First and Last...

Юнги резко входил в податливое тело своего партнёра, но в этот раз всё ощущалось совсем неправильно. И дело вовсе не в Лиёне, с которым у них образовался весьма неплохой союз, основанный на любви к крепкому алкоголю и плотским утехам. Парень был хорош. Даже очень хорош. Но он не был… Тэхёном. Впервые Мин подумал о том, что никто из них не был Тэхёном. До интимной близости с Чимином, о которой он так долго грезил, Юнги до крайней степени идеализировал этот момент, поэтому вся остальная близость в его жизни заведомо проигрывала его же фантазиям. Нет, ему было хорошо, порой даже очень, но в голове всегда горела лампочка «С Чимином будет лучше», поэтому он никогда не растворялся в партнёре полностью. Это касалось и Тэхёна. Но теперь, когда он познал, каково это быть с Чимином, которому эта близость принесла только разочарование и боль, он и сам чувствует разочарование. Не в Чимине. В себе. Неужели он и правда всё это время был помешан на человеке, который никогда не ответит ему взаимностью? Неужели из-за своей больной любви он всё это время делал больно самым родным людям и себе самому? Последнюю неделю эти мысли посещали голову парня всё чаще. После встречи с Лиёном, который был так сильно похож на Тэхёна внешне и совсем не похож внутренне, Юнги не переставая думал о том времени, когда Тэ отдавал их «отношениям», всего себя, до последней капли, а он в это время гнался за фантазией, которая вдребезги разбилась о реальность. Почему-то Мин всегда был уверен, что в итоге они с Чимином будут вместе. А как иначе? Они ведь так похожи. Он как будто не замечал всего остального. И только сейчас, когда наконец получил малую толику того, чего так сильно желал, от человека, на котором сошёлся весь его мир, он увидел, как дела обстоят на самом деле. Чимин не любит его и никогда не полюбит. Ту боль, которая отразилась в его глазах, когда он просил Юнги избавиться от этих чувств, невозможно было игнорировать. То разбитое состояние и надломленный голос, с которым он умолял его уехать, будут преследовать Мина ещё долго. Чимин и правда не для него. И как только эти мысли начали посещать Юнги, он всё чаще стал сравнивать. И если быть откровенным, то вряд ли у кого-то получится хоть в чём-то переплюнуть Тэхёна. А всё потому, что он и правда любил его. Любил всегда. Любил в любом из состояний. Любил бескорыстно, совершенно ничего не требуя взамен. А сейчас его нет. Мин настолько привык к тому, что Тэхён всегда рядом и готов на всё ради одного только доброго слова, одного взгляда, что сейчас чувствует себя совсем одиноким. Он не один, но он совершенно одинок. Лиён лишь напоминает о том человеке, которого действительно хотелось бы сейчас видеть рядом. Мотивы таких желаний не до конца ясны, но необходимость слишком велика. Она даже больше, чем Юнги способен вынести. Именно сейчас на ум приходят слова «Мы ценим лишь тогда, когда теряем».

