Здесь нет счастливого конца

—Я вчера вернулся с раной? Кое-кто говорил, что был рад, раз я вернулся невредимым. Матео прищурился. События с утра он прекрасно помнил. Да и прошёл, максимум, час. Невозможно было забыть такие тёплые слова. Они лживы? —Меня напрягает, как от тихони ты превращаешься в какого-то хищника. Забираешь у меня роль. Винсент лишь улыбнулся, хотя Матео это не видел, лишь чувствовал. Почему вообще хозяин дома всегда оказывается рядом? Хах, тоже чувствует? —Признаю, я напиздел. Хотел говорить лишь приятное, тем более мы обнимались. А ещё, как мне показалось, ты и вовсе не помнил вчерашние события, иначе поправил бы меня. Это с тобой не в первый раз? —Временная потеря памяти? Бывает время от времени. Чаще всего как раз потому, что я пью алкоголь. Мне запрещено, а меня кое-кто заставляет. Матео, может быть, никогда не говорил о таком запрете Винсенту. А может и говорил, кто знает? Винсент от этой информации лишь отмахнулся, ему всё равно на это. Кто знает, может Матео раскрыл свою главную уязвимость. —В общем, Матео, что с раной? Она у тебя не болела и вчера, только кровоточила. Значит, вот как он оправдался перед Винсентом? Раной, которой и не было? Почему он блять просто не переоделся перед встречей с ним? С другой стороны, просить новую форму всё равно пришлось бы, а кровь, тем более чужую, лучше просто уничтожить, нежели отмывать. Ещё и не факт, что отмоется. —Всё хорошо. Звучало, как девиз по жизни. Всё хорошо, всё хорошо. Где ж тут хорошо? Было ли оно вообще? —Ага, пиздёж за пиздежом. Не говоришь, я сам посмотрю. Что? Винсент поднялся, быстро нависнув над охранником. Не убежишь, да и не хочется. Это странно.. От Винсента чувствуется лёгкая опасность, с примесью сумасшествия. Однако, кто из них тут сумасшедший? —Раздеть меня хочет. Удивительно, какие же богачи наглые. Матео саркастически сдвинул брови. Одно движение ногой и Винсент уже держится за штаны между ног. Так то.. Это не объятия, которые были бы приятны, которые заставляли забыться. —А может я хотел лишь ласково тебя поцеловать? Романтично, как в "Человеке-пауке". Хозяин дома тихо вздохнул и как-то по-детски обиженно посмотрел на Матео. Ладно, он ещё три месяца потерпит. —Я повторюсь, всё со мной в порядке, если Вам было так интересно. Хозяин дома поднялся, и хмуро взглянул на Матео. Опять начнёт кричать? —Прости за моё сквернословие, охранничек. О.. Он признал свою неправоту. —"Сквернословие". В каком веке ты родился, Винсент? Странный этот Винсент. Улыбнулся, несмотря на обиду. —Ещё раньше Влада Цепешена.