Волчья Луна

В дрянном мотеле оказались предсказуемо дрянные номера с блеклыми, сто лет как выгоревшими обоями, узкими продавленными койками, неработающим кабельным и такой грязной ванной, что Брок не решился бы в ней помыть даже берцы, опасаясь поймать какую-нибудь экзотическую болячку. Но это в любом случае лучше, чем пробовать отдыхать в угнанной машине, которую они так и не бросили, припрятали на всякий случай среди сотен таких же на стоянке крупного молла. — Какие у нас планы? — вполне оптимистично поинтересовался Стив, устраиваясь на постели. И да, он трижды ее проверил, но так и не обнаружил ни клопов, ни подозрительных пятен, ни закладок между матрасом и спинкой. — Все просто, Стив. Ты спишь хотя бы четыре часа, а я за это время попробую найти что-нибудь полезное на флешке Фьюри, — ответил Брок. — А может, вместе отдохнем? Все-таки те два часа, на которые ты в машине отключился, вряд ли можно назвать полноценным сном, — напомнил Стив и распахнул объятия. — Ну давай, Рой, иди ко мне. Не хочешь спать, так хоть полежишь немного, пока я не усну. А еще взгляд сделал тот самый, особенный, который с Баки, насколько помнил Брок, срабатывал абсолютно всегда. Да и ему тяжело было игнорировать просьбы Стива, даже такие неуместные в данный момент. Все-таки нужно было торопиться, искать варианты и возможные выходы, пока земля окончательно не вспыхнула под ногами. Ведь помогать им не будет никто, а вот желающих утопить найдется изрядно. Брок все это отлично понимал, но все равно, закатив для порядка глаза, поднялся со своей койки, не забыв спрятать под нее ноутбук, забрался к Стиву на колени и уронил тяжелую голову на плечо. — Не могу тебе отказать, когда ты меня называешь Роем, — длинно выдохнув, признался Брок. — А ты, скотина, пользуешься этим. — Пользуюсь, — совершенно спокойно признался Стив, коснулся губами его лба и, обняв, аккуратно улегся на подушку. — Закрывай глаза. Ты же знаешь, что я услышу, если к нам кто-то будет ломиться. Угукнув, Брок подчинился. Конечно же, они оба услышат, успеют собраться, даже потрахаться, прежде чем к ним подойдут вплотную, но все равно Брока не покидало ощущение утекающего сквозь пальцы, словно песок, времени. Казалось, что они везде и всюду опаздывают, и уже бесполезно дергаться, только сильнее увязнешь. Как говорила мама: коготок увяз — всей птичке пропасть. Правда, она вместо пернатого предпочитала волчий пример. Как бы там ни было, отдых им все-таки тоже необходим. Проснулся Брок, когда их номер погрузился в полную, непроглядную темноту. Рядом уютно сопел на ухо Стив, отбивая всякое желание выбираться из его объятий. В углу в небольшой тумбочке гудел старый, совсем крохотный холодильник, правда, пустой, так что его можно было бы и отключить. Тянуло закрыть глаза и провалиться обратно в сновидения, повторяющиеся в последнее время из раза в раз обещанием того, что Баки будет рядом, достаточно только уснуть. Оттого просыпаться становилось все тяжелее и тяжелее. Но раз справлялся Стив, для которого не прошло семидесяти лет, чтобы хоть немного успеть привыкнуть к этой мысли и даже как-то смириться, то и Броку пора было заканчивать рефлексировать. Все-таки поднявшись и укрыв Стива пледом, Брок наскоро умылся, стараясь не смотреть по сторонам, достал ноутбук и пихнул флешку в USB-порт. — С богом. Данных было ужасающе много. Папки с какими-то делами, личные данные конгрессменов, чиновников, приближенных к президенту адвокатов, самых влиятельных судей. Фотографии. Тысячи аудиозаписей с переговоров, телефонных звонков. Видеоролики встреч, вполне приличные степенные мероприятия и такие, о которых не принято говорить даже среди бандитов. А еще там были имена, сотни, тысячи имен, должностей и званий, и всех их объединяло одно — маленькая красненькая осьминожка с черепом вместо тельца и привычкой вместо «Боже, храни Америку!» кричать «Хайль Гидра!». — Пизда тебе, Пирс, полная и бесповоротная пизда! — зло оскалился Брок. — Ты украл у меня, а я глотку тебе вырву, уёбок сраный! Эти данные, если найти правильного человека, могли наделать столько шуму, что аппарату президента ничего другого не останется, кроме как навести порядок в этом гадюшнике, пройтись, так сказать, метлой, вычищая все темные и тайные углы. Брок глянул на все еще мирно спящего Стива и усмехнулся. Как же миру повезло, что вот эта вот информация попала к такому человеку как Стив Роджерс. Любой другой бы подгреб под себя всё и всех, заполучив рычаги давления во властных структурах. Притом Брок прекрасно понимал, что убрать их теперь будет очень спорным вариантом. Ведь обнародование даже части данных может вылиться в международный, политический или любой другой скандал с совершенно непрогнозируемым итогом. — Черт, — выдохнул Брок, облизал пересохшие губы. Подмывало что-то сделать, как-то поднасрать Пирсу или еще кому-то из его свиты. Тому же очкастому Ситуэллу, тоже оказавшемуся приспешником многоликого чудовища. Но остатки совести напоминали о том, что в списках гидровцев значились и очень знакомые имена. Удалить-то их можно, как и подтереть данные в других доступных Броку базах, но ситуацию это вряд ли изменит. Роллинзу обязательно прилетит по голове. И как бы Брок на него ни злился, как бы ни негодовал, но подставлять друга все-таки желанием не горел. Но и не обезопасить их со Стивом он тоже не мог. А потому зашифрованные данные полетели на десятки почтовых адресов. Те же Тони и Романова, конечно же, разберутся, взломают мудреную защиту, но для этого нужно время, спокойная обстановка, а и первого, и второго у них обоих сейчас явно не хватало. И если кошка-Наташа в прямом смысле должна была чувствовать, как подпекает жопу, то у Тони ситуация обстояла едва ли не хуже. Ведь это именно Старк Индастриз поставляла вооружение для половины перечисленных людей в списке «H», а сам Тони лично конструировал двигатели для летающих палаческих установок и, считай, подписал каждый выстрел своим именем. А ведь и Говард, и сам Брок уговаривали его держаться от ЩИТа как можно дальше. Но разве гению докажешь, что он хоть в чем-то не прав? Даже странная смерть отца с матерью не научила Тони не совать нос во все подозрительное. — Есть что интересное? — не открывая глаз, поинтересовался Стив. — Давно не спишь? — вздохнул Брок, захлопнул ноутбук и включил тусклый свет ночника. — Достаточно, чтобы убедиться в том, что мой волчара — мстительный матерщинник, — усмехнулся Стив. — А ты гнусный… не знаю кто, — фыркнул Брок, перебираясь обратно на постель в теплые объятия. — Флешка, что дал тебе Фьюри — это самая настоящая бомба. Настолько мощная, что ядерное оружие всех стран — так, пшик из пульверизатора. Не нужно никакого Озарения, чтобы одной кнопкой уполовинить население Штатов. Как думаешь, нас пропустят к президенту? Стив рассмеялся, крепко прижал Брока к себе. — Но что нам делать с Пирсом, Брок? Это, конечно, хорошо — пойти на самый верх, но на красную кнопку уже нажали. Стоит убрать палец — и все! Нас с тобой, президента, Тони, любого неугодного устранят мгновенно. — Стив выдохнул в макушку Брока, на миг прижался к ней губами. — Ник мне показал хелликэрриеры. Там определение по ДНК и еще как-то очень сложно. У нас будет только одна попытка, да и то, получилось или нет, мы уже не узнаем. — Да знаю я, — скривился Брок. Вот только никаких других умных идей в голову пока не шло. И понятно ведь, что сначала нужно обездвижить или, что лучше, уничтожить хелликэрриеры. Но и он, и Стив точно стали персонами нон-грата в ЩИТе, чтобы подобраться достаточно близко для того, чтобы что-то сделать. Можно, конечно, было снова обратиться к Тони, но уже Брок не хотел подвергать его излишней опасности. Раз уж не пожалели Фьюри, то что стоит устранить и главу Старк Индастриз? Тони, конечно, гений, и компания без него многое потеряет, но лучше чуть отстать в прогрессе, чем иметь под боком абсолютно неуправляемый элемент в виде миллиардера, филантропа, плейбоя, изобретателя. Найдутся другие, кто сумеет его хоть и в треть силы, но заменить. — Стив, мы ведь не выживем, если эта хренота поднимется в воздух, — потерянно прошептал Брок. — Знаю. — Но мы можем погибнуть, не давая ей взлететь, — еще тише выдохнул Брок. — И это понятно. Но тут шанс выбраться все-таки куда выше. Не находишь? — Хреново ты умеешь успокоить, — проворчал Брок, заворочался, прижался крепче, словно стараясь напитаться теплом Стива, а почувствовав скользящую по спине руку, беззлобно оскалился: — Нет, Стиви, трахаться мы сейчас точно не будем. Слишком уж это все будет походить на прощание. И на такой исход я категорически не согласен! Понял? — Понял, — насмешливо фыркнул Стив. Так они и пролежали без сна, до самого рассвета. Каждому было что обдумать, решить для себя, да и разговаривать, по сути, было сейчас не о чем. Сторонние мысли все равно не находили места в голове, а перетирать одно и тоже смысла особого не было. Брок на всякий случай, стараясь сбить возможных преследователей со следа, оплатил номер еще на трое суток. Потом был быстрый завтрак в крошечной кафешке, сумбур в новостях из висящего под потолком телевизора, новое сообщение от Наташи, теперь уже о скидках на наполнитель для кошачьего туалета, и марш-бросок до машины. Согласиться на то, что пора возвращаться обратно в Вашингтон, Броку было достаточно тяжело. Все-таки где-то внутри он никак не мог отделаться от мысли о том, что если Стива не спрятать, то он обязательно встрянет так, что живым выйти уже не сумеет. “Валькирия” и поезд Золы научили Брока бояться за тех, кого он любит. Но в этот раз Стив был полностью прав. — Ладно, поехали! — согласился Брок. — Только в этот раз за рулем буду я! Но так как возвращались они все-таки по-тихому, пришлось не гнать, соблюдать правила и стараться особо не выделяться из потока, чтобы не привлечь внимание многочисленных камер. Брок прекрасно мог представить себе возможности ЩИТа, как и то, кого обвинили в гибели его директора. Фьюри, может, и затаился, но он вряд ли соизволит вылезти из своего подполья, чтобы спасти жизнь даже Стиву. Про себя Брок и вовсе старался не думать. — Брок! — неожиданно воскликнул Стив, привлекая его внимание, как вдруг машина содрогнулась от сильнейшего удара в зад. Следом что-то тяжелое рухнуло на крышу, раздался ужасающий скрип, и низкий потолок пробили… железные пальцы. — Что это, мать вашу? — заорал Брок, выкручивая резко руль, надеясь, что так сумеет сбросить что-то или кого-то, настойчиво пытающегося прорваться к ним в машину. Окно водительского сидения разлетелось мелким стеклянным крошевом. В салон заглянул кто-то в черной маске и в странных очках с непрозрачными линзами. Брок уже готов был выхватить пистолет из боковой кобуры, как почувствовал его. Запах. Такой родной, болезненно знакомый. Пусть там осталось слишком мало от мятной зубной пасты, так любимой когда-то карамели и того самого итальянского порошка. Пусть полутона истерлись, изменившись до неузнаваемости. Пусть в запахе стало больше металла, пороха, чьей-то крови и чего-то химического, очень похожего по звучанию на ацетон, но Брок не мог не узнать! Не имел на это право! Этот запах он чувствовал, умирая в камере! Шел за ним, когда ужас потери дома и родителей стал отступать! Его любил всем своим волчьим сердцем! Его оплакивал каждое полнолуние! Его любил и помнил! — Брок! — снова раздалось в ухо. Руль рвануло из рук, мир резко качнулся в сторону, закрутился — и Брок понял, что летит куда-то, прижатый к мощной груди Стива. Понял и рванулся обратно. В голове помутилось от щенячьей искренней радости! Брок, не понимая, что делает, ударил Стива под дых, рванулся снова прочь, в полете меняя облик, путаясь в неудобных человеческих тряпках. Десять ударов зачастившего сердца — и он уже бежал к Баки!