Проклятье Павлиньего пера

Время близилось к вечеру, когда капитан кавалерии переступил порог своей любимой таверны. В «Доле Ангела» как всегда было людно и шумно. Звенели поднятые бокалы, проливая драгоценные красные капли наивкуснейшего алкоголя в Тайвате, щебетали многочисленные голоса горожан, обсуждая последние новости Мондштата, бренчал одинокий бард, певший о былых временах. Бармен, мужчина среднего роста по имени Чарльз, мешал за стойкой коктейли для гостей. Кэйа по привычке окинул быстрым взглядом всё помещение и, не найдя огненно-рыжую голову хозяина таверны, прошёл к барной стойке. - Господин Кэйа! – Чарльз немного нервно улыбнулся, поставил готовый коктейль перед высоким блондином слева от капитана и повернулся к нему, - Рад вас видеть. Вам как обычно? - Ты слишком хорошо меня знаешь, Чарльз, - широко улыбнувшись и присев на высокий табурет, Кэйа небрежно облокотился на стойку. - Что вы, сэр Кэйа, я лишь выполняю свою работу – угадываю желание дорогих гостей, - неловко рассмеялся бармен, принимаясь за новый заказ, - Слышал, рыцари сегодня потрудись на славу, захватив группу Похитителей сокровищ. Должно быть вы очень устали. - Разве можно устать от столь обыденной работы? - Капитан краем глаза с интересом наблюдал за незнакомцем, сидевшим рядом с ним, - Однако, если ты сделаешь коктейль немного покрепче, я буду тебе премного благодарен. - Опять вы шутите, сэр! «Полуденная смерть» самый крепкий напиток в «Доле Ангела», если не во всё Мондштате! Ещё немного крепости и тогда вы сможете увидеть самих ангелов. Кэйа непринуждённо рассмеялся и, отвернувшись от Чарльза, обратил всё своё внимание на блондина слева. Это был по общим меркам симпатичный молодой человек, одетый в чёрно-синий костюм с серым жилетом и необычным плащом с высоким воротником, усыпанным звездами. Правую половину его лица закрывала темно-синяя маска. Рука в высоких черных перчатках с бронированными вставками элегантно держала бокал с красным, как кровь, вином. Кэйе не трудно было представить, как эта рука с той же легкостью держит меч. Во всём образе гостя прослеживалась некая отдалённость от мира, будто его здесь не существовало и не должно было существовать. Что-то в его облике было Кэйе пугающе знакомо, словно он видел этого человека не в самом приятном сне, который хотел бы забыть. Однако, капитану Ордо Фавониус не пристало показывать страх и недоверие к, пусть и очень подозрительным, незнакомцам. - Чарльз верно говорит, - Кэйа чуть ближе подсел к своему соседу, демонстрируя верх заинтересованности в знакомстве с ним, - «Полуденная смерть» один из самых крепких напитков в таверне, при этом один из самых стоящих. Могу я предложить вам выпить его вместе со мной? Одному наслаждаться хорошим вином как-то слишком грустно. Блондин повернул голову в его сторону, слегка склонив её на бок, рассматривая нагло потревожившего его человека. Голубые глаза с необычными зрачками в форме звезд слегка дрогнули, но в целом выражение лица незнакомца осталось неизменно, сохраняя холодную отчужденность. - Буду рад составить вам компанию, - голос таинственного гостя был низким и мягким, а манера речи немного отстранённая, будто он не говорил, а рассказывал историю. Кэйа изобразил неподдельную радость на своём лице и попросил Чарльза сделать ещё один коктейль, записав его на счёт капитана. - Если вы впервые в Мондштате, советую также посетить заведение «Кошкин хвост», - продолжил разговор Кэйа, беря в руки долгожданный бокал, - Там подают необычные коктейли, состав которых держат в глубочайшем секрете. - Предпочитаю более простые напитки. Однако, я возьму это место на заметку, благодарю, - гость сделал небольшой глоток «Полуденной смерти», немного посмаковав его во рту, проглотил и сказал: - Великолепный вкус. Напиток оправдывает своё название, такого рода алкоголя много не выпьешь. - С этим я вынужден не согласиться, как и добрая половина Мондштата, - легко рассмеялся Кэйа, пригубив из своего бокала, - Здесь ценят заветы Анемо Архонта, а что, как не алкоголь, дарует большую свободу? - Хм-м, и то верно, - губы его собеседника шевельнулись в намёке на улыбку, - Вы напомнили мне одного старого знакомого. Он говорил о вине точно также. - Тогда, должно быть, это очень хороший человек. Незнакомец немного помолчал, самозабвенно наблюдая как лопаются пузырьки в его бокале. Наполненные глубокой печалью голубые глаза, казалось, смотрели сквозь бокал куда-то в глубины давно забытых воспоминаний. - Определение «хорошего» человека слишком субъективно, - наконец вымолвил он, сделав ещё несколько глотков, - Когда-то он действительно был хорошим человеком для определённых людей, включая меня, сейчас… хм-м, всё изменилось. - Людям свойственно меняться, - заметил Кэйа, - Больше пугает человек, который остается постоянен в своём мировоззрении. Однако, если этот человек всё также любит хорошее вино, значит с ним есть о чём поговорить, а это уже неплохо. Гость мягко рассмеялся, и этот звук вновь потревожил память капитана. Он слегка сощурился, глядя на собеседника, и попытался выхватить пыльный эпизод с таким же смехом из своих воспоминаний, но всё было тщетно. - Вы либо оптимист, господин Кэйа, - губы незнакомца тронула легкая полуулыбка, - либо самый большой лжец в этом мире. - Хех, вы не первый кто так говорит, - замечание кольнуло сердце Кэйи, тем не менее он не подал виду, продолжая дружелюбно улыбаться, - Но всё же, я предпочитаю считать себя реалистом, - он повернулся в сторону бара, - Чарльз, приготовь, пожалуйста, ещё пару коктейлей. - Будет сделано, сэр! Некоторое время они ждали свой заказ и, хотя никто из них не проронил и слова, неловкости это не вызвало. Кэйа внимательно наблюдал как гость постукивал пальцами по ножке бокала. Этот блондин был непростым человеком, но явной угрозы от него не исходило. Каждый человек имеет право на свои тайны, ему ли об этом не знать. Вдруг его правый глаз резануло острой болью. Охнув, он закрыл лицо левой рукой. Боль была настолько сильной, что выбила из капитана весь дух. Уши заложило, и он слышал лишь бешеное биение своего сердца. Этот звук усилился стократно, отдаваясь во всём теле Кэйи, заставив его задыхаться. Перед его мысленным взором вспыхнули неясные образы, окрашенные в багровый цвет, но они мелькали слишком быстро, чтобы понять их смысл. Казалось его мозг стал плавиться от этих диких ощущений. Но вот посреди этого невообразимого шума раздалось тихое «Кэйа». Этот голос был словно глоток свежего воздуха, для утопающего. Он позвал его из глубин безумного Ада и Кэйа ответил на этот зов, понемногу возвращаясь в реальность. - С вами всё в порядке? – участливо спросил незнакомец, явно обеспокоенный тем, что его собеседник так резко скривился. - Да, - голос Кэйи показался ему слишком хриплым и растерянным. Откашлявшись он продолжил: - Кажется, я переоценил свои возможности. Сегодня нужно было ограничиться лишь бокалом вина из одуванчиков. Незнакомец некоторое время внимательно вглядывался в лицо капитана, стараясь найти там признаки лжи, но, сдавшись, со вздохом отвернулся. - Тогда, пожалуй, я вынужден вас покинуть, пока мы с вами не спились до смерти, - с этими словами он аккуратно встал и расплатился за свой первый коктейль, - До встречи, господин Кэйа. - Подождите! – Капитану всё ещё было тяжело говорить и двигаться, поэтому он только и мог, что схватить стремительно уходившего мужчину за край плаща, - Простите, вы так и не назвали мне своего имени, а уже так спешно уходите. Гость обернулся и осторожно высвободил свой плащ из цепких пальцев парня. Окинув его ещё одним непонятным взглядом, он загадочно улыбнулся одними уголками губ. - Моё имя Дайнслейф, но вы можете звать меня Дайн, господин Кэйа. Не переживайте, мы ещё увидимся. К счастью или же к сожалению, - его глубокий голос был переполнен задумчивой печалью, словно он прощался со старым другом и действительно не знал, какой будет их следующая встреча. Кэйа молча проводил взглядом Дайна и повернулся к барной стойке. Чарльз стоял на почтительном расстоянии, чтобы не мешать ходу беседы своих гостей, и натирал бокалы. Увидев, что собеседник Кэйи покинул его, он подошёл ближе. - Повторить ваш заказ, сэр? – улыбнулся бармен, зная, что этот парень не уходит из таверны, не выпив как минимум пяти бокалов «Полуденной смерти». - Нет! – резко и грубо рыкнул Кэйа. Чарльз от неожиданности дернулся и выронил только что натертый бокал из рук. Звук разбившегося вдребезги стекла кажется привёл Кэйю в чувство. Он мотнул головой и с удивлением посмотрел на бармена. В «Доле Ангела» вдруг стало тихо. Все с любопытством поворачивали головы в сторону источника шума. - Что там? - Что случилось? - Ох, бокал разбили? Ну, это, на счастье! Отовсюду раздавались встревоженные шепотки. Этот шум теребил нервы капитана, которые в данный момент и так были натянуты, как струны арфы у барда на входе. Кэйа сжал руки в кулак, да настолько сильно, что костяшки его пальцев побледнели. Глубоко вздохнув, он лучезарно улыбнулся. - Прости, Чарльз, дружище, - со смехом сказал капитан, - Твой коктейль был настолько хорош, что даже меня вывел из равновесия. Я заплачу за разбитый бокал. - Ох, что вы, - засуетился работник таверны. Удостоверившись, что ничего особо интересного не произошло, народ продолжил с тем же энтузиазмом напиваться дальше. Кэйа, пребывая в смешанных чувствах, расплатился за напитки и бокал, ещё раз извинился перед барменом и торопливо вышел из таверны. На улицы Мондштата уже спустилась ночь. Луна, кокетливо выглядывая из-за облаков, освещала полупустые улицы города. Свежий воздух, наполненный ароматом ветряных астр, хорошо прочищал затуманенную голову капитана. Вздохнув полной грудью, он постарался утихомирить своё сердцебиение. Неспешно двинувшись в сторону центра города, он как раз раздумывал над словами Дайна и своим новым приступом боли, как вдруг его остановил сердитый голос. - Опять напиваетесь, сэр Кэйа, - манеру речи этого человека нельзя было не узнать, - Нынче рыцари Ордо Фавониус совершенно обленились. - Что вы, господин Дилюк, - протянул капитан, разводя руки в стороны, и оборачиваясь, - Мне ещё далеко до наших главных бездельников. Я занимаю место только в двадцатке лучших. В лунном свете ярко-красные волосы Дилюка будто переливались драгоценными камнями. Его кожа была настолько белоснежной, что сквозь неё было видно проступающие переплетения вен. Алые глаза сурово взирали на Кэйю, как на нашкодившего ребёнка. Капитан с сожалением заметил, что под ними залегли глубокие тени. Это отдалось в его сердце острым уколом беспокойства. Но последний человек, от которого Дилюк потерпит участия и заботы – это его названный «брат».