First and Last...

Прошло две недели с того момента, как Чимин заселился в номер отеля. Всё это время он был занят досрочным закрытием сессии и изо всех сил старался не попадаться на глаза Юнги. Хорошо, что они учатся на разных факультетах, и больших проблем с этим не было. Чего не сказать о других способах коммуникации. Телефон блондина большую часть времени жужжал и привлекал к себе внимание светящимся от входящих сообщений экраном. Юнги: Ты где? Юнги: Нам нужно поговорить Юнги: Чимин, это несерьёзно. Неужели ты и правда так расстроился из-за того поцелуя? Юнги: Прости меня Юнги: Скажи где ты? Юнги: Уже три часа ночи, а тебя до сих пор нет Юнги: Чимин, это уже не смешно. Ты не появлялся в комнате два дня Юнги: Пожалуйста, прости меня, я был неправ Юнги: Ты не можешь так со мной поступить И таким сообщениям не было ни конца, ни края. У Чимина совершенно не было желания разговаривать с другом, но и телефон он не мог отключить. Это странно, но парень каждый вечер отправлял одно единственное сообщение: «Со мной всё хорошо» Чонгуку, и в ответ получал несколько слов, от которых вдруг становилось так тепло и спокойно, что лишить себя таких ощущений он просто не мог. А на тот случай, если брюнет вдруг решит написать первым, телефон должен быть включён. Но он не писал. Первая неделя прошла более чем хорошо. Чимин наслаждался одиночеством и относительным спокойствием, занимался своими делами, и что самое главное — не выслушивал бесконечные претензии и не подвергался тотальному контролю. Без постоянного присутствия Юнги рядом даже дышалось легче. И Пак задавался только одним вопросом: Когда всё так изменилось? Flashback Чимин поступил в один из самых престижных университетов мира, но совершенно не испытывал восторга от этого события. Он просто шёл к своей цели. Это было первым шагом, и он его сделал. Злость и отчаяние помогли добиться своего, но постепенно разрушали его изнутри. Красивый и сломанный — таким он видел себя в отражении. Злой, ненавидящий, отчаявшийся, разбитый — таким он себя чувствовал. Ничто не было способно остановить тот хаос, что творился внутри. Алкоголь лишь ненадолго притуплял боль, а секс приносил мало удовольствия, но Чимин упрямо продолжал обманывать себя. Это сейчас он звезда университета и мечта многих девушек и парней, но ещё несколько лет назад он был совершенно другим. Нескончаемые загулы в отдалённых клубах, где вероятность наткнуться на знакомого была ничтожно мала. Беспорядочные связи с малознакомыми парнями, которые велись на его красивое личико. Затуманенный разум и власть над чужим телом приносили иллюзорное удовлетворение, так как власти над своей собственной жизнью не было от слова «совсем». Если спросить его сейчас о том, сколько наивных бедолаг, надеющихся на что-то большее, прошло через его постель, то он и не вспомнит. Много. Очень много. Но в какой-то момент в его жизни появился он. — Привет, — сладким голосом протянул Чимин над ухом незнакомца. — Привет. — Я наблюдал за тобой некоторое время… — расплываясь в приторно-сладкой улыбке, уложил свои руки на плечи незнакомца Пак. — Хмм… — Составишь мне компанию? А то выпивать одному как-то неинтересно. — Правда? Кажется, что ты неплохо с этим справляешься, — усмехнулся собеседник. — Ауч! Пак Чимин. — Мин Юнги. — Ты ведь кореец? — А ты наблюдательный. — Тут неподалёку есть корейская забегаловка. — И? — Незаинтересованно бросил новый знакомый. — Я давно не пил соджу… — А ты разве подошёл не для того, чтобы напоить меня дешёвым пойлом и трахнуть по-быстрому в туалете? — Без особого интереса задал вопрос Юнги, хотя ответ на него был очевиден. По крайней мере для него. — Именно за этим, — не стал спорить Чимин. — Тогда?.. — Настроение изменилось. — Ладно, идём. Это и стало началом их дружбы. Юнги сильно отличался от всех тех, кто окружал Чимина. Он не вёлся на его показушную лёгкость и безразличность, пытаясь докопаться до настоящего. Проводил бесконечно долгие и нудные «сеансы психотерапии» и просто раздражал своей дотошностью. Но это дало свои плоды. Через какое-то время броня Чимина начала потихоньку трескаться, обнажая настоящие чувства и давая доступ к потрёпанному сердцу. Он медленно, но верно открывался Юнги, а тот в свою очередь внимательно его слушал и обещал, что всё обязательно наладится. И почему-то Чимин ему верил. Верил настолько, что рассказал про причину такого состояния и про свой план мести, который он уже начал реализовывать. И совершенно неожиданно Мин поддержал его, обещая помочь всем, чем сможет. Так они начали работать вместе, и всё шло очень хорошо. Чимин наконец немного успокоился, а злость его сменилась надеждой. Юнги всегда и во всём поддерживал друга, находясь рядом двадцать четыре часа в сутки, но совсем скоро дружеская поддержка сменилась вполне очевидной симпатией со стороны Мина. Чимин, насколько это было возможно, игнорировал нежные взгляды и совсем не дружеские касания, молясь только о том, чтобы наваждение прошло, и друг не влюбился в него. Но чуда не случилось. Однажды Юнги вернулся изрядно выпившим, что совсем не было на него похоже, и столь нежеланные слова слетели с обветренных губ. — Юнги, ты где был? — В том клубе. — В каком? — В котором мы познакомились. — И что ты там делал? — Я должен тебе что-то сказать, — Мин подошел совсем близко и взял руки Чимина в свои. — Нет, не должен. Тебе просто нужно отдохнуть, — пытался не допустить непоправимого блондин, но парень напротив был настроен серьезно. — Нет! Я должен! — Юнги, пожалуйста… Чимин попытался вырвать свои руки, но Мин сжал их крепче и припал к ладоням губами. — Я правда старался это игнорировать, но ничего не выходит! Понимаешь? — Взгляд друга был таким разбитым, а сам он казался крайне отчаявшимся. —Я просто не могу бороться с этим! — Не надо… — Я люблю тебя. Это был конец. После этих слов уже ничего не будет как прежде, и оба это понимали. — Это не так. Мы просто проводим много времени вместе, поэтому тебе так кажется. — Ты серьёзно? — Рассмеялся с такой глупости Юнги, ведь был на сто процентов уверен в своих словах и чувствах. — Неужели ты думаешь, что я не способен понять, что чувствую? — Ты не можешь меня любить, — совсем отчаянно ответил Чимин. — Почему? — Ты сам знаешь, что я не могу ответить взаимностью. — Почему нет? Давай забудем о твоём плане мести и продолжим жить… — Нет! — Чимин, ты вообще слышал, что я сказал? Я люблю тебя! — Я слышал, — холодно ответил Пак, освободив наконец свои руки. — И? Я сделаю всё, чтобы ты смог забыть прошлое, и мы вместе будем двигаться дальше. — Не думаю, что это возможно. — Но почему? — Не желал сдаваться Мин. — Я не чувствую к тебе того же. — Ты просто запрещаешь себе… — Не в этом случае, — перебил друга Чимин, так как он также был уверен в себе. — Ты правда очень дорог мне, но я не смогу полюбить тебя так, как ты того хочешь. — Не говори так, ты не знаешь, что будет в будущем. — Юнги, я не люблю тебя. — Нет, пожалуйста, — первая слеза скатилась по бледной коже. — Дай мне шанс. — Всё, что я могу тебе предложить — это моё тело, — грустно улыбнулся блондин. — Мне не нужно твоё тело, мне нужно твоё сердце! — Прости, но ты опоздал, его уже давно нет. После этого разговора Чимин ушёл и не появлялся в комнате пару недель. В университете он тоже избегал друга, уходя с пар немного раньше их окончания. Он чувствовал себя преданным и обиженным. За этот год Юнги стал для Чимина очень близким человеком, наверное, самым близким, и блондин уж точно не ожидал такого предательства. Всё только начало налаживаться, и вот судьба снова подставила подножку. Но сейчас он был сильнее и не собирался убиваться из-за очередного удара. Он вообще очень изменился за время учёбы. Стал более сдержанным, холодным, отстранённым, и вместе с этим практически безэмоциональным. Наверное, именно поэтому он привлекал к своей персоне так много внимания, которое ему было совершенно не нужно. А уж после того, как он начал принимать участие в различных постановках Нью-Йоркского театра, вовсе стал звездой. Чимин всегда уклончиво отвечал на вопрос, почему он оставил такое престижное место и поступил в университет. Говорил, что ещё совсем молод и образование необходимо, но правду знали лишь несколько людей. Юнги был в их числе. Чимин прятался от друга ещё некоторое время, пока тот его не подкараулил и не проследил за ним. — Чимин, нам нужно поговорить, — смотрел на удивлённого парня Мин, стоя на пороге его номера в отеле, недалеко от университета. — Ты следил за мной? — Ты не отвечаешь на мои звонки, у меня не было другого выбора. — У меня есть на то причины, — проходя мимо парня, направился в свою комнату Пак. — Что ты хотел сказать? — Я не хотел, чтобы всё так вышло, — разбито ответил Юнги. — Мои чувства. Это не произошло в один день, у меня не было и шанса не влюбиться в тебя. — Хах… — хмыкнул блондин, закатывая глаза. — Я вообще не понимаю, как так получилось? Ты ведь знаешь меня лучше всех! — Именно поэтому. Я знаю тебя. — Ты ведь понимаешь, что у нас ничего не выйдет? — Я это понимаю, но не хочу тебя терять. Прежде чем попасть в такую ситуацию, мы были близкими людьми друг для друга, я не хочу этого лишиться. Также я обещал помочь тебе и не отступлю от своих слов. Ты мой друг в первую очередь. — И как ты себе это представляешь? — Нахмурил брови Пак. — Я найду способ избавиться от своих чувств. Чимин не поверил, но согласился. А какой у него был выбор? Юнги был прав, они прежде всего друзья, и блондин не хотел потерять единственного друга. Но разлюбить Чимина оказалось для Мина непосильной задачей. Как бы Юнги ни старался, ничего не выходило. Он научился скрывать свои эмоции, но справиться с чувствами не мог. Наоборот, он падал в них всё глубже и глубже. Казалось, что чем больше он старается избавиться от своей любви, тем больше влюбляется. В какой-то момент это стало граничить с одержимостью, что не на шутку пугало парня. А последний год ситуация стала совсем плачевной. Юнги всё сложнее давался контроль над своим сердцем, а у Чимина оставалось всё меньше причин для оправдания друга. Обычного «он не виноват в том, что его сердце выбрало неправильного человека» уже было недостаточно, чтобы проигнорировать усилившийся контроль, беспочвенную ревность и прочие признаки глубоко погрязшего в своей боли человека. Юнги начал душить Чимина, а появление Чонгука лишь усугубило ситуацию. Flashback end *** После вечерней пробежки Чонгук принял душ и направился в свою комнату, но не дойдя до неё услышал своё имя. — Чонгук? — окликнул его голос. — Юнги? — Обернувшись на голос, удивленным взглядом окинул парня Чон. — Хорошо, что ты меня помнишь, — усмехнулся Мин. — Ты вёл у нас ознакомительную лекцию. — Хах, ну да. Прикинемся, что ты не в курсе, что я лучший друг Чимина? — Ты что-то хотел? — Чонгук совсем не хотел находится в компании «друга» Чимина, поэтому старался скорее закончить этот разговор. — Хотел. Где Чимин? — Требовательно спросил Юнги. — Почему ты спрашиваешь об этом у меня? — Потому что он не отвечает на мои звонки. — Может у него есть на это причины? — Чонгук приподнял брови и вопросительно посмотрел на собеседника. — Я не прошу тебя разбираться в наших отношениях. Всё, что от тебя требуется, — адрес, — терял терпение Мин. — Прости, но я ничего не знаю, — пожал плечами младший, не ведясь на агрессию. — Ты за дурака меня держишь? — Как и ожидалось, его спокойствие раздражало собеседника еще больше. — Ты последние несколько месяцев хвостиком таскаешься за Чимином! — А вы с ним лучшие друзья, не так ли? — Чонгук совершенно не был впечатлен или напуган поведением Юнги, поэтому не собирался отступать. — Я не пойму, неужели ты не можешь просто сказать где он? — Не могу. Если бы он хотел быть найденным, то обязательно бы предупредил тебя. — А если с ним что-то случилось? — попытался надавить на другое Мин. — С ним всё в порядке. — Откуда тебе знать? — Он мне писал вчера, что с ним всё хорошо, — легко ответил Чонгук. — Писал тебе? — И без того лисьи глаза стали еще уже, а руки непроизвольно сжались в кулаки. — С какой стати? — Мы ведь друзья. — Друзья? Да ты нихрена о нём не знаешь! — Я знаю достаточно. — Лучше не лезь, — угрожающе процедил старший. — Я никуда не лезу, а вот угрожать мне не стоит, — все ещё спокойно отвечал Чонгук. — А то что? — А то мне придётся защищаться, а я не хочу навредить тебе. Чимина это расстроит. — А ты что, его верный пёсик? Боишься разочаровать хозяина? — Я уважаю Чимина и его выбор друзей. Если уж он подпустил тебя так близко, значит ты того стоил. Разборки с тобой могут поставить его в не очень удобное положение, а я этого не хочу. Мне совершенно плевать на тебя, но мне важно спокойствие моего друга. — Друга? Ты ведь не относишься к нему, как другу? — Натянув безумную улыбку, спросил Юнги. — А ты? — Это не твоё дело! — Вот именно. Всего хорошего. Чонгук вернулся в свою комнату и попытался успокоиться. То, как ведёт себя Юнги, совершенно не нравилось брюнету. Он вспомнил подслушанный разговор старших, и стало понятно, что Мин явно не относится к Чимину, как к другу. От дальнейших рассуждений его отвлёк звонок. — Тэ, привет. — Привет, Чон. Ты совсем пропал. — Сессия. — Ты мне это говоришь? Я уже присматриваю билеты обратно до Кореи. — Да ладно, не может всё быть так плохо. Как дела? — Средней паршивости. — Что-то случилось? Как Джиу? — С Джиу всё хорошо, готовится. Нет, ничего особенного. — Эмм… Тэхён, как у вас дела с Юнги? — Почему ты спрашиваешь? — Просто ты давно о нем не вспоминал. — Нечего вспоминать. — Значит, ты отпустил? — Чонгук, я в него не влюблён. — Точно? — Я не понимаю, откуда такой интерес? — Просто мне кажется, что он не очень хороший человек, и я хотел бы, чтобы ты держался от него подальше. — Тебе не кажется. — Он что-то сделал? — Ничего. Я его не видел с того момента, как мы ходили на представление, — соврал друг. — Хорошо, это к лучшему. — Да я вообще не понимаю, зачем ты начал этот разговор. — Эй! Я вообще-то твой друг. — А как у вас дела? — Сменил тему Тэхён. — У нас? — Ну, у тебя и красавчика-танцора. — Всё по прежнему, не считая того, что мы с ним не общались уже пару недель. — Что-то произошло? — Он сказал, что ему нужен отдых. — От тебя? — Не думаю. — Хорошо, а телефон? — Он не звонит. — А ты в курсе, что твой телефон не только принимает входящие вызовы? — Я не хочу ему мешать. Всем нужно пространство. — Это так, но я же не предлагаю завалиться к нему и залезть под одно одеяло. Звонок вряд ли сможет нарушить его пространство. К тому же, если он не захочет тебя слышать, то не возьмёт трубку. — Может быть, ты и прав, — согласился брюнет. — Конечно, прав. Так что не кисни и позвони сам. Отбой. На самом деле, в словах Тэхёна был смысл. К тому же, Чонгук и правда уже соскучился и хотел бы услышать голос Чимина. Не раздумывая долго, парень набрал знакомый номер. — Алло, — услышал он практически сразу, и непроизвольная улыбка расползлась по лицу. — Привет, Чимин. — Привет. Почему ты звонишь? — Хотел узнать, как дела. — Я ведь пишу тебе, как и обещал. — Да, я очень благодарен, это и правда помогает оставаться спокойным. — Так и? — Наверное, я просто хотел услышать твой голос. Но если ты занят… — Нет! То есть, у меня есть немного времени. — Хорошо. Как отдыхается? — Неплохо. Я почти закрыл сессию, остался один предмет, надеюсь сдать его завтра и уйти на каникулы. — Вот как? Есть планы? — Мы всегда отмечаем Рождество с семьёй, так что… — Ты собираешься в Корею? — Нет, родители прилетают где-то через неделю, как раз перед Рождеством. — Ммм, это хорошо. — Что насчёт тебя? — У меня нет планов. Хотя, есть несколько непрочитанных книг, которые я давно хотел прочитать… — Только не говори, что ты проведёшь Рождество за чтением. — Ну, сам праздник, скорее всего, я проведу с Тэхёном. — Ладно, это намного лучше. Джиу от него в восторге. — Он умеет очаровывать людей. Так значит, мы не увидимся очень долго? — А что? Соскучился? — С улыбкой в голосе спросил Чимин. — Ты хочешь услышать правду? — Конечно. — Я дико соскучился. Ты ведь знаешь, у меня совсем нет друзей. — А как же Намджун? — Он в последнее время всё время где-то пропадает. — Ты уже ужинал? — Ещё нет, только вернулся из душа. — Как насчёт кимчи-ччиге? — Звучит заманчиво. — Тогда встретимся в корейском ресторане через полчаса? — Мне подходит. — Отлично. — Чимин… — М? — Пожалуйста, одевайся теплее, на улице сегодня прохладно. — Не волнуйся. Через двадцать минут Чонгук уже сидел за небольшим столиком атмосферного заведения. — Готовы сделать заказ? — услужливо спросила официантка. — Ещё нет, я жду друга, — оторвавшись от меню, перевел внимание на девушку Чон. — Хмм… в прошлый раз ты сделал заказ за меня, — донеслось из-за спины. — Чимин? — резко развернулся на голос брюнет, и всё его тело заполнило тепло. — Привет. — Здравствуй, Чонгук, — мягко улыбнулся Чимин, и устроился напротив парня. — Эмм… — отвыкший от блондина за это время, совсем растерялся Чон. —Чего ты хочешь? — Я тут ради кимчи-ччиге. — Тогда, нам два кимчи-ччиге, кимпаб с тунцом без майонеза и два яичных рулета. — Пить что-нибудь будете? — Одну колу и малиновую воду без сахара. — Простите, но у нас нет такой воды. — А что у вас есть без сахара? — Минеральная вода. — Подойдёт, — влез Чимин. — Хорошо, ожидайте минут десять. — Привет, — вернул внимание блондину Чон. — Мы уже здоровались, — мягкая улыбка все еще украшала красивое лицо. — Ты хорошо выглядишь, — не мог промолчать по этому поводу брюнет. — Это единственное, что у меня выходит всегда. — Зазнайка! — Чон неодобрительно покачал головой, но собственную улыбку сдержать не смог. Он дико скучал. — Есть немного. Как дела? Как сессия? — Мне всегда учёба давалась легко, так что… — Зазнайка! — Вернул ответ собеседнику Чимин, и оба рассмеялись. — Есть немного. Что нового? — У меня? — комично указал на себя пальцем Пак. — Ничего. Моя жизнь довольно монотонная. — Ты заканчиваешь университет. Уже знаешь, что будешь делать дальше? — Знаю. Я следую чёткому плану. — Какому? — Какой ты любопытный. — Ты останешься в США? — Продолжал сыпать вопросами Чонгук. — Нет. — Вернёшься в Корею? — Нет. — Понятно, — разочарованно выдохнул Чон, так как не добился ни одного раскрытого ответа. — Не волнуйся, ты точно будешь знать, где я нахожусь, — снова расплывчато ответил Чимин. — Правда? — Если начнёшь хоть изредка интересоваться культурной жизнью. — Обещаю. Больше они не затрагивали тему будущего и наслаждались вкусной едой и отвлечённой беседой. Разошлись парни около одиннадцати часов вечера, сытые и счастливые. На следующий день Чимин сдал последний экзамен и съехал из отеля.

***

До Рожества оставалось четыре дня, Чонгук закрыл сессию на пару дней раньше и наслаждался отдыхом. Он и правда начал читать одну из книг, которая долго ждала своей очереди, но спустя несколько страниц закрыл её в пользу социальной жизни. Он сходил на вечеринку, которую устраивал Крис, где познакомился с новыми людьми. Заглянул в кафе, которое посоветовал ему Чимин. Подискутировал с Намджуном по поводу нынешней экономики и проблем с демографией в их стране, но самое необычное, что он успел сделать — записался на сеанс тату, который был назначен на сегодняшнее утро. — Здравствуйте, — войдя в салон, поприветствовал высокого парня Чонгук. — Чонгук? Проходи, — улыбнулся длинноволосый парень и указал на диван, приглашая присесть. — Вы Стивен? Мой мастер? — Да, это я. Я уже подготовил твой эскиз, можем попробовать перенести его на руку. — Хорошо. Кому-то его идея может показаться сопливой и даже девчачьей, но Чонгук хотел набить именно это. Тигровая лилия — его цветок, и надпись «Please love me». И когда рисунок оказался на своём месте, парень окончательно убедился в том, что не ошибся с выбором. И раз уж он всё равно находился в салоне, сделал себе дополнительные пару дырок в ушах. Это не было чем-то вроде протеста, просто Чонгуку нравился пирсинг. По дороге из салона брюнет наткнулся на небольшой магазин, где продавали различные украшения, и не смог пройти мимо. Он приобрёл себе несколько серебряных колечек в уши и уже собирался выходить, когда взгляд его зацепился за подвеску в виде небольшого листочка клевера. Он почему-то сразу подумал о Чимине. Старший любил различные украшения и носил их постоянно. Чонгук хотел бы, чтобы одно из них напоминало о нём. На длинной бледной шее маленький серебряный листочек будет смотреться восхитительно. На нём вообще всё смотрится восхитительно. Дальше раздумывать не было смысла, и Чон просто купил подвеску вместе с цепочкой. Он в любом случае собирался покупать подарок Чимину, только вот не представлял, как его вручить. Решение пришло само собой. — Алло, Джиу? — набрал он номер подруги. — Чонгук, привет. Что-то случилось? Тэхён?.. — послышался взволнованный голос в трубке, и Чон поспешил успокоить девушку. — Не волнуйся, с Тэхёном всё в порядке. — Я бы так не сказала, — уже с улыбкой в голосе ответила Джиу, — но допустим. — Я хотел спросить у тебя кое-что. Чимин говорил, что вы отмечаете праздники вместе? — Да, родители прилетают через пару дней. Не думала, что вы так близки с моим братом. — Да, мы неплохо общаемся. Он ведь уже снял для вас дом? — Угу. — Я хотел бы узнать адрес, а телефон Чимина выключен. — Зачем это? — Мне нужно кое-что отправить ему. Я брал у него книгу, и хотел бы вернуть. — Это так срочно? — Да, он просил вернуть её как можно скорее. — Странно. Ладно, я могу заехать… — Нет, я хочу сам отправить. Мне так будет спокойнее. — Господи, что это за книга? Рукопись императора? Ладно, я пришлю адрес в сообщении, но тебе не обязательно посылать её, можешь занести. Дом находится в двадцати минутах от вашего универа. Он вряд ли вообще выходит, так что точно застанешь его. — Хорошо, спасибо. — Не за что. Ложь — это явно не тот навык, которым Чонгук сможет овладеть, но он просто не мог сказать правду, так как посыпались бы вопросы, ответы на которые не нужно знать всем подряд. Он ни в коем случае не стыдится своих чувств, но таким образом может поставить Чимина в неловкое положение. Да и вообще его личная жизнь касается только его, а сторонние люди могут внести в неё разлад, вмешиваясь со своим мнением, и, чего хуже, советами. В этой ситуации он должен быть честен только перед собой и Чимином. Чонгук раздумывал над правильностью своего порыва до самого вечера, но желание увидеть старшего пересилило все сомнения, поэтому он надел чёрные джинсы, толстовку с умным высказыванием на спине и отправился по нужному адресу. Подойдя к двухэтажному дому, парень ещё раз сверился с сообщением и позвонил в дверь. — Чонгук? — открыл дверь удивлённый Чимин, который выглядел уж совсем необычно. На блондине были надеты спортивные штаны и уютная, на несколько размеров больше толстовка. На ногах его красовались пушистые носки, а волосы были убраны в неаккуратный хвостик. Лицо его выглядело блестящим, а под глазами покоились зелёные патчи. — Привет, — широко улыбнулся гость. — Ты что тут делаешь? — Хотел тебя увидеть. — А почему не написал? — немного недовольно ответил хозяин. — Мне нужно передать тебе кое-что. — Что? И как ты вообще… — оборвал себя Чимин, закатив глаза, так как несложно было догадаться, как его отыскали. — Джиу? — Ага, но она не виновата, — тут же встал на защиту девушки Чон. — Я немного приукрасил историю. — Ладно, проходи, — Чимин отошёл в сторону и пропустил младшего. Несмотря на огромное пространство, внутри дом выглядел очень уютно. Много дерева, пушистые ковры, большой камин под телевизором и огромный белый диван с кучей декоративных подушек. — Тут очень уютно, — оглядываясь по сторонам, делился мыслями гость. — Ага, мне нравится. Пройдя дальше, Чонгук обнаружил кухню с большим островком посередине, заставленным различными пакетами, а рядом стояли стакан с недопитым вином и открытая бутылка. — Прости, я помешал тебе? — виноватыми глазами посмотрел на Чимина брюнет, так как он и правда не подумал о том, что Пак может быть занят, или не хочет никого видеть. — Мне и правда следовало позвонить. — Следовало. Но что уж теперь… Вообще-то, я ждал курьера, поэтому и открыл. Мне должны были доставить ёлку ещё два часа назад, но у них какие-то проблемы. — Ты сам хотел наряжать ёлку? — Хотел. Мне было скучно, и я решил выпить вина, а потом появилась такая идея. — Я никогда не занимался таким. — Правда? — на лице Чимина отразилось настоящее удивление. — А как же Рождество дома? — Моя мама самая большая перфекционистка, — усмехнулся Чонгук, вспоминая маму во время праздников. — У неё всё должно быть безупречно, поэтому она не подпускала никого к своей идеальной ёлке. В нашем доме всегда много гостей в Рождество, поэтому… — Ясно. Ну, сегодня у тебя есть такая возможность, — растянул губы в улыбке Чимин. — Мне не помешает помощь. — Не думаю, что смогу сделать это красиво, — отзеркалил улыбку собеседник. — А нам и не надо красиво. Просто повеселимся. Будешь вино? — Если только немного. — Боишься, что я спою тебя и буду приставать? — Боюсь, что напьюсь и потеряю контроль, — серьёзно ответил Чонгук. — Хорошо, один бокал. Как раз в этот момент раздался дверной звонок. — Это, наверное, ёлка, — поделился предположением Чимин. — Я могу открыть, — вызвался гость. — Спасибо. Чонгук забрал дерево и рассчитался с доставщиком. Затащив ёлку в дом, он собрал специальную подставку, которая шла в комплекте, и установил её. — Куда поставить? — спросил он вошедшего в комнату парня, который нёс два бокала. — Я думаю, что возле панорамного окна она будет смотреться волшебно. — Согласен. Младший отволок дерево к окну и снял специальную сетку, которая освободила пышные ветви. Чимин подошёл ближе и вручил гостю бокал. — За что выпьем? — поинтересовался Чон. — За окончание сессии? — Неплохо, за это можно выпить. Парни сделали по глотку и вернулись к «красавице». — Нам нужна гирлянда, правильно? — почёсывая затылок, спросил Чонгук. — Да, я купил всё, что нам может понадобиться. Идём. Они вернулись на кухню и забрали все пакеты, которых было огромное количество. — Мне кажется, ты слегка перестарался, — усмехнулся брюнет. — Может быть, но я люблю атмосферу Рождества. — Тогда давай по максимуму используем все покупки. — Так и планировалось. Чонгук никогда прежде не был так счастлив. Оказалось, что такие обычные вещи, как украшение дома к празднику с тем, кто занимает все твои мысли, сродни ударной дозе эндорфина. Они смеялись, дурачились, чего брюнет в принципе, в силу своего характера и воспитания, не делал никогда, выпивали уже далеко не первый бокал вина, и снова по кругу. Когда дом был украшен, а все пакеты оказались совершенно пустыми, парни включили гирлянды и упали на диван без сил. Потягивая сладковатый напиток под потрескивание брёвен в камине, оба ощущали полную гармонию и удовлетворение. — Мне было весело, спасибо тебе, — нарушил тишину младший. — Это тебе спасибо, я отлично провёл время, и дом теперь выглядит потрясающе, — удобно устраиваясь на диване, блаженно улыбался Чимин. — Игрушки совершенно не сочетаются ни по размеру, ни по дизайну, а все гирлянды разного цвета, — немного пьяно смеялся Чонгук, указывая на пестрящую различными цветами ёлку. — И что? — приподнялся немного Чимин, чтобы возмутиться глядя в глаза напарнику по украшению пространства. — Это придаёт особый уют. Ты разве так не считаешь? — Да простит меня мама… — Ахаха… — Я, кажется, выпил лишнего, — откинув голову на спинку, выдохнул Чонгук. — Да, ты совсем не умеешь пить, — повторил его позу Пак. — Это правда. — Посмотрим фильм? — Уже поздно… — Ты можешь остаться, комнат много, — выдал рот старшего быстрее, чем его мозг мог бы обдумать такое решение. — Правда? Тебя это не потревожит? — осторожно спросил Чонгук, так как и правда не хотел доставлять дискомфорт. — Не говори глупостей, ты мой друг. — Тогда давай посмотрим «Один дома». — Нет, его можно смотреть только в Рождество, — деловито объяснял знаток рождественских традиций. — Это правило, и никто не смеет его нарушать! — Ахах, — забавлялся поведению хмельного блондина Чон. — Ладно. Но я больше не знаю рождественских фильмов. — Ты сейчас шутишь? — серьёзно спросил Чимин. — Нет. — Оооо, всё ещё более запущено… Так, ты иди на кухню и приготовь нам кофе и что-нибудь на перекус, а я пока создам плейлист. Спать мы сегодня точно не будем. — Хорошо, как скажешь, мне подходит такой план. — Вот и отлично. Чонгук слегка покачиваясь направился на кухню, а Чимин провожал его долгим взглядом, который о многом мог бы сказать. С Чонгуком невероятно уютно и тепло, и блондин будет ужасно скучать по этому.

***

— Да это лучший фильм за всю историю кинематографа! — делился впечатлениями младший. — Мой любимый, — довольно улыбнулся Чимин, радуясь схожести их вкусов. — В театре «Рождественскую историю» ставили несколько раз, я ходил на все. — Что дальше? — Мультик? — Какой? — Гринч. Ты пока включай, а я открою новую бутылку вина. — Мне хватит. — А я выпью. Спустя половину фильма и дополнительных пары бокалов Чимин перестал следить за экраном и переключился на Чонгука. Тот сейчас выглядел совершенно по-другому. Строгие черты лица сменились детской невинностью, а щёки пылали от выпитого алкоголя. Такой прекрасный. Слишком. — Чимин? — в какой-то момент послышался тихий голос младшего. — М? — Почему ты не смотришь? — Я смотрю, — не отвлекаясь от своего занятия, совершенно не стесняясь ответил Пак. — Эмм… на меня? — Ты красивый, почему нет? — Ты слишком много выпил, — Чонгук покачал головой, и снова перевёл взгляд на экран, но продолжить просмотр ему не дал следующий вопрос: — Ты думаешь, что это алкоголь делает тебя красивым в моих глазах? — Нет, я думаю, алкоголь говорит это вслух за тебя. — Расскажи мне секрет, — резко сменил тему Чимин. — У тебя ведь есть секреты? Я хочу знать один. — Нуу… — серьёзно задумался Чон, пытаясь вспомнить что-то, чем он мог бы поделиться. — Я даже не знаю. — Секрет за секрет? — предложил вдруг инициатор этого откровенного разговора. — Хорошо. — Все думают, что я холодный и заносчивый, но на самом деле это далеко не так, — делился своим секретом блондин. — Я был совсем другим. — Я не считаю тебя таковым. — Я знаю, но ты и не знаешь настоящего меня. — Это не так, — не согласился Чонгук. — Сейчас ты именно такой, какой есть, а это значит, что ты настоящий. — Но я не хочу таким быть, — неожиданно для самого себя выдал Чимин. — Тогда позволь себе вернуться. — Я не могу. Чонгук придвинулся ближе и взял маленькие ладони в свои. — Это тоже нормально. Значит, нужно ещё подождать. Что-то тревожит тебя? — Ты даже не представляешь. — Всё пройдёт, и это тоже, — глядя в медовые глаза, негромко сказал брюнет. — Я надеюсь. — Я тебе обещаю. — Хорошо. Теперь твоя очередь, — разорвал контакт Чимин. — Я целовался один раз в жизни, — поделился своим секретом Чон, но по взгляду напротив было понятно, что ему не верят. — Ха-ха, очень смешно. Я вообще-то серьёзно с тобой разговариваю. — Я тоже. — Эмм… — замешкал Чимин, так как эта информация совсем не укладывалась в его голове. — Чего? В смысле… один раз? — В прямом. Это была девушка, и мне совсем не понравилось, а у меня самого не возникало желание кого-то поцеловать. До недавнего времени. — Как такое возможно? — Я даже думал, что асексуален, — усмехнулся Чон. — Но это ведь не так? — осторожно поинтересовался Чимин. — Ну, желание прикоснуться к чужим губам у меня появилось. — Так и в чём проблема? — непонимающе нахмурил брови собеседник. — А ты как думаешь? — издевательски интересовался брюнет, но парень напротив совсем не понимал намёков. — Да ты же красавчик! — Чимин… — Нет, подожди, ты говорил с тем человеком? Ты должен… — Я говорил. — И? — И он не разделяет моих чувств. — Ну и дур… — оборвал себя старший и его глаза расширились от осознания. — Дурак, да? — Прости, я совсем не подумал. — Я так и понял. Всё же я был прав, ты перебрал. — Чонгук… — Всё в порядке, я ведь уже говорил, что ты не должен винить в этом себя. Всё правда нормально. — Наверное, нам пора спать. — Ты прав. — Я поищу для тебя вещи. — Спасибо. Чимин показал гостю свободную комнату и вручил свои самые большие спортивные вещи, в которые младший точно влезет. Чонгук быстро принял душ и устроился на широкой кровати, кутаясь в тёплый плед. С его губ не сходила улыбка, а счастье тёплыми потоками окутывало каждый орган. Где-то через полчаса парень начал засыпать, но его вернул из мира снов негромкий стук в дверь. — Чонгук, ты спишь? — Ещё нет. — Эмм… я… можно я посплю с тобой? — неуверенно спросил Чимин, как будто боясь, что его сейчас прогонят. — Что-то случилось? — Нет, просто на душе неспокойно, и я… — Хорошо, — перебил его младший и откинул край одеяла, — залезай скорее. Чимин шумно выдохнул и скользнул под одеяло. — Прости меня, — выдохнул он негромко. — За что? — За то, что я не могу дать тебе того, чего хочет твоё сердце. — Почему не можешь? — мягко разговаривал с терзающим себя парнем Чонгук. — Я счастлив просто находясь рядом. — Это не так, — не соглашался блондин. — Ты ведь сказал, что хочешь меня поцеловать. — Ничего страшного. Прожил же я как-то без поцелуев столько лет? — Это нечестно. — Ты ведь этого не хочешь, поэтому всё нормально. — Я… — Чимин хотел так много сказать, так много рассказать, но, к сожалению, не мог. — Я просто не могу. — И это тоже нормально, — и Чонгук правда так считал. — Я уверен, что у тебя есть веская причина. — Ты ведь понимаешь, что тебя никто не достоин? — вдруг подскочил на кровати Чимин, чтобы заглянуть в чужие глаза, которые так красиво переливались в свете луны. — Ты слишком хороший. — Это совсем не так, — устало улыбнулся младший. — Я тот ещё брюзга и ботан, так что не думай слишком хорошо обо мне. — Никогда так не говори. Если бы… — Давай спать? Я устал. — Конечно, спокойной ночи. — Спокойной ночи.

***

Утро старший встретил в пустой кровати, а гость позже обнаружился на кухне за приготовлением завтрака. — Доброе утро. — Доброе. — Завтрак почти готов, можешь пока умыться, — предложил Чон, колдуя над плитой. — Чонгук… — М? — не отрываясь от важного занятия, промычал младший, и услышал серьёзный голос Чимина: — Ты выйдешь за меня? — Ахаха, — звонко рассмеялся с шутки "повар". — Не стоит так шутить, мы ведь в Америке, — успокоившись добавил он. — Я быстро. После завтрака парни по просьбе Чонгука переместились в гостиную и устроились на диване. — Чимин… Я пришёл к тебе не просто так. — Ты сказал, что хотел мне что-то передать. — Да. Брюнет поднялся с дивана и направился в прихожую, где висела его куртка, а после вернулся вместе с ней. — Это тебе, — достал он из кармана завернутую в праздничную бумагу коробку, и протянул её Чимину. — Мне? — растерянно уточнил парень, не ожидавший ничего такого. — Там нет ничего особенного, просто я вчера шёл из салона и заглянул в магазин с украшениями… — Из салона? Что ты там делал? — Полюбопытствовал блондин. — Сделал пару новых проколов и татуировку. — Чего? Ты сделал тату? — Ага. — Покажи, — загорелись интересом медовые глаза. Чонгук закатал рукав и протянул руку. — Пожалуйста, люби меня… — негромко читал надпись Пак. — Тигровая лилия — мой цветок. — Очень красиво, — провел пальцами по рисунку Чимин, чем посылал толпы мурашек по коже парня. — Мне очень нравится. — Хорошо. — Эм. Так, подарок… Старший вернулся к коробке и принялся снимать упаковку. Как только с бумагой было покончено, он заглянул внутрь и ахнул. — Ах, Чонгук, как красиво! — Ничего особенно, просто ты любишь украшения, вот я и подумал… — Это самое прекрасное, что я получал в подарок, — не обращал никакого внимания на бормотание Чонгука Чимин. — Это неправда, у тебя очень много поклонников. — И что? Боже, как же красиво… Надень его скорее на меня. Чимин передал украшение дарителю и развернулся к нему спиной. Чонгук аккуратно застегнул цепочку, но не смог сразу оторваться от мягкой кожи, проведя по шее вниз. — Спасибо, — перевёл блестящие глаза на младшего Пак. — Ты… плачешь? Я тебя расстроил? — засуетился Чон, так как совсем не ожидал такой реакции. — Нет-нет… Мне просто очень нравится твой подарок. — Надеюсь, ты будешь вспоминать только хорошее, когда меня не будет рядом. — Конечно. Только… у меня нет для тебя подарка. — Ты его уже сделал. Вчерашний вечер был лучшим подарком за всю мою жизнь. Это был их последний разговор и последняя встреча. Чимин больше не отвечал на звонки и сообщения Чонгука, а Джиу сказала, что сразу после каникул он съехал из этого дома и снял себе квартиру где-то в другом конце города, чтобы заняться дипломной работой. Университет посещать было незачем, все вопросы с наставником решались дистанционно, поэтому парень совсем пропал с радаров. Чонгук видел его мельком в день выпуска, но не решился подойти. Как он сказал однажды Юнги, он и правда уважает выбор Чимина. Если старший решил, что в его жизни нет места Чону, значит на то есть причины. Незачем устраивать разбор полётов, так как это поставит обоих в затруднительное положение. Им в любом случае предстоит разлука, так зачем же всё усугублять ненужными разборками и взаимными претензиями? Пусть уж лучше их последняя встреча запомнится как нечто прекрасное. Лучшее, что случалось с брюнетом. Чимин — это лучшее, что с ним случалось. Пока Чонгук будет жить с этой любовью, он будет изо всех сил стараться лелеять это чувство, ведь такого может и вовсе не повториться. Он не испытывает ни злости, ни обиды, ни предательства. Только огромную любовь, которая пройдёт с ним сквозь года.