мейкон получил нечто намного большее. К чему мелочиться, верно? - Ты... - выдохнул Луи, сжимая кулаки. - Расслабься, милый, - Лестат махнул рукой. - Он жив-здоров. Не забывай, я умею читать мысли. А его мысли прошлой ночью были очень, очень яркими. Признаюсь, я даже засмотрелся! Но не волнуйся так, я не собираюсь изображать ревнивца. Я всего лишь хотел кое-что предложить. - И что же, - пальцы Луи понемногу расслаблялись. Лестат ослепительно улыбнулся. - Пригласить мистера Мейкона послушать Антуанетту. Уверен, ему понравится. Ради такого гостя я даже готов снова спеть с ней дуэтом. Нельзя же уронить репутацию заведения! - Ты серьезно? - Вполне, mon cher, вполне, - проворковал Лестат. В его синих глазах была сама невинность - и отражение снова сверкнувшего взгляда Луи. Милый, милый Луи. Конечно же, он прекрасно понял, что Лестат недолго останется в неведении об истинной причине появления в его заведении очаровательной певицы. Так загулявший, провинившийся муж преподносит в качестве извинений подарок своей дражайшей половине. Конечно, Луи понимал, что Лестата не задобрить какими-то безделушками. А вот прекрасная креолка со сладким голосом и не менее сладкой кровью вполне может занять Лестата, пока сам Луи будет предаваться приятным воспоминаниям с другом детства. И не только на словах. Впрочем, и сам Лестат собирался получить от неожиданного подарка максимум удовольствия. Тогда он куда охотнее поймет и простит свое несносное зеленоглазое создание. А уж потом... Потом извинения Луи зазвучат в полную силу - и будут подлинной усладой для слуха Лестата де Лионкура.