Сбежала? Увы и ах.

Нет, у Вас не глюки. Нет, это действительно продолжение. Да, я правда ее (эту главу) написала. Приятного прочтения, прошу прощения за такую глобальную задержку! Lillie C.~       Прошло уже полчаса с того момента, как Нацу присоединился к парочке лучших друзей. Вот только... Именно с того момента за столом и воцарила глубокая тишина, изредка прерываемая неловкими замечаниями Хартфелии или монотонным ропотом редких посетителей. Скажу вам по секрету: Люси готова была сгореть от стыда за одно только движение, имеющее хотя бы отголосок навязчивой нотки. Но разрядить обстановку как-то надо! Ведь все это время два молодых человека сверлили друг друга непонятно-хмурыми взглядами, иногда даже обменивались парой ядовитых фраз, а смущенная такой весьма неудобной ситуацией девушка постоянно поводила плечами, будто от неприятного, да неуловимого холода, или просто смотрела на улицу через широкое окно, скучающе потягивая виноградный сок из трубочки. - Фернандес... - неожиданно спокойным голосом Нацу обратился к парню, тут же вскинувшему голову, как, впрочем, и его хмурая, едва не подавившаяся своим напитком, но на данный момент заинтересованная подруга. - Чего тебе? - без особого энтузиазма, наиграно лениво отозвался Джерар, заметив в глубине глаз и улыбки Драгнила ехидные, злые нотки.       Нацу же продолжил, запуская пятерню в свои густые насыщенно-розовые волосы, которым Люси уже успела позавидовать. Наверное, как и любая другая особь женского пола. - Полтора года не было ни видно ни слышно, и тут неожиданно заявился, - он приподнял брови, поддавшись вперед и врезавшись грудью в столешницу, а потом легко прищурился: - Что, так соскучился?       Давящая на уши, но уже привычная тишина нависла над столом компании. Джерар угрюмо молчал, обдумывая слова Драгнила, пока тот его, наконец, не поторопил. У Джерара, кажется, даже глаз задергался от такой наглости и некоей фамильярности: Нацу прекрасно знал, с кем говорил; прекрасно знал и то, что собеседник Фернандес не лучший. Но все равно лез в это мерзкое и тягучее болото - мысли Джерара - и вызывал у последнего если не злобу, то начинающее бурлить раздражение.       К сожалению, ответить на этот вопрос он никак не мог, обещал ведь, но и просто промолчать было бы неправильным. Особенно видя, что Люси смотрит на него с таким ожиданием, во все глаза. Потому он спокойно почесал щеку с татуировкой и произнес, невозмутимо пожав плечами: - Не твоего ума дело.       Люси, честно вам признаюсь, не очень-то удивилась такому его ответу: друг никогда особо разговорчивым не был, даже ей он открывал свои тайны с великой неохотой, что уж тут говорить про Драгнила! Кстати, о последнем: тот был явно неудовлетворен чистейшим игнорированием прямого вопроса, а также реакцией девушки. Он предполагал, что Джерар скажет что-то в этом роде, но неужели в ее такую безумно блондинистую и до невозможности красивую голову не закрались хоть какие-нибудь мысли? Возмущенные например, или, быть может, недоверчивые.       А потому он продолжил подливать масло в огонь: - Да? И почему же? Неужели это такой глобальный секрет, Джерри?       Люси вновь поперхнулась напитком и опасливо покосилась на друга. Только представьте себе, какую она увидела картину: лицо парня приобрело буквально мраморный цвет, глаза остекленели, а тонкие губы сжались в тонкую полоску. Она сглотнула: зол. Ой, нет. Он просто в ярости.       К слову, Джерар просто ненавидел, когда его называли "Джерри". Он постоянно огрызался или, того хуже, давал по морде этаким смельчакам. Будто они оскорбляли его. Нацу искренне не понимал поведения парня, ведь почти за шесть лет в одном классе он так и не узнал причины. А вот Люси... она знала. И этот секрет, наверное, она никогда и никому не расскажет.       Заметив, что губы Джерара раскрываются для, возможно, слишком уж грубой фразы, Хартфелия на одном дыхании выпалила: - Официант!       И, незаметно пнув ступню друга под столом, тревожно уставилась в его поднявшиеся, изумленные глаза. А когда Драгнил на секунду отвлекся, увидев что-то в окне, она безмолвно прошептала: "Не надо". Получив положительный легкий кивок в ответ, она натянула на губы приветливую улыбку и попросила у подскочившей к ним официантки еще сока.       Теперь уже и Драгнил был в бешенстве: Люси... она не смотрела в его сторону! Больше Вам скажу, она даже отсела от него подальше. Что, конечно же, не укрылось и от Джерара, и его губы на секунду тронула легкая улыбка. - Люси, - обратился Нацу к девушке, предпринимая последнюю попытку рассорить ее с Фернандесом, - неужели тебе не хочется узнать правду? Признаться, - он попытался сделать улыбку более неловкой, - я думал, что ты просто набросишься на него с расспросами.       Он поймал ее взгляд и чуть не отшатнулся. Девушка впервые смотрела на него так холодно и жестко. Он даже не предполагал, что она это умеет. Но, видимо, ошибся. Причем по-крупному. Идиот. - Неинтересно, - спокойно произнесла она и будто брезгливо дернула острым плечиком. - Он сам расскажет, если захочет.       Драгнил покрыл себя отборной порцией брани. Про себя, правда, но ничего, это тоже полезно. К тому же, Люси не дала ему расслабиться: она резко поддалась вперед и приподняла свою светлую бровь, заглядывая в его серые удивленные глаза. - А тебе-то что?       Вопрос этот, признаюсь, привел в шок и меня, и Драгнила. Он был так... так легко сброшен с уст, причем с такой неповторимой интонацией, что Нацу просто подавился словами. Словами, возможно, лживыми и местами приторными, зато способными прикрыть его пятую точку.       Нацу хоть и был прекрасным актером и юрким, хитрым парнем, но на такой отпор он ответить почему-то не мог. Глаза его забегали в поисках какой-нибудь зацепки, и вскоре наткнулись на насмехающегося над ним Джерара. Что хочу сказать: Фернандес был весьма и весьма доволен, ведь Нацу, вместо того, чтобы загнать его в тупик, сел в лужу сам. С помощью Хартфелии, конечно, но все же... Было видно, что парень впервые находится в такой ситуации и очень растерян. Что, опять же, Джерару очень нравилось.       Нацу тут же прищурился, и безмятежная маска коснулась его лица: она вольной птицей пробежалась по его губам, расслабляя, мягким крылом накрыла глаза, зажигая, и, наконец, осела на лбу, разглаживая складки и опуская на место вскочившие брови. - Мне? - вновь притворство, только вот более уверенное. - Мне ничего. Я за тебя волнуюсь.       Смех Люси растворился в напряженной атмосфере перезвоном колокольчиков. Она потянулась и расслаблено откинулась на спинку своего стула. На губах зажглась улыбка. Странная, заставившая Джерара в смятении взять ее ладонь в свою. - Я в туалет.       Бесцеремонно произнесла она и, бесшумно поднявшись, удалилась. Тишина вновь своей тончайшей пеленой покрыла занимаемое двумя молодыми людьми пространство. Каждый из них думал о своем. Нацу, например, о том, какой же Хартфелия может быть разной: то она веселая и по-ребячески милая, то спокойная, серьезная и холодная - эту ее сторону он открыл только сегодня, здесь, в кафе, - то игривая и ехидная... Признаюсь, парень очень и очень запутался - в ее образах, в ее поведении, в своих чувствах и мыслях, - да во всем! Еще и Фернандес этот на голову свалился неожиданно, однозначно подпортив его планы. Но никто ведь не говорил, что будет легко, правда?       Кстати, о последнем: он пытался разгадать все замыслы Драгнила. Вот только на ум приходили идеи одна бредовее другой, потому он их сразу же отбрасывал. К тому же, ему мешала думать Люси... слишком уж взвинченной она была сегодня. Да-да, именно, не надо удивляться! Когда девушка очень уж переживает, она выглядит убийственно спокойной и серьезной. Джерар никак не мог понять, что же такое с ней происходит, почему так волнуется... Может, она что-то испытывает к Нацу? Неужели любовь? Ха, его губы тронула легкая улыбка, точно нет. Она ведь еще тогда сказала, что... - Чего ты улыбаешься, как маньяк последний?       Джерар лениво приоткрыл глаза: на него смотрел подозрительно смиренный Драгнил. Без постоянной усмешки и даже без насмешливости в глазах. - Не твоего собачьего ума дело.       Ой, нет, сглазил. Парень ехидно улыбнулся: - Мне показалось, или все же Люси очень холодно вела себя с тобой?       Наверное, Джерару огромного труда стоило не подавиться собственной слюной: он чуть не засмеялся. Этот парень что, настолько глуп и слеп? Это ведь его она защищала, не на него смотрела своим ужасно пустым взглядом, доставшимся в наследство от отца. Не на него, а на Нацу! И этот, по его мнению, идиот смеет задавать такие тупые вопросы? - Мне показалось, или ты все же не знаешь, что Люси ненавидит Драгнилов? И, как я понял, она не знает твоего полного имени, иначе бы затоптала еще во время вашей первой встречи.       Нацу дернулся, словно его ударило током, после чего с изумлением уставился на собеседника. Как это ненавидит?       Видимо, вопрос все же слетел с его губ, да и настолько пораженно, что Джерар не смог сдержать смешка: - А вот так: спокойно, и уже довольно долго - ненавидит. И значит, мне не показалось. Ты действительно не знаешь об этом, - он тихо рассмеялся и, запустив пятерню в волосы, продолжил издеваться: - Интересно, а когда она узнает, заколет тебя вилкой или просто заплюет, как мерзкого червяка? Мне почему-то кажется, что Лю выберет второй вариант...       Нацу вскочил с места как ошпаренный и уже приготовился вывались гневную тираду на весьма и весьма широкие плечи Фернандеса, как к столику подошла Хартфелия. Она вновь была в приподнятом настроении, а потому походка ее была летящей и слегка припрыгивающей. Нацу испуганно покосился на нее и, нагнувшись к Джерару, низко и угрожающе прошипел: - Только попробуй рассказать ей. Ты знаешь, что я могу сделать в случае чего.       И, с улыбкой кивнув девушке, спешно покинул кафе, предварительно бросив на стол несколько купюр, на которых ничуть не испугавшийся Фернандес опрокинул презрительный взгляд.       Девушка плюхнулась на стул и запоздало пробормотала: - О, он уже уходит? Пока!       Ее друг только покачал головой и улыбнулся, отпивая чуть-чуть остывшего и ставшего противным на вкус чая из кружки.

***

      Двое молодых людей не спеша прогуливались по темной аллее парка и весело болтали. Девушка, чьи светлые волосы и мягкую улыбку освещал приветливый луч фонаря, постоянно отшучивалась или толкала в бок своего друга, темно-синие волосы которого падали на глаза. Иногда случайный локон закрывал татуировку на его щеке, и парень с недовольным ворчанием заправлял его за ухо и чесал раздраженную от легкой щекотки кожу.       Наконец, они остановились около ее дома. - Может, все-таки зайдешь? - Люси похлопала глазами и умоляюще уставилась на друга.       Он засмеялся: - Мелочь, вот ты же прекрасно осведомлена о том, что у меня есть место для ночлега! Я, тем более, знаю, что, если переступлю порог твоего дома, ты запрешь меня там, такого бедного и несчастного, навечно. Как гребанную Рапунцель!       Девушка смущенно покосилась на него и обиженным взглядом обвела его лицо: ее снова раскусили. Причем мастерски! Но, увы, долго сдерживаться она не могла, а потому тут же захохотала, хватаясь за руку улыбчивого Джерара. Да, как же она соскучилась по этим его комментариям со слегка возмущенной физиономией! Как же долго ждала звонка... Как же она его обожает! - Джер... - мягко произнесла она и прижалась к нему, обвивая его торс руками и сильнее сжимая в объятьях. - Я скучала.       Произнесено это было тихо, серьезно и с чувством, отчего тело Джерара покрылось мурашками. Он обнял ее в ответ и положил подбородок на ее светлую макушку. - Я тоже. Скучал. Очень, - почему-то это прозвучало слишком хрипло, слишком... печально, досадно. Будто бы он ругал себя все это время, будто ему было больно так же, как и ей.       Хотя... чего уж скрывать? Это действительно было правдой.