Адское веселье

В тот день Мартин больше не работал в шкуре и, честно говоря, надеялся, что так будет и дальше. Может ночные смены всё-таки лучше? Хотя, в целом, это не имеет значения, ведь его заданиями в любом случае распоряжаются Артурито и, возможно, сеньор де Фонойоса. По приходе домой ребята всей дружной компанией сразу легли спать, хотя ещё по дороге до дома многие были полны желания выпить по бутылочке пивка. Но, только завидев комнаты и подумав о кроватях, они не устояли перед соблазном просто уснуть, и разошлись по своим комнатам, мельком желая друг другу спокойной ночи. Ни о каком душе и речи не шло, настолько они устали. И вот, наконец, опустившись на подушку, Мартин понял, что… его сон просто испарился. То есть вот так, взял и исчез. Возможно причина была в том, что он ещё днём дал себе обещание подумать кое над чем, а именно — над интересным поведением этого сеньора де Фонойосы. Во-первых, Мартин уже понял, что чисто внешне он ему нравится. Очень. Прямо в его вкусе. Но вот как человек… Берроте не знал его. Он даже не знал сколько ему лет. Да, этот вопрос можно было бы легко решить в абсолютно любой ситуации, кроме этой, а всё потому, что хоть Мартин и мог себе позволить отпускать какие-то шуточки в его сторону и даже как-то поддерживать диалог, никакой личной информации Андрес о себе не выдавал, а когда кто-то начинал что-либо спрашивать про него (за этим Мартин пронаблюдал со стороны, один парень из другой команды спросил, кажется, сколько ему лет и откуда он тут взялся, а Фонойоса ответил, что его это никаким боком не касается), в общем, просто злился. Недоверчивый и закрытый, значит. Да, вот поэтому Мартин и не наделся абсолютно ни на что. Именно после этой мысли сон внезапно вернулся обратно и накрыл Мартина с головой, даже несмотря на то, что он активно сопротивлялся, желая ещё немного пораскинуть мозгами на тему того, как бы подобраться к Андресу. В общем-то, не получилось толком ничего. Не успел он и начать думать, как сознание затуманилось, а после и вовсе отключилось. *** Пока Мартин спал, Андрес только шёл домой. Пару дней назад он снял домик совсем неподалёку от парка аттракционов. Конечно, в последствии брат сказал ему, что легче было бы поселиться в отель, но Фонойоса считал, что личный дом намного комфортнее всяких отелей, в которых помимо тебя ещё куча людей. Никакой интимности, вечно какие-то голоса за стенкой. Так что боже упаси, лучше уж потратить лишние деньги, к тому же, с этим у Андреса проблем не было. Тратить некуда, даже учитывая, что он живёт на широкую ногу, у мужчины оставалась ещё целая куча непотраченных средств. Пока шёл он думал об одном человеке, о котором, ну, чисто логически и по системе устройства его мозга, уже должен был бы забыть. Но нет. Мартин так и застрял у него в голове, и Андрес не знал, что с этим сделать. Вроде бы нужно подумать о завтрашней встрече, назначенной на восемь утра, о том, что завтра, скорее всего, задержится в парке до самой ночи, разгребая какие-то бумажки, которые хотел ему сунуть Артуро ещё сегодня вечером, но всё это меркло и уходило на задний план по сравнению с Мартином. Андрес даже не мог дать точного определения, что именно понравилось ему в этом парне. Честный, остроумный, простой, красивый — ну прямо-таки то что нужно. Только проблема в том, что вот такие остроумные и простые обычно обходят таких себялюбивых придурков, как Андрес, стороной. Спустя ещё с минуту раздумий Фонойоса дал себе честное обещание: он постарается предпринять какие-то действия в его сторону, но настаивать не будет. Дальше он даст право выбора Мартину. *** На этот раз ребята проснулись по будильнику, предварительно заведённому Серхио. Вставать очень не хотелось, но пришлось, ведь, исходя из вчерашнего опыта, опоздания сеньор де Фонойоса не терпит. Они все довольно быстро оделись, за исключением Серхио, конечно, он в это время всё ещё делал какие-то очень важные пометки в учебнике по ботанике. — Эй, а сверхразуму питание не нужно? — рассмеялся Анибаль, обращаясь к Серхио. — Да я что-то не голоден, — отмахнулся Маркина, не отрывая взгляда от книжки. — Вы идите, а я спущусь через пятнадцать минут. Друзья, конечно, с сомнением переглянулись, но всё же решили, что он парень уже достаточно взрослый, чтобы самому решать, что ему делать, поэтому просто вышли из комнаты, ведя какую-то непринуждённую беседу. В свою очередь Серхио сразу после закрытия двери захлопнул учебник, начиная быстро переодеваться и судорожно заправлять кровать. Вопреки своим обычным убеждением, сегодня он решил смириться с галстуком, не слишком ровно сопоставленным с ремнём. На весь процесс ему понадобилось ровно пять минут, а когда Маркина уже выравнивал плед на совей постели, послышалось два чётких стука по двери. — Войди, — крикнул Серхио, ведь ждал сейчас только одного человека. И он не ошибся. В комнату вошёл его старший брат, как всегда выглядящий просто отпадно. Дорогой чёрный костюм, белая рубашка, чёрный галстук, ботинки, о стоимости которых Серхио было даже страшно задумываться. — Привет, — Андрес неловко улыбнулся, проходя внутрь и обмениваясь с братом рукопожатиями. К сожалению, на большее их отношения не тянули. — Привет, — Серхио тепло улыбнулся брату. Всё-таки он слишком сильно любил его, просто закрывая глаза на все недостатки. — Где все твои друзья? — не понял Андрес, оглядываясь вокруг. Три кровати — значит ещё каких-то три человека должны жить в комнате с его братом. — Во-первых, не друзья, а хорошие знакомые, — своим поучающим тоном, который всем сердцем ненавидел Андрес, начал Серхио. — Во-вторых, они ушли на завтрак. И именно в тот момент, когда Андрес собирался рассказать брату о том, что быть таким занудным просто отвратительно, дверь в комнату открылась, и внутрь ворвался Даниэль, бросая взгляд сначала на Серхио, а потом замечая и Андреса. Вот от вида последнего он и замер в шоке. — Здравствуй, — хмыкнул Фонойоса, одаряя парня не очень-то одобрительным взглядом. Пожалуй, его внешний вид оставлял желать лучшего. — Здра… сьте — заикаясь произнёс Рамос. — Я это… быстро, — сориентировался он, подбегая к их с Анибалем шкафу. Парень достал оттуда какую-то кепку, которую сразу нацепил на голову козырьком назад. — Простите, — ещё раз извинился он, буквально вылетая из комнаты, на что Андрес только усмехнулся. — Милый мальчик. Так значит твои соседи — ребята из парка? — поинтересовался он, присаживаясь на кровать, располагающуюся напротив кровати Серхио. — Ну да, — кивнул Маркина. — Та кровать, на которой ты сидишь — Анибаля, сверху Даниэль, а вот там, — он указал наверх. — Мартин. Андрес постарался скрыть своё удивление, а за одно и радость, ведь при таком раскладе у братишки точно найдутся ответы на его вопросы. — А Мартин он… приезжий? — Фонойоса решил начать издалека. — Из Аргентины, — кивнул Серхио, не очень понимая, зачем брату эта информация. Андрес хотел было задать ещё какой-то вопрос, хотя бы немного отдалённый от основного, по которому он, собственно, и заглянул к брату, но решил, что прелюдий хватит. — Он работает по двойному тарифу. Зачем? — чуть серьёзнее спросил Фонойоса. А теперь Маркина удивился ещё больше. Так вот тот самый важный вопрос, благодаря которому и состоялась их встреча. — Я не знаю, — соврал Серхио, прекрасно помня о том, что обещал Мартину никому не рассказывать. — Серхио, — настаивал Андрес. Маркина вздохнул. Видимо, придётся выдать эту тайну, потому что, если Андрес хочет что-то узнать — он узнает, и даже не важно зачем ему это нужно. — Только пообещай, что не скажешь ему, что узнал об этом от меня, — цыкнул Серхио. — Какие-то сомнения? — удивился Андрес, решая не говорить брату о том, что это и так логично. Ну, то есть, кроме Серхио ему никто не мог рассказать. — Хорошо, — наконец решился парень. — Ему нужны деньги на лечение для своей матери. У неё рак лёгких. Сказать, что Фонойоса удивился, всё равно, что ничего не сказать. На самом деле он ожидал чего угодно, но не этого… — Ты серьёзно? — с сомнением поинтересовался Андрес. — Да, — вздохнул Маркина. Фонойоса некоторое время помолчал, пропитываясь ещё большим уважением к этому человеку. — Сколько денег нужно? — наконец спросил он. — Двадцать тысяч. Долларов, конечно. Андрес изумлённо приподнял брови. Почему-то осознание того, что жизнь человека стоит двадцать тысяч долларов, было не самым приятным и понятным для него. Такая сумма у мужчины совершенно точно была, и он мог бы ей поделиться с Мартином, но проблема в том, что полностью терять свой имидж серьёзного и безразличного человека он пока не собирался. Слишком уж долго Андрес всё это выстраивал. — Я понял тебя. Спасибо, — Фонойоса кивнул. — Могу я тоже кое-что спросить? — неуверенно уточнил Серхио. — Попробуй, — спокойно произнёс Андрес. — Зачем тебе эта информация? — А вот это не твоё дело, — как можно мягче постарался сказать он, но всё равно получилось грубовато. Маркина цыкнул, вновь думая о том, насколько же его брат невыносим. Клешнями из него ничего не вытянешь… Перекинувшись ещё парой фраз, братья попрощались. Андрес сказал, что у него много работы, поэтому пора бежать, но на самом деле… у его брата просто было слишком много неудобных для него вопросов, а если что-либо доставляло Фонойосе дискомфорт, он не собирался это терпеть. *** Андрес ушёл из хостела немногим раньше своих подчинённых. Сейчас ему нужно было быстро сходить в парк, а потом поехать на другую встречу, касающуюся… да он и не помнил чего касалась та встреча. Это не то чтобы имело значение, потому что он уже знал, что откажется от спонсирования ещё одного заведения. «Адского веселья» было вполне достаточно. Тем временем ребята как всегда опаздывали на работу. Это уже становилось закономерностью. Да, сеньор де Фонойоса не оценит. — А где… брат твой? — недоумевающе поинтересовался Даниэль, когда Серхио спустился на первый этаж ко всем остальным. — Понятия не имею, ушёл наверно, — Маркина просто пожал плечами. Ребята слегка недоумевающе переглянулись. — Интересные у вас отношения, — хмыкнула Агата. Для ребят это была всего лишь шутка, они даже посмеялись, но вот Серхио что-то совсем не было весело, ведь это было правдой. Их отношения с братом оставляли желать лучшего и раньше, а сейчас так вообще сошли на нет. Это, мягко говоря, угнетало, ведь фактически Андрес — единственный близкий для Маркины человек. *** До парка ребята добрались, как и вчера — бегом, только теперь они бежали с ещё большей скоростью, потому что, если честно, их нового куратора боялись абсолютно все. Без исключений. Даже Серхио, и тот побаивался своего брата на работе. *** Андрес, уже опаздывающий на свою встречу, начинал серьёзно злиться. Во-первых, он ненавидел непунктуальных людей, а во-вторых, его нервы были не железными, поэтому, когда он услышал громкий топот за своей спиной, только сжал челюсти и сделал несколько глубоких вдохов для хотя бы минимального прихода в спокойное состояние. — Пять минут тридцать восемь секунд, — прошипел Фонойоса, всё ещё находясь спиной к компании. — В следующий раз мне готовится к тому, что вы придёте через пол часа? — медленно разворачиваясь произнёс он, уже переходя на повышенный тон. На самом деле именно в тот момент куратор выглядел максимально опасно. Взгляд полный ненависти к каждому человеку, стоящему перед ним, которым, кажется, можно было прожечь дыру в чём угодно, не то что в обычных ребятах, до смерти напуганных тоном и видом Андреса. — Пока что я ограничусь штрафом, но будьте уверены — ещё раз вы опоздаете более, чем на минуту — я начну по очереди вас увольнять, — довольно угрожающе, но уже спокойнее произнёс он. Такой тон оказался ещё страшнее предыдущего, ведь самое страшное — это когда человек в агрессивном состоянии не кричит, а разговаривает с тобой совершенно спокойно. — Всё ясно?! — рявкнул он, а все друзья разом схлопотали если не инфаркт, то лёгкий приступ паники точно. — Всё… поняли, — неуверенно выдавила Ракель, стараясь смотреть куда угодно, только не в глаза этому человеку. — Остальные?! — тем же тоном спросил он. Да, два приступа менее, чем за тридцать секунд — не самое приятное ощущение. — С-согласны, — немного в разброс, но в принципе одновременно ответили все, кроме… — А я не согласен, — просто ответил Мартин, ощущая на себе шокированные взгляды коллег. От такого поворота событий Андрес аж опешил, стараясь скрыть своё искреннее удивление. Он медленно повернулся в сторону этого смельчака, одаряя его всё тем же испепеляющим взглядом, но тот даже не шелохнулся, а его лицо не выражало ничего кроме явного спокойствия. — С чем именно ты не согласен? — медленно, тщательно проговаривая каждое слово спросил Фонойоса, так или иначе вызывая панику абсолютно у всех ребят, но только не у Мартина. — Вы не имеете права штрафовать нас за опоздание менее чем на десять минут, — умиротворённо, будто они с Андресом общаются на диване за чашечкой кофе, объяснил Берроте. — Это прописано в договоре. Сначала Андрес смотрел на него всё тем же убийственным взглядом, но после его эмоция медленно сменилась на… что это? Безразличие? Снова? — Хорошо, — он просто кивнул, вызывая у всех абсолютное недоумение. Что только что произошло, и как так получилось, что Мартин всё ещё жив? А не удивился только сам Берроте, теперь полностью убеждаясь в том, что боятся тут нечего. Этот сеньор де Фонойоса вполне адекватен, но только если его не бояться. Видимо, уважает людей, которые могут за себя постоять. Что ж… такое встречается редко, обычно люди наоборот не любят, чтобы им перечили, но это явно особенный случай. — Благодаря вам я уже опаздываю, поэтому… Эй, умник, иди-ка сюда, — он махнул Мартину рукой, но тот не двинулся с места. Сначала до Андреса не дошло, что теперь-то не так, но потом он понял, и это окончательно выбило его из колеи. — Ладно. Подойди ко мне пожалуйста, Мартин, — утрированно вежливо произнёс он. Берроте удовлетворённо кивнул и теперь подошёл куда просили, в то время как его коллеги смотрели на всё это с чистым шоком, недоумением, восхищением и даже не пытались всё это скрыть. — Ты за главного пока меня не будет, — негромко объяснил Фонойоса, дабы слышал только Мартин. — Если что-то пойдёт не так, буду спрашивать с тебя. И не перебарщивай со смелостью, — слегка недовольно прошептал он, наклонившись теперь прямо над ухом Берроте. Это было единственное его действие, которое вызвало у Мартина хоть какую-то реакцию, а именно — мурашки по коже, возникшие буквально из ниоткуда. — Хорошо, — как можно более уверенным голосом постарался ответить он. — Вот и отлично, — теперь снова громко объявил Андрес. — Тогда хорошего вам рабочего дня, я поехал, — он несколько раз махнул им рукой, а после достаточно быстро удалился, оставляя Мартина, непонимающего, как можно оставить за главного человека, который работает здесь второй день и даже не все названия зон запомнил, одного за главного. — Крышей ты поехал, — цыкнула Силена в след Фонойосе. — Ну ты даёшь, чувак, — Анибаль неверяще покачал головой, подходя к Мартину и крепко пожимая его руку. — Я думала, он убьёт тебя, — ухмыльнулась Агата. — Но, как видите, со мной всё хорошо, — усмехнулся Берроте, открывая блокнот, который сунул ему сеньор де Фонойоса перед своим уходом. Он не рассказал, что именно с ним нужно делать, но Мартин, обладая особой внимательностью, помнил, что именно из него он вчера и читал все поручения для них. — В общем, меня тут за главного оставили, — неловко засмеялся он, перелистывая странички. Кажется, что их было бесконечное множество, но в итоге Мартину удалось найти нужную. Она была почти последней и с сегодняшней датой в правом нижнем углу. — Ага. Вот, нашёл. Короче, мы работаем в зоне Асмодея, — задумчиво произнёс он. — Зона Асмодея — это.? — Комната страха, — подсказала Моника. — Да, точно, спасибо. Так вот. Даниэль, Моника — посадка людей в вагончики, Серхио — проверка билетов на входе, Анибаль, Ракель, Мартин, Силена — актёры, — на несколько секунд Берроте замолчал, задумавшись. В каком это смысле актёры? — Актёры — это значит, что мы будем в роли каких-нибудь приведений пугать людей в комнате страха, — считывая замешательство друга объяснила Ракель. — Ага… понял, — кивнул Мартин. — И Агата — гадалка. Это ещё что? — сдвинув брови и немного приближая блокнот к глазам спросил он, дабы понять, а не ошибся ли в расшифровке символов. — Да ещё один развод для лохов, — ухмыльнулась Силена. — Ничего это не развод! Я правда могу видеть судьбу, — довольно убедительно произнесла Агата. — Недалеко от комнаты страха есть комната ведьмы. Туда приходят люди и задают мне любые вопросы, либо просто просят что-то увидеть, ну, я и делаю. Мартин кивнул, в уме помечая, что это точно развод, но самой гадалке об этом знать необязательно. *** Работать актёром в комнате страха оказалось довольно увлекательно и не особо сложно, только вот уже к середине дня голос у Берроте сел из-за слишком громкого крика, поэтому, когда объявили перерыв на обед (соответственно аттракцион был закрыт на некоторое время), Мартин сразу же решил, что голос надо как-то восстанавливать. — Да ты просто рождён для этой роли! — засмеялся Анибаль, толкая друга в бок, когда они по полной тьме пытались пробраться сквозь подземелье (одна из зон комнаты страха). — Расскажи об этом моему голосу, — прохрипел Мартин, прокашливаясь. — Ничего, у меня тоже такое было, когда первый раз сюда попала, — успокоила Ракель. — Потом привыкаешь. — Чёртов Даниэль, — недовольно сказала Силена. — Сколько раз ему нужно сказать, что у нас нет режима ночного виденья, чтобы он перестал забывать включать грёбаный свет! Да уж, в подземелье было и правда темно. Нет, ребята которые работали тут уже около месяца, конечно, уже неплохо ориентировались, но Мартин спотыкался чуть ли не о каждую деталь декора, расположенную на полу. — Мартин, чуть аккуратнее, — посоветовала Ракель, заметив, что он обо что-то споткнулся и чуть не упал прямо на рельсы. — Сейчас же всё равно перерыв, никто не ездит, — Берроте пожал плечами. — Только у нас там есть один шутник, который любит пускать вагончики так, без людей, просто чтобы напугать нас, — вздохнул Анибаль, уже, честно, уставший идти в горку. — И что тут страшного? — не понял Мартин. — Да есть теория, что тут водится призрак одного парня, которого придавило вот таким вагончиком, — просто объяснила Оливейра. — Он был как ты — новичок, и тоже не понимал, почему нельзя ходить по рельсам. Вот так и пошёл один раз, а потом из-за угла вдруг выскочил вагончик. Имея достаточно яркое воображение, Мартин, к сожалению, представил себе эту картину. Вот обычный парень — идёт по этим довольно широким рельсам, ничего не подозревая смеётся с друзьями, а после БАЦ! И всё летит в тартарары из-за вылетевшей из ниоткуда вагонетки. От таких мыслей Берроте даже поморщился. — Эй, ты что, правда поверил? — усмехнулся Анибаль. — Да она просто шутит, — объяснила Ракель. — Ну, кто знает, кто знает… — загадочно произнесла Силена. Им понадобилось ещё совсем немного времени, чтобы, наконец, добраться до места назначения. Ни Даниэля, ни Моники, ни Серхио на входе уже, конечно, не было. — Даже не подождали, — возмутился Кортес. — В смысле не подождали? — послышался громкий голос у них за спиной, отчего ребята резко подпрыгнули, а некоторые даже закричали. Мартин бы тоже закричал, но его голос не приветствовал эту идею. — Придурок, — вздохнул Анибаль, обращаясь к Даниэлю, стоящему прямо за ними и громко ржущему. — Серхио и Моника ушли, а я вас ждал, — рассказал он. — Лучше б ты свет включил, — цыкнула Силена. — Всё вам не так! — возмутился парень. — Скажите спасибо, что вагончики прокатить не решил! — Оо, спасибо, — закатывая глаза произнесла Оливейра. — Эй, ну вы там скоро? — из-за плотно закрытой двери, ведущей на улицу, послышался голос Агаты. Ребята быстро вышли наружу, имея возможность лицезреть перед собой невероятной красоты девушку. На ней было чёрное платье с кружевным вырезом, так называемые «оперные» чёрные перчатки и куча всяких бус, амулетов, колец, браслетов и подобных украшений. — Круто выглядишь, — чуть внятнее, чем до этого прохрипел Мартин. — А у тебя голос офигенный, — засмеялась девушка. — Кстати, хочешь погадаю? Всем уже гадала — тебе нет, — предложила она. Берроте обернулся на ребят, утвердительно кивающих. — У меня даже сбылось, — признался Анибаль. — А я… ну это, верю, что сбудется, — слегка смущённо признался Даниэль. Мартин прикинул и решил, что ничего страшного не случится. К тому же, это не какая-то непонятная гадалка с вокзала, а Агата. — Ну давай, — ухмыльнулся он. — Что делать надо? — Ничего особенного. Просто пойдём со мной. А вы на обед можете идти. Ребята, конечно, хотели узнать, чего там нагадает Мартину гадалка, но всё же голод перетянул одеяло на себя, и они всей компанией пошли к одному из ларьков, дабы купить что-нибудь на перекус. Тем временем Мартин и Агата дошли до конца замка, где девушка открыла чёрную дверь, выделяющуюся на фоне тёмно-бордового кирпича. — Проходи, дорогой, — пригласила она, а Берроте не стал сопротивляться, смело ступая внутрь. Это была довольно маленькая комнатка, где по бокам стояли пара шкафчиков, в которых хранились всякие травы и так далее, видимо, а по центру расположился небольшой деревянный столик с парой стульев, приставленных к нему. Они вместе прошли к этому столу и сели на стулья друг напротив друга. В помещении настолько сильно пахло какими-то аромасвечами, травами, цветами, да и вообще было неимоверно душно, что Мартин быстро понял, что долго тут не протянет, поэтому надеялся, что Агата побыстрее начнёт свой ритуал. — Что мне нужно… — Берроте прокашлялся, так как его голос, похожий на голос какого-то маньяка, уже пугал даже его самого, — делать? — Сиди и слушай, — сказала девушка, уже перетасовывая колоду. Ну, Мартин спорить не стал, просто откинулся на спинку стула и стал завороженно наблюдать за её движениями. Она так ловко и красиво мешала эти карты, что Берроте уже начинал задумываться над тем, чтобы попросить её тупо продолжать выполнять те же действия, можно не гадать. Но девушка с перемешиванием уже закончила. Она отложила колоду и потянулась за коробком со спичками. Агата зажгла несколько свечей, и новые запахи ударили в нос Берроте. Что-то лавандовое, ванильное, каким-то образом туда затесался банан, ну и шоколад в придачу. Неплохое комбо. И вот, началось самое интересное. Она вновь перемешала колоду, но на этот раз сделала всего пару движений, после чего быстро, словно робот, начала выкладывать на стол карты. Всего их получилось девять, они располагались по три в каждом ряду. — Вижу, есть в твоей жизни какой-то человек. Он мужчина, — задумчиво рассказала Агата. — Ты полюбишь его, а может любишь уже, это картам неизвестно, — пока она собирала карты со стола и перетасовывала заново, Мартин даже удивился. Что ещё за мужчина, которого он любит или может полюбить? Агата вновь разложила перед собой девять карт. — Ох, дорогой… — вздохнула она. — Человек этот принесёт в твою жизнь много боли, но отказаться от него ты не сможешь. Зашибись, подумал Мартин, только вот этого не хватало. — Больше про мужчину этого ничего не вижу, — отчего-то её голос сделался в точности, как голос какой-нибудь клишированной гадалки из второсортных сериальчиков. Девушка снова собрала карты и вновь повторила свои действия. Она чуть дольше, чем до этого смотрела на разложенные перед собой карты, что-то шептала себе под нос, отрицательно покачивая головой. — Не воспринимай серьёзно… — негромко начала она, а её голос показался Мартину крайне неубедительным. — Вижу смерть, — неуверенно начала Агата, но, заметив выражение лица Берроте, быстро добавила: — Вероятнее всего не около тебя. Мартин несколько секунд смотрел на неё сначала округлившимися от страха глазами, а потом просто с недоумением. — Но… тогда кто? — не понял он. — Этого не вижу, зато вижу, что после этого события произойдёт ещё одно, которое… — она пересчитала всё ещё раз, но, поняв, что не ошиблась, с сомнением произнесла, — которое расстроит тебя больше. — В смысле… чем смерть?.. — уже окончательно запутавшись спросил Мартин. — Получается, что да, — задумчиво кивнула Агата. — И последнее — главное. После этого случая есть одна не очень хорошая карта… она не всегда трактуется так, но в наших обстоятельствах… — голос девушки звучал слишком уж тревожно для просто не очень хорошей карты. — Насколько не очень хорошая? — вздохнул Берроте. — Самоубийство, — тихо произнесла она, взволнованно глядя на Мартина. — В смысле… я сам… захочу? — не понял он. Агата неуверенно кивнула, с сомнением глядя на Берроте. Она просто надеялась, что сделала неправильный расклад. *** Пока судьбу Мартина пытались предугадать карты таро, Андрес уже опаздывал. Он обещал Артуро, что будет в его кабинете в час дня, но не успевал от слова совсем. Ехать ещё минуты три, а он уже опаздывает на десять. Просто невозможно. Хотя на самом деле Андресу не то чтобы было не всё равно. Опаздывать нельзя всем, кроме него, а если случается такое, что позже других приходит он сам… Что ж, сами виноваты, рано пришли. Сегодня у него было просто море работы в «Адском веселье», а всё потому, что все подписания каких-то важных бумажек, заполнение не менее важных бумажек, да и вообще абсолютно всю работу с бумажками он оттянул до последнего момента, именно поэтому сейчас у Андреса имелось поле непаханое работы (это ярко иллюстрировал стол в лежке, в самом углу которого скопилась внушительных размеров стопочка бумаг). Но почему-то всё это сейчас не заботило Фонойосу, намного больше его волновал его подчинённый, который вышел из-под контроля, а сам Андрес это ещё и приветствует, теряя авторитет в глазах других. Просто потрясающе. А всё почему? Аа, устал от одиночества, значит? Столько лет выстраивал образ строгого человека, перечить которому просто опасно для жизни, чтобы какой-то мальчишка, поверивший в себя, разрушил просто гигантскую стену между вами в пару ходов? Готов ли ты, дорогой Андрес, пожертвовать своим образом, репутацией, влиянием, уважением, просто для того, чтобы обрести рядом с собой людей, которые всё равно предадут тебя? Мы с тобой уже убеждались, что ты не нужен никому кроме себя, что люди не умеют… Да, вот из-за таких мыслей он и был один. Всегда и вечно. Такси остановилось на парковке парка развлечений, Андрес расплатился с таксистом, напоследок бросая пафосное: «Сдачи не надо». И нет, этот широкий жест был сделан далеко не по доброте душевной, а просто потому что носить в кармане или даже портмоне эти противные монеты — удел бедных и вообще смотрится не элитно. У всех богатых и уважающих себя людей — купюры. Фонойоса относил себя к таким. Снова почувствовав этот кайф власти над человеком, Андрес подумал о том, что, может, отсутствие людей в его жизни этого стоит. Кто-то может с ним не согласиться, но власть и уважение к себе намного важнее какой-то дружбы или, упаси боже, любви. Это же нужно быть на равных с каким-то человеком, выслушивать его мнение и делать вид, что оно для тебя имеет значение. Нет, даже думать об этом для Андреса было отвратительно, не то что осуществлять. *** — И вам здравствуйте, — не особо радостно поздоровался Артуро с Андресом, как всегда по-хозяйски вошедшим в его кабинет. Он бросил свой портфель прямо на стол Романа чуть ли не с порога кабинета и уселся в кресло напротив управляющего, пододвигая к себе его чашку кофе, которое он только что сделал для себя. Для полного комплекта оставалось только ноги на стол закинуть, но это, конечно, было полностью противоположно образу серьёзного джентельмена. — Странно, вы опоздали, — вздохнул Артурито, с досадой поняв, что сегодня он, видимо, без кофе. Мужчина опустился на своё кресло напротив Андреса. — Лучше сразу запомните, что я никогда не опаздываю, — посоветовал Фонойоса. — Я только задерживаюсь. Роман, конечно, приподнял одну бровь, недоумевающе глядя на сидящего перед собой мужчину, но всё же просто смирился со своей участью, снова тяжело вздыхая. — Ладно, — он закатил глаза. — Тогда у меня к вам просьба. До завтра, будьте добры, заполните все бумаги. Они вас уже заждались. — Вы моя личная секретарша? — неприятно усмехнулся Андрес, делая глоток кофе из небольшой чашечки. Мда, это чудо ещё и кофе варить не умеет. Отлично. — Перестаньте паясничать, — устало произнёс Артурито. — Это не просьба, а приказ. Простите, но я вынужден… — Вы мне не приказываете, — абсолютно ледяным тоном произнёс Фонойоса, переводя не менее опасный взгляд с кофе на управляющего. — Ладно, — быстро поправился он. — Настоятельная просьба. — Уже лучше. Я рассмотрю ваше предложение. — Вот уж спасибо. Кстати, передадите вашему сотруднику… — Подчинённому, — поправил Андрес. — Называйте как хотите, — Артуро уже не выдерживал, ему хотелось как можно быстрее сплавить этого максимально неприятного типа из кабинета. — Передадите ему, что сегодня работает в ночную смену. В комнате страха. Фонойоса приподнял одну бровь, примерно представляя, что в комнате страха ночью, наверно, жутковато. Можно даже сказать — очень. — Передам. Это всё? — не особо заинтересованно спросил Андрес. — Да, — кивнул Артуро. Когда Фонойоса просто покинул его кабинет, даже не сказав до свидания, Артурито смог спокойно выдохнуть. Чёрт его дёрнул взять этого больного в партнёры. *** Целый день это дурацкое гадание не выходило из головы Мартина. Он, конечно, суеверным не был, но в гадания на картах, к сожалению, верил. Когда-то давно уже было такое, что ему гадали на картах и кое-что предсказали… а он, в общем, не поверил. В итоге оно сбылось. Масла в огонь подливала эта ночная смена, которую вдруг ему решили поставить, да ещё не где-нибудь, а в комнате страха! Зашибись. Если он выживет и не умрёт от сердечного приступа этой ночью, этот день можно будет помечать красным цветом. — Ну давай, друг, — с сомнением сказал Даниэль уже на выходе из парка. — Удачи тебе. — Мы на связи если что, — добавила Моника, которой сегодня, кстати, тоже предстояла ночная смена, но в более благоприятном заведении. Она изредка подрабатывала на ресепшене в их гостинице. — Спасибо, — Берроте слегка устало улыбнулся, обнимая каждого. Он дождался пока ребята уйдут, а после, тяжело вздохнув и уже предвкушая эту прекрасную ночь, двинулся в сторону комнаты страха. На самом деле в темноте этот парк выглядел просто максимально страшно. Сейчас было всего десять вечера (они немного задержались), но темнеть уже начинало, поэтому Мартин подумал, что лучше бы ему пройти мимо всех этих зловеще нависающих над ним демонов до полной тьмы. В парке не было ни единой души. Но это только сейчас, он знал, что чуть позже в парк вернётся Матиас, который просто ушёл ненадолго, чтобы поесть перед ночной сменой. Конечно, они будут в разных зонах, но само осознание того, что он тут не один, очень радовало. Были ещё уборщики и пара ребят из других команд, но о их существовании Берроте как-то забыл, они всё равно не показывались. На самом деле у Мартина было не то чтобы много работы на сегодня. Проверить исправность рельс (как ему объяснили — просто посмотреть, не отвалилось ли чего), потом прогнать по кругу вагончики, проверив их пригодность, поправить кое-какие декорации и подобные мелочи, на которые он планировал потратить от силы час. Главное, чтобы не возникло никаких проблем. Когда Берроте дошёл до крепости, в которой и находилась комната страха, его непроизвольно передёрнуло. Всё это выглядело как сцена из какого-то ужастика с плохим сценарием, где герои совсем дурачки и ходят по комнатам страха в ночи. Что ж, это будет весело. *** В пол двенадцатого Андрес уже практически дозаполнил все бумаги. Ну, как, оставалось чуть меньше половины, то есть плюс-минус двадцать документов. Фонойоса уже перестал понимать, где и для чего он ставит свою подпись, но всё же продолжал работу, и только когда поставил подпись в графе «ФИО», он понял, что, кажется, пора сделать перерыв. Мужчина поднялся с кресла впервые за пять часов, позвоночник и коленные суставы опасно хрустнули, а всё тело начало безбожно ломить. Ему всего тридцать, а сейчас было ощущение, что он уже в преклонном возрасте. Что ж, с таким режимом работы и сидячим образом жизни — не удивительно. Андрес подошёл к мини бару, достал оттуда бутылку воды (хотя хотелось, на самом деле, виски) и прилёг на диван, стоящий по правую стенку от входа. Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, что больше работать он сегодня не может, поэтому довольно логично было бы поехать домой. Точно, так он и сделает. Фонойоса резво поднялся с дивана, будто всего пару минут назад у него и не ломило всё тело, собрал все немногочисленные вещи, схватил со стола ключ от лежки и вышел наружу. Холодный, приятный ветерок сразу обдал его лицо и заодно хотя бы немного поднял настроение, прежде находящееся на нуле. Андрес шёл вдоль парка, думая о том, что, может быть, стоило бы поработать ещё немного, потому что… какой смысл идти домой? Ну, то есть он придёт, как всегда, в пустой дом и… ляжет спать? Да, пожалуй. В лучшем случае включит телевизор и уснёт под него. Такая жалкая жизнь уже начинала выводить из себя, даже несмотря на то, что иногда она казалась ему потрясающей. Андреса никогда нельзя было назвать ни общительным, ни доверчивым человеком, а всё, в основном, из-за нарциссизма. Нет, он мог общаться с людьми, даже со многими, но почти все они были ему крайне неприятны, по давно названым причинам. Уже проходя мимо зоны Люцифера, Фонойоса вдруг резко остановился. Ехать домой сейчас — идея ещё более ужасная, чем та, что только что пришла ему в голову. Он даже не понял, как это произошло, но спустя буквально долю секунды после остановки, Андрес развернулся и пошёл в совершенно противоположную от выхода сторону, думая о том, что то, что он хочет сделать — максимально странно, но вполне интригующе. *** Мартин очень ошибался, когда думал, что проверить рельсы — это легко. Ближе к полуночи он уже закончил всё, кроме этих треклятых рельс. Главная проблема была в развилке, которая была переключена не в ту сторону аж в нескольких местах, а Берроте и не знал, как бы вернуть её в нужное положение. Он перепробовал все варианты: понажимал на какие-то кнопки на панели управления у входа, на рычаги, побил по ней ногой, попытался передвинуть с помощью рук — не получалось ровным счётом ничего. Окончательно сдавшись, Мартин, уже полностью обессиленный, просто упал на пыльный пол, опираясь о стену и обливаясь семью потами. Здесь было просто максимально жарко, темно и душно, будто в шахте. Сейчас он находился в темнице, где были всяческие решётки, котлы и снова эти стены из бордового кирпича. Берроте был в полутьме, поэтому с трудом мог разглядеть какие-то вилы, стоящие у стены прямо напротив него. Вдруг послышался скрип входной двери, а после медленные размеренные шаги — всё это в совокупности дало Мартину довольно сильный приступ паники. Он не мог даже пошевелится, поэтому просто смотрел куда-то в глубь и ждал, надеясь, что это какой-нибудь Матиас решил пройтись до него среди ночи. Уже спустя секунд десять Берроте смог видеть силуэт человека. Это точно был довольно высокий мужчина и точно не Матиас, что резко напрягло Мартина. Может маньяк? Но его сомнения развеялись уже когда человек прошёл сквозь арку и оказался совсем близко к нему. Всё-таки маньяк. — Испугался? — ухмыльнулся Андрес, замечая, что Берроте аж весь сжался от страха. — Конечно нет, посреди ночи в комнате страха каждый день вижу каких-то людей, — не особо доброжелательно фыркнул Мартин. — Если что у меня всё нормально, справляюсь. — И что же ты тогда тут делаешь так долго? — усмехнулся Фонойоса. — По моим подсчётам, если бы всё шло без проблем, ты уже давно спал бы дома. — Вы такой же занудный, как ваш брат, — цыкнул Мартин. Если честно, сейчас он не был настроен на разговоры с сеньором де Фонойосой, потому что при них нужно было думать. Нужно было думать, как удивить его новой репликой, как ответить поострей, чтобы он оценил. — Надо же, сеньор умник не в настроении, — уже не столь доброжелательно, но всё же с нотками стёба ответил Андрес. Нет, сейчас он, почему-то, даже не думал злиться. — Значит, когда впечатление производить не на кого, ты более сдержан и спокоен? Мартин с долей сомнения посмотрел на своего начальника, не понимая, чего он пытается добиться этим разговором. — У меня нет цели произвести впечатление на кого-либо, — честно ответил Берроте, но дабы это было уж совсем чистой правдой, быстро добавил: — Из них, я имею ввиду. Фонойоса тихо усмехнулся, прикрывая глаза. Он хотел было сказать, что, в целом, и не сомневался, но решил, что Мартину об этом знать необязательно. — Хорошо. Тогда у меня к тебе предложение, — спокойно начал он, но, заметив оживлённый и заинтересованный взгляд Берроте, дополнил свою фразу: — Сугубо деловое, конечно, — это прозвучало примерно как: «Боже, ты реально рассчитывал, что удостоишься от меня чего-то, кроме деловых речей и предложений? Смешно». На самом деле он не собирался закладывать ничего такого, просто уже, видимо, как-то на автомате… — Деловые не принимаю, у меня и самого тут дел по горло, — вздохнул Мартин, предполагая, что Фонойоса хочет поручить ему ещё какое-нибудь задание. Андрес негромко хмыкнул. — Ты же сказал, что справляешься? — уточнил он. — Пошутил, — Берроте просто пожал плечами, поднимаясь с пола. — Не знаю как переставить рельсы. Вот, видите? — он пальцем указал на железную дорогу. Фонойоса недоумевающе посмотрел на него, думая, не шутка ли, но, когда понял, что тот не понимает на полном серьёзе, решил использовать это в свою пользу. — Я тебе помогу, а ты соглашаешься, — предложил он и сам удивился тому, что даёт Мартину выбор. Уже давненько такого не было. Возможно, это потому, что именно этого человека он уважает достаточно сильно, чтобы позволить такое. Берроте задумался всего на пару секунд, но в итоге несколько раз простодушно кивнул. — Только я уже пробовал и кнопки, и рычаги, — предупредил он. — Так что, если вы собирались сделать… — парень приостановил свою речь, замечая, что рельс медленно двинулся влево, таким образом становясь в нужную сторону. Мартин поднял совершенно обескураженный взгляд на Андреса, а тот в свою очередь только еле заметно усмехнулся. — Педаль, — Фонойоса кивнул себе под ноги, а Берроте заметил, что правой ногой он на чём-то определённо стоит. Это что-то было очень маленьким и располагалось прямо у стены, поэтому, в целом, было не особо удивительно, что Мартин просто не заметил ту педаль. Берроте легонько ударил себе ладонью по лицу, как бы делая вид, что разочарован в том, что ему предстоит слушать какое-то деловое предложение от Фонойосы. На самом же деле он хотел. Сам того не замечая, наверно чисто на подсознательном уровне, Мартин всё это время отмечал, что его начальник просто чертовски красив, а в таком полумраке так вообще… На самом деле непонятно как Мартин вообще держался в нормальном состоянии, потому что обычно, видя таких мужчин, он терял контроль над своими телом, речью и разумом. — Спасибо, — ухмыльнулся Берроте. — Так что за деловое предложение? Фонойоса ещё раз задумался над тем, а стоит ли, потому что если он откажется, это будет… унизительно? — В общем… — задумчиво начал он, но услышав свой голос со стороны тут же взял себя в руки. — Если ты никуда не торопишься, я хотел позвать тебя прогуляться, — объяснил Андрес, внимательно глядя на Мартина, который от такого предложения даже впал в лёгкий ступор. Он, пожалуй, ожидал многого, но вот точно не этого. — В смысле… вдвоём? — неловко уточнил он, очень надеясь на положительный ответ. — Видишь тут ещё кого-нибудь? — усмехнулся Фонойоса. — Ладно, — Берроте просто пожал плечами, хотя внутри всё резко зажглось, случился яркий прилив энергии. Пока Мартин прибывал в состоянии эйфории, которую активно скрывал, Андрес вдруг обратил серьёзное внимание на его внешний вид. Он и раньше отмечал для себя, что Берроте парень довольно симпатичный, но сейчас в нём были будто подчёркнуты все лучшие черты, иначе Фонойоса не знал, как объяснить свою внезапную мысль, гласящую: «А он ничего». И это всё с учётом того, что Мартин был потный, волосы в полном беспорядке и в чисто рабочей одежде. *** Спустя всего минут пять, срезая путь как могли, они покинули парк, выходя на аллею, ведущую прямо к пляжу. — Куда пойдём? — спросил Берроте, оглядываясь по сторонам. На улицах уже никого, небо безоблачное, но и беззвёздное, только одинокая луна освещала не очень широкую дорогу перед ними. — По пляжу? — задумчиво произнёс Андрес. — Хорошо. А ваши ботинки?.. — ухмыльнулся Мартин, обращая внимание на то, что обувь на ногах Фонойосы действительно дорогая. Это у него обычные тапки, которые и двух долларов не стоили. — За них не переживай, — просто ответил Андрес, а Мартин пожал плечами. Что ж, вероятно, у него дома ещё пар пятнадцать подобных. Они молча прошли аллею, но тишина эта была вполне комфортной. Знаете, бывают люди, с которыми приятно просто помолчать, а не находится вечно в поисках темы для разговора. Ночь была невероятно красивой, а небо, даже учитывая то, что на нём не было ни одной звезды, завораживало. — Красиво, правда? — негромко спросил Фонойоса, обращая внимание на море, сейчас пустое и очень умиротворённое, ни одного движения. — Ага, — кивнул Мартин, завороженно рассматривая луну. — Можно вопрос? — совсем немного неуверенно поинтересовался он. Андрес про себя усмехнулся, уже подозревая, что же именно беспокоит парня. — Ну задавай, — разрешил он, глядя куда-то в даль и уже думая, как и что будет отвечать. — Почему вы позвали меня? — Ты видел там ещё кого-нибудь? — еле заметно хмыкнул Фонойоса, уходя от прямого ответа. — Хотите сказать, что будь там не я, а Даниэль, вы бы и его позвали? — с сарказмом произнёс Берроте, а Андрес в очередной раз убедился в том, что он неудобных вопросов задавать не стесняется и не боится. — Ну, его может и не позвал бы, — прикинул Фонойоса. — Только не нужно думать, что ты особенный, мне… — он не закончил фразу, резко одёрнув себя. Как он уже выяснил, Мартин понимает все его жесты и слова намного лучше других, и сейчас он тоже, вероятно, понимает, что Андрес врёт. Хорошо, может и стоит признать, что он действительно особенный. — Даже не рассчитывал. А вы каждый свой вечер уделяете время каким-то левым людям или я один такой удачливый? Фонойоса хотел было съязвить, но снова смог вовремя остановится. Что ж, можно попробовать… — Нет, ты один такой удачливый. В большинстве своём люди раздражают меня, поэтому я не выношу их присутствие рядом с собой дольше нескольких минут, — объяснил Андрес, причём так просто, будто в этом не было ничего особенного. — Ну, мы с вами разговариваем уже чуть больше нескольких минут. Могу считать это успехом? — улыбнулся Берроте, а Фонойоса решил окончательно сдать позиции и тоже… улыбнулся? Вот от такого жеста Мартин подумал, что у него галлюцинации. — Можешь гордиться этим. В парке не так много людей, с которыми я мог бы вот так просто разговаривать, — признал Андрес, думая, насколько это было правильным решением. Может, парень сейчас загордится собой и резко изменится. — И в чём же заключается моя особенность? — всё допытывался Мартин, временами поглядывая на Фонойосу. Он не мог по-другому, уж слишком ему нравилась слегка смущённая улыбка Андреса. После знакомства с ним в таком властном и не самом приятном образе, такой Андрес его удивлял и нравился. Даже слишком. — Ты… — мужчина вздохнул, думая, как бы объяснить ему. — Видишь ли, большинство людей склонны не высказывать своё мнение, не вступать со мной в спор. Боятся, в общем. Ты не боишься, — ухмыльнулся Андрес, впервые за прогулку поворачиваясь на Мартина. Их взгляды на несколько секунд пересеклись, но уже через некоторое время оба одёрнули себя, медленно отворачиваясь. «Какие красивые глаза» — как ни комично, они подумали об этом одновременно, только вот Фонойоса поспешил отогнать от себя эти мысли. — Я тоже скоро начну вас бояться, если будете продолжать в том же духе, — усмехнулся Берроте, как бы преподнося это как шутку, но в каждой шутке есть доля правды. В этой правдой было всё. Андрес немного удивился, приподнимая обе брови и даже как-то впал в ступор, абсолютно не зная, что ответить. — А… что я делаю? — поинтересовался он скорее для галочки, а не потому что действительно не догадывался. — Только обещайте, что если я скажу, вы не убьёте меня, — попросил Мартин. — Давай, попробуй, — это прозвучало как вызов, поэтому Берроте принял его практически сразу, уже даже не задумываясь о последствиях. — Ну, тогда как бы сократить… — задумчиво произнёс он. — Хорошо. По вам очень заметно, что вы намерено пытаетесь всех запугать. Вам будто жизненно необходимо, чтобы вас боялись, — осторожно объяснил Мартин, даже боясь наблюдать за реакцией собеседника. Но его речь не вызвала в Андресе никаких негативных эмоций, вопреки всем ожиданиям. Нет, если бы об этом говорил ему кто-то, кто не Мартин, и не так уверенно, возможно, он утопил бы этого человека в море, но здесь… — Так и есть. Мне кажется, так легче, — задумчиво объяснил Фонойоса, пожимая плечами. — На самом деле согласен, так правда, наверно, проще, — прикинул Берроте. — Но есть свои минусы. Например, что друзей или… кого-то ещё, — тонко намекнул он, — вы такими темпами не найдёте. Мартин сейчас ходил по очень тонкой линии, это понимали оба, но почему-то у парня эта мысль не вызывала страха, а у мужчины агрессии. Он просто озвучивал очевидные для самого Андреса вещи, в которых он сам себе никогда бы не признался до конца. — Но я не нуждаюсь в людях рядом с собой, — возразил Фонойоса. — Это вы так говорите, — тихо ухмыльнулся Берроте. — Намного проще, когда рядом есть человек. Хотя бы просто человек, которому можно излить душу. Это полезно иногда, — парень просто пожал плечами. На некоторое время между ними снова повисло молчание, а после Андрес негромко произнёс: — Наверное, ты прав. Он не стал объяснять почему ничего не делает со всем этим, да и в целом не объяснял больше ничего, а Мартин понял, что неудобные вопросы больше задавать не стоит, он итак уже узнал достаточно. *** Они разошлись только ближе к половине второго. Время пролетело как-то незаметно, мужчины беседовали в принципе обо всём, стараясь не затрагивать только тему личной жизни, так как для обоих она была слегка болезненной. Андрес проводил Мартина до его отеля и, хотя их прогулка располагала больше к прощальным объятиям, они просто обменялись рукопожатиями. — Ты неплохой собеседник, — с мягкой улыбкой произнёс Фонойоса. — Ты тоже ничего, — ухмыльнулся Мартин, глядя прямо в глаза Андресу и прослеживая его реакцию. Впервые за вечер он назвал его на «ты» и не знал, как тот отреагирует. Но мужчина будто ничего и не заметил, только снова улыбнулся. — Может попробуешь завтра быть таким же? — осмелился предложить Берроте. Фонойоса задумался всего на пару секунд, а после отрицательно покачал головой. — Нет, — просто ответил он. — Так может быть только с тобой. Спокойной ночи, — он еле заметно улыбнулся и только теперь отпустил руку Мартина. — И тебе, — слегка растерянно ответил парень, глядя уже в след уходящему мужчине. Только с ним, значит… Пребывая в шоковом и одновременно окрылённом состоянии, Мартин даже не сразу услышал, что его зовёт Моника, стоящая за стойкой регистрации. — Маартиин, — протянула она, и только тогда Берроте резко обернулся на тихо посмеивающуюся девушку. — Ты чего так поздно? — Да я… — медленно начал парень, стараясь что-то придумать. — Да я уснул просто. А потом меня Матиас нашёл, и я пошёл домой. Моника на его рассказ только рассмеялась, говоря что-то о том, что он очень несобранный, но Мартин уже не слушал. Он пожелал девушке спокойной ночи и не спеша пошёл к себе в комнату, всё ещё пытаясь переварить случившееся. Зайдя в комнату, парень просто скинул с себя футболку и шорты, неаккуратно закидывая их в шкаф, а после полез к себе наверх. Кровать предательски заскрипела, но это, кажется, никого не насторожило, ведь все трое его соседей уже давным-давно спали, что было вполне логично. Завтра вставать в семь утра. Но когда Мартин опустился на подушку, сон всё ещё не шёл к нему, потому что одна загадка в его голове оставалась неразгаданной. Может ли быть такое, ну, чисто теоретически, и не то что Мартина это вообще сильно интересует, что он сможет каким-то образом понравится Андресу? То есть не в плане как друг, это сделать было проще простого, потому что Берроте уже в целом понял по каким принципам живёт эт… — Эй, Мартин, — послышался чей-то шёпот, от которого Мартина аж передёрнуло. — Это кто это с тобой был? — с интересом, но максимально сонным голосом спросил, как чуть позже понял Берроте, Даниэль. — Да это… Матиас, — тихо ответил он. — Аа, — понимающе протянул Рамос и больше ничего не сказал, переворачиваясь на другой бок, а Мартин вновь вернулся на своё место. Как бы он не боялся этой мысли, но она была вполне правильной — он начинает влюбляться. К сожалению, в самого далёкого и недоступного для себя человека.