Счастье во зле

— Разберись. — Да они вроде как и сами справляются, — усмехнулся безопасник, но после утробного рыка своего начальника стал серьёзным и направился к насильникам.       Ну не подписывался он быть защитником омег! Не подписывался! Так какого чёрта ему это поручают? В любом случае, нужно побыстрее с этим закончить и идти работать. Вопрос с обновлением систем видеонаблюдения стоит ребром уже неделю, а руки туда всё никак не доходят. Когда Стас подошёл к злосчастному переулку, то прокашлялся, привлекая внимание веселящихся альф. Он был не последним человеком в городе, и его многие знали как правую руку Георгия Терновского. На лице одного из альф отразилось узнавание. — Желаете присоединиться, Станислав Олегович?       Безопасник поморщился. Если бы он желал поиметь омегу, то никогда бы не делал это на пару с какими-то отбросами. — У вас есть тридцать секунд, чтобы убраться отсюда. — Какого? — второй альфа уже начал возмущаться, когда его отдёрнул товарищ. По мелькнувшему во взгляде испугу было ясно, что он понимает, что за человек стоит перед ним и что лучше тут не нарываться.       Альфы застегнули свои брюки и скрылись за поворотом. Как только они перестали удерживать омегу, тот сразу же повалился безвольной куклой на землю. Изрядно мальца потрепало.       Стас тоже уже хотел уйти, но почувствовал запах. Омежий аромат был не слишком сильным, не течным, явно не чистым, что уж тут, он и сам был свидетелем его порочности, но таким манящим, что словами не передать. В голове сразу начали всплывать эпитеты, используемые Максимом при восхвалении запаха своего омеги. Ёб вашу ж мать! Стас не был глупцом и уж тем более — самодуром. Он сразу же сопоставил два и два и понял, что его скосил тот же недуг, как и Терновских. Другой вопрос, что он считал себя выше этого, выше каких-то запахов. Он был всецело убеждён, что его презрение к омегам куда сильнее, чем какая-то тяга. Так оно и было: он здесь, чувствует этот аромат и всё ещё убеждён, что омеги это грязь, даже этот.       Опять решил уйти, оставив всё как есть. Свою задачу он выполнил: лишил Терновскую подстилку причины беспокойства, теперь главное — побыстрее зайти в офис, а то придётся и других альф от этого отгонять. Других. Само собой, сегодня, ну, максимум послезавтра, этого омегу опять кто-нибудь натянет. Кто-нибудь другой. — Ррррр, — рычанее непроизвольно вырвалось при мысли об этом.       Омега Стасу нахер не сдался, но раз его так манил запах, значит, это его омега? Тут в игру вступил его самый значительный порок — собственничество. Эта черта присуща всем альфам, но у Стаса она особо выражена и распространяется на всё его имущество, к которому он только что приписал этого омегу.       Альфа ещё раз оглядел лежащего. Достаточно молодой, приблизительно девятнадцати-двадцатитрёхлетний, с повышенной худобой, присущей многим омегам из-за голода, грязные и запутанные каштановые волосы, личико аккуратное, всё в грязи, слезах и соплях, но без видимых дефектов, что было редкостью для его возраста. Одежда грязная, местами рваная. В общем, то ещё зрелище. Стас поморщился — он не хотел иметь с ЭТИМ ничего общего, но инстинкты говорили об обратном. — Ну, нахуя мне это всё? — Он поднял омегу на руки и понёс в свою машину. — Эй, альфа, а мы куда? — флегматично спросил омега. — Пиздец, ещё и борзый. — Желание бросить его здесь возрастало. — А какая разница? Как будто если я назову вас господином, вы не будете меня бить и насиловать. Поверьте мне, никакой разницы, я пробовал. — Альфа скосил на парня взгляд и задумался. Действительно, когда он выбирал себе омегу, ему уже было плевать, как она или он к нему обратится, итог был один. — Едем домой, — отрезала альфа. — К кому? — В глазах омеги даже интерес мелькнул. — Не сомневаюсь, что ты проживаешь в чУдном месте, — с издёвкой подметил альфа, — но сегодня ко мне. — Неужели меня впервые в жизни поимеют на кровати? — Стас подумал, что какой бы бесячей ни была эта ситуация, но если и есть в этом мире «его омега», то это точно данная, ведь сарказма им раздали поровну. — Только после того, как ты отмоешься. Не пущу тебя такого в кровать, — альфа поморщился, а вот омега напротив — радостно заулыбался. — Что, так не терпится, чтобы тебя снова поимели? — Так не терпится помыться, — с грустью хмыкнул омега.       Стас это никак не прокомментировал, а просто посадил омегу на заднее сидение автомобиля и пошёл объясниться с Георгием.       Всю дорогу ехали молча, а когда машина припарковалась, безопасник выяснил, что омега заснул. Нежничать тут ни с кем не собирались, поэтому Стас его растолкал и повёл в квартиру, придерживая за руку, чтобы не упал.       В прихожей омега сразу же начал осматриваться. — Что, нравится? — Получше, чем в моём чУдном жилище. Можете не ждать от меня восторженных комментариев. Вы и так знаете, что ни в таких машинах, ни в таких квартирах я никогда не был. Чтобы не превратиться в попугая, скажу один раз: «ВАУ». Это моя эмоция касательно всего, что я вижу. — Лицо и голос омеги этого «ВАУ» не передавали. — Тц. — Альфа открыл одну из дверей, за которой оказалась ванная комната, и подтолкнул туда омегу. — Мойся. Шампунь, бальзам, зубная паста, дезодорант и полотенца в твоём распоряжении. Новая зубная щетка лежит в ящике.       Омега округлил глаза и зашёл в помещение, украдкой глянув на альфу. Стас сходил в комнату и взял чистые спортивные штаны, трусы и футболку из шкафа. Он уже хотел занести их в ванну, как дверь перед ним сама открылась, и выглянул омега, всё такой же грязный и в рваной одежде. — Станислав Олегович, а где можно взять таз? — Этот вопрос поставил альфу в тупик. — Какой, нахрен, таз? — Сколько мороки с этим отбросом, зачем ему оно вообще надо? — Ну, чтобы помыться. — Интересно. Ничего не понятно, но очень интересно. — А ванна тебе чем не угодила?       Омега глянул на Стаса как на дебила. — Но так я очень много воды переведу. — Слушай, не еби мне мозг! Набери ванну, помойся, одень это, — альфа протяну одежду омеге, — и иди в комнату.       Когда омега остался в ванной один, он опять огляделся. Как было сказано ранее, в таких местах он никогда не был и ничего такого не видел. Последний раз он полноценно мылся в бордельной душевой. Это было полгода назад: он пробовал устроиться в бордель, но хватило его ровно на одного клиента. Не смог. Так и не понял, как можно изображать удовольствие, когда тебе причиняют боль, а боль была не меньше, чем от уличных насильников. Единственную выгоду, которую он получил от того визита в бордель — это то, что ему позволили помыться. Но тот раз не шёл ни в какое сравнение с этим. Там была старая, ржавая лейка и треснувший таз, побитая плитка с грибком и кусок хозяйственного мыла, а тут настоящая ванна, идеальный ремонт, все необходимые средства личной гигиены и… ГОРЯЧАЯ вода!       Омега был в восторге, он решил, что раз ему выпал такой шанс, то нужно отбросить скромность и насладиться по полной программе. Он набрал целую ванну практически горячей воды и долго в ней откисал, а когда добрался до мочалки и геля для душа, то ещё столько же натирал себя до скрипа. Намыливая голову, он очень долго распутывал свои волосы: они были чересчур запутанными, некоторые колтуны существовали месяцами, но ему было жаль их обрезать.       Закончив со всеми процедурами и одевшись в предоставленную одежду, омега вышел в коридор. Помимо уже известных дверей там было ещё две. За одной обнаружилась спальня альфы с большой кроватью и шкафом. Комната была пуста, и омега заглянул в другую, которой оказалась кухня-студия с обеденной зоной и зоной отдыха. За столом сидел альфа и пил кофе.       Стас смерил омегу взглядом и был удивлён: отмытое от грязи лицо было по-настоящему красивым, а волосы, которые до этого напоминали паклю, блестящими ровными локонами спускались до пояса. — А я уже думал, что ты там утопился. — Омега покраснел и отвёл глаза. — Ну, идём. Будем исполнять твою мечту — опробуем кровать.       Парень поморщился, но последовал за альфой. — Как тебя хоть зовут? А то буду тебя Бобиком называть. Всё равно что собаку завёл. Тот же гемор, хорошо хоть выгуливать не нужно, — сам пошутил, сам посмеялся альфа. — Саша, — говорить своё имя не хотелось. Это была единственная вещь, которая принадлежала омеге, а теперь его вываляют в грязи так же, как и тело. — Ну, Са-аша-а, прошу, — и альфа указал на кровать.       Омега вздохнул, прикрыл глаза и начал раздеваться. Сопротивляться или оттягивать смысла не было. Чем быстрее всё начнётся, тем быстрее закончится. Зачем, собственно, одевался? Нужно было сразу после ванны голым выходить. Глядишь, уже бы на середине процесса были.       Расставшись с последним элементом гардероба, омега залез на кровать и принял коленно-локтевую позицию. Альфа уже пристроился сзади и вознамерился вставить, как увидел, в каком состоянии находится анус омеги. Слабонервным на такое лучше не смотреть: там были не просто трещины, мышца была порвана в клочья, несколько струек крови стекали по бедру. Не то чтобы Стас видел такое впервые, просто одно дело, когда вы видите чужую разбитую машину, а другое, когда кто-то помнёт бампер вашей. — Проваливай. — А? — Саша решил, что ему послышалось. — Говорю: забирай шмотки и пиздуй спать на диван.       Омега ничего не понял, но решил не нарываться и, собрав выделенные ему вещи, пошёл в другую комнату. Больше в тот день альфа из спальни не выходил. Саша просидел на диване в ожидании приблизительно три часа, но как только его голова коснулась подушки, он сразу же заснул.       Утром омегу разбудило копошение в коридоре, и он вышел посмотреть, что там происходит. Стас уже обувался и собирался выходить, когда увидел юношу, стоящего в дверном проходе. Он смотрел на него несколько минут, а потом кинул фразу о том, чтобы тот нашёл себе еду на кухне, и вышел из квартиры.       Следующие три дня альфа домой не возвращался. Входную дверь он закрыл на ключ, а прыгать с двадцатого этажа было не вариант. Да и не хотелось. Для Саши наступили каникулы мечты: никакого секса, если это можно так назвать, никакой работы и идеальные условия для жизни. Парень мылся по несколько раз в день: кто знает, когда ещё такая возможность настанет. Также он всласть отсыпался, а в моменты бодрствования постигал прелести телевидения. Юношу интересовало всё, даже самая нудная реклама казалась ему крайне увлекательной.       На третий день его постигла мысль, что о нём забыли и он умрёт здесь от голода, но такая перспектива была весьма привлекательной. Куда лучше, чем прожить ещё пять-семь лет в насилии, родить пару-тройку детей и умереть в какой-то канаве с разорванным анусом от инфекции или ещё чего.       Рассуждения на тему того, как бы было классно, чтобы про него забыли, могли ещё долго крутиться в голове, но этим вечером входная дверь всё-таки открылась и в комнату вошёл хмурый альфа. Однако когда он увидел сидящего на диване Сашу, то на его лице мелькнуло удивление. Омега же напротив выражал полнейшее безразличие. В душе он понимал, что вечно ему везти не могло и этот исход был неминуем. — О, а я уже забыл про тебя. В тапки не нагадил, как я вижу. Хороший мальчик, — соскалился безопасник. — Альфы лучшие во всём, да? Включая чувство юмора. — Хорошо, что ты это понимаешь. А вы можете только жопы подставлять, — альфа прошёл в кухонную зону и увидел на плите кастрюлю. — А это что такое? — Чечевичный суп. В этой квартире ничего, кроме круп и специй, нет, — безразлично прокомментировал Саша, не вставая с дивана.       Альфа взял ложку и попробовал суп с брезгливым выражением на лице. Замер на мгновение и попробовал ещё раз. — Неплохо получилось, накрой на стол, пока я переодеваюсь.       Сказать, что омега был удивлён — не сказать ничего. Он ждал многого, но только не такого. После того, как альфа поел, он ушёл в спальню, откуда не выходил несколько часов. Юноша уже засыпал на диване, когда Стас позвал его к себе и приказал раздеваться и залезать на кровать. Саша беспрекословно повторил уже пройденные манипуляции и замер в коленно-локтевой. На этот раз альфа смотрел на него дольше, периодически порыкивал. Он боролся сам с собой, со своими желаниями и инстинктами. Одна сторона требовала немедленно поиметь принадлежащего ему омегу, того, от кого так божественно пахнет и к кому так тянет. Но альфа видел эти раны, которые только-только начали покрываться струпьями, и вторая сторона кричала: «Не навреди!». — Соси, — прозвучало в тишине. Омега повернул голову и посмотрел на альфу. — Я сказал, соси, шлюха безмозглая!       Саша в который раз с момента встречи с этим альфой был растерян. Безусловно, со второго раза он понял, что от него хотят, развернулся и сразу вобрал альфий член до упора. Не было ничего удивительного в том, что альфа заставил его сосать — парень занимался этим ежедневно. Странным было другое: поведение альфы, непоследовательность, нелогичность, не… А впрочем, что ему жаловаться? Сосать-то менее болезненно, чем терпеть боль анального проникновения, — нужно радоваться.       Справился Саша быстро, и альфа разрядился буквально за несколько минут. На самом деле, омега был очень удивлён, увидев крепкую эрекцию безопасника. После прошлого раза он думал, что у альфы с этим проблемы, но вопреки ожиданиям стояк был мощным, узел большим, а эякуляция обильной. Сразу после того как кончил, Стас снова отправил омегу на диван, где тот быстро уснул.       Утром Саша проснулся уже один в квартире: об этом свидетельствовало отсутствие обуви и верхней одежды альфы. На кухонном столе омега обнаружил два больших пакета с продуктами и записку, в которой было сказано, чтобы в обязательном порядке каждый день была приготовлена еда. Такого омега в своей жизни ещё не ел: свежая говядина, сёмга, морепродукты, сыры, орехи, свежие овощи и фрукты. Что из этого можно приготовить и как это делается, юноша не знал, но он точно помнил, что по телевизору несколько каналов с утра до вечера крутят передачи про готовку.       Следующие несколько дней прошли для омеги ещё интереснее: он нашёл на журнальном столе чистый блокнот, ручку и полностью погрузился в мир кулинарии. Выбирал рецепты, в которых были перечислены имеющиеся дома продукты, старательно записывал их и экспериментировал. Омега не распалялся: он выбрал два блюда и повторял их несколько раз, исправляя ошибки и недочёты. Каждый вечер, в то время, в которое альфа пришёл в прошлый раз, на столе было накрыто, но безопасник не приходил. Это было облегчением, но где-то глубоко внутри омега грустил из-за того, что его труды пропадают даром. Еду-то он обязательно съест. За прошедшие дни ни крошки не было выкинуто в мусор. Даже если что-то пригорало, Саша всё равно это не выбрасывал, а доедал и старался больше таких ошибок не допускать.       Альфа пришёл на четвёртый день, в то же время. На столе было накрыто и красовалась запечённая сёмга в сливочном соусе. Стас окинул взглядом стол, посмотрел на сидящего на диване парня и молча сел кушать. — Не зря я тебя завёл, — сказал альфа после трапезы. — Иди в спальню, ты знаешь, что делать.       Омега вздохнул и отправился по привычному маршруту. На этот раз альфа долго не тянул, подошёл поближе, развёл руками ягодицы, посмотрел и вышел из комнаты. В коридоре зашуршал пакет, и в спальню альфа вернулся уже с тюбиком смазки. Омега, наблюдавший за перемещениями альфы, был крайне удивлён, поскольку знал, что это такое — он уже пользовался смазкой, когда был в борделе, и не ожидал, что этот человек может быть таким внимательным к нему. — Дай руку. — Омега всё ещё был в замешательстве, но руку альфе протянул. На ладонь потекло обильное количество. — Смажь себя.       Саша старался делать всё быстро и качественно. Неизвестно, сколько ему выдали на растяжку времени, а от этого зависит то, насколько болезненными будут следующие минуты. В какой-то момент альфа просто откинул руку омеги и заменил её на свой член.       Дискомфорт был минимальным, и Саша смело провозгласил этот половой акт лучшим в его жизни. Старые раны ещё тянули и побаливали, но благодаря обильной смазке скольжение было достаточно лёгким, да и длилось всё не так уж и долго, минут семь максимум. Его не били и не крутили, альфа просто положил свои руки ему на ягодицы и сопровождал своим толчкам. Возможно, во время эякуляции руки сжали слишком сильно и остались следы, но это были пустяки. Та жизнь, которая предоставлялась омеге, стоила того, чтобы немного потерпеть. Альфа даже не повязал его, вытащил член до того, как завязался узел, и сразу же выгнал парня из комнаты.       Дальше жизнь пошла по стандартному сценарию: альфа приходил раз в два-три дня, кушал то, что приготовит Саша, трахал омегу в своей спальне, а после выгонял спать на диван. По утрам омега заставал пустую квартиру и новые пакеты с продуктами на кухне. Саша никогда не показывал этого альфе, но он считал, что вытянул лотерейный билет. Он не мог поверить, что именно ему так сильно подфартило в жизни: встретить сумасшедшего альфу, который решит вместо собаки завести омегу.       Последние дни юноша сильно нервничал — альфы не было уже больше недели. Поэтому, когда посреди ночи в коридоре послышался шум, Саша пошёл туда. На корточках, подпирая входную дверь, с запрокинутой наверх головой сидел альфа. На пол капала кровь. Омега присел рядом. — Вы ранены, — без эмоций констатировал Саша. — Я знаю, кому достанется премия очевидности в этом году, — усмехнулся альфа. — Нужно обработать. — Отъебись, — рявкнул безопасник и поморщился от боли. — Может пойти заражение. — Покерфейс омеги нравился Стасу. Вместо того, чтобы визжать от вида крови или забиться где-нибудь в угол, его омега, как бы странно это не звучало, вёл себя достойно. — А ты у нас доктор?       Саша не обращал внимания на колкие фразы альфы, а потянул его в спальню, где раздел пострадавшего и обнаружил резаную рану на боку. — Нужно зашить. — И всё-таки, ты доктор. — Нет, но себе я уже один раз ногу зашивал. — А ты жёсткий, — присвистнул альфа. — В этом мире или так, или в белых тапочках.       Альфа только согласно закивал и тут же поморщился от боли. Омега принёс аптечку, которую обнаружил на кухне в процессе ревизии и уборки. Аптечка была достаточно нестандартная, и вместо леденцов от горла там присутствовали хирургические иглы, нити и даже викодин, после приёма которого альфа полностью ушёл в астрал и не мешал Саше проводить хирургические манипуляции. После наложения швов омега сделал повязку и прибрал за собой, закинул перепачканную одежду в стиралку и помыл коридор от крови. Спать хотелось неимоверно, но перед сном Саша решил проверить альфу, и не зря. У безопасника была очень высокая температура, и омеге пришлось поить его анальгином, после чего он остался в спальне, чтобы контролировать падение температуры.       Горячка длилась несколько дней, и всё это время Саша кормил альфу, поил, давал ему лекарства и менял повязки. На этот период юноша поселился в спальне и отходил от мужчины только для приготовления пищи. Альфа не возмущался, у него для этого элементарно не было сил.       На третье утро омега проснулся в кровати один. Обойдя все помещения, Саша понял, что альфа ушёл, а на столе, по традиции, стоял пакет с продуктами. Юноша думал, что в ближайшие дни мужчину можно не ждать, поэтому вечером был очень удивлён возвращением хозяина квартиры.       Альфа, как всегда, молча поел и пошёл в душ, предварительно отправив омегу в спальню. Когда Стас закончил водные процедуры, то застал юношу в привычной коленно-локтевой. Мужчина несколько мгновений полюбовался омегой, а после улёгся на свою сторону кровати. — Я сегодня слишком устал для этого.       Омега привык к странностям альфы, поэтому без вопросов встал, поднял свою одежду и направился на выход. — Стой, — Саша замер и обернулся, — сюда ложись.       Альфа похлопал по свободному месту, и юноша неуверенно на него улёгся. Безопасник схватил его за тонкое запястье и притянул к себе ближе. Саша уже решил, что неверно истолковал слова альфы, и когда тот сказал, что устал, то намекал на отсос. Юноша уже собирался сползти к интересующему его органу, когда услышал приглушённое: — Спи.