Catch me if you can

С того момента, как мы пошли напролом в этом сражении, мы то и дело созванивались с юристами практически ежедневно. Каждый день сотни, а то и тысячи человек звонили по указанным нами номерам, часть из них просто желала связаться с Крисом, думая, что он обнародовал свой телефон, но среди сего этого хаоса находили и редкие звонки по делу. От своей семьи я получила лишь одну реакцию — никакой. Все их назначенные сначала года встречи и сборы оставались в планах и на осеннее время — ничего не отменено, но с нами на связь они не выходили, по крайней мере не вышли в первые несколько суток. Суд первым письмом прислал нам отсрочку в двое суток для попыток урегулирования иска мирным путём, а это значит, что мы в обязательном порядке должны встретиться на территории суда с теми, на кого составили исковое заявление. — Ты не обязана там присутствовать. — Крис застегивает белую рубашку, после надевая галстук через голову и аккуратно затягивая на нём узел. Приходится подбирать очень сдержанный образ для посещения суда и не остается ничего, кроме как достать из огромной гардеробной практически всё темных тонов. Я как — то никогда не готовилась выступать в суде, а посещать его в джинсах не было желания. — Ты ввязался в это из-за меня и я не хочу отсиживаться дома, пока ты решаешь эти проблемы. Поправляю юбку, немного приглаживая её на бедрах, а после надеваю черные туфли и чуть подталкиваю Криса в сторону, влезая в зеркальное отражение и поправляя волосы, вызывая на его лице улыбку. Отвлекаюсь от своего отражения и оборачиваюсь к нему, мягким движением поправляя его галстук и ловя короткий поцелуй в нос. Эванса явно устраивает факт того, что я буду рядом, хотя он и старается этого не показывать ещё раз прося остаться меня дома, потому что фотографы вновь не дадут нам жизни и они уже явно облепили всё здание суда. Я даже не удивилась, когда это оказалось правдой и ещё на подъезде к суду многочисленные фотовспышки посыпались на нас со всех сторон. Нам пришлось свернуть на внутреннюю парковку здания, чтобы как — то отгородиться от прессы и многочисленных вопросов в гуле их голосов. Юристы Эванса встречают нас у главного входа. — Мисс Кларк, напоминаю Вам, что это не полноценный судебный процесс, а лишь встреча сторон с назначенным судьей для возможной регулировки иска в досудебном порядке. — Мы двигаемся по широкому коридору в неизвестном мне направлении. — Никто не станет приглашать Вас на допрос в качестве свидетеля или заинтересованного лица. Судья лишь убедится в том, что предоставленных ему доказательств хватает для начала судебного процесса. Если это так — он назначит дату слушания, если же нет — суд назовет условия заключения сделки или что необходимо будет сделать, чтобы слушание состоялось. — Мы не согласимся на сделку. — Я перевожу взгляд на Криса, ища в нём поддержки и он кивает. — Мы подали многочисленные иски не для того, чтоб в итоге они откупились от всех. — Юрист кивает в ответ на реплику Эванса и нас приглашают пройти в кабинет судьи, где уже сидела моя семья со своим адвокатом. Мама кидает на меня короткий взгляд грустных глаз и я улыбаюсь ей лишь уголком губ. Мне хотелось спасти её от всего происходящего, но она не отступит от отца, чтобы тот не вытворял. — Добрый день, Ваша честь. — Начинает сторона обвинения. — Мы просим назначить дату слушания по делу о финансовом мошенничестве со стороны Кларк Фоундэйшен. Все доказательства их незаконной деятельности мы предоставили Вам в надлежавшие сроки. — Да, я ознакомился с документами. — Возрастной мужчина в мантии поправляет свои очки и лишь ещё раз перелистывает папку с документами. — Ваша честь. — Встревает юрист моей семьи, перетягивая внимание на себя. — Защита просит у суда исключить из дела мисс Иветту Кларк. — На основании чего? — На основании родства с подзащитными. — Мисс Кларк? — Судья взглядом упирается в меня, ожидая какой — либо реакции, но я растерялась. — Каков статус Ваших отношений с семьей? Вы близки? Мы не прикрепляли к делу ни одно из событий, напрямую связанных со мной, желая выступать исключительно против фонда и не затрагивать личных обид, но их юрист сам же затронул тему частных отношений. — Ваша честь, это может вызвать конфликт интересов… — Продолжает юрист защиты. — Мисс Кларк, Вы не ответили. Крис коротко сжимает мою руку. Я так же коротко смотрю на юриста и он не запрещает мне давать ответ, который и сам прекрасно знает. — Мы не общаемся более десяти лет, Ваша честь, последний раз мы виделись более полугода назад на благотворительном вечере, после которого ко мне в квартиру было совершено проникновение с целью запугивания, а так же поступали немногочисленные угрозы и шантаж со стороны Райана Кларка. Я замечаю, как отец кидает на моего брата злой взгляд с огромной долей непонимания, будто бы он сам не был в курсе того, что делал его сынок. Мама заметно грустнеет и садится на неудобный стул в конце кабинета, стыдливо прикрывая лицо руками. — Это серьезные заявления, мисс Кларк. Вы сможете их доказать? В этот же момент наш юрист передает судье папку с документами. — Мы не прикрепляли данные бумаги к доказательствам так как выступали исключительно против юридического лица, не затрагивая личные конфликты обвинения и защиты, но здесь содержатся доказательства слов мисс Кларк. Полицейский рапорт после проникновения в квартиру, посторонние отпечатки пальцев принадлежали некому мистеру Энтони Слоу, который уже был пойман, на счет которого незадолго до взлома поступили денежные средства от мистера Кларка. Так же мы прикрепили к данному файлу распечатку сообщений и звонков с мобильного устройства мисс Кларк, где указано, что она и мистер Эванс подвергались наблюдению и шантажу посредством размещения их фотографий интимного характера на просторах интернета, что могло бы пагубно сказаться на работе мистера Эванса и лишить его дохода от многих контрактов. Судья непродолжительное время изучает предоставленные ему документы, а после снимает очки и устало потирает глаза. — Так как иск был подан на юридическое лицо — данные доказательства не имеют силы в этом деле, если мисс Кларк хочет — она может подготовить новый иск на мистера Райана Кларка. На данный момент я вынужден удовлетворить просьбу защиты и исключить мисс Иветту Кларк из данного дела руководствуясь конфликтом интересов. Никто из сторон не имеет права привлекать мисс Кларк к даче показаний и вызывать её в качестве свидетеля. Любая информация, доказательства и документы полученные от мисс Кларк в деле рассматриваться не будут. У меня предательски ёкает сердце от подобного повара событий, но чтобы не тешить самолюбие мужской части своей семьи — стараюсь не подавать вида. Судья возвращает документы нашему юристу. — Заседание будет проведено 17 февраля.

Почти через три месяца.

Когда мы выходим из кабинета — на меня наваливается жуткая слабость от волнения и Крису приходится меня придержать. — Всё прошло лучше, чем мы планировали. Они сами вывели тебя из игры нам на руку, они не смогут тебя допрашивать и выводить на эмоции. — Но и вы не сможете. — Все наши доказательства на данный момент были получены из открытых источников, поэтому мы справимся. — Эванс практически мурлычет, прижимая меня к своей крепкой груди и целуя в макушку, а после пожимает руку нашему адвокату. Райан настигает нас внезапно, хватая меня за руку и вынуждая Криса моментально среагировать. Он одергивает его хватку и толкает в сторону, затем закрывая меня собственным телом. — Какие — то вопросы, парень? Задавай их мне.Я ведь тебя уже предупреждал, чтобы ты к ней не приближался. — Ты не боишься последствий, Ив? Если ты разрушишь фонд — мы утащим тебя за собой. — Силы тяги не хватит. — Резко отвечает Эванс и отступает назад от моего брата, после лишь обвивая рукой мою талию и уводя из здания. Когда мы добрались до машины, адвокат немного задерживает нас, предлагая подать отдельный частный иск на Райана, обвиняя его в угрозах и шантаже. Не сразу, но я соглашаюсь. Мы прикрепим данный иск к основному. Последующий месяц нас разрывали все сми, шоу один за другим приглашали к себе на интервью, чтобы обсудить столь громкое дело, но соглашались мы далеко не на каждое. Во — первых потому, что я не была в восторге от съемочного процесса, но нам бесспорно нужно было поддерживать ажиотаж вокруг этого иска, чтобы получать как можно больше информации, а во — вторых у Криса съемки закончились только перед самым рождеством и тогда уже хотелось просто валяться дома с Доджером и есть пироги, но никак не посещать многочисленные шоу и мусолить тему суда. Кристофер будит меня практически с рассветом, стаскивая с мягкой постели и довольно лепеча выталкивает в гостиную, куда умудрился затащить ёлку. За окном у нас был бассейн и зеленые пальмы, а в доме стояла рождественская ёлка — современно. Сама того не замечая, я расплываюсь в довольной улыбке, подходя к дереву поближе и вдыхая хвойный аромат. — Где ты взял ёлку? — Эванс обнимает меня сзади и коротко целует в плечо. — Заказал на Амазоне. Подумал, что немного праздника нам не помешает. Изучаю взглядом комнату и замечаю несколько коробок с игрушками, неосознанно пискнув от восторга. — Боже, последний раз я наряжала ёлку ещё в университете. Надеюсь, я не забыла как это делается. Практически неосознанно я добираюсь до этих украшений, начиная их раскрывать одни за другими и Крис резво присоединяется ко мне. И мы украшаем эту ёлку ранним утром, вокруг нас радостно скачет Доджер, в один момент выхватив у меня из рук игрушку и убегая на наш задний двор. — Доджер! — Мне приходится сорваться с места за собакой, чтобы он не дай Бог не разгрыз эту пластиковую блестящую игрушку и не повредил себе морду. Мы бегаем по заднему двору дома, пока Эванс сквозь смех не подзывает к себе пса, спокойно затем забирая у него изо рта игрушку, а я же лишь могу стоять запыхавшись и недовольно смотреть на Криса. — Серьезно? А ты не мог так сделать сразу? — Неа. — Ехидно улыбаясь отвечает мужчина и не сводит с меня взгляда. — Ну конечно, о чем это я. Проходя мимо забираю у него игрушку из рук и, наконец — то, вешаю её на нужную ветку ёлки. Эванс хотел было что — то сказать, но на его макбуке раздается оповещение звонка и он вынужден отвлечься, пока я заканчивала накручивать на наш атрибут рождества разноцветную гирлянду. Добираюсь до телефона, чтобы сфотографировать Доджера рядом с ёлкой, но вместо того, чтобы спокойно сесть рядом — пёс прыгает на дерево и с грохотом валит его на пол, потому что я не успеваю отреагировать вовремя. — Доооооджер! — Пес гавкает на меня в ответ и через мгновение запрыгивает на диван, высматривая Эванса на кухне. — Все живы? — Спрашивает мужчина отвлекаясь от своей видео-конференции. Доджер уронил ёлку явно давая понять, что мы украсили её хуже, чем мог бы сделать он. Слышу как Крис заливается смехом, пока я пытаюсь поднять это дурацкое дерево, но Эванс останавливает меня и всё так же смеясь поднимает ёлку, а после чешет Доджера за ухом и строго просит его не изводить меня, пока он занят. Пёс будто бы грустно вздыхает, разложившись на диване, а я вынуждена снова развешивать игрушки, которые успели свалиться с мохнатых веток. Сажусь напротив Эванса, пока он беседует с кем — то за ноутбуком и внимательно за ним наблюдаю при этом абсолютно не понимая смысла его конференции и даже не пытаясь уловить пару реплик. Он кидает на меня коронный, едва уловимый взгляд и это лишь дразнит меня. Он что — то увлеченно рассказывает, достаточно активно жестикулируя руками, в то время как я нагло приподнимаю ножку по его ноге выше и задерживаю ее между его ног, самодовольно улыбнувшись от того, что это вынудило его поперхнуться среди разговора. Эванс заметно напрягается, понимая, что я не собираюсь отодвигаться и даже напротив позволяя себе ещё немного наглости. Он кладет одну руку сбоку от стола, напряженно сжимая её в кулак от нарастающего в теле возбуждений, а вторую оставляет в кадре изо всех сил стараясь продолжать конструктивно беседу, но в какой — то момент он немного сдерживает меня, опустив напряженную ладонь на щиколотку, тем самым запрещая его изводить и дать возможность закончить видео-встречу. И я поддаюсь, но лишь на несколько мгновений. Эванс поднимает на меня серьезный взгляд и сильнее сжимает щиколотку. Я же лишь ещё самодовольнее улыбаюсь и податливо отвожу ножку в сторону, давая ему понять, что больше не буду себя так вести. Возвращаюсь в нашу спальню и отправляю в душ, чтобы снять в теле это накрывшее с головой напряжение, раз уж Эванс вынужден работать и не может позволить себе отвлечься на меня, но я успеваю лишь забраться под поток освежающей воды, как обжигающие крепкие руки с силой обхватывают мою талию и вынуждают прильнуть к нему до безобразия близко. — У тебя нет совести, Кларк. — Он это практически рычит мне на ухо, так же нагло опускаясь горячей ладонью ниже по моему животу, чтобы нажать пальцами на возбужденный бугорок и услышать предательский стон. — Я общался с конгрессом, к твоему сведению. Шумно выдыхаю весь воздух, закрывая глаза от его близости и наслаждаясь тем, что холодные струи воздуха хоть немного отрезвляют. — Я важнее любого конгресса. — Сбивчиво бормочу ему в ответ, одновременно с этим вновь ощущая как он повторяет надавливающее движение и бесспорно ликует, когда мои колени подкашиваются. Эванс подталкивает меня одним уверенным шагом к стене, прижимая к ней обнаженной грудью и после заводит обе мои руки назад, с силой их сжимая под локтями и грубо проникая в меня. Неосознанно прогибаю спину, насколько это возможно, вскрикнув его имя от резкости движений, но Крис лишь бесцеремонно прижимает вторую ладонь к моим губам, и приближаясь к уху, делает такое же грубое проникающее движение бедрами снова. Он начинает двигаться быстрее, когда я неосознанно прикусываю его ладонь от удовольствия и раздраженно зашипев от боли и сильнее перехватывает мои бедра, чтобы было удобнее резкими толчками проникать в меня раз за разом, заставляя стонать от напряжения в теле. Эванс чуть оттягивает мои волосы назад, открывая шею и сразу же её прикусывает, в этот же момент грубо входя на всю длину… Я чувствую, как он кончает, но словно бы потерявший голову он лишь нагло разворачивает меня к себе лицом и с силой шлепая ладонями по ягодицам, обхватывает их обеими руками, отрывая от земли и вновь прижимая спиной к холодной стене. С жадным рычанием Крис крепко целует меня и как только я скрещиваю ножки за его спиной, он вновь проникает в меня, делает несколько сдержанных движений бедрами, а после открывает от стены и крепко держа за ягодицы разворачивает обратно к холодному водному потоку, отрываясь от влажный губ и делая резкие, немного грубые проникающие движения… Он кусает мою грудь, в эти момента позволяя себе добавить напора, а когда я понимаю, что у меня начинает сводить живот от удовольствия и напряжение от удовольствия совсем не дает соображать, он лишь крепче перехватывает меня, принимаясь двигаться быстрее до того момента, пока мы одновременно не оканчиваем. Не сразу, но Крис возвращает мои дрожащие ножки на землю и убирает мокрые волосы с лица, всё ещё немного требовательно целуя. Мы едва смогли привести друг друга в порядок после подобного заплыва, но вариантов у нас не оставалось — вечером в этом доме собралась вся чета Эванс. Наше первое совместное рождество и мы с его родителями наконец — то познакомились, спустя столько месяцев отношений и шума вокруг нас. Не скажу, что это знакомство заладилось с первой минуты — Лиза и Роберт были явно не в восторге от моей личности только лишь потому, что с моим появлением в жизни Криса стало происходить слишком много не самых потрясающих событий, но через несколько часов они заметно смягчились. Уж не знаю, подействовали ли на них Крис со Скоттом или они сами нашли для себя повод сменить настрой по отношению ко мне — да и это не важно. Даже обе сестры Эванса сегодня приехали к нам со своими семьями и в доме царила незнакомая мне до этого атмосфера бесконечного уюта. Племянники Криса бегали по заднему двору с Доджером и лишь иногда слышали от своих родителей наставления не свалиться в бассейн и не скинуть в этот же бассейн нашу собаку. — Вы уже задумывались о детях? — Внезапно интересуется мисс Эванс, когда мы убирали посуду после ужина, вынуждая меня замереть от неожиданности. Дети? Мы встречаемся — то около года. — Мам, перестань спрашивать каждую мою девушку о том, когда она принесет тебе внуков. — Крис заносит из гостиной салатник и убирает его в посудомоечную машину. — А что в этом такого? Ты уже столько сделал для Иветты… — Мам. — Пока не самое подходящее время для детей, учитывая, что мы судимся с моей семьей. — Для детей по факту никогда не бывает подходящего времени. — Философия от Лизы Эванс. — Шутливо выдает Крис и женщина отвешивает ему материнский подзатыльник, из-за чего я заливаюсь смехом и включаю посудомойку на долгий режим. — А вообще, думали об этом незадолго до вашего приезда. — Крис! — Я укоризненно на него смотрю и теперь уже сам Эванс начинает смеяться, а его мать лишь качает головой и говорит что — то вроде «Ох уж этот Кристофер», затем возвращаясь к отдыхающей в гостиной семье. — Спасибо, что не начал рассказывать где и как мы это делали. — Лучше так, чет она будет гипнотизировать тебя на беременность. За день до назначенного слушания Крис забирает меня с работы в очередной раз бубня себе под нос о том, что я могла бы позволить себе не работать, но после раза десятого я уже перестала обращать на это любое внимание. Выкидываю ватный шарик в мусорное ведро прежде, чем сесть на пассажирское сидение и ловлю на себе непонимающий взгляд голубых глаз. — Плохо себя чувствуешь? — Что? — Он смотрит на мою руку, откуда я убирала ватный шарик. — А, да нет. Ежегодный осмотр — ничего интересного, его проходят все. — Я не прохожу. — А стоило бы. Он шутливо что — то бубнит, выезжая с парковки. Абсолютно обычный день с кучей покупок продуктов и всякой мелочи домой, вечером мы ещё раз пообщались с нашими адвокатами, готовясь к утреннему слушанию, на которое мы приехали немного раньше нужного и в итоге я даже успела разнервничаться. Из-за судебного постановления я не была в курсе всего происходящего в этом судебном разбирательстве, но судя по воодушевленному настроению самого Криса и наших юристов — всё было определенно не плохо. Слушание по частному иску против Райана состоялось несколькими днями ранее и ему было запрещено предписанием приближаться ко мне и Крису, плюс его обязали оплатить моральный ущерб от преследования и вторжения в личную жизнь и один год условного ареста. Скорее всего именно по причине условного ареста я сегодня не увидела его в зале суда так же, как не видела и свою мать. Только отец активно разговаривал со своими юристами, пока не вошел судья. Так как я не являлась частью этого процесса — мне пришлось сидеть в самом зале, а не рядом с Эвансом перед судьей. Стороны один за другим приглашали многочисленных свидетелей, других истцов по данному делу и через четыре часа у меня уже разболелась голова от усталости. Данный судебный процесс был открытым, но без заседания присяжных, к моему удивлению. Мы делали несколько небольших перерывов, чтобы освежить голову и посовещаться, но особой пользы это не приносило лично моему состоянию. Не представляю, насколько тяжело было самому Крису, который напрямую участвовал в заседании. Когда судья удалился для вынесения приговора, моё сердце ушло в пятки и совершенно невольно я подалась к небольшому деревянному ограждению, касаясь любимого плеча Криса и ища в нем немного поддержки. Отец приковал ко мне взгляд на несколько долгих минут, но Эванс отвлек меня от этой игры в гляделки и коротко поцеловал в губы, шепнув, что всё будет хорошо и шансы на нашей стороне. В любом случае, в ближайшие минуты это всё закончится. Судья возвращается через сорок минут, когда у меня уже рубашка прилипла к спине от волнения. Звон в ушах не дает услышать всё постановление, но то, что нужно — я слышу четко и ясно, как солнечный день. »… соучредители фонда приговариваются к полному возврату денежных средств всем благотворителям, в том числе если это обяжет их выставить частные дивиденды на продажу в целях закрытия задолженностей перед частными лицами и медицинскими центрами. Так же всем учредителям накладывается запрет на ведение бизнеса, они не имею права занимать управляющие позиции в любых организациях сроком на 10 лет. Мистер Нолан Кларк так же приговаривается к выплате штрафа штату в размере двух миллионов долларов и к ограничению свободы сроком на восемь лет и семь месяцев в федеральной тюрьме штата. Он может быть освобождён под залог раньше срока. Суд учел возможные связи и финансовое положение семьи Кларк и установил сумму залога в виде невозвратного взноса в размере трех миллионов долларов и миллиона в качестве сверхзалога… » Он разорен и сядет в тюрьму. Внутренне я безумно ликую и Крис это замечает, когда кидает на меня взгляд. Судья заканчивает зачитывать приговор и несколько мгновений в зале висит мертвая тишина, а после моего отца берут под стражу и уводят. И только в этот момент я окончательно чувствую всё облегчение. Крису больше никто не будет угрожать разрушить карьеру и мы наконец — то можем просто быть обычной парой. Мы принимаем поздравления от юристов и всё происходит как в тумане. По пути домой Эванс предлагает заехать в ресторан отметить это, а я не планирую отказываться.

Мы сворачиваем в любимый Нобу.

Он помогает устроиться мне за столиком, к которому хостесс добродушно нас приводи и, извинившись, отходит до бара. Проверяю почту, дожидаясь возвращения Криса, разбирая многочисленные уведомления с поздравлениями и в куче этих оповещений нахожу сообщение из своей же лаборатории с результатами анализов, которые вчера сдавала. Продолжаю читать, не веря своим глазам и вернувшийся Эванс с довольный улыбкой на губах ставит передо мной на столик бутылку шампанского. — Мы так долго со всем этим боролись, что заслуживаем завод шампанского, отмечая эту победу. Я так тобой горжусь, что ты смогла встать против всех и … Ив? Не может этого быть. — практически шепотом выпаливаю я, поднимая взгляд на Эванса и его улыбка медленно сползает с лица, сменяясь непониманием. — Пришли результаты из моей лаборатории. Он мгновенно бледнеет. Мне пришли результаты из лаборатории, специализирующейся на онкологии и я явно не выгляжу счастливой прямо сейчас. — Ты… У тебя…. — Нет — нет. — Поспешно его успокаиваю и делаю несколько глубоких вдохов, вновь заглядывая в телефон и вновь перечитывая текст. — Я беременна, Крис. Спектр его эмоций, сменяющихся друг за другом невозможно передать словами. От мертвой бледности он за несколько мгновений изменился до невероятно счастливой улыбки и переспросив ещё несколько раз уверена ли я в этом, после лишь громко воскликнул «Ес!» и вытащил меня из-за стола, сгребая в медвежьи объятия, а после осыпая всё лицо многочисленными поцелуями. — Это лучшее, что ты могла мне сказать сейчас. — Вставляет он по слову между поцелуями. — Я так тебя люблю. Немного отстраняюсь от него и расплываюсь в улыбке. — Спустя год ты впервые это произнес, Эванс. — Он не отвечает и лишь просит официанта убрать не открытую бутылку шампанского, после вновь меня целуя.