Все и Ничего

Нью-Йорк душил его. Давил на плечи тяжелым грузом небоскребов. Он не знал, когда все это началось — неделю, или месяц назад. Противник был повержен, все шумы утихли и он не видел смысла оставаться в стенах этого большого, но почему-то ставшего безликим города. Будто с поверженным противником ушла и вся радость, весь смысл его существования. Он сидел на верхушке Эмпайер Стей Билдинга. Свесив ноги с самого края и смотря в тысячи мелькающих внизу огней. Его лицо скрывал глубокий капюшон, а шум улиц заглушал звук музыки в наушниках, пока один нагло не вырвали прямо из уха. -Говорила же, я найду тебя везде, где бы ты не прятался, - мягкий, но в тоже время недовольный голос девушки вызвал не его лице улыбку, и в следующий момент ему пришлось двигаться, так как та бесцеремонно завалилась рядом. – Может уже перестанешь хандрить и скажешь, что не дает тебе покоя? Последние дни ты сам не свой. Между ними воцарилась тишина, и пока никто не решился её нарушать. Что он должен был сказать? Что задыхается? Что он хочет все вернуть назад? Погони. Ловушки. Разрушения. Интриги. Приключения. И бои! Да, пожалуй, последние больше всего. Его тело кипело и не могло выплеснуть наружу всю ту энергию, что копилась в нем день ото дня, грозясь разорвать его сердце на части. Ему нужна была свобода. Ему нужна была цель, которой он сможет отдать самого себя. Ему нужно забыться. Не думать. Не чувствовать. Не вспоминать последствия, произошедшие чуть меньше месяца назад. -Знаешь, не знай я тебя уже несколько лет, подумала бы что ты скучаешь по нему. Но это ведь не возможно ведь так? Молчание стало ей ответом. К чему были все слова, если они оба знали что так оно и есть. Он действительно скучал. -Ты же понимаешь, что его невозможно вернуть? Он был не человеком, и даже не духом. Ему не было места в нашем мире...а еще, - её взгляд падает на его левую руку, где тонкой полоской нефритовый дракон обвивает тонкое запястье. - Он так и не проснулся? -Пока нет, - тихо отвечает он, ласково поглаживая браслет - единственное оставшееся напоминание о нем,- сказал, что пока еще слишком слаб, что бы принять свою настоящую форму. На восстановление потребуется еще несколько месяцев, может больше. -И ты будешь ждать? -Буду, - отвечает он твердо и встает с холодного метала, совершенно не боясь той огромной высоты, что раскрывается под его ногами. Из спины обтянутым темным, цвета ночного неба, спандексом раскрываются такие же темные крылья, усыпанные звездами млечного пути. Девушка встает за ним следом и у нее так же раскрываются крылья, но прозрачные и хрупкие, будто созданные из тончайших нитей воды. Они совершают ежедневный ночной патруль, наблюдая с высоты птичьего полета за тем, что происходит с их городом. Но тот тих и спокоен. Только и доносится гул и сигнал проезжающих машин, чьи хозяева спешат домой. Следующие пол часа проходят в тишине, после чего они приземляются на очередной высотке и теперь уже оттуда наблюдают за самой оживленной и широкой улицей Нью-Йорка. -Знаешь, Тенебрис... , - он слегка поворачивает голову в её сторону, и в следующую секунду понимает, что ничего не понимает. Они стоят лицом к лицу, на ней все тот же костюм героя цвета бирюзовой волны, зеленые волосы стянуты в красивую косу, вот только из серых печальных глаз, ранее наполненных непоколебимым оптимизмом, льются слезы. Он не понимал причину этих слез, и не знал, что нужно сделать, что бы его верная подруга вновь ему улыбнулась. -Я так устала, Тенебрис. Знаешь, - она неловко умолкает, вытирая выступившие слезы, - я давно хотела тебе это сказать, но все не решалась. Сначала Распад, а после и его падение. Ты выглядел таким разбитым, таким одиноким. И что бы я не делала, что бы не говорила — ты все еще оставался там с ним. Единственное, что тогда меня остановило от того, что я хочу тебе сказать, так это твое состояние, но сейчас... Я так устала. У меня не осталось сил. Я хочу уйти Тенебрис. Вот и все. Она сказала это. Не то что бы он не ожидал этого, но сердце и так терзаемое собственным бессилием, стянуло болезненными тисками выбив весь кислород из легких. -Я знаю, что это неправильно. Что ты не должен оставаться один. Но я больше не могу... - он не дает ей договорить, и в один шаг оказавшись рядом обнимает. -Спасибо, - едва он выдавливает из себя, - спасибо, что все это время была рядом со мной. Ты можешь не знать. Но для меня это было важно. Для нас это было важно. Я не буду врать. Мне больно, мне очень больно от того, что я услышал сейчас, но кто я такой что бы останавливать тебя...Ты заслужила эту свободу. Она стискивает его в таких сильных объятьях и больше не сдерживается, впуская все, что накопилось за эти несколько лет. Всю боль, счастье, отчаяние и непередаваемую радость. Слезы уже не льются по покрасневшим и опухшим щекам, и всхлипы перешли просто в сдавленное дыхание. Он проклинает себя за то, что не заметил этого раньше. Ненавидит за её слезы, и сам едва сдерживается от того, что бы самому не расплакаться. Они проводят на крыше здание все оставшееся до рассвета время. Вспоминая и взлеты, и неудачи прошедших лет. Смеясь над глупыми и зачастую поспешными поступками, выкладывая из собственной памяти все маловажные воспоминания. Эта была их последняя ночь вместе, и оба хотели что бы она запомнилась, что бы он помнил. Потому что стоит её только уйти, она забудет. Забудет абсолютно все, что связывало её с героями, с талисманами. Что когда-то это она была Небом Нью-Юрка, вместе с Мраком охраняя его покой от монстров и мстительного духа который в угоду своей мести и злобы нападал на ни в чем неповинных граждан. Она станет собой - Обычной девушкой с Манхетэна, у которой будет Обычная и спокойная жизнь. Оставит его одного, но он не будет винить её за это. Будь у него на то смелость, он бы ушел сам. Вот только в его случае он никогда не забудет. У него нет выбора. Нет этой свободы. А у нее есть. И он будет действительно рад за неё, потому что её не нужно будет больше возвращаться в этот кошмар. *** Его лицо привычно скрывает капюшон, но сейчас он не супергерой Нью-Йорка, а обычный человек. С плеча куртки спадает лямка рюкзака, а кеды уверенно шагают вперед. Он поднимается вверх по трапу самолета. Рейс Нью-Йорк – Париж. Его место в первом классе, напротив сидит высокий молодой мужчина лет двадцати восьми, с короткой стрижкой и деловом костюме – он же менеджер ведущей молодой звезды Мэск, он же старший брат и единственный близкий человек, который знает о нем всё. Ну почти всё. -Ты опоздал, - говорит он скупо, но Мрак то знает, что за этим холодным видом кроется волнение и искренние переживания. Ведь он сам такой же. -Я прощался, - отвечает он так же кратко и садится на свое место, отдавая стюардессе свой рюкзак. -Все прошло хорошо? -Насколько это возможно. Я не виню её, если ты опять собираешься начать тот ненужный разговор - это был её выбор, и я его принял. На этом и закончим. Они замолкают ненадолго, потому как стюардесса объявляет о начале полета и объясняет правила безопасности, но потом молчат еще следующие пол часа пока самолет окончательно не стабилизируется в воздушных потоках. -Ты уже определился в какой колледж* пойдешь? – первый тишину нарушает старший, доставая из не выпускаемого из рук портфеля ряд документов. – Лучше решить все сейчас, пока мы не прибыли на место. -Это так необходимо? – несколько лениво тянет младший, но берет папки в свои руки методично просматривая буклеты того или иного заведения. -Ты знаешь, что да, маленький гений. Несмотря на весь твой необъятный ум и прочие заслуги, старшую школу*, ты все же обязан закончить. -Действительно, все равно кроме работы заняться абсолютно нечем, - и ведь говорит на полном серьезе. С геройской деятельностью покончено. Главный враг повержен, и никому больше не нужен разрушающий Мрак. Раньше работа была лишь для прикрытия и наращивания связей – сейчас же все это не имеет смысла. Как впрочем и раньше. Ведь, как оказалось, враг был намного ближе, чем они считали. Как будто прочитав его мысли, мужчина усмехается уголком губ и протягивает брату тонкий планшет, перед этим для разблокировки проведя пальцем по экрану. -А мне кажется, что ты найдешь для себя там много интересного. Заинтересованный, Мрак откладывает бумаги сторону, а сам, подключая наушники к устройству, с некоторым удивлением смотрит на поставленное на паузу видео, где на него возбужденным взглядом смотрела довольно миловидная мулатка с золотыми глазами, явно делая запись с камеры селфи. Бросив непонимающий взгляд на занимающегося собственными делами старшего брата, уже успевшего неизвестно когда начать разговор по телефону, он отжал знак паузы погружаясь во французскую речь девушки. По мере того как длилась запись, выражение лица Мрака не менялось, но только с виду. Сидящий же напротив брат, видел гораздо больше. Расширенные зрачки, и напряженное донельзя тело, хотя поза была довольно расслабленной, будто его младший братишка был в любой момент готов выпрыгнуть из самолета. А еще, любопытные светящиеся глазки маленького существа скрывающегося за отворотом капюшона, куда как бы случайно упал один из наушников. Видео, на его памяти было не меньше полсотни, разной длительности и содержания, и по объему не занявших пары часов, но Мрак пересматривал их раз за разом, а потом и вовсе залез на сайт парижской блогерши, прочитывая статьи и комментарии. Наконец, когда они уже должны были приземлится, юноша отложил планшет в сторону, закинув ногу на ногу и сцепив ладони в замок, явно для того что бы скрыть дрожь собственных рук, да и останавливая самого себя от необдуманных телодвижений. -Как мы могли это пропустить? – голос его подводит, и мужчина явно улавливает в тоне подростка нотки непонимания, почти истерики, одна вмести с этим возбуждение и непреодолимое желание действовать. -Они появились лишь чуть меньше года назад. А ты сам понимаешь, в то время нам было не до этого. Да и, как оказалось, Франция тот еще партизан. Кстати, с нашей стороны все так же. Никто за границей не имеет и малейшее понятие о Мраке и его «Двенадцати созвездий». Я и сам наткнулся на них весьма случайно. И если не знать, что искать, информацию почти невозможно найти. Ну сам подумай, кто по собственному желанию и незнанию напишет «Супергерой Божья коровка!» или «Черный кот и его репутация среди молодых девушек?», «Бражник гроза Парижа!». А еще этот французский язык, это у нас запросы воспринимаются буквально, но у них там им чуть ли ни собственную категорию возвели! -И как давно ты знаешь? -Несколько недель. Мы как раз обсуждали твое турне по Европе, тогда и узнал от французского представителя об этих «Защитниках Парижа». -Почему ты не сказал мне раньше?! – впервые за долгое время Мрак позволил себе поднять голос, невольно прервав стюардессу, оповещающую о прибытие в Шарль-де-Голль. -А ты был бы в состоянии меня выслушать? – в свою очередь строго, но спокойно отозвался мужчина, смотря на пристыженного своим поведением младшего брата. После уже более мирно, успокаивающе дотронувшись до обтянутого джинсовой тканью колена. – Тебе тогда было очень тяжело после Распада, я не хотел волновать тебя еще больше. -Я..понимаю, - глухо отозвался Мрак, закрывая ладонью глаза. «…Командир корабля и экипаж прощаются с вами. Надеемся еще раз увидеть вас на борту нашего самолета. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании. Сейчас вам будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки.» Покидали они борт корабля раздельно. Старшего на выходе из аэропорта уже ждала машина, а младший остался в пункте получения и приема багажа, дожидаясь, когда его мотоцикл вместе со всеми предоставленными документами осмотрят служба таможни, и уже после сам проложит свой маршрут до отеля. Тридцать километров не такое уж и большое расстояние, при скорости в восемьдесят миль в час. Большинство вещей были отправлены в Париж еще на прошлой неделе, но вот оформления жилья займет еще некоторое время, и по большей части этим и будет заниматься старший брат. Он же, по договоренности и оформит документы на последний год обучения в колледж «Франсуа Дюпон». Мрак же будет искать информацию, пока не начнется вся эта канитель и Маске не придется выйти на сцену. Съемки, фотосессии, интервью. Мрак ведь отправился в Париж не просто так. Телестудия Парижа предложила ему быть одним из ведущих нового сезона шоу талантов, который состоится через пол года, а до это он проведет несколько концертов на территории Франции. Как всегда до этого согласие оформлял его старший брат, что он принимал это как данность. До сегодняшнего дня, пока не узнал об обратной стороны этой поездки. «В этом мире есть еще герои!», - с того момента как бывший герой Нью-Йорка увидел в видео людей в красном и черном костюме использующих невероятные способности, эта мысль билась в его голове не переставая. – «Кто дал им эти силы? У них такие же способности как у меня? Возможно ли, что кроме них есть кто-то еще?» Чем больше он думал об этом, тем больше в его душе разгорался огонь жизни. Лишенная смысла жизнь, наполнилась искренней надеждой и новой целью. Кокон одиночества в который он сам себя заточил дал первую трещину. -Ты слишком возбужден, успокойся, - мягкий, низкий голос коснулся его ушей и юноша не мог не улыбнутся. -Но ты ведь тоже ждешь этого, не так ли? – маленькое существо, не больше ладони, темно-синего окраса с крупной головкой, лучистыми глазами на пол лица, и крохотным тельцем с развивающимся от спинки тонкой вуалью звездного неба скромно выглянуло из капюшона. – Мы ведь и не надеялись найти еще кого-то из твоих сородичей. Как думаешь, вы из одного Храма? -Не знаю, - честно ответил малыш. – Прошло столько времени с нашей последней встречи, но я точно уверен, что это-то кто-то из восточного гороскопа. Жаль, что магия талисманов не даст узнать нам об этом точно, ведь даже видео искажается. Но, если их действительно называют Божьей коровкой и Котом, у меня не остается сомнений, что это само Созидание и Разрушение. Мрак шумно выдохнул, спиной привалившись к стене. Он тоже строил такие выводы, но только со слов своего квами воображаемая картина окончательно сложилась в его голове. -Тогда, возможно и кто-то из Хранителей еще жив? Ведь эти камни не могли появиться просто из воздуха? -Я тоже на это надеюсь. У меня накопилось очень много вопросов, на которые нам обоим не помешало бы получить ответы, - квами быстро скрылся в ткани капюшона и больше не появлялся, пока те не покинули территорию аэропорта и не добрались до Парижа. ***