Перекрёсток миров

Через две недели Комитет по регламенту экси официально объявил о переходе «Воронов» в другой округ. Ваймак звонком предупредил об этом Лисов, когда они вернулись в общежитие после тренировки. Мэтт включил телевизор и нашёл спортивный канал. Новость уже озвучили в эфире, и сейчас в студии как раз обсуждали реакцию публики. Ведущий трещал без умолку, бурно жестикулируя. Джессика и Элизабет решили присоединиться к старшекурсникам и Нилу, так как у самих планов совсем не наблюдалось, а торчать двоим в комнате не было желания. Когда они решили присоединиться к Дэн, Элисон и Рене, оказалось, что те куда-то уехали. — Ну, началось, — вздохнул Мэтт, швырнув пульт на диван. — Теперь прохода нам не будет, а у тренера телефон от звонков разорвётся. Девушки устроились на уже излюбленном месте — на кровати Мэтта, на что тот не возражал. — Я не хочу выступать в этом цирке уродов, — заявил Сет, открывая очередную банку пива. — Отправим его обратно на север, и дело с концом. — За что ты его ненавидишь? — нахмурился Нил. Сет посмотрел на Мэтта. — Говорил же тебе, он тупой как пробка. — За что ты ненавидишь его так сильно? — исправился Нил. — Почему хочешь выгнать из команды? — Меня бесит, что он имеет всё, чего ни пожелает, только потому что он — Кевин Дэй, — желчно бросил Сет. Элизабет хотела что-то возразить, но Сет жестом её остановил. — Ты, недоумок, хоть понимаешь, что даёт слава? Всё! Одно твоё слово, и тебе что угодно преподнесут на блюдечке. Неважно что, неважно кто. Весь мир жаждет угодить Кевину Дэю. — Это не так работает, Сет, — неожиданно подала голос Джессика. — Зависть и оплакивание своей неудавшейся жизни не поможет. Кевину пришлось вырасти прирождённой звездой. Именно пришлось, сечёшь? Это правила Эвермора, где тебе приходится становится популярным, даже если ты не хочешь, где приходится подчиняться, где тебя растят как ещё одну запасную инвестицию на случай, если другая оступится и потеряет свою ценность. У Кевина никогда не было выбора. Он привык к этому, и потому он не жалуется. Да и это не приносит какого-то удовольствия. Слава «Гнезда» отличается от славы любой другой команды, где всё заработано своим трудом, а не только тем пунктом, что если ты играешь за сильную команду, то ты уже звезда. Радуйся, что у тебя есть возможность получить признание фанатов своими силами. Мэтт, прокрутив шестерёнки в голове и соединив все параллели сказанного, сжал губы и жалостливо оглядел девушек, отчего их чуть ли не передёрнуло. Жалости никто точно не просил. — Это, конечно, если ты перестанешь быть мудаком и отталкивать от себя людей своим характером, — добавила Элизабет, закинув ногу на ногу. Сет злобно фыркнул, чуть не запустив в неё банкой из-под пива. — Если он талантливее меня, это ещё не значит, что моя жизнь стоит меньше! — У вас с Кевином у обоих отвратительные характеры, но играет он лучше, вот его и любят, — произнёс Нил. — Послушайте меня, умники хреновы… — вспыхнул Гордон. — Сет, ты бы прислушался, — перебил его Бойд. — Это твой последний год в универе, может, пора что-то в себе поменять? Стань лидером, поведи за собой, и ты завоюешь любовь публики. — А смысл? — Сет развалился на диване, притеснив Нила. — Мы — посмешище всей ассоциации, и осенью «Вороны» нас в труху превратят. На хер рвать жилы, если ни одного Лиса всё равно не пригласят в сборную? — Мотивация супер, — съязвил Мэтт. — Отличный пример для команды. Так держать, Сет. — Я прошу тебя, — не переставал кипятиться Сет, — и всех вас: хватит тупить. Вы ничего не добьетесь, пока играете в этой команде. А вы, — Сет указал пальцем на Лисиц, — на кой хер вообще сюда перешли, не понятно. В Эдгаре Аллане у вас бы было обеспечение деньгами на всю жизнь. — Дело не в деньгах. И мы чётко дали понять свою позицию, а если не догнал, то ты реально убогий. Советую прекратить тормозить. — Не могу, тормоз должен быть один, да, Нил? — Гордон посмотрел на парня, ища поддержки, которой он не нашёл. Нил спокойно его игнорировал. — Ну, Сет, у тебя-то гайка слаба даже попытаться, а мы с Нилом докажем, что ты ошибаешься. Так, Нил? — Я просто играю, на будущее мне плевать, — оповестил Нил. Мэтт пристально на него посмотрел, словно искал подвох или намёк на подкол. — Быть такого не может. — Боюсь, что может, — пожал плечами Нил. Мэтт переводил взгляд с одного на другого. Сет поднял банку с пивом в молчаливом тосте. — Ну вы даёте, — наконец фыркнул Мэтт. Нил и Сет промолчали. Мэтт изучил девочек, которые тоже молчаливо сидели на своих местах на кровати Мэтта, потом сказал: — Я так понимаю, планы на вечер накрылись. Если журналюги вышли на охоту, в центр лучше не ездить. Выстави Чак полицию кампуса хоть в три ряда, нам это не поможет. Предлагаю заказать еды и посмотреть какое-нибудь кинцо. Короче, посидите пока тут и поупивайтесь мыслями о будущих провалах, а я пойду поговорю с Дэн. Девочки, есть планы? — Нет. — Отлично. Но не успел Мэтт выйти, как в проходе показались Кевин и Эндрю, привалившийся плечом к дверному проёму. Бойд тут же напрягся и его брови хмуро встретились друг с другом на переносице. — Что вы хотите? — Тук-тук, птички, а мы к вам. Выходите, почирикаем, — Эндрю постучал по стене и блеснул своей привычной маниакальной улыбкой. — Чего, блять? — возмутился Сет, резко выпрямившись на диване. — Чёрт, простите, ребят. Сегодня у нас резко поменялись планы, — Элизабет наигранно виновато улыбнулась и выскочила за дверь, тем самым приняв вызов Миньярда. Мэтт обеспокоенно уставился на Джессику, следовавшую к выходу прямо за подругой. — Джессика? Она остановилась и уверенно улыбнулась во все свои тридцать два зуба: — Мэтт, расслабься, ладно? Мы разберёмся и всё будет в порядке. А то, честно говоря, этот детский сад уже надоел, — подмигнула. Нил проводил уходящую четверку заинтересованным взглядом, про себя гадая, каким же выдастся этот вечер для девушек. Хотя он был почти на все сто процентов уверен, что в этот раз Эндрю расколет их и количество людей на предстоящей ночной тренировке увеличится. *** После небольшой поездки с настойчивым Эндрю и молчаливым Дэем, Джессика и Элизабет рассказали Миньярду всё — всё, что посчитали нужным, конечно же. Казалось бы, он должен был отстать от них до конца пути, но, как только они на обратной дороге забрали свои заказы из придорожного кафе, полные жирных калорий, за которые Кевин их отчитал, блондин начал давить ещё сильнее, задевая зажившие шрамы своими догадками. По итогу, когда они припарковались на территории кампуса, не осталось ничего, чего бы Джессика и Элизабет не сказали для своей выгоды и насыщения Эндрю. Но был и единственный плюс: Элизабет удалось умолчать о работе на Морияма. С течением повествования глаза Кевина, смотрящего на девушек через водительское зеркало, успели показать весь спектр эмоций: от злости, замешательства, удивления, жалости, страха от упоминании имени Рико до полной, выженной безразличности. Старшекурсники, видимо, выведав у Мэтта об исчезновении двух новеньких, снова поджидали приехавших в коридоре. Эндрю даже не взглянул на них, когда его окликнул злобный голос капитана, а Кевин просто исчез в комнате, желая как можно скорее избавиться от неприятного осадка после разговора за просмотром какого-нибудь матча с бутылкой алкоголя в руках. Джессика и Элизабет, эмоционально выжатые, позволили себе раствориться в тепле чужих заботливых рук и почувствовать себя немного лучше. Убедившись в целости обоих, Лисы успокоились и начали расходиться по своим комнатам, однако, Рене девушки-Вороны успели перехватить. Она недоверчиво оглядела их, но осталась, чтобы узнать, почему её отвлекли от своих неустойчивых планов на вечер. — Можем поспарринговаться? — Элизабет слабо улыбнулась. Рене на несколько секунд изумилась, наверняка не понимая, как новенькие об этом узнали, ведь никто, кроме старшекурсников и самих Уокер и Миньярда, не знает об этом. — Откуда вы... — Мы пару раз успели заметить, как ты немного прихрамываешь. Не составляет особого труда сопоставить это с уходом Эндрю. И по времени вы почти одновременно возвращаетесь, — чётко преподнесла факты Веснински. Рене приняла этот ответ и, несмотря на довольно позднее время, повела сокомандниц в подвал Лисьей башни. Помещение было небольшим за счёт тёмного цвета стен, но стоит включить свет, как это представление рассеивается. Это оказалась просторная комната с небольшим по площади рингом, несколькими зеркалами от пола до потолка, двумя люминесцентными лампами на потолке и матами, сброшенными в стопку в углу. Но непонятные полупустые деревянные ящики, разбросанные то тут, то там, всё равно создавали некий беспорядок, как бы здесь не пытались прибраться. — Кто первый? — спросила Рене, разминая запястья. Джессика решила пойти первая. Элизабет не возражала, а лишь показала палец вверх и подмигнула, когда та оглянулась и заняла своё место на ринге. — Умеешь драться на ножах? Джессика ответила положительно. В следующую минуту Уокер перекинула ей один из раскладных ножей, лежащих здесь на специально стоящем рядом деревянном ящике. Уайт сделала первый выпад, от которого Рене не составило труда увернуться невольно окунаясь во воспоминания об ужасном времени, проведённом в военном лагере. — Где ты научилась? — Когда-то состояла в банде, где торговали наркотиками. Я тогда начала учиться в старшей школе. Была немного несносной девчонкой вот и пригляделась одноклассникам. С родителями я на контакт не шла, они потеряли для меня какой-либо пример для подражания: отец пил, бабушку я видела только изредка и только на свои дни рождения, мама пропадала на работе, а потом забеременела и, короче, можно было снимать телешоу про мою жизнь. Поначалу всё было нормально. Нас не палили, иногда я сама ходила на сделки и передавала товар, курила травку — так, для расслабления. Один раз пробовала что-то серьёзное. А потом в один день меня просто взяли и подставили — кто-то настучал моим родителям и они просто отправили меня в «Boot camp», чтобы избавится от проблем. Их даже не остановило то, что там можно за полгода оставить почти десять тысяч баксов. Откуда у них были такие деньги? Неужели я им настолько мешала, что они готовы были так разориться? — глаза Джессики потемнели от гнева и она замахнулась ножом, едва не задев щеку Уокер. Лицо Рене неожиданно смягчилось, но она не потеряла бдительность. — CBC? Слышала о таких. Говорят, там строго, да? Джессика тут же сделала очередной выпад и замах, когда чудом увернулась от комбо ударов соперницы, однако, в следующую секунду Рене схватила заторможенную Уайт, на которой сказались усталость вперемешку с сонливостью и сэндвич с картошкой фри за весь день, за запястье, заломила его за спину, вследствие чего из цепкой хватки Джессики выпал нож, и пяткой ударила по сгибу колена, выиграв. В глазах Рене стал постепенно смягчаться взгляд Натали, пока не исчез совсем, и она помогла обессилевшей Лисице подняться на ноги. — Ты неплохо дерёшься, Джессика. Я бы сразилась с тобой снова, — и в этот раз старшекурсница наконец-то желанно улыбнулась, пожав руку. Джессика позволила такой же мягкой улыбке — или насколько вообще её искренее искривление губ возможно было назвать улыбкой — появится на лице. — Так, извини, что отвлекла. Я слушаю. — В общем, в некоторых штатах «Boot camps» начинали закрываться, потому что многим родителям методы воспитания и содержания в них детей стали казаться сомнительными и нерегулируемыми. В нашем штате был как раз такой случай. Не повезло мне, если коротко. — То есть? — Наказания были жёстокими, все закрывали глаза на обращение с детьми, ведь это не контролировало государство. Они воспитывают у детей и подростков уважение к старшим, умение слушать и подчиняться приказам, то есть именно то, в чём не преуспели родители. Если ты туда попал, то тебя вовлекают в систему сложных и даже выматывающих физических и интеллектуальных упражнений, которые ты вынужден выполнять с раннего утра до позднего вечера. Главная цель – вытащить тебя из зоны комфорта, сделать максимально занятым. Если ты скажешь: «Не хочу делать то-то» или «Можно, я сделаю это позже?», то этих слов просто никто не услышит и проигнорирует. Там царит строгость, нетерпимость к любому своеволию, контроль за соблюдением правил, тяжёлая муштра и жёсткая дисциплина. И как же смешно, что я сменила одно дерьмо на другое. Джессика доковыляла до матов и плюхнулась на них, чувствуя, что следы боя с Рене останутся в виде синяков и ноющих мышц, которые будут болеть ещё дня два-три. — О боже, какое блаженство! — она раскинула руки в стороны. — Смотри, как надо, лошара! — прокричала Веснински и скорчила гримасу, на что Джессика показала средний палец. За боем Джессика не следила, хотя не сомневалась, что он будет долгим. Она лишь отвернулась к стене, подложив под голову руку. Обрывки фраз долетали до неё, пока девушка медленно проваливалась в сон. — А как вы познакомились с Джессикой? Тоже в лагере? — Рене покрутила нож в руке. — Нет, это вышло как-то само собой. Когда она сбежала из «Boot camp», Джесс решила вообще уехать из города и не иметь ничего общего с родителями. Она села на первый попавшийся автобус, который как раз шёл в Западную Вирджинию. Смешно получилось, правда? Она села рядом со мной. И мой вид, признаться честно, оставлял желать лучшего, — Элизабет увернулась от удара Рене. — В каком смысле? — Приёмные семьи, — Рене чуть не запнулась о собственные ноги. — Пять из них были нормальными, если не считать насилия, на шестой раз мне конкретно не повезло. Помимо меня у это семьи было ещё около двух или трёх приёмных детей, поэтому получали они от государства прилично, однако, скупились мне на шмотки. Поэтому я была, как Нил, и ходила во всём поношенном. — Понятно, вернёмся к теме вашего знакомства. — Я с детства люблю экси, всегда интересовалась этим видом спорта, пыталась играть дома и мастерила клюшку из швабры, за что мне всегда влетало. Поэтому тогда я приняла твёрдое решение попасть в команду «Воронов». И как жаль, что я заранее не могла знать о том, что там творится, — Элизабет отскочила в сторону от Рене, когда та чуть не задела её плечо ножом. — Ты хочешь закончить разговор, если не хочешь вспоминать былое. Элизабет успела среагировать и увернуться от резкого выпада Рене, используя её же приём в свою пользу. Нож выпал из руки, заломанной под неприятным углом, и с грохотом вылетел за пределы ринга, ударившись о бетонное покрытие. Джессика, до этого дремавшая в углу на матах, проснулась из-за шума и подала голос: — Чёрт бы вас побрал! Мне снился такой прекрасный сон! — она, застонав, спрыгнула со своего ложе. Рене убрала ножи на прежнее место, забрала свою накидку, выключила свет и заперла дверь ключом. — Рене, я хочу, чтобы ты знала, что мы с Джесс не опасны и не причиним никому вреда. Мы все воспитывались и росли не лучшим образом, поэтому и стали Лисами, чтобы попытать второй шанс, верно? Мы теперь команда и нам стоит забыть все разногласия, чтобы утереть нос Рико. Мы с вами до последнего. Губы Рене растянулись в мягкой, но одновременно решительной улыбке. Она, поразмыслив над своими мыслями ещё пару минут, кивнула. Когда Лисицы прибыли в общежитие, они пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам, готовясь ко сну и предстоящему дню.