***

— Что тебя беспокоит? — обнимая Юнги, спросил Лиён. — Ничего. — Ммм, как скажешь. — Я выйду на балкон. — Бросай эту гадость. — Как скажешь, — усмехнулся Мин и встал с кровати. Улицы в это время были невероятно тихими, делая мысли парня ещё громче на фоне этой тишины. Сделав пару затяжек, он устроился в плетёном кресле и достал из кармана домашних штанов телефон. «Ты не должен» — пронеслась мысль. — Но мне это нужно — вслух ответил Юнги. Спустя ещё несколько минут колебаний заветный номер был набран. — Слушаю, — раздалось копошение на том конце. — Привет, — тихо произнёс Юнги. — Кто это? — Так и не сохранил мой номер? — Юнги? Зачем ты звонишь? — Соскучился. — Это было не смешно в прошлый раз, несмешно и сейчас. — А разве похоже, что я смеюсь? — У меня нет на это времени. — Поговори со мной. Совсем немного. Я хочу послушать твой голос. — Что-то случилось? — с волнением в голосе спросил Тэ. — С тобой всё в порядке? — Нет. — Что случилось? — Ты волнуешься, — утвердительно ответил Мин и слегка улыбнулся. — Конечно, я буду волноваться, когда ты звонишь среди ночи и просишь с тобой поговорить. — Я этого совсем не заслуживаю. — Не заслуживаешь. — Я думал о тебе. — И? — Наверное, ты самое хорошее, что со мной случалось в жизни. — Ого, как ты заговорил. Что, устал стучать в закрытые двери и решил вернуться туда, где тебя всегда ждали с распростёртыми объятиями? — язвительно выплюнул Тэхён. — Всё не так. — А как? — Я всё это время ошибался. Я всё делал не так. Я всё проебал. — Ты надеешься, что я тебя пожалею? — Совсем нет. Я и правда просто хотел услышать тебя. — Услышал? Доволен? — Нет. — Вот и хорошо. Не хочу делать твою жизнь проще. Извини, но ты сам виноват в том, что из-за своей одержимости остался у разбитого корыта. Мне не жаль тебя. — И правильно. Я тебя совсем не жалел. — Так и было. Ты всегда был жесток. — И мне не хватит всей жизни, чтобы искупить вину перед тобой. — К чему этот разговор? Юнги, наши пути уже давно разошлись. — Наши пути не разошлись, мы просто находимся сейчас не в одной точке. — Что это значит? — Ничего. Не забивай себе голову. Расскажи мне о Сеуле. — Мы с тобой не друзья, и даже не приятели, с чего я должен вести такие беседы? — Ты мне должен. — Ты сейчас серьёзно? Я ТЕБЕ ДОЛЖЕН?! — Не кипятись. Помнишь, однажды в грозу ты заставил меня рассказывать тебе истории, чтобы ты смог уснуть? — И? — Теперь я прошу рассказать мне историю, чтобы я мог уснуть. — У тебя никогда не было с этим проблем. Ты мог заснуть даже сидя. — Всё меняется. Мои мысли не дают мне покоя, поэтому и со сном проблемы. — Юнги… — Пожалуйста, всего одну историю.

***

После недельного загула Чимин собрал себя в кучу и вернулся к работе. С Шоном он старался не пересекаться, так как ему было стыдно перед парнем за то, что тот нянчился с ним всё это время. Но, если честно, эта неделя очень помогла блондину. Он смог взглянуть на свою жизнь с другой стороны. Всё время, начиная с юного возраста, Чимин был наполнен злостью и жаждой мести, которые буквально лишили его нормального восприятия ситуации. А на самом деле всё это время ему было больно и страшно. Ему казалось, что он стал сильным, но на самом деле он остался всё тем же травмированным ребёнком, который напуганным кроликом бежал оттуда, где навсегда остались его прошлая жизнь и личность. Именно так. Его личность осталась в той спальне, где он сидел в углу на холодном полу и прижимая колени к лицу лил жгучие слёзы. Слёзы обиды и слёзы предательства. После этого дня не стало светлого и доброго парня Пак Чимина, ему на смену пришёл тот мужчина, которого он сейчас видит в зеркале. Обиженный, озлобленный, слабый и несчастный. Всё должно было быть совсем иначе. Он рассчитывал стать сильнее и мудрее, чтобы победить врага, но как его победить, если сейчас его главным врагом является он сам? Он сам себе враг. Он сделал самому себе намного больнее, чем когда-то сделал Даниель. Он продолжает это делать. Ненависть к себе растёт с каждым днём, а о Даниеле он и думать забыл. Потому что это уже неважно. Нужно было действовать тогда, когда он боялся даже слово сказать против такого большого и важного человека. А спустя столько лет эта месть кажется каким-то ребячеством. Наверное именно поэтому она не принесла никакой радости. Мстить должен был тот Чимин, которого унизили и предали. А этот Чимин уже давно не имеет к нему никакого отношения. Но в чём-то Шон всё-таки прав. Хотя блондин и стал другим человеком, та ситуация не даёт ему покоя. Ведь именно она стала причиной того, что сейчас с ним происходит. Он правда надеялся, что вся злость уйдёт, как только он покажет своему обидчику каким он стал и докажет на деле, что теперь может за себя постоять. Но нет. А причина в том же: всё это мог новый Чимин, а проблемы были у старого. Злился старый Чимин. Тот мальчишка ещё живёт внутри уже взрослого мужчины, глубоко скрытый ото всех и не имеющий никаких прав. Его подавили, но от него не избавиться. Боль было легко спрятать за ненавистью и глупой жаждой быть отмщённым, но когда месть потеряла всякий смысл, осталась только боль. И как бы Чимин ни старался вести себя непринуждённо, в очередной раз отмахиваясь от проблемы, она никуда не денется, если он не найдёт способ справиться с ней. В какой-то момент он думал, что ему помогает Чонгук, но это не так. Чувства к брюнету лишь отвлекают Пака так же, как это было с чувствами, испытываемыми к Даниелю. Любовь, ненависть — это всего лишь отвлечение. Врачи ведь постоянно твердят, что для красивой кожи нужно ухаживать за собой изнутри. Мы можем воспользоваться тональным кремом, но он не избавит нас от прыщей, он только скроет их. И стоит нам умыться, как мы вновь столкнёмся с несовершенствами. А если мы начнём любить себя, правильно питаться, пить больше воды и высыпаться, тогда нам не понадобится тональный крем. Наша кожа будет выглядеть сияющей и здоровой, и мы по-настоящему станем уверены в себе. Чимину тоже это нужно. Чтобы по-настоящему стать счастливым и иметь возможность подарить свою любовь кому-то, он вначале должен разобраться с внутренними демонами. В данный момент он совершенно точно уверен, что не способен на это. Но также он уверен, что очень бы этого хотел. Усталость имеет накопительные свойства, и блондин слишком устал. Внутренняя борьба слишком истощает. Как можно сделать счастливым другого человека, если ты несчастен сам? А Чимин несчастен. Ситуация с Чонгуком стала последней каплей и добила без того сломленного парня, но вместе с тем он наконец смог понять, что для него действительно важно. Если бы только это произошло раньше… Но имеем, что имеем. Как бы Чимину ни было сложно переступить через себя, он это сделает. Пришло время начать жить свою жизнь, а для этого нужно оставить прошлое в прошлом. Этот груз слишком велик и не позволяет двигаться вперёд, поэтому нужно сбросить его с уставших плеч. — Здравствуйте, — поздоровался блондин с девушкой за стойкой. — Здравствуйте, чем могу помочь? — У меня запись на двенадцать часов. — Пак Чимин? — Всё верно. — Да, доктор Миллер уже ждёт вас. — Спасибо. Это был первый шаг Чимина к свободе. К свободе от собственной боли, которая отняла у него столько лет.

