Transmutations

После выдавшейся недельки Гарри считал минуты до того момента, когда сможет сбежать с работы на блаженную свободу. Время тянулось весь вечер, и Гарри мог бы поклясться, что оно делало это только для того, чтобы помучить его. Теперь, когда у него не было Рона, который отвлекал бы в менее напряженные периоды работы отдела, минуты простоя были чем-то вроде пытки. Не помогало и то, что было несколько других авроров, которые играли на остатках нервов Гарри, словно им от этого было весело. Он был в семи минутах от побега, его глаза были прикованы к часам на дальней стене, в то время как секундная стрелка тикала почти преступно медленно, когда папка с делом упала ему на колени. — Новое задание для тебя. Гарри изо всех сил старался не скорчить гримасу. Судя по выражению лица Чедвика, он не совсем преуспел. — Проблемы, аврор Поттер? Напомнив себе, что этот человек был его непосредственным начальником и главой отдела, Гарри проглотил первый пришедший на ум ответ, который звучал примерно так: «Обожаю, когда мне швыряют вещи на причинные места, особенно такие дрочилы, как ты». — Нет, сэр. — Хорошо. Я предлагаю вам ознакомиться с ним прямо сейчас. Гарри открыл файл и просмотрел первую страницу. — Ограбление? Аврор Чедвик закатил глаза. — Попробуйте прочитать немного дальше, аврор Поттер. Если бы это было так просто, я бы не отдавал это вам сейчас, не так ли? Зачем тратить такой впечатляющий актив на то, что самый младший из авроров мог бы решить за день? Доказав, что он обладал гораздо большим самообладанием, чем многие могли бы ему приписать, Гарри снова промолчал над комментарием, пропитанным сарказмом. Он чувствовал, что, вероятно, сейчас не время упоминать, что аврор Чедвик давал ему множество бесполезных заданий за последние несколько лет — по сути, с того момента, как Чедвик возглавил департамент почти четыре года назад. Этот человек, казалось, был полон решимости доказать, что ни Гарри, ни Рон не заслужили своих мест в рядах авроров, не выполнив минимальных требований к работе в отношении экзаменов, которые они должны были сдать перед отъездом из Хогвартса, и плевать ему было на то, что они были непосредственно наняты новым министром магии, или на все мелочи типа мы-победили-самого-злого-волшебника-последних-поколений. Гарри понял, что спорить по этим двум пунктам бесполезно примерно через три дня работы под руководством аврора Чедвика. Тот факт, что Рон недавно с концами ушёл из Министерства, чтобы пойти работать на Джорджа, только подтвердил аврору Чедвику то, что тот считал неминуемым. — Да, сэр. Извините, сэр. Я сразу же займусь этим. — Я прослежу. Взгляд аврора Чедвика метнулся к большим часам на дальней стене. — Я полагаю, что сейчас слишком поздно, чтобы вы могли провести какое-либо стоящее расследование, — Гарри сумел не усмехнуться, так как прекрасно знал, что было почти одиннадцать вечера, — но обязательно займитесь этим прямо утром. Я бы хотел, чтобы с этим побыстрее покончили. Да, мы же из кожи вон лезем тут, чтобы держать дела открытыми как можно дольше, ничего здесь не делая, — подумал Гарри. — Конечно, сэр. Наблюдая, как аврор Чедвик выходит из отдела, предположительно направляясь домой, Гарри открыл ящик своего стола и сделал еще одну отметку в блокноте, который уже был довольно-таки пухленький. После минутного размышления он добавил вторую отметку. Да. По крайней мере дважды он держал рот на замке, когда хотел что-нибудь возразить своему начальнику, тем самым спасая себя от увольнения или ещё чего похуже. Гарри фыркнул и закрыл ящик. А Гермиона думала, что у него вообще нет чувства самосохранения. === Что касается дела, то оно было обманчиво запутанным. Гарри был уверен, что раскрыть несколько краж со взломом действительно не должно быть так уж сложно. Большинство таких преступлений были довольно простыми. Кто-то вломился в дом или на предприятие, забрал несколько вещей и оставил на месте происшествия несколько характерных улик, которые помогут правоохранительным органам довольно эффективно определить преступника. Гарри был уверен, что такого рода вещи было легче делать с помощью магии, чем если бы он и другие авроры были вынуждены использовать только методы расследования маггловской полиции. Время от времени они натыкались на место преступления, где кто-то особенно умело заметал следы, или мотив был не сразу ясен, но здоровое сочетание инстинкта, хорошей работы с заклинаниями и строгого исполнения процедур расследования авроров творило чудеса для получения убедительных выводов в разумные сроки. Это дело оказалось досадно несговорчивым. В общем-то, все, чем Гарри действительно нужно было заняться — это базовые вещи касательно рапортов о преступлениях. У него был список людей, которые сообщали о предметах, украденных из их домов или мест работы, — предметах, которые, казалось, ясно указывали на связь с алхимией, тем более, что почти все заявители были по профессии алхимиками, плюс один затесавшийся странный зельевар. Проблема с попыткой раскрыть это дело на самом деле заключалась в том, что не было практически никаких доказательств судебной экспертизы и четкого мотива. За последние две недели было украдено множество вещей, от запасов неблагородных металлов до различных растворителей и растущего числа заметок и текстов по алхимии. К чему бы ни стремился преступник в качестве конечной цели, Гарри просто не мог отслеживать всё это без лучшего знания самой алхимии. А это означало, что пора подумать о том, чтобы найти кого-то с такими знаниями. — Тебе нужен настоящий алхимик, если ты собираешься чего-то добиться в этом деле, — сказала Гермиона за чаем, бросив на Гарри взгляд, с которым он уже давно был знаком. Такой взгляд она бросала на него в Хогвартсе, когда они с Роном пытались заставить ее помочь с их школьными заданиями, как только поняли, что просто спрашивать ответы не работает. Но обычно это заканчивалось лекцией, которой гордились бы матери и учителя во всем мире. — Я имею в виду, я польщена, что ты думаешь, что я так много знаю об этом, но на самом деле это никогда особо не интересовало меня. Я была бы более полезна, если бы дело касалось арифмантики, Мерлина ради. У вас же должен быть доступ к людям, которые специализируются на такого рода вещах, с ресурсами-то Департамента магического правопорядка? Гарри вздохнул и склонился над своим недоеденным сэндвичем. Он подозревал, что Гермиона, скорее всего, перенаправит его пойти и проконсультироваться с кем-нибудь, обладающим более глубокими знаниями в области алхимии, но он все равно думал, что стоит попробовать. Она знала ужасно много о стольких вещах, и для него было вполне естественно надеяться, что она сможет сделать несколько быстрых комментариев, которые направят его на правильный путь к завершению этого дела. — У нас есть список людей, которых можно считать свидетелями-экспертами для судебных процессов и тому подобного, но, по-видимому, у нас не было необходимости в хорошем алхимике около шестисот лет, и наш список немного устарел. Так что нет, у нас нет человека, кому мы можем позвонить и получить ответы. Гермиона взглянула на часы на стене столовой Министерства и встала из-за стола, убирая чашку и салфетку. — Ну, что ж. Если не будет какого-то другого прорыва в этом деле, ты, возможно, захочешь начать искать одного такого. И я уверена, ты знаешь, с кого мог бы начать, — многозначительно сказала она, прежде чем собрать свою довольно большую стопку папок и направиться к лифтам в свой собственный отдел. Гарри застонал, игнорируя взгляд, которым наградил его человек за соседним столиком. У него возникло неприятное чувство, что он точно знал, к чему она клонит, и решил испробовать все другие способы, какие только мог придумать, в надежде, что ему не придется прибегать к этому особо отчаянному шагу. Возможно, поездка в Хогвартс была среди этих способов. === Гарри постучал и открыл дверь в кабинет директрисы, когда она властным тоном пригласила его войти. Он был не в силах избавиться от знакомого ощущения из прошлого, что у него проблемы. — Профессор… я имею в виду, директриса, — сказал он, входя внутрь и закрывая за собой дверь. — Спасибо, что согласились встретиться со мной так быстро. Минерва МакГонагалл чуть приподняла брови. — Что ж, считайте это одолжением от бывшего сотрудника Департамента магического правопорядка нынешнему. Это, конечно, ни в коем случае не потому, что мне любопытно, в чем одному из моих любимых учеников может понадобиться моя помощь спустя годы после окончания Хогвартса. Гарри улыбнулся, внезапно почувствовав себя более непринужденно. — Любимый ученик? МакГонагалл фыркнула. — Я сказала «один из», Поттер, будьте внимателены, — покачав головой, она села на стул за большим письменным столом и пробормотала: — Совсем не изменился, ей богу. Гарри не смог удержаться от легкого смешка, усаживаясь на предложенный стул. — Итак, не хотите рассказать мне, что именно заставило вас проделать весь этот путь сюда, да ещё и в полном обмундировании? — Я надеялся получить некоторые ответы. По поводу дела, которое мне недавно поручили. Он попытался придумать, как лучше все объяснить, сохраняя при этом необходимые детали дела в секрете, и обнаружил, что смотрит на маленькую тарелку с песочным печеньем. Директриса проследила за его взглядом, громко вздохнула и пододвинула к нему тарелку. Поблагодарив ее, Гарри откинулся на спинку стула и принялся жевать. — Я знаю, что не проявлял особого энтузиазма по некоторым предметам, когда был студентом, — наконец начал он, как только прожевал полный рот печенья. — Я имею в виду, если только я не думал, что они помогут мне как аврору. И я как бы столкнулся с одной из тех областей, о которых я мало что знаю. — Скажите мне, что это не Прорицания. Гарри фыркнул, удивленный общей насмешкой в ее тоне. — Нет… Гм… Определенно нет. Более того, я даже не посещал занятия, о которых идет речь. Я думаю, что мне нужно найти кого-то, кто добился некоторых высот в своей области, или кто, по крайней мере, набрал выдающиеся баллы по Ж.А.Б.А., когда был студентом. Я полагаю, что, поскольку вы преподавали здесь так долго, прежде чем занять этот пост, вы могли бы знать кого-то, кто был особенно заинтересован или сведущ в этом предмете. На самом деле у него было две причины задавать ей подобные вопросы. Ему действительно нужны были имена каких-либо специалистов в этой области, но он также хотел знать, были ли какие-либо студенты, которые разнюхивали что-то в этой области, так же, как он сам (ну, и молодой Том Риддл, на самом деле) когда-то вызывал интерес профессоров, когда спрашивал о предметах, возможно, слишком далеко выходящих за рамки традиционной учебной программы. Возможно, они могли быть потенциальными подозреваемыми в этих кражах. — Ну, выкладывайте, Поттер. Я не смогу вам помочь, если вы не скажете мне, что вам нужно. Уроки скоро заканчиваются, так что, если вы не хотите, чтобы вас окружали толпы учеников, которые все еще считают вас чем-то вроде знаменитости, или, по крайней мере, захотят узнать, что именно делает аврор в их школе, возможно, вы захотите поторопиться. — Э-э, верно. Был ли кто–нибудь, кого вы можете вспомнить — бывший профессор или студент в любое время во время вашего пребывания здесь, кто был исключительно заинтересован или талантлив в алхимии? Брови МакГонагалл поползли вверх. — Алхимия? — Ага. — Есть четыре бывших студента, которые сразу приходят мне в голову и которые соответствуют вашему описанию, мистер Поттер, и два профессора на пенсии. В этом и прошлом году не было достаточного интереса, чтобы предлагать её в качестве предмета, иначе, я полагаю, вы бы разговаривали с преподавателем вместо меня. Гарри кивнул. Конечно, он сначала проверил это. — Очень хорошо. Я могу написать вам список. Она потянулась за пером и начала писать аккуратный список имен на куске пергамента, остановившись, чтобы посмотреть на него поверх оправы очков. — Но если вам действительно нужен специалист, есть одно имя, которое превосходит их всех. И на вашем месте я бы перестала притворяться, что его не существует. Перерастите это, Поттер, и нанесите ему визит. Гарри постарался не поморщиться. — Да, мэм. Спасибо. Он надеялся, что у нее будет зацепка получше, чем та, которую он избегал. Это был тот же человек, на которого намекала Гермиона. — Я ценю вашу помощь. И печенье. — Было приятно снова увидеть вас, Поттер, — сказала она, подводя его к двери своего кабинета и сопровождая вниз по лестнице. — Оставайтесь на связи. Дайте мне знать, если вы захотите пообщаться с некоторыми старшекурсниками по Защите от Темных искусств или как-нибудь помочь профессору Маккитрику с практической демонстрацией или гостевой лекцией. У нас действительно есть несколько студентов, которые проявили большой интерес к этому предмету, и они могли бы принести большую пользу. — Да, звучит заманчиво. Теперь, когда он был более чем на год или два старше таких студентов, Гарри чувствовал, что он действительно был готов к такого рода вещам. Плюс, это дало бы ему день вдали от Чедвика. — Я пришлю сову с возможными вариантами после того, как закрою это дело. — Спасибо. С этими словами она повернула налево, оставив Гарри идти направо, тем же путем, которым он пришел. Как только она ушла, он развернул кусок пергамента, который она вручила ему через стол, и почему-то все еще надеялся, что не найдет там написанного одного конкретного имени. Зря надеялся. Последнее имя из шести написанных, подчеркнутое жирной линией, которая говорила даже больше, чем тон директрисы, было именем, которого он одновременно ожидал и боялся: Драко Малфой. === — Гляньте-ка, Поттер расслабляется на работе. Не думаю, что ты хоть немного приблизился к раскрытию дела о кражах со взломом? Гарри поднял голову, убирая руку от глаз. Он не дремал, ничего такого, ради Мерлина. Но взгляд, который аврор Биланд бросил на него со своего места, стоя перед столом Гарри, ясно указывал на то, что он думал, что Гарри не справляется со своими обязанностями. На самом деле, он пытался немного подбодрить себя, ему нужно было подготовиться к общению с человеком, к которому вселенная продолжала подталкивать его, несмотря на явное отсутствие энтузиазма. — Я работаю над этим. — Да? Что-то не похоже, что ты очень усердно работаешь, приятель. Ты же знаешь, что нельзя вечно почивать на лаврах. Возможно, тебе действительно придется раскрывать хоть какие-то дела. Гарри почувствовал, как горячая смесь гнева и раздражения поднимается в его груди, и он открыл рот, чтобы сказать о том, что его показатель закрытых дел был значительно выше, чем у Биланда, и фактически был вторым по величине во всем отделе. Но как раз в тот момент, когда он сделал глубокий вдох, чтобы сделать это, аврор Чедвик подошел сзади к Биланду и хлопнул его рукой по плечу. — Ну-ну, аврор Биланд. Я уверен, что Поттеру и в голову не придет пренебречь своими обязательствами. Без сомнения, он обдумывает какое-то очень важное дело. Не так ли, Поттер? — Вообще-то, я как раз собирался уходить, — сказал Гарри, стараясь казаться совершенно невозмутимым. Это было трудно сделать, когда все, что он хотел сделать, это хорошенечко так врезать в квадратную челюсть Биланда. Бертрам Биланд был одним из личных любимцев Чедвика, сыном кузена сестры брата какого-то племянника или что-то в этом роде. Когда Рон еще был аврором, у Гарри, по крайней мере, был кто-то еще, с кем можно было перемыть ему кости. Рон очень классно пародировал этого парня. Но теперь Рон был занят с Джорджем в магазине, и у Гарри не было никого, на кого он мог бы положиться, чтобы пошутить над его нелепым носом, или глупым голосом, или даже кого-то, кто назвал бы его аврор Белл-Энд за его спиной. Черт, Гарри иногда так скучал по Рону. — О? Чувствуешь, что заслужил короткий рабочий день, не так ли? — спросил Биланд, фыркнув, когда Чедвик ушел. — После того, как весь тут упахался? Гарри на мгновение представил, как заколдовывает обоих мужчин, но вместо этого встал и накинул мантию. Чего бы он только не сделал за возможность сразиться с одним из них в тренировочном зале хотя бы минут десять. Он мог бы заставить, по крайней мере, Биланда дважды подумать о том, чтобы быть таким засранцем. И, учитывая то, как Биланд избегал его в тех редких случаях, когда они оказывались на тренировках одновременно, Гарри был почти уверен, что тот это тоже понимал. — Мне нужно кое-кого опросить, — вместо этого пробормотал Гарри, протискиваясь мимо своего коллеги на выходе из отдела. Он мог справиться только с одним засранцем в день, прежде чем сорвётся окончательно. И он был таким везунчиком, что обменял Биланда на Малфоя. Ну разве не чудо?