Порочное желание

Найт не хотел этого. Не хотел потерять себя. Но иногда жизнь решает всё за тебя. И снова она берёт вожжи в свои руки. Став своей новой версией, сильной, безжалостной и опасной Найтмер полностью изменился. Эти отличия довольно сложно описать. Его суть - хранитель негатива - осталась прежней. Изменились его мысли, поступки, управляемые отрицательными эмоциями. Он всё ещё считал себя Найтмером, но теперь он другой. Словно в одно, то роковое, мгновение он пропустил столетия жизни, за которые должен был измениться сам. В один миг "повзрослел", переобмыслил свой жизненный опыт и обрёл определённые установки, цели и средства их достижения. Жизнь Найтмера разделилась на "до" и "после". Вот снова наступил тот момент - перекрёсток, когда "до" уйдёт, и настанет одно из множества неизвестных "после".

***

Дрим поднёс яблоко к лицу и откусил. Он согнулся в три погибели. Было видно как он страдает. Уж кому, а Найтмеру известны эти страдания. Когда ты тонешь в негативе, обретшем физическую форму. Когда задыхаешься от не вырвавшихся из рта криков. Нету спасения от жжения по всему телу, когда ты понимаешь, что инородная жидкость покидает пределы твоего скелета и обволакивает со всех сторон. Туманиться взгляд, а вместе с ним изменяется сознание. Назад пути нет, и оба это понимают. Дрим силой воли делает последнее движение и падает в объятья брата. Уже закрывая глаза, чтобы "исчезнуть", протягивает руки и обнимает брата. Как бы Дриму хотелось сжать в своих руках теплого улыбающегося скелета из прошлого. Так сильно, чтобы кости затрещали от напряжения. Но даже на то, чтобы обхватить руками холодное тело брата ушли все последние силы. Всё же, у Дрима была цель. —... Прости, братик, что я так глуп... Я тебя верну... Даже ценой своей жизни. — прошептал Дрим. Он любил своего брата и даже сейчас всё ещё любит. То, что он делает всё это ради Найтмера, - доказательство его привязанности. — Заткнись. — голос Найтмера невольно дрогнул. Что-то давно позабытое, оставленное далеко в глубине чёрной души, встало на дыбы, взбаламутило омут чувств, переполняемый печалью, болью и яростью. Это что-то взбудоражило воспоминания далёкого прошлого, когда он ещё не был сломленным. Когда так же легко в его объятиях оказывался брат, пришедший с новой идеей для игры. Когда его скелет не был покрыт ни ссадинами, ни шрамами, ни чёрной слизью. Найтмер почувствовал слабость в каждой косточке. Словно сила покидала его, была отобранна. Так сильно ненавистная ему слабость, совсем как в юношеские годы, поселилась не только в непослушном теле, но и в глубине души. Он словно начал таять. Как снег под безжалостно палящими лучами солнца, так и его руки горели там, где касались Дрима. От младшего исходил тот самый мучительный жар. "Что происходит?" - в черепе Найтмера пронеслась мысль. Сама его душа претерпевала изменения. Ощущение походило на невидимый груз, который был внезапно снят с неё, или какой-то якорь, удерживавший ранее, исчез. Найтмер только сейчас заметил, как из глазниц, причём обоих братьев, текут самые настоящие слёзы. Они мылили взгляд, но Найтмер не хотел видеть как брат становиться подобным ему. Сломанным. Испорченным. Дрим на руках становился всё тяжелее, а конечности Найта всё слабее. Наконец Найтмер не выдержал и рухнул на спину. Его прижало к земле потяжелевшее тело бессознательного брата, который уже полностью был скрыт в негативе. Целых шесть щупалец образовались на его спине и извивались в конвульсиях. Найтмер попытался крепче сжать руки на плечах Дрима, даже если пальцы его не слушались, а густой негатив скользил под прикосновением. Он разливался вокруг них в небольшую лужу, но словно и не собирался останавливаться. Найт ощущал покалывание совсем близко с его душой. Негатив внезапно казался таким холодным, что даже обжигал. Найт думал о том, что только что случилось. Это его вина, что Дрим стал таким. Если бы только он мог вернуться назад и не есть то яблоко. Если бы он только мог остановить Дрима от этого... Опасные, вернувшиеся из далёкого прошлого, мысли копашились в голове. Он - ничтожество. Дрянь. Он портит этот мир. Из-за него все страдают. ОН. НЕ. ДОСТОИН. ЖИЗНИ. Кто-то уже говорил это. Найтмеру знаком голос в его голове. Какой-то потерявший от времени лицо монстр. Он ещё много чего говорил, но хорошо запомнил Найт только эти слова. "Ты не достоин жизни!" Они были острее камней и больней любых ран и синяков. Они оглушали сильнее удара по голове. Из-за них он решился на отчаянный поступок. Убил себя, свою личность. Потом как дурак, он просто похоронил свои воспоминания глубоко на дне подсознания, вместе с прошлым, но теперь оно всплыло на поверхность. — Дриииим! — Найт крикнул изо всех сил. За шумом своих мыслей и звенящей тишины со стороны брата, он боялся остаться неуслышанным. — Прости, это моя вина! Пожалуйста, не исчезай! Это я должен был исчезнуть, это из-за меня тебе больно... — он отчаянно прижался к охоладевшему телу брата. Его трясло. Всхлипы стали громче, больше не сдерживаемые волей. Он снова стал тем слабым, отвратительным существом, беззащитным. Как и тогда, он ничего не мог поделать. В детстве не мог противостоять унижениям и насилию. Злым словам. Ненавидящим взглядам. Боли, много боли. Но он и сам знает, он её заслужил. Но не Дрим. Дрим ничего из этой боли не заслужил. Вдруг, тело Дрима пошевелилось и опёрлось на свои собственные руки, поставленные по обе стороны от головы Найта. Старший брат не мог толком видеть за поволокой слёз, только размытое чёрное пятно над собой и горящую жёлтую точку. — Брат. — ещё раз позвал Найт. Он ни на секунду не отпускал чужих плеч. Теперь он мог почувствовать, как от брата исходит сильная негативная аура и от осознания этого его пробила дрожь. — Зови меня Шаттерд. — раздался изменённый, более глубокий голос. — Всё-таки моя авантюра увенчалась успехом. Как жаль. Теперь мы не можем вместе сеять хаос и разрушения. — он даже как-то печально вздохнул. — О чём ты-? — еле выдавил из себя вопрос Найтмер. Он с трудом мог переварить то, что сделал Дрим... Его хватка на чужих руках ослабла и его собственные ладони упали вдоль торса. Теперь, когда реальной тяжести на теле не было, он понял насколько истощённым он чувствует себя эмоционально. — Он - то есть прошлый я - забрал весь твой негатив, а позитив переместил в твоё тело. Ты так был потрясён, что даже не заметил. — последнюю фразу Шаттерд произнёс с "улыбкой", если этот оскал можно было так назвать. — Взгляни на себя! Такой жалкий и слабый, мой милый братишка. — он весело начал издеваться с ноткой наслаждения. — Ты даже назвал меня братом, хотя давно отказался от меня. А я ведь продолжал тебя любить! — Шаттерд рассмеялся. его смех раздавался по всему его телу, от груди и до колен. Найтмер сам почувствовал вибрацию от Дрима. Этот низкий смех звучал совсем инородно для хрупкого тела Дрима. А безумие, пляшущее в единственном зрачке, откровенно пугало. Внутри Найта взвилось мерзкое отвращение к этой картине. Странное нечто, занявшее тело Дрима, только напомнило снова, что самого Дрима теперь не существует. Вместо него появилась другая сущность, так противно, фальшиво продолжающая называть Найта своим "братом". Настоящего Дрима уже не вернуть. — Причём до такой степени, что я решился на настоящее самоубийство! — продолжал свой монолог Шаттерд, сидя сверху и переместив свои руки на плечи Найта. Теперь, он заметил, что Шаттерд намного больше его из-за всего этого негатива, собранного и возможно приумноженного. — Ты сделал меня безумным... — угрожающе нагнулся Шаттерд совсем близко к лицу. — Но знаешь, что, Найти? — Он сделал паузу, наблюдая за старшим братом. — Я всё ещё люблю тебя. — завершил свою речь Шаттерд и не дав ответить, даже просто подумать об этом, заткнул рот Найта поцелуем. Найт тут же потерял связь с происходящим. Слишком много всего, слишком много различных эмоций. Его тело просто заснуло на пару мгновений, за которые Шаттерд глубоко изучил языком рот брата и обездвижил парой щупалец, заведя руки Найта за голову. — Дрим не любил кого-либо больше чем тебя, но никогда не смог бы позволить себе сделать этого с тобой... — оторвавшись от Найта сказал Шаттерд. — А я могу. — Этого? — в помутнении спросил Найт. Ему еле хватало воздуха, чтобы держаться в сознании, не то что говорить. Негативная аура Шаттерда внезапно стала приносить дискомфорт, вероятно из-за того, что хранители "поменялись ролями". Вместо объяснений Шаттерд принялся расстёгивать рубашку Найта. Фиолетовая одежда всегда была с Найтмером, просто до этого она была скрыта под слоем негатива. Вот показались белые кости. Рёбра и позвоночник. Найт так открыт перед "братом". Даже душа, теперь сверкающая золотым и дрожащая от близкого контакта с негативом, виднелась под грудной клеткой. Шаттерд жадно рассматривал под собой брата. Он злорадствовал над Дримом. Тому ни за что не представилась бы возможность увидеть брата вот так. Единственное, что омрачало его веселье, это старые шрамы на желанном теле. Они зажившие, но не исчезнувшие. Ярость закипала внутри скелета, но он не мог выплеснуть её на Найта. Не мог разрушить хрупкую душу, хранящую последние остатки позитива, в порыве простого гнева на события прошлого. Одно щупальце скользнуло по рёбрам брата, поглаживая все шрамы. Второе обвилось вокруг позвоночника, немного приподнимая и удерживая Найта в одном положении. Ещё два обвились по всей длине ног, раздвинув их, чтобы Шаттерд удобно устроился между. — Не бойся, я доставлю тебе удовольствие. — мягко потянул слова младший, одной рукой стягивая брюки, а второй поглаживая открывающуюся область таза Найта. — Прекрати... — Простонать слабую от усталости просьбу, всё на что был способен в момент Найт. Он вообще перестал понимать что происходит. Всё ощущалось, словно через толстый слой воды, приглушающий звуки, ощущения, запахи и свет. Воздуха не хватало под этой фантомной толщей воды. И давление, неясно откуда возникшее, просто разрывало голову. Он только знал, что хочет просто уснуть. Просто отдохнуть, перестать на время испытывать эмоции. Ему не повезло, приглушённые слова только больше распалили Шаттерда. У того от предвкушения сформировалась экто-плоть, которой мешали штаны. — Как я могу, когда ты так сладко стонешь? — Шаттерд почувствовал настоящую жажду по голосу брата. Ему хотелось услышать больше всхлипов и стонов. Только молящих не остановиться, а продолжать. Шаттерд, конечно, не остановил своё грязное дело, проводя языком по ключицам. Дыхание Найтмера, начавшего извиваться в попытках высвободиться, потяжелело. Этот звук так приятно будоражил Шаттерда, что его прелюдии продолжились с ещё большим энтузиазмом. Он ощупывал каждую кость брата, пробовал "на вкус" и смотрел за реакциями. Местами, выбившими из Найтмера самые громкие вздохи, стали те самые ключицы, плечи и ещё пространство с внутренней стороны бедренной кости. — П-подожди. — Голос Найта стал значительно выше, после возвращения в свою старую форму. — Я... Странно себя чувствую. — лучше слов Найтмер подобрать не смог. Он ощущал какое-то напряжение в теле и щекотку, будто он чего-то хочет, но не знает чего. Шаттерд наблюдал как вокруг костей формировалась волшебная плоть. — Что это было? — поражённо сказал Найтмер рассматривая результат процесса. Теперь до живота и колен его "покрывало" что-то полупрозрачное. — Это плоть, которая появляется у монстров вроде нас, когда они собираются заняться сексом. — невозмутимо бросил Шаттеред, притрагиваясь к Найту в новом месте. — Представляешь, твой невинный братик действительно ознакомился с необходимой литературой, подробно описывающей все нюансы, хотя это было случайно. То с какой лёгкостью Шаттеред выдаёт секреты брата Найта, вызывало отвращение. В добавок к этому, тот пятнал образ любимого, дружелюбного брата в голове Найтмера. Разве же его Дрим мог так сделать, желать такого? Но другого ответа, кроме "да" быть не могло. Это же был Дрим, прямо на глазах превратившейся в Шаттерда, сразу приведшего задушенные желания к исполнению. — Нет, не говори такого о моём брате. — решительно ответил Найтмер. Он дёрнулся в попытке освободиться от крепкой хватки, но бесполезно. Он точно не желал думать ничего грязного о Дриме, лучше он скинет всю вину на Шаттерда. Младшего же разозлила уверенность, с которой заговорил о Дриме Найтмер. Он должен был с таким же твёрдым взглядом признаться Шаттерду, что тоже любит его, когда он всё выдал на блюдечке с золотой каёмочкой, но этого не случилось. Наоборот, Найтмер упорно цеплялся за образ Дрима, чем ужасно бесил Шаттерда. Можно даже сказать, что младший завидовал Дриму - самому себе. Улыбка на секунду дрогнула на лице Шаттерда. — Найти, уже отдохнул, раз так резво брыкаешься? — промурчал младший и резко поднял на руках брата, прижимая к своему телу, чтобы не уронить. Найтмер, в сравнении с прошлой своей формой, стал весить как пёрышко для Шаттерда. Он телепортировал обоих на базу Найтмера. Откуда тот знает её месторасположение - ещё один секрет Дрима. В его памяти чётко хранятся образы, эмоции и мысли прошлого Дрима, который по-настоящему был одержим своим братом. Ещё в самом начале, он пустил плохие слухи о Найте, чтобы он ни с кем кроме Дрима не дружил, чтобы оставить брата полностью себе. Позже, поняв к чему привели его действия, Дрим выедал свою душу виной и раскаяньем. Это ещё больше подпитывало нездоровые желания и толкало в безумие. Все стычки, что происходили между Звёздными Сансами и командой Найтмера, были продуманы Дримом, ради ещё одной встречи с братом. Дрим носил маски перед всеми. Перед друзьями он — защитник позитива. Перед Найтмером играл роль младшего брата. Никому он не показывал себя настоящего, неправильного, безумного и одержимого. Шаттерд не Дрим. Он не связан этой ролевой игрой. Он может делать всё, что хочет. Он опьянел от полной свободы, которой не было в воспоминаниях Дрима. Это самое главное, принципиальное отличие между ним и Дримом. Понимая всё это, Шаттерд ликовал, упиваясь своим превосходством. Найтмер принадлежит Шаттерду, а не Дриму. Свобода принадлежит Шаттерду, а не Дриму. Шаттерд во всём лучше Дрима. Шаттерд прислонил брата к стене в кабинете Найтмера. — Как... Откуда ты знаешь? — Найт тут же узнал свою комнату. Поняв, что Шаттерд опять упомянет брата, Найт перебил его на полуслове. — Нет, не говори. — Как хочешь, Найти. Раз ты такой бодрый, то мы можем начать прямо тут. — Шаттерд наконец освободил свою плоть и отбросил их нижнюю одежду прочь. — Ч-что?! — Найтмера снова заткнули долгим поцелуем. Он осторожно попробовал сам проникнуть языком в чужой рот, чтобы забыться, перестать думать и просто плыть по течению. Теперь ничего всё равно не имело значения. Шаттеред приветственно пропустил Найта, радуясь что брат больше не пытается сопротивляться, а даже наоборот принимает участие. Пока Найтмер был отвлечён на поцелуй, Шаттеред медленно потёрся своей плотью о другую. Дрожь от предвкушения волнами прошла по позвоночнику. Он так же не торопясь, самым кончиком, проник внутрь, чтобы не спугнуть, только начавшего проявлять инициативу, брата и дать привыкнуть. Найтмер почувствовал новые прикосновения между ног. Это странно, больно, но почему-то не неприятно. — Что ты делаешь? — он почти зашипел от противоречивых ощущений. Всё горело, но в том числе было холодно. Везде касания казались необычно приятными, но от них было больно. — То что тебе понравиться. И начни наконец звать меня по имени или "братик", если хочешь. — Шаттерду правда надоело, что Найт упорно говорит "ты". Если Найт начнёт звать его по имени или "братом", это будет означать, что Шаттерд ещё больше занимал место Дрима. Всё чего он хотел - это занять все мысли Найтмера. Брат должен думать только о нём, о Шаттерде. Всё время. Он не мог позволить себе отпустить Найта. Не может ошибаться так же, как Дрим. — Из ума выжил? — возмутился Найтмер, из его голоса сквозило неприязнью. — Давным давно. — ответил Шаттерд и резко сжал щупальцем душу брата, вырывая крик от боли. Шаттерд и сам почувствовал жжение от позитива. Ему всего лишь надо было чуть-чуть припугнуть Найтмера. Просто чтобы дать понять его положение. — Ну давай же. Попроси меня перестать правильно. — всё это действо напоминало Найтмеру странную дрессировку, но тот слишком отчётливо чувствовал, что может умереть, если негатив ещё дольше будет окутывать его душу. — Шаттерд, хватит. — потребовал Найт. Он уже был полностью истощён, поведением брата, слабостью в теле и воспоминаниями, над которыми у него не было даже времени подумать. Довольный результатом, младший отпустил чужую душу, возвращаясь к ласкам. — Отлично, Найти. — шепнул он, проникая глубже и целуя чувствительные ключицы. Найтмер снова зашипел. Его слишком быстро и слишком много заполняли, и всё на сухо, без подготовки. Его плоть касалась плоти Шаттерда, от этого приятные ощущения ударяли в голову как наркотик. Боль и наслаждение переплелись во что-то единое, пульсирующее во всём теле. Руки, освобождённые из плена щупалец вцепились в плечи Шаттерда. Найтмер почувствовал себя несправедливо обнажённым. Он тут полностью оголился, а этот садист всё ещё был в одежде Дрима. Найт стянул с него плащ, который просто упал на пол. Затем принялся расстёгивать рубашку. Шаттерд никак ему не мешал, за исключением ускоряющихся движений внутрь и наружу. Он постепенно пробовал разные углы, пока не задел какую-то точку, из-за чего Найтмер вскрикнув выгнулся и сжал ладони в кулаки, сминая несчастную ткань. — Что... — прерываясь, чтобы вдохнуть побольше кислорода говорил Найтмер. — ты со мной сделал? — Шаттерд молча повторил движение, из-за чего у старшего закружилась голова. Щупальца, о которых Найт быстро позабыл, с новой резвостью оглажевали плоть вокруг ног, спины и бёдер. От количества прикосновений Найтмер не знал куда деваться. Сзади стена, спереди грудная клетка Шаттерда. Он попытался как-то увернуться от тентаклей, но сделал только хуже, нечаянно двинувшись навстречу половому члену. Тот вошёл на всю длину и уже Шаттерд не выдержал, сипло вздохнув и начав ускорять темп. Одно из щупалец обвилось вокруг члена Найтмера. Оно пульсировало и двигалось от основания к концу. Это затуманило сознание совсем. Всё о чём Найт мог думать - это "больше приятных ощущений". — Шаттерд! — выкрикнул Найтмер в беспамятстве. — Больше. — Найт первым поцеловал партнёра и бессознательно начал двигаться в такт ему. Твою мать, как всё это заводило младшего. Он готов был кончить прям сейчас, от разомлевшего вида брата, как у того появились блестящие слезинки в уголках "глаз" от наслаждения с болью, от того как охрипше он зовёт его по имени и сам двигается на встречу. Начало приятно зудеть в низу живота у Шаттерда, что означало что он уже на краю, но сначала он должен позаботиться о брате. Дав партнёру вздохнуть, Шаттерд углубил поцелуй. Он был настолько мокрым, что капля смешавшейся слюны вытекла из уголка рта Найтмера, который зажмурился от удовольствия и протяжно простонал в поцелуй. Найт вздрогнул, прежде чем излиться на живот Шаттерду и сжаться на члене, из-за чего Шаттерд тут же последовал за ним, кончив внутрь. От яркой вспышки удовольствия Найт замер. Медленно, ощущения начали отступать и тело стало расслабляться. Его так сильно потянуло в сон, что он доверчиво прикрыл глаза и провалился в дрёму прямо на руках у младшего. Шаттерд не сразу вытащил член, точнее, он долго так простоял, пока хотел подольше насладиться теплом исчезающей экто-плоти брата. Найт выглядел так безмятежно. Во сне его не волновал ни Дрим, ни Шаттерд, который любовался мирным выражением лица старшего и тихонько слизавшего капли не упавших слёз и полоску слюны. Шаттерд чувствовал, что в этот раз победа за ним.