***

После разговора с Юнги Тэхён был не в порядке. Он совсем не понимал, зачем старший снова решил потревожить его и без того потрёпанное сердце. Не сказать что у Тэ выходило забыть парня, но он потихоньку учился жить в новой реальности. В реальности без Мин Юнги. И как бы ему не было сложно, он прилагал все усилия, чтобы однажды проснуться и почувствовать себя свободным. Свободным от этой нездоровой привязанности и ненормальной необходимости. Он бы очень этого хотел. Но стоило только услышать этот низкий голос, а тем более слова… такие нужные слова, произнесенные этим голосом, как весь план рассыпался и превратился в пыль. Что бы между ними ни происходило, Тэхён ни на секунду не переставал любить. Да и разве от этого чувства так легко избавиться, когда оно настоящее? Мы ищем миллионы оправданий поступкам любимых людей, подпитывая этим свои собственные чувства. А стоит им проявить нежность и подарить немного тепла, как мы способны простить даже то, что прощать бы не стоило. Сейчас Тэхён тоже так думает, но так ли это на самом деле? Сможет ли он не просто простить, а отпустить ту обиду, которая сидит глубоко внутри? Вряд ли. Но как же тогда поступить? У Тэхёна есть время об этом подумать, но прежде всего он должен поступить правильно в отношении того человека, который так искренне и трепетно относится к нему. — Привет, — подсел к Тэ за столик в небольшом кафе Хосок. — Что-то случилось? — Я хотел с тобой поговорить. — Оу… конечно. — Хосок… Ты ведь знаешь, какой ты замечательный? — Начало не очень хорошее. — Ты самый светлый, добрый, заботливый парень, которого я только встречал. — Но?.. — В моей жизни много чего произошло и, видимо, я просто не был готов двигаться дальше. Мне нужно разобраться в себе, прежде чем впускать в свою жизнь нового человека. Ты заслуживаешь, чтобы рядом с тобой находился кто-то, кто сможет посвятить тебе сто процентов своего внимания. Тот, кто будет думать только о тебе. Кто сможет полюбить тебя. — Но этим человеком не являешься ты… — невесело усмехнулся Чон. — Нет. Я им точно не являюсь. Ты мне очень дорог, но я пока что не способен искренне полюбить кого-то. — Я понимаю. Ты ведь не отпустил его? — Нет. Видимо, прошло слишком мало времени. — А ты хочешь его отпустить? — Смотря у кого ты спрашиваешь. Если у рациональной стороны, то я мечтаю об этом. Если же ты спросишь у сердца, оно всё ещё на что-то надеется. — И что ты будешь делать? — Ничего. Пускай всё идёт своим чередом. Я посвящу всё своё время самому себе, а дальше будет видно. — Ты сможешь его простить? — Я так часто задаю себе этот вопрос, но ответа пока не знаю, правда. Не сейчас, но, может быть, в будущем. Но, опять же, я так говорю только потому, что его нет рядом. Я понятия не имею, как я поведу себя, окажись он передо мной. Может быть я почувствую злость, может быть обиду, а может и упаду ему в ноги. Не знаю. — Не прощай его так просто. Ты заслуживаешь лучшего. — Ты думаешь, я не должен его прощать? — Я так думаю. А ещё я верю в то, что каждый способен осознать и признать свои ошибки, каждый заслуживает второй шанс. Конечно, есть ситуации, которые нельзя прощать, но эта точно не ваш случай. — Думаю, время расставит всё по своим местам.

***

Чимин лениво развалился в кресле, пока Юнги собирал чемоданы. Последние два месяца для обоих выдались не самыми простыми, но они чувствовали колоссальный прогресс. Где-то на третьем сеансе доктор Чимина изъявил желание встретиться с его другом, которого блондин так часто упоминал, но получил категорический отказ. Пак не собирался втягивать в такой «интимный» процесс третьих лиц, но доктор объяснил, что это может помочь как самому Чимину, так и Юнги, который, судя по рассказам, нуждался в помощи профессионала не меньше. Так и вышло. Вначале Юнги согласился из-за блондина, но после второго сеанса понял, что ему эта практика тоже помогает. И вот спустя два месяца парень наконец готов двигаться дальше. — Ты уверен в своём решении? — задал вопрос Чимин. — Уверен. — Ты ведь не был в Сеуле много лет. — Меня ничего не держит в Лондоне, а в Америке меня никто больше не ждёт. — Ты думаешь, что он тебя ждёт? — усмехнулся Пак. — Очень надеюсь, что нет. Я хочу думать, что всё это время он был счастлив и не жил в ожидании того, кто не заслуживает даже имя его произносить, — совершенно серьёзно ответил Юнги. — Что ты собираешься делать? — Сначала займусь обустройством и рабочими вопросами, а там видно будет. — Не позвонишь ему? — Ещё рано. Мне пока что нечего ему предложить. Что насчёт тебя? — Я пока тоже не готов. — Не мне судить, но ты поступил довольно жестоко. Он ведь тебе сам звонил, а ты даже не ответил. — Мне нужно было время для себя и только для себя. Я должен был позаботиться о своём состоянии. — Как ты себя чувствуешь? — никак не мог унять тревогу за Чимина Юнги. — Я знаю, мы говорили об этом недавно, но может что-то изменилось? — Я всё ещё пытаюсь разобраться в некоторых вещах. — Прошло ещё совсем мало времени. — Я знаю. — Как обстоят дела с театром? — сменил тему Мин. — Думаю, что мы нашли нужного человека, — с облегчением ответил блондин. — Хмм… тогда тебя тоже больше ничего тут не держит? — По большому счёту так и есть. Мне понадобится около двух недель, чтобы решить юридические вопросы, и я буду свободен. — Родителям уже сказал? — Нет. Пока не сказал. Я хочу уладить все дела и только потом обрадую их такой новостью. Надеюсь, что обрадую. — Чимин, они будут в восторге. — Да, наверное. Но вот мне страшно. — Из-за того, что сказал доктор? — сразу догадался в чём дело парень, так как они обсуждали это несколько раз. — Ты должен это сделать. Они имеют право знать. — Мне всё ещё сложно об этом говорить, — совсем не был готов к таким откровениям Чимин. — Так и должно быть, но они твои родители. — Да. Доктор сказал, что расскажи я всю правду ещё тогда, то мне не пришлось бы бороться с последствиями сейчас. — Не думай об этом. Всё налаживается, и дальше будет только лучше. — Ты прав. — Не верится, что мы оба возвращаемся домой. — Начнём с чистого листа.

***

Тэхён неспешно прогуливался по торговым рядам гипермаркета, наполняя тележку не самыми полезными продуктами. Сегодня была отличная погода, поэтому парень не захотел сидеть дома. Решив совместить приятное с полезным, он отправился за продуктами. Притормозив возле отдела со сладостями, Тэ блаженно улыбнулся и принялся разглядывать товар, пока его не отвлёк толчок. Кто-то, видимо, «не справился с управлением» и врезался в его тележку. — Изви… — хотел было извиниться виновник «аварии», но оборвал себя на полуслове. — Юнги? — Тэхён растерянно смотрел в такое знакомое, и ни капли не изменившееся лицо. — Привет. — Ты… почему ты тут? Как?.. — Я переехал около месяца назад. — Переехал? Ты… — ничего не понимал младший. — Я теперь живу тут. Купил квартиру неподалёку. — Почему? — Что почему? — Почему ты переехал? — Потому что меня ничего больше не держало в Лондоне. — А как же твоя работа? — Я ведь музыкант, ты не забыл? Я могу работать откуда угодно. На прошлой неделе я снял студию и перебрался туда. — Ты уже месяц в Сеуле? — Да. — Понятно. Ладно, мне пора… — засуетился младший. — Я хотел позвонить, — перебил Юнги. — Правда хотел, но не был готов. — Ты не должен оправдываться. Мы друг другу никто. — Ты и правда так думаешь? — Это то, что есть на самом деле. — Ты никогда не станешь никем для меня. — Прошу, давай мы не будем ворошить прошлое. — Я и не собирался. Я много работал над тем, чтобы оставить прошлое там, где ему место. — Да? И как? — Я всё ещё работаю над этим, но мой доктор видит прогресс. — Твой доктор? — Психотерапевт. — Ты ходишь к психотерапевту? — Хожу, уже давно. — Зачем? — А ты думаешь, на то не было причин? — улыбнулся Юнги. — Ты не похож на человека, который по собственной воле пошёл бы на такое. — В моей жизни многое изменилось. — Вот как? Ну, в любом случае, я рад за тебя. — Спасибо. — А теперь мне и правда пора. — Хорошо, не буду тебя задерживать. Был рад тебя видеть. — Да-да… я тоже. Тэхён развернул свою тележку и направился в сторону касс, но его окликнул до боли родной хриплый голос: — Тэхён! — М? — обернулся парень. — Ты перестал видеть меня во снах? — Нет. — Тогда… подожди ещё немного. — Я не буду ждать. — Я рад это слышать. Ты заслуживаешь счастья с кем-то другим. — А я смогу стать счастливым с кем-то другим? — Сможешь? — Не думаю. — Я больше никогда тебя не обижу. — Прощай, Мин Юнги. — До скорой встречи, Ким Тэхён.

***

Чимин уже больше недели был рядом со своей семьёй. Не сказать что это время было счастливым, потому что им пришлось о многом поговорить, многое узнать и переварить. Не передать словами, в каком шоке были родители, когда Чимин усадил их напротив и рассказал свою историю, не утаивая даже самые постыдные детали. Отец был в таком гневе, что несколько раз порывался отправиться в Лондон и своими руками расправиться с обидчиком своего ребёнка. Мама же не переставая плакала и винила во всём себя. Эта тема обсуждалась несколько дней и вымотала парня настолько сильно, что у него совсем не оставалось энергии на что-то другое. Разговоры с семьёй, встреча в онлайн формате с доктором, душ, сон. Но дню к десятому всё начало приходить в норму. Конечно, родители всё ещё желали наказать Даниеля по всей строгости закона, но Чимин убедил их в том, что это не лучшая идея. Он только начал оправляться от всего этого кошмара, а бесконечные суды и ненужные встречи с мужчиной, который, по сути, сломал его психику, никак не помогут восстановлению. — Привет, — поздоровалась с братом Джиу. — Привет, ты почему так поздно? — Кое с кем встречалась, — пьяно улыбнулась девушка. — Ого, у тебя появился парень? — игриво поиграл бровями брат. — Нет, — хохотнула в кулак с такого предположения пьяненькая Джиу. — Тогда с кем ты встречалась в такое время? — Не поверишь. — С Пак Соджуном? — засмеялся старший. — Дурак, — Джиу стукнула брата по плечу и направилась к лестнице. — Ладно-ладно, и с кем ты встречалась? — А вот и не скажу, — по детски показала язык девушка. — Ты вредный. — Ну и ладно. Мне не так интересно, я просто спросил, чтобы поддержать разговор. — А тебе будет интересно, если я скажу, что это наш общий знакомый? Чимин нахмурил брови и посмотрел на сестру. — Ты виделась… — Ага. — Зачем? — Он… — теперь стушевалась под строгим взглядом брата Джиу. — Он позвонил мне около двух месяцев назад, сказал, что волнуется за тебя. Ты не брал трубку, а он не понимал причину. Точнее, он подозревал, но… — И что ты сказала ему? — Я сказала, что ты проходишь через сложные времена, и тебе нужно личное пространство. — Зачем вы тогда встречались? — всё ещё не находил логики Пак. — Потому что мы друзья. В тот раз, когда мы говорили по телефону, я предложила встретиться, и вот у нас обоих появилось время. — Почему мне не сказала? — Не хотела поднимать эту тему. — Почему тогда сейчас рассказываешь всё это? — Мин-а, он так тебя любит… — присела рядом с парнем Джиу. — Это какая-то супер-любовь, честное слово. — А как же его парень? — недовольно буркнул Чимин, не успев себя одёрнуть. — Какой парень? — Чонмин. — Они давно не вместе. Эти слова согрели влюблённое сердце, но и отчего-то причинили ему нестерпимую боль. — Он знает, что я в Сеуле? — Не думаю. Я не сказала ему, чтобы… — оборвала себя девушка. —В общем, я не сказала. — Спасибо, я благодарен за это. — Мин-а… он такой замечательный. — Он самый лучший. — Тогда почему ты столько лет его мучаешь? — Я был не готов принять его чувства, и ещё больше не готов дарить ему свои. — А сейчас ты готов? — Думаю, да. — Тогда не заставляй его больше страдать ни минуты. Он всё ещё живёт в своей квартире, — как бы невзначай обронила сестра. — Сейчас одиннадцать часов вечера. — И что? — Ты права. Тогда… — Иди. — Хорошо. Около полуночи Чимин стоял перед дверью, за которой находился человек, которого он совсем не заслуживает, но за которого стоит бороться. Чонгук стоит всего мира и даже больше. Потребовалось долгих десять минут, чтобы собраться с мыслями и силами, но в конце концов блондин нажал на звонок. Следующие несколько минут стояла полная тишина, и Пак было подумал, что брюнет решил продолжить веселье и отправился в другое место, но не успел он додумать эту мысль, как дверь перед ним распахнулась. На пороге стоял Чонгук с полотенцем на плечах, мокрой головой и в домашней одежде. — Чимин? — растерянно забегал глазами по гостю Чон. — Привет, — расплылся в неконтролируемой улыбке старший. — Ты как тут оказался? — всё ещё не мог поверить в происходящее хозяин. — Прилетел недавно. — Я виделся с Джиу, она ничего не сказала. — Я не хотел, чтобы кто-то знал. — Понятно. Ой, что это я? — Спохватился Чон, — Проходи, — отошёл он немного в сторону, чтобы впустить гостя. Чимин переступил порог и закрыл за собой дверь. — Чай будешь? Я как раз собирался заварить. — Хорошо. Парни прошли на кухню, и пока чайник кипятил воду, они расселись за небольшим столом. Чимин смотрел на Чонгука так, как будто видел его впервые в жизни. Он и ощущал это так же. Сейчас, когда ему не нужно жить по плану и думать о мести, он может полностью сосредоточиться на важном. Он может сосредоточиться на своих ощущениях рядом с брюнетом. Нужно признать, сердце неслабо так пошаливало, а глупая улыбка, о наличии которой в своём арсенале Чимин давно уже забыл, так и норовила нарисоваться на лице. «Чонгук очаровательный» — самая громкая мысль, которая выделялась среди остальных. