липучка

      Амина ежилась от холода и недовольно морщила нос.        -Да почему не могут купить теплых ботинок и носков?        -А перчаток новых не хочешь? — Том продемонстрировал свои, штопаные-перештопаные, такие заношенные и застиранные, что напоминали сеточку, а не зимнюю одежду.        -Но мы же получали заказ из мастерской. Там оптом покупалась ткань. Почему не купили еще немного по низкой цене для приюта? Мы бы и сами себе сшили и связали… — Амина запустила ледяные пальцы в шерсть Арбузика, котик возмущенно заорал, но драться не стал.        Рыжий верзила снова попросил показать трюки с котиком, каждый раз он радовался, как ребенок, а за это дал Амине сморщенное желтое яблочко.        -Спасибо! — Амина сняла перчатки и разломила яблочко напополам.       -От как у тя выходит? — чесал парень в затылке.        -Он издевается? — скривился Том, принимая у Минарки половинку яблочка.        -Ну так он же не колбасами торгует, чтобы сосисками угощать. Я и за такую мелочь благодарна… А, ты про это? — Амина взмахнула своим кусочком яблока. — У него просто руки огромные, он яблоко не рвет, а крошит, вот и удивляется, что я разрываю яблоки пополам. А Сати молодец, но мы все равно начинаем выглядеть, как доходяги.        -Потому что в приют закупают дрянные продукты.        -И готовят дрянные рецепты, — поддержала компаньона девочка. — Как подумаю про каникулы…        -Нда, туго нам придется, нас же не выпускают…        -О! А если!.. умгум, а где мы их положим?        -Что задумала?        -Можно ведь попросить Сати наделать сухариков из чапати. Много мы на шкафу не спрячем, но все же…        -Это те лепешки, с которыми мелкие Чараны бегали?        -Ну да. По одной в день…        Том скривился. После вкусной свежайшей выпечки с разной начинкой давиться сухариками не очень хотелось.        -Почему не паратхи?        -Потому что они с начинкой и на масле жаренные. Испортятся, придется выбросить. Бесполезная трата денег.        -Кстати, а тебе не кажется, что Сурия приуменьшил сумму, за которую продает яд?       -Это несложно узнать. Прокрадусь в аптеку за ним и увижу, сколько ему платят… Но думаю, ему и правда платят мало, он же индус!        -Так может стоит поискать другого посредника?       -Думаешь? — дети свернули в переулок и им заступил дорогу мужчина.        -Ну здравствуй, красавица! — засюсюкал дядька и оскалился щербатой ухмылкой.        -Дамир, почему у меня такое чувство, что он рассматривает меня, как молодую курочку в мясной лавке?        -А от смотри, что у меня есть! — мужик достал из кармана длинную сливочную карамельку в желтой бумажке.        -Он серьезно? — Амина выпучила глаза. В памяти Ульяны было четкое правило — не брать у мужчин конфет и никуда с ними не ходить.        Тому ситуация не понравилась от слова совсем. Его чуйка звенела от исходящей от субъекта ауры опасности.        -Любишь сладкое? На, бери! У меня еще есть…        -Не родись красивой! — вздохнула Амина. Она успела подзабыть про всяких нехороших любителей маленьких девочек. Точнее, пока она пыталась совладать с двоящимся сознанием в доме Веро, в приюте было столько проблем, что она решила применить метод Скарлетт и все, что не касалось проблем «здесь и сейчас», отложила «до завтра». Но вот оно, «это завтра», капает слюнями на ее кукольное личико. — Мистер, но разве вежливо подходить и заговаривать с юной леди, не будучи ей представленным? — хамить с лицо сразу и провоцировать на агрессию пока не стоило. Мало ли, вдруг у него сообщники рядом? Дадут им с Томом по макушке, и никакая магия не спасет… А со связанными руками не поколдуешь, Том ведь делал пассы, чтобы вызвать огонь. А ветродуй… ну встанут у похитителей волосы дыбом от ее способностей, а дальше что? Ждать, пока они сдохнут от смеха?       -Оу, какая славная мамзеля! — стал дурачиться мужик. — О, простите, вашество. Меня кличут Стивен Костыль!        Амина осмотрелась — стену дома опоясывал небольшой выступ. Она опустила котика на землю и шепотом велела забраться на стену, а потом прыгнуть на большого человека и разорвать его. Встала и сделала глубокий книксен.        -Приятно познакомиться, Амина Котлубовская. Если это все, то мы пойдем!       Костыль нехорошо ухмыльнулся и сделал шаг к девочке, поглядывая краем глаза на пацана.        -Возьми конфетку! Не обижай дядю Стивена…        -Сладкое перед обедом вредно, аппетит перебью…        Том видел, что Арбузик шагает по выступу, задрав хвост и вздыбив холку. Его задача была прыгнуть сверху и исцарапать, чтобы отвлечь мужчину от детей. Арбузик справился на ура, он принялся полосовать человека, что посмел обидеть его Мину!!! Костыль взвыл от боли, завертелся, пытаясь сбросить кота, Амина кивнула Тому на сломанный деревянный ящик. В четыре руки они принялись со всех сил колотить ящиком об брусчатку, чтобы ящик развалился на куски. Ухватив по доске, ребята бросились на помощь Арбузику. Амина ловким ударом под колени сбила Костыля с ног, а Том приложил его пару раз по голове.        -Он умер?        -Нет. — Амина велела котику бросить каку и принялась комочком снега отмывать ему лапки.       -Уходим?        -Не, — Амина пнула Костыля носком ботинка. — Нельзя его просто так оставлять. Он явно за мной пришел. Уж очень я своей кукольной мордашкой среди здешних кикимор выделяюсь. А если он не для себя, а на заказ?        -Оу! — Том слышал про девочек, которые периодически пропадали на улицах. Иногда их находили. Вот только они уже были мертвы…        -Нас все знают, да и маршрут от приюта в школу один. Выследить и подкараулить не сложно. Может привести подмогу, а от трех и больше человек мы даже с Арбузиком не отобьемся.        -И что делать?        -Ой, что-то меня тошнит… Так, убивать нельзя, слишком близко к приюту. Так, а если… Арбузик, следи за периметром! — Амина вооружилась ржавым гвоздем, что выпал из обломков ящика и стала наносить ему глубокие царапины на лице.        -Ты что делаешь?        -Свастику ему на морде рисую. Счас еще пентаграмму и пару буков… О, прочухался? Н-на тебе! — Амина снова треснула его по голове. — Так, Дамир, теперь тебе нужно постараться! Сделай этому отбросу БОЛЬНО! — Амина наступила Костылю на ладонь и принялась углублять царапины от когтей Арбузика, чтобы не сразу было понятно, чем нанесены раны. Том сделал пару пассов и тело Костыля задергалось.        -Я не испачкалась? — Амина отряхнула ручки, велела Арбузику бежать домой и осмотрела Тома. — Крови нет, грязи… сойдет. Так, утром Коннор был на участке через два квартала… Ну что, пойдем выполним гражданский долг?        -Ты что, хочешь позвать бобби? Костыль же нас выдаст! -Ну, судя по луже под ним, он уже потерял много крови. Н-на, сволочь! — она снова приложила зашевелившегося мужика доской по затылку. — Вот, теперь он никуда не уйдет. Так, счас я его прокляну, у него будет горячка. А еще гвоздь ржавый, грязь, инфекция в ранах… Он очнется не скоро. Пошли плакать и приводить к бедному дяденьке полицейского? А, стой! — Амина быстро порылась в карманах Костыля и достала несколько фунтов. — Моральная компенсация! Так, давай вон под тот ящик спрячем…        -А если кто найдет?        -Значит, не наше. Забежим сюда утром, по дороге к Чаранам, им и занесем.        Коннора нашли быстро, Амина мастерски изобразила трепетную фиялку, которая увидела ТАКОЕ!!! Так что Коннор пошел за детьми, осмотрел тушку Костыля, оглянулся на детей — Том заботливо поддерживал Амину, которая старательно бледнела и изображала девицу в полуобмороке.        -Так, брысь отсюдова! И о находке ни слова!        Детей как ветром сдуло.        -Бедный Коннор! Ему только сатанистов на участке не хватает для полного счастья! — хихикала Амина.       -Почему ты его не убила?        -Потому что не было свидетелей, что я себя защищаю. Не хочу в тюрьму…        -Так никто бы не узнал.        -Сегодня выпал снег, в переулке были три следа от наших ботинок. Если бы там был хоть один отпечаток взрослого, я бы рискнула.        -Коннор может задуматься… И начать задавать вопросы.        -Главное правило вранья — не отступать. Что он может от нас узнать? Шли домой из школы, услышали шум, увидели дядю, испугались и побежали к нему. А если Костыль начнет на нас бочку катить — ну так он же болел, горячка ему мозги повредила.        -На словах у тебя все складно.        -Надо будет как-то добраться до моего сундука. Если там есть книга про Шерлока Холмса… классика детективного расследования, дедуктивный метод, реконструкция событий на основе разрозненных фактов. Зная, как мыслят бобби, я могу до бесконечности водить их за нос… Но как же бесит, что я должна еще девять лет здесь торчать!!! — Амина едва не плевалась, проходя сквозь калитку приютской ограды.        Они со вздохом съели холодный обед и потопали делать уроки. Пеппер все еще приходила наблюдать за детьми, но с каждым днем становились все заметнее симптомы болезни, она уже два раза описалась и дети готовы были съесть свои шапки, если в ближайшее время директриса ее не заменит. Телесная немощь другого человека, на фоне ее собственных проблем с желудком, миссис Коул только раздражали. Так что они с улыбкой смотрели на то, как миз Пеппер пытается вязать. Получалось у нее теперь отвратительно, она путала узор и пропускала петли.        Совместными усилиями дети дистанционно обвалили полку в кладовой, чтобы спокойно подняться в комнату Тома. Ведь пока взрослые заняты, никто не станет проверять его каморку.        -Лучше нагреть воду в чашке. — Амина шмыгнула носом и принялась подбирать листочки для настоя. Том принялся дозировать огонек, чтобы вскипятить воду в чашках, вот только глядя на потрескавшуюся глазурь на стенках фаянсовых изделий Амина вздыхала — не догадалась заказать металлические кружки, избалованная воспоминаниями Ульяны о микроволновке.        -А ведь зима только началась, до Рождества неделя…       -Это не зима, это… Да кто зимой выпускает детей с голыми ногами на улицу! Типо, кто не заболел, тот молодец? Что еще за естественный отбор?        -В Лондоне не часто идет снег зимой…       -Потому что он тает и покрывается сажей, превращаясь в грязную жижу, — ворчала Амина, грея пальцы о бока чашечки с горячей водой. — Как ты только выжил без нормальной еды и настоев?        -Ну, поганенько, — признал правду Том.       -Потому что у тебя меня не было. У тебя опыт, у меня теория… Идеальная команда!        -Люди злые…        -Не, Дамир, не греби всех в одну кучу. В приюте попа полярной лисы с персоналом, это да.        -Если послушать тебя, то нашему приюту самое подходящее название это «Приют полярной лисы!»        -А что, звучит! И тем, кто в теме, все кристально ясно и понятно. Но ведь есть в мире и нормальные, тот же Коннор, торговцы… Коннор прогнал нас, чтобы мы не оказались замешаны в расследовании, торговцы нам рады и даже стали угощать, Чараны продают яд и пекут нам пирожки… Тот же композитор, что вывел меня из магазина — я же просто сопля, каких на улицах сотни, но он не выдал меня клерку и помог. Хорошие люди есть.       -А ты? Ты хорошая?       -Ох-ох… Да. И мне сейчас та-ак плохо! — Амина протянула руки к Тому. Тот отрицательно помотал головой и отодвинулся. — Мне правда плохо. И внутри больно… Пожалуйста!        Том с недовольным видом разрешил себя обхватить. Амина обняла мальчика и прижалась к его туловищу.        -В чем смысл этих тисканий?        -Так я получаю душевное тепло…        -Тепло? От меня?!        -Ну так душа у тебя есть. Вот только тебя не обнимали раньше, потому и не понимаешь… А то, что чувствуешь себя не комфортно, это нормально. Тебе просто надо привыкнуть…       -И как часто ты собираешься меня тискать?        -Но ведь сейчас у меня есть только ты… Нет, Арбузик котик, он и так тебя каждый день выручает, но мне его мало. Только ты знаешь, какая я на самом деле… Не показная святоша в церкви, не пай девочка в школе, не милашка с рынка. Я как домашний цветок, что из горшка попал на улицу. И есть только два пути — погибнуть или выжить, отрастив шипы.        -И пасть, как у венериной мухоловки.        -Плотоядная ромашка! И яд с клыков кап, кап! Пш-ш-ш!        -Ты неправильная девчонка.        -И ты никому не расскажешь про этот маленький секретик! — Амина разжала руки и улыбнулась, посылая Тому лучи добра. Ох, как же с ним трудно! Вот, снова душу пришлось наизнанку вывернуть. Врать ему нельзя, он же вранье чует за версту, полиграф ходячий.        Дети выскользнули из комнатки Тома и короткими перебежками выбежали во двор. В конце осени зарядили дожди, земля у сарая была мокрой и вязкой, так что расчертить поле и поиграть хотя бы в шашки было невозможно.        -Слушай, а если сделать собственную игру? Есть же шахматы, нарды… что мы, правил для ходов не придумаем?        -Но как быть с доской?        -А если без доски? — Она вытащила кусочек мела, который носила в кармашке в обрывке газеты, чтобы не пачкать одежду, и принялась чертить на каменной кладке. — Смотри, берем две линии… в помещении это будут края плиток, доски пола, да что угодно, что обозначит две линии. Вот тут камешки побольше, это дома…        -Замки. А маленькие — войско! — включился в мозговой штурм мальчик и выхватил мелок, чтобы добавить к рисунку своих деталей. Через полчаса они определились. Игра будет динамичной, то есть на «доску» можно поместить что угодно — листок, нитку, щепотку песка — это ландшафт. «Лес», «реку» и «гору» можно обойти, можно преодолеть, такая игра развивает воображение и еще не скоро наскучит. А вместо кубика надетый на обломок веточки кусочек бумаги, на котором написаны цифры от одного до шести. Покрутить волчок, каким ребром станет, столько шагов камешки делают. Вот подходящих камешков разных цветов было нелегко найти, так что начали играть с теми крохами, которые удалось найти во дворе. Серых осколков было множество, а вот камешки другого цвета они искали до ужина, но нашли меньше десятка подходящего калибра.        По району поползли лютые слухи о сатанистах, Амина только в кулачок посмеивалась, делала круглый ротик и кивала головой, как китайский болванчик, когда торговцы наказывали им не говорить с незнакомцами.        -Ты такое планировала?        -Да ты что! А если нам урежут время на дорогу? Так, до весны никого не режем!        -А если снова поймают?        -Натравлю Арбузика! Ему в прошлый раз понравилось!        Перед рождеством ожидали визита Комитета и мистера Вула. Детей по очереди загоняли в ванную, чтобы вымыть им волосы. Амина подмигнула Тому и они убежали в его комнатку.       -Так, зажигай ладошки, я подую тебе на волосы теплый воздух. Еще не хватало простыть!        Она аккуратно дула нагретый воздух, отмахиваясь от противного голоса в голове, который дразнил ее феном.        -А ты? Ты же не сможешь дуть себе на волосы…        -Я что, зря в тебя вколачивала основы физики? — Амина притворно возмущалась, напирая на тощего Риддла своей не менее тощей тушкой. — Сейчас из полотенца соорудим купол, я с твоих ладошек дуну воздух вот сюда…        -Горячий воздух пойдет вверх! А там полотенце и он задержится!        -Умница, возьми пирожок на полке!        -У нас нет пирожков на полке, только лепешки на шкафу! И я не представляю, что будет, если туда кто-то заглянет!        -Мгу, а если… я помню символы-обереги. Если их мелом нарисовать…        -Думаешь, поможет?        -Ну так слова же работают! Надо и другое из сказок попробовать. Кстати, раз ты представитель британской ветви, может, тебе слова из ваших сказок подойдут?       -Предлагаешь начать читать сказки?        -Почему нет? Ты вообще нетипичный представитель магов, в отличии от меня. Ты со змеями дружишь, а у меня кот!        -Ты неправильная ведьма! И кот у тебя не черный!        -Какое же это мыло противное! У меня вся голова теперь чешется!        -Терпи. Если вздумаешь чесаться во время визита, получишь и по первое число…       -И по десятое. Я не могу! Каникулы только первый день, а я готова на потолке повиснуть! Мне здесь плохо! Я хочу на улицу!       -Две недели…        -Вечность…        Домашние дети не понимали, почему сладкая парочка не радовалась Рождественским каникулам. А чему тут радоваться? Из-за холодов и так пришлось сократить дойку подружек Риддла до одного раза в неделю. Соответственно и денег стало меньше. Амина прям кожей чувствовала напряженный взгляд Сурии Чарана, она все собиралась с ними поговорить, но сделать это нужно без Тома, иначе вся ее кропотливая работа по очеловечиванию этого волчонка пойдет прахом. И вопрос, подпустит ли он ее ближе, чтобы она смогла начать все сначала. Вся проблема в зверином чутье Тома. Не дай Бог Сурия решит их обжулить… Том же почует вранье сходу, он же индуса раскатает, как Сита тесто для паратхи… Но как это сделать, если она сама приучила его ходить везде вместе? Вот задача…        Визит Комитета прошел приемлемо, Амина и Том не стали лезть вперед, подождали, пока любимчики воспитателей опозорятся, а потом поприветствовали Дам идеальными поклоном и книксеном. Амина сделала над собой усилие, улыбалась и щебетала за пятерых. Мистера Вула она поблагодарила за предоставленный домик у моря, утверждая, что там было не хуже, чем во время отпуска папеньки на побережье Франции. Дамы тут же подобрались и стали наперебой лопотать, что английское побережье лучше всякого другого в мире, куда там французикам… Амина подмигнула Тому и они забились в уголок.        -Капрал Минарка докладывает — противник деморализован и разговаривает между собой!        -Генерал Риддл доволен вашей службой!        Остаток каникул был тошным. Мрачные стены и невозможность выйти за ворота доводили Амину до черной меланхолии. Она была апатична, с тоской глядела на свинцовые тучи за окном, на серые стены, мрачные коридоры, в которых копошились одетые в серые робы сиротки. Оживала она только на время игры с камешками. Они устраивались в уголке, раскладывали камешки и девочка преображалась, снова улыбалась и фонтанировала идеями. Под конец каникул Арбузик удивил Тома, он вечером запрыгнул в окно с сосиской в зубах. Том хотел разделить ее с Аминой по честному, но она так пахла…        -Прям с сосиской в зубах пришел? Умничка…. Ладно, завтра и узнаем на рынке, он приходил туда сам или же спер где-то сосиску. И не надо мне тут рефлексировать! Я уже большая девочка и прекрасно понимаю, что такое сосиска под носом, когда живешь на приютских харчах! Съел — и на здоровье! Я их у родителей едва не каждый день лопала, а ты сколько сосисок в жизни видел? То-то же!        Тому не нравилось чувство стыда. Даже понимание, что Амина не врет и говорит то, что думает, не делало угрызения совести легче. И вообще, это же ее котик… и почему он уже третий раз приносит им сосиску, а не ест ее сам? Неужели настолько умный и понял, что они на голодном пайке?!        Первые дни после каникул были суматошные. Амина радовалась возможности покинуть гнетущую атмосферу приюта. Она широко улыбалась всем знакомым, Том еще не улыбался, но почти перестал хмуриться. Он все еще был достаточно мрачным, чтобы его не тискали, как Минарку, но и угрюмым букой больше не выглядел. Так, серьезный задумчивый ребенок, который идет в комплекте с сияющим солнышком Минаркой.        На рынке им были рады, рассказали, что котик приходил сам, но и детей торговцы тоже очень рады видеть. Мод обняла детей и вздохнула, рассматривая штопаные тоненькие перчатки и такие узенькие шарфики, что их едва хватало прикрыть шею. Том ошарашенно замер — раньше Мод тискала только Минарку, не покушаясь на его тушку.        Мистер Пибоди встретил крысиной улыбочкой. Дети в своих головах показывали ему нос — выкуси, крысюк! У них уже до автоматизма была выработана привычка — остановиться за углом и помочь друг другу привести себя в порядок. Даром, что гребешков у них не водилось и Амина использовала их самодельную кисточку для воды, орудуя другим концом — пробор у Тома от этого получался не хуже. А иногда и лучше — ведь поправляя прическу Тому, она четко видела, что делает. А другие мальчишки не носили в кармане зеркальце, так что Пибоди с удовольствием цеплялся к «везунчикам», чей пробор не соответствовал его чувству прекрасного. Чаще всего страдал Ден — у него волосы торчали, как щетина кабана. Какой пробор? О чем вы! Его шевелюру не могли усмирить даже помады для волос!        Ричардсон глаз не спускал со сладкой парочки, но они вели себя идеально. Даже слишком. Он даже высказал свои сомнения, когда дети готовили доску к уроку.        -Но я же говорила — я не люблю наказания. Вообще. Ни по рукам, ни по шее, в углу стоять тоже не хочу. Да, еще я точно знаю, кем хочу быть, когда вырасту.        -И кем же?        -Богатой и уважаемой леди. А репутацию, как и честь, нужно беречь смолоду.        -Правда?        -Ну вот представьте, что я вырасту и стану владелицей фабрики или чего-то еще. А на прием приходит кто-то из тех, кто со мной учился и начнет шантажировать, что расскажет позорный факт из детства, если я не заплачу…        -Вот это у тебя фантазия!        -Но папа мне так объяснил, почему не нужно давать материалов для шантажа. Ведь будет обидно — я старалась, создавала, работала день за днем. А кто-то будет вытягивать из меня деньги, палец о палец не ударив! Обидно…        -Инте-рессный у вас батюшка… — протянул Ричардсон. — А камешки? Вы же их каждый день раскладываете на полу, мне уже жаловались!        -Ну, у нас же нет доски для настольной игры. Летом мы на земле палочкой чертили и я учила Дамира играть в шахматы, а сейчас все мокрое…        -Но это не похоже на шахматы!        -Потому что мы придумали свою. Большие камни это замки, а маленькие как армия. Правил четких пока нет, мы можем за игру до десяти раз изменить значение хода.        Ричардсон нахмурился и смерил детишек взглядом.        -Расскажете?        -А вы запишете и вскоре в магазине появится наша игра?        Ричардсон сглотнул — таких умных детей он еще не встречал.        -Знаете, я бы хотел познакомиться с вашим отцом…        -Потому что он вырастил маленькую акулу? — Амина с космической скоростью скрипела мозгами. Довольный учитель им был нужен, если она останется одна, ей будет к кому прийти за помощью. — А знаете… если достанете бо-ольшой лист бумаги и цветные мелки, мы вам нарисуем. И правила придумаем.        -И что я должен буду?       -Ну, если вам заплатят за игру, вы бы могли нам кое-что купить…        -И что же вы хотите? Шоколада? Куклу?        -Мистер Ричардсон, ну какая кукла? Ее либо отберут, либо сломают соседки по комнате из зависти. Нет, я имела в виду новые тетрадки и хорошие карандаши.        Учитель снова удивился. Какой ребенок поменяет шоколад на тетрадки? Но просила она немного, сколько стоит хорошая тетрадка? Два, три пенса? А ведь действительно, пара лишних тетрадок или карандашей не так заметны, как плитка шоколада или кукла.        Дети за две недели начертили поле для игры на ватмане и исписали десяток листов правилами. В памяти Амины было множество разных настольных игр, так что под ее чутким руководством рождался лютый микс из нескольких стратегий, бродилок и шарад. Она вспомнила, что в книжном магазине появилась книга Толкиена про хоббита, который прошел туда и обратно. Так что карта обзавелась несколькими узнаваемыми деталями, лес стал убежищем огромных эльфов, в горах жили коренастые гномы, а в реках и озерах жили прекрасные нимфы и русалки. Ричардсон, который оставлял их после уроков и заперев кабинет, смотрел как дети работают, увлекся и сам предложил несколько ходов…        -Ну вот, теперь только красиво переписать, — Амина сложила рукописные листы и отдала учителю.        -Ты так уверена в успехе?       -А как может быть иначе? Если даже вам понравилось, значит, игра хорошая!        -Льстишь?        -Размышляю.        Игру купили. Оторвали с руками. Ричардсон пересадил сладкую парочку на первый ряд, прямо перед собой. Остальные ученики злорадствовали, ведь сами сидеть за этим столом не любили, учитель не давал бить баклуши и шалить. Ну откуда им было знать, что учитель снисходительно закрывает глаза, если подростки закончили классное задание и заняты своими делами? Он продал игру за хорошую цену, так что пока у детей были выполнены все задания, они могли тратить остаток времени на уроке для своих дел, главное, чтобы делали это тихо. Кроме того, вскоре он одарил их стопкой тетрадок и десятком мягких грифельных карандашей. Ричардсон и Том посмеялись над девчонкой, когда она обхватила стопку тетрадок и принялась танцевать по классу.        -Моя пре-елесть! — поглаживала Амина обложки и уже мечтая о том дне, когда впишет в одну из тетрадок проект для патента…        Тетрадки отправились на шкаф, Том посмеивался, что скоро Амине нужна будет тетрадь экономки, чтобы записать, что же у них там есть.        -Эти тетрадки очень полезны, когда имеешь дело с большим домом. А то, что на шкафу лежит, я и без всякой тетрадки могу перечислить.       Беседа с Чаранами состоялась раньше, чем Сурия сделал ошибку. Рохан обиделся на Минарку за то, что не дает вдоволь наиграться с Арбузиком и затеял свару, возмущаясь, что они приходят и едят паратхи его мамы! Амина попросила Чандни погулять с Дамиром.        -Я сама с ними поговорю, — мягко подтолкнула она мальчика на выход. Убедившись, что он ее не услышит, она повернулась к индусам. — Я продавать склянки аптекарю вам доверила лишь потому, что сама не могу с ним сотрудничать! Так сложно объяснить ребенку, почему не нужно орать на всю улицу про булочки, что мы от вас получаем перед школой? Вы просто не понимаете, что такое приют. Дело не в том, что я не умею работать или стесняюсь незнакомых и не могу сама продать склянку с ядом. Проблема в том, что нам негде держать деньги в приюте. Или украдут дети постарше, или отберут воспитатели. И еще одно. Дамир. Он не такой, как Рохан.        -Да, он немного старше…        -На пару десятилетий. Проблема Дамира в том, что его с рождения обижали. И он просто чувствует, когда ему врут. Так что лучше вам его не расстраивать…        -Ты что, нам угрожаешь?       -Нет. Зачем? Это факт. Если мы расстроимся и разочаруемся в вас, то в один прекрасный день мы не придем. Ни за склянками, ни за самосами. Ведь жили мы раньше без посредника для аптеки и пирожков — проживем снова. А вы готовы остаться без такого приработка?        Амина замолчала, давая Чаранам подумать.        -Меня все устраивает, пока со стороны это выглядит как благотворительность, добрая тетя кормит сироток пирожками. Так же, как торговцы на рынке вечно нам суют в руки чего-то пожевать. А яд… кто знает, откуда он у вас? На склянках только ваши следы. Оу, вы не заметили, что мы брали склянки исключительно платочками? Мы ни разу не заходили в аптеку, так что будет ваше слово против моего.        -Но как…        -Врать, юлить и не договаривать в присутствии Дамира запрещено! Я вас предупредила! Он вырос в том жутком месте, он жестокий и мстительный. Как ваши поклонники культа матушки Кали!        -Но почему ты тогда с ним ходишь?        -Ответ очевиден — я сирота, да еще и девочка, я без него пропаду. Что бы там не кричали суфражистки о равных правах, как бы я не кичилась наличием у себя острого ума, но этот мир принадлежит мужчинам. А наличие смазливого личика делает меня вечной мишенью для мужчин… Потому я заключила договор с Дамиром. Он меня защищает, а я прикрываю его спину.        -Но…        -А вы продолжайте гладить его каждое утро по голове и говорите правду. Его нужно научить верить людям.        Разговор расставил точки над и, Чараны все еще напрягались, но Сита была доброй женщиной и она не перестала гладить их по голове, вручая выпечку. Рохан молчал, хотя по его виду легко было прочитать, что он в растерянности — как это он должен молчать? Сурия смирился, ведь подросткам и правда ничего не стоило прекратить визиты в его дом…        Весна Амину не порадовала.       -Да что за погода? Дождь, туман, дождь, туман… — Амина старательно скакала с камня на камень, чтобы не черпнуть худыми ботинками стылой водички из луж. Она с завистью провожала ноги взрослых в галошах. Вот только им такие блага еще долго не светили… — Это же Коннор!        -Точно? А он совсем другой без формы…        -Коннор! Что делаешь? А, понятно. А кого выбрал? Ну я же девочка, что тут сложного? Стоишь и с улыбкой смотришь на девушек. Ну, так кто?        Том вздохнул — у Минарки снова блестели глазки, что-то сейчас будет…        Амина вытрясла из Коннора информацию и поскакала к кондитерской, у витрины которой роился цветник прекрасной половины человечества. Амина на ходу сочинила песню из обрывков из воспоминаний Ульяны. Она запела и стала плавно танцевать. Коннор застонал и попросил Тома остановить ее.        -Минарку? Ее даже локомотив не остановит. Она его оседлает и направит в нужную ей сторону, — хмыкнул мальчик, заставив бобби закрыть руками лицо.        Амина подобралась поближе к девушкам и стала показывать на избранницу Коннора. Говорят, хороша царевна живет. В каждом его вздохе твое имя живет. Он знает, что ты здесь И он с надеждой ждет!       -Минарка, прекрати! — Коннор пришел и подхватил девчонку на руки, чтобы унести.        -Ей, приятель, не теряй момент! Подари ей цветы! Пригласи в театр! В кино!!! — Амина легонько колотила парня по плечу и шептала так громко, что слышали все. — Ты куда меня несешь? Я для чего ей пела? Ей, царевна! Он будет хорошим отцом! — сложила рупором ладошки Амина и крикнула.        Коннор ее отругал, что сует нос не в свое дело.        -Чего тебе на попе ровно не сидится?        -Он мне еще благодарен будет. Скоро война, будет сопли жевать, еще долго не женится.        -Опять ты про войну…        -Не опять, а снова! У нас всего год, чтобы хоть как-то подготовиться…        -И как ты подготовишься? Шкаф не бесконечный!        -Я знаю… Бесит! Как же бесит эта зависимость от взрослых, слабое тело, отсутствие денег!       -Деньги у нас есть!        -Мало.       -Да чего ты нервная такая?        -Коул снова грозила меня в больничку отправить…        -За что на этот раз?        -Застали попой кверху.        -Что?        -Ну, я же бегаю, гоняя тряпку перед собой, попой кверху, — Том кивнул, Амина ему показывала этот способ. Вот только ему не подошло — тяжело, кровь быстро приливает к голове, руки дрожат и ноги быстро устают. Но именно после этих неудачных попыток он начал верить, что Амина лазит по стенам исключительно на мышцах, а не с помощью сил. Если она так бегает каждый день, неудивительно, что она может удерживать свой вес на кончиках пальцев. — Вот, увлеклась и не слышала шагов… получила по шее и выговор…        -Опять наблюдателя приставят?        -Ну, с наблюдателями у меня разговор короткий. А вот если придет доктор покрепче, это будет проблема.       -Не кисни, с теми врачами справились, и с этим справимся. Пошли лучше посмотрим на траву…       Трава росла слишком медленно. Они ее проверяли каждый день и с трудом сдерживались, чтобы не оборвать маленькие побеги в пару дюймов высоты. Амина как мантру повторяла, что всего пару недель и из маленького побега вырастет большой и они съедят много больше… помогали и пирожки от Ситы, благодаря им дети не так сильно страдали от голода и смогли проявить выдержку.        В корзинке стратегических запасов лекарственных листьев уже было на донышке, бузины горсточка…       -Вот, я же говорю, нужно две корзинки привезти! Ну сам подумай, мы же их экономили, ограничивали себя. А ведь на пустыре лекарств нет, только лебеда и спорыш.        Она не говорила, что планирует отдать ему одну из корзин, если он поедет в Хогвартс. Больничное крыло это конечно хорошо, но и проверенные лекарственные растения в сумке не помешают…       Весна прошла, Амина с каждым днем нервничала все сильнее, все труднее было это скрыть от Тома. Она старалась не обманывать, находила реальные поводы для тревоги. Как они привезут Арбузика на море? Кто с ними поедет?       Началось лето. Последние дни школы, дети старались поесть травы побольше, все равно до осени они сюда не смогут вырваться… Ричардсон выбил для них табеля лучших учеников, они поделили первое место. Уолт рвал и метал, он никак не хотел соглашаться. Как? Как эта тупица смогла стать лучшей ученицей всего за пару месяцев?! Амина таки сглазила его, чтобы он облился горячим кофе, так что школу покидала с чувством удовлетворения от замечательной пакости, за которую ей ничего не было!        Недели перед отправкой на море тянулись, как кошмар, из марева которого и рад бы выскользнуть, да не можешь проснуться.        Котика Амина засунула себе за пазуху, накинула сверху кофту и прижалась к Тому, чтобы хоть как-то скрыть выпирающую пазуху. Все у них вышло, они заняли свои места в автобусе, но сколько нервных клеток погибло!        В домике Амина воспользовалась моментом и заняла одноместную койку — восемь девочек в этом году «отправили на вольные хлеба», так что одноместных коек было целых шесть. Если кто и имел что возразить, то блондинка научилась осаживать скандалисток одним взглядом, нехорошо прищурившись. Даже самые туповатые девочки провели параллель между этим прищуром и слишком уж странными несчастными случаями, когда подростки падали на ровном месте и расшибались до крови.        Дети ловко манипулировали воспитателями, Амина пока не проклинала, а вот вызвать мигрень или зубную боль… Человеку свет не мил, где уж тут следить за полусотней сорванцов?        В этом году Амину также определили на ферму, она должна была помогать в загоне с овцами. Маленькие ягнята привели девочку в восторг, она строила умильные глазки и просила разрешить ей ухаживать за малышами, ведь они такие милые!        А девочка имела интерес в плане молока. Ведь пока овца кормит барашков, ее можно подоить! Осталось только раздобыть фляжку и можно будет принести немного молочка Тому. А то даже не смотря на пирожки он похудел за зиму. Почему не коровы? А вы видели корову? Огромная гора, с острыми рогами и здоровенными ногами, которыми лягать умеет не хуже лошади. И как прикажете ее подоить, да так, чтобы она не лягнула, да еще и никто не заметил и не надавал по шее за такие фокусы. С овцой справиться будет легче. А если даже не получиться, то и пес с ними. Вон, Арбузик с утра задрав хвост трубой летает по своим охотничьим угодьям, не рыбку, так жабку им принесет, так что свою порцию белка они получат…        Арбузик резвился вовсю, за зиму он подрос и почти доставал до колена Амине в холке. Том вздыхал, прятать такого здоровенного кота труднее, кто-нибудь заметит его размер и задаст вопрос…        Амина отмахивалась, ей нужно было собрать побольше трав, директриса снова дала свое соизволение и они после обеда носились по округе, возвращаясь с большими охапками, которые развешивали на просушку в сарае под стропилами. Билли все не мог забыть кролика и пещеру со змеями, пытался следить за ними, но Арбузик следил за периметром и сообщал о передвижениях «врага». Так что Том натравливал на Билли змей, ящериц, даже пару раз заставил бакланов напасть на подростка. Вечером Билли попытался обвинить сладкую парочку в своих ранах.        -Но ведь птицы так делают, когда защищают гнездо. Билли нехороший мальчик, он наверняка своровал у них яйцо из гнезда.        -Неправда! Я ничего не брал!        -Зачем тогда птицам так тебя клевать?!       -Это все вы виноваты!        -Каша сгорела — мы виноваты. Окно выпало — мы виноваты. Тебя птицы побили — снова мы виноваты. Но Билли, подумай о своей душе. Ведь ты же знаешь, что Боженька не любит лгунов! Ты будешь лизать языком раскаленную сковородку…        На ферме Амина свела дружбу с рыжим ирландским парнем, О`Нилом. Тот сперва хмыкал на ее идеи, но сдался и делал пару блоков в месте, где просила девочка. В результате Амина играючи затаскивала в сарай ведра с зерном, а используя деревянную конструкцию из рычага, подставки и крюка на палке-рычаге не надрывала спину, заливая воду в поилки. Она цепляла крюк за дужку ведра, одной ногой становилась на подставку, второй нажимала на палку-рычаг и ведро взмывало в воздух, оставалось только наклонить его и вылить в поилку. Парень и себе попробовал приспособы, оценил, в результате ходил за девочкой хвостиком и послушно сочинял новые конструкции, что могли облегчить Амине тяжелую работу. А пока он был занят, Амина успевала подоить пару спокойных овец, что не убегали и не брыкались, когда она тянула их за вымя. Одну порцию молока она выпивала сама, вторую закупоривала во фляге, которую ей раздобыл ирландец. Он то, простая душа, думал, что она ей нужна для воды! На ферме Амина носила флягу не скрываясь, парни и девушки постарше работали в дальних загонах и сараях, так что никто не знал, что Амина вовсе не так сильно устает, как показывает, возвращаясь на обед, держась за поясницу и охая.        Девушки, которых снова усадили плести тапочки, ведь первым делом сладкая парочка приволокли две огромных вязанки рогоза, со злорадством наблюдали за ее «страданиями». Откуда им было знать, что это всего лишь спектакль, чтобы ее не загрузили какой работой? Какой прок с этой слабосильной, что едва ноги волочит? Пусть хоть травы наберет, ее продать в аптеку можно — так размышляла миссис Коул, разрешая Амине уйти в поле, даже не подозревая, что пляшет под дудку маленькой хитрой девочки.        Дети сплели две корзинки для своих запасов травы, сделали новую корзинку для рыбной мелочи — вдруг Арбузик не поймает форельку? Так что даже если вкусная рыбка не давалась в лапки котику, Амина его утешала горсткой серебристой мелочи из корзины, которую тот поедал с большой охотой. Они теперь часто купались в реке, ведь теперь они могли высушить свои волосы, помогая друг другу. Во время отлива они собирали на берегу моллюсков, пару раз ловили зазевавшихся крабов, находили в водорослях листья морского латука.        Они прекрасно помнили, где и что растет, так что ели часто и много, помня, что в городе им такого раздолья не видать. А уж август и вовсе просидят взаперти, не имея права выйти за ворота. Амина старалась не думать, что она будет делать, когда Том уедет в школу. Без него ей не видать выпечки от Ситы — сама она не рискнет доить змеиный яд, а это был их единственный источник денег… Ну, еще есть Арбузик, которого она сдает в аренду и хозяева лавок в благодарность могут ее угостить… Так, не думать, вот отправлю Тома в школу, тогда и буду рвать волосы, а пока надо наслаждаться свободой!        И она наслаждалась. Даже предлагала Тому попроситься к ней на ферму, ведь она как могла облегчила себе работу и теперь часть времени просто играет с ягнятами! Том одобрительно потрепал ее по волосам и усмехнулся — он тоже не сильно надрывался на своем месте. Особенно если кузен хозяина видел его подружку и наказывал унести «мерзость» подальше…        Даже воскресенья, в которые приходилось долго сидеть и слушать сначала викария, потом чтеца Библии не могли испортить детям удовольствие. Один раз Том даже поднапрягся и перевел стрелки часов, чтобы их отпустили пораньше. Как они хохотали, прибежав на пляж! Ведь сегодня всех отправят спать засветло, раньше на целый час! Прилив едва начался, им удалось собрать моллюсков и убежать к реке, где обычно рыбачил Арбузик.        -Вернешь стрелку обратно? — спросила Амина, выедая своего моллюска.        -Нет, это даст им повод подозревать умысел. Лучше вообще остановить часы, тогда решат, что они испортились…        -Элегантное решение! — одобрила Амина и стала дергать стебли рогоза, чтобы добавить их нежные части к основному блюду. А остальные принесет в дом, чтобы девочки не расслаблялись, материал для тапочек и корзин она готова носить каждый день! Тогда девочки молчат, ведь именно Амина знает, из какой травы лучше сделать затирку, чтобы ранки на руках не гноились и быстро заживали. А на претензии, что это же она и приносит камыш, которым они режут себе пальцы, у нее был один ответ — «так мне велела миссис Коул».        Разделяй и властвуй — сколько сотен лет назад римский полководец это сказал? Том и Амина действовали по тому же принципу, не давая воспитателям и детям договориться и выступить против них одним фронтом. Не все получалось гладко, случалось, что и им прилетало, и дети, и взрослые их подозревали, вот только доказательств у них не было. Сладкая парочка работала слаженно и улик не оставляла. Или оставляла… чтобы свалить вину на другого. Дважды они выдавливали треснувшие стекла, когда в комнате находился кто-то из злоязыких парней. О, застигнутые на месте преступления парни отпирались, но директриса верила своим ушам и глазам — разбитое стекло и парень, который был в комнате. Во второй раз жертва мести сладкой парочки решил сбежать, чтобы не получить наказания. Вот только побег с места преступления для миссис Коул был равноценен признанию вины и никакие оправдания не могли смягчить приговор.        Вскоре их стали обходить по широкой дуге, что заметили воспитатели. Амина же делала невинное личико и использовала их табеля как оправдание.        -Это все от зависти. Ведь никто, кроме Тома в меня не верил, даже учитель мистер Уолт… Но мы это сделали, я много молилась Деве Марии и сделала это! Разделила с Томом первое место в рейтинге успеваемости. Мистер Ричардсон сказал, что такого еще не было, чтобы итоговую работу написали так гладко и без клякс или помарок… Но они были не рады. Никто, кроме Тома, меня не поздравил. И теперь они продолжают наговаривать на нас, из зависти к успехам в учебе…        Все было логично, директриса сама была в шоке, когда сияющая Амина налетела на нее с обнимашками и тыкала свой табель в лицо. Девочка вела себя правильно, знала молитвы, внимательно слушала Слово Божие, хорошо училась… Вот только настораживало то, что она не отходила от этого Риддла ни на шаг. Возможно, дети правы и эта парочка дьяволят виновна во всех странностях? Именно с приходом девчонки странностей стало еще больше. Все эти внезапные болезни, несчастные случаи, попавшие под машину мальчики…        Директриса хотела оставить детей в доме, велеть им носить воду… но не успела она договорить, как голову словно тисками сжало. Снова эта мигрень… почему так внезапно? Амина с Томом обменялись довольными улыбками, дотащили стонущую тетку до комнаты и устроили в кровати. Амина развила бурную деятельность, сняла с директрисы туфли, сбегала за тазиком воды и чистым полотенцем, велела кому-то из младших приходить и менять полотенце, ведь она пойдет искать чудо-травку, которая головную боль как рукой снимет.        -Ты, что правда эту траву искать станешь?!        -Я что, похожа на идиотку? Нет, конечно. Во-первых, мигрень лечить еще не научились. Так что и травки такой нет. А ту, что я назвала, здесь искать бесполезно, она в лесах растет. Но я же маленькая девочка, про травку помню, откуда мне знать, что она здесь не растет? — насмешливо захихикала Амина, стала в позу пай-девочки и залепетала. — Я искала-искала! Все поля обошла! Не переживайте, миссис Коул, я ее обязательно найду и вы больше не будете болеть! Хм, если только не станете продавать мои травы в аптеку, мва-ха-ха! — издала она злодейский смех.        -А если станет?        -Ну, если мы пронесем наши сумочки в твою комнату, то мне все будет цвета баклажана. Я уже даже не переживаю за траву, пусть ее!        -Зачем тогда собираешь целыми охапками?        -Так это же такой повод для того, чтобы не быть в доме! Да и рву я сейчас все, без разбора… Ну смотри, есть травы, которые нельзя срывать после полудня, есть вечерние, которые надо собирать перед тем, как они покроются росой. Что-то нельзя брать, пока не зацветет, другие нельзя брать, когда отцвели. Запах есть, а толку ноль целых, пять десятых. Не лекарство, а чаек.        -А те, что для нас?        -Высший сорт!        -Ты поэтому те, с желтыми цветами сорвала только вчера?        -Ага. Все соцветия раскрылись, к ним пчелы прилетели — самое время!        -Я то думал…        -Дамир, ну ты же меня не первый день знаешь! Чтобы я старалась для этой карги? Да чтоб у нее снова желчь разлилась, вдобавок мигрени!        -Какая ты злопамятная! — засмеялся Том.        -Нет, я не злопамятная. Просто она меня разозлила, а память у меня хорошая.        -Шуточка?        -Прибауточка! — улыбнулась Амина, Том уже выучил все, что она могла ему дать на французском и стал запоминать словечки на русском.        Ох, как они ехали обратно! Амина расстаралась на славу и корзин с травами было восемь. Так что никто не стал возражать, что одну она повезет на своих коленях — воспитателям нужно было разместить еще и остальные, чтоб они не попадали и не рассыпались…        Выйдя из автобуса, Амина с помощью Тома сначала отошла к стене, потом стала невидимой и достала из корзины Арбузика. Котик выпускал когти, сверкал глазками, но вел себя тихо и они смогли унести его со двора, чтобы он сам забежал в сарай. Передохнув, Амина снова стала невидимой и занесла корзинки с травами в комнатку Тома.        -Ффух, я едва не сдохла, когда Марта хотела забрать корзину! — Она забралась на шкаф и разместила их сокровища у стенки. -Слушай, а зачем тебе это барахло? — она кивнула на коробочку от папирос, в которой Том хранил отобранные у мальчишек сокровища — пуговицу из чьего-то клыка, губную гармошку, красивое перышко, кораблик из красной бумаги…        -Если я их не накажу, они посчитают меня слабым.        -Ох уж эти приютские ритуальные пляски! А если подбросить это другим пацанам, чтобы они поссорились?        -Позже… — мотнул головой Том и стал раскладывать на кровати свои сокровища. В этот раз они набрали красивых раковин и разноцветных камешков, все это Том вез не таясь, чтобы отвлечь внимание от Амины. Дети готовы были пожертвовать камешками и даже травами и ягодами бузины ради Арбузика, но все обошлось, у них даже торбочку с морскими дарами не отобрали. Налюбовавшись, он решительно сгреб все в торбочку и положил в шкаф. Теперь, когда у него появились свои сокровища, на шкафу были запасы лекарственных трав и новенькие тетрадки из желтоватой бумаги, да еще и у Чаранов лежат их деньги на сохранении, «сокровища» приютских пацанов выглядели откровенно жалко. Да, он так и сделает — подбросит их, чтобы перессорить этих гаденышей, которым не хватает ума оставить их в покое…       Амина нервничала так, что едва не каждый день заваривала с помощью Тома успокоительный сбор. Том заподозрил неладное и в один из дней припер ее к стенке. Отговорки про разные школы его только сильнее злили и Амина решила сказать немного правды.        -Понимаешь… В памяти Ульяны все маги и магички должны попасть в школу волшебников.        -Ты думаешь, что мы…        -Не знаю… в большинстве книжек учиться ехали уже взрослые, после шестнадцати-двадцати лет. У нас на Руси знахарки и ведуны — вообще разные школы, могут работать в паре, но учатся вообще по разному. А еще в Италии…       Она старательно заговаривала Тому зубы, не зная, как быть. Сказать про директора Да… но он еще не директор. Так, а кто? Вроде Диппет, а Дамби пока профессор.        -Думаешь, есть другие маги, такие же, как мы?        -Сам подумай, сказки про волшебные вещи не на пустом месте возникли. Взять хотя бы мои прятки, я же слова из сказки использовала!       -Но почему тогда все эти люди не показываются? Почему не используют силу? Почему…        -Почему ты растешь здесь, если тоже маг? У меня вот есть родственники, которые были рядом, когда мои родители умерли. — Амина развела руками.        -Но… но она не знала, что ты можешь колдовать.        -А знаешь?! И слава Богу. С нее бы стало выставить меня, как обезьянку в ярмарочном балагане. Ведь сейчас так модно проводить всякие сеансы и вызывать духов… Нет, в приюте не намного лучше, но хотя бы меня не заставляют колдовать до полного изнеможения, на потеху капризной публике.        -Думаешь?       -А что мы им сейчас сделаем? Всех не проклянешь… Я же говорила про танки… а еще я тут вспомнила… Если вспомнить легенды, не все маги прятались. Были такие, которые помогали. Но людям было мало, они требовали еще, и еще… В одном городе поселился лекарь, который мог излечить любой недуг. И потянулись к нему люди… сначала по одному, потом десятками. В конце концов его дом обступили сотни больных и не давали ему покоя ни днем, ни ночью… Так что пришлось ему просить убегать через подвал, он больше не хотел никого лечить, только чтобы его оставили в покое, дали наконец поспать и восстановить силы.       -Почему не сделали список и не выстроили больных в очередь?       -Не знаю. Мораль сей истории… даже не знаю. Не лечить? Но ведь если есть дар, его нужно использовать.        -Хочешь сказать, что маги прячутся от людей, как тот доктор?        -Ты же слышал про костры Инквизиции? «Молот ведьм» до сих пор лежит на прилавке в книжном. И знаешь… я совсем не хочу, чтобы меня проверяли шилом или бросали в воду. Вообще чушь полная — выплыла, значит ведьма, утонула, значит добрая христианка, помолимся же за ее душу… Так что сидим пока тихо.       Том чуток угомонился, но теперь расспрашивал все, что знала Амина-Ульяна про магов и волшебников. Девочка старательно потрошила закрома памяти, вываливая на голову юного падавана сборную солянку из сказок, легенд, мифов и фантастических повестей. Лежа вечером в постели и глядя в потолок, она в тысячный раз спрашивала себя — не делает ли она ошибку? Внутренности скручивало в тугой комок, но она в тысячный раз разгоняла свои страхи воображаемой метлой. Есть она и есть маленький Дамир. Их бросили в мире людей, выплывайте, как знаете, а теперь придет рыжая борода, покажет пару фокусов и ее мальчик должен похлопать в ладошки и поблагодарить за то, что о нем наконец-то вспомнили? Сколько бы она не вспоминала сцену из фильма, она не видела в маленьком Томе вселенского зла. Только одинокий мальчик, которого с раннего детства обижали и заставили ожесточится. Потом пришел дядя волшебник, поманил яркой оберткой волшебства, дал надежду быть среди таких же… Чтобы затем поджечь шкаф и сказать, что будет за ним внимательно следить, ведь воришек никто не любит!        Ну нет, Дамира она так просто им не отдаст! Из кожи вывернется, но в школу он поедет с полным комплектом белья и рубашек, деньги у Чаранов лежат, не хватит, она что-то придумает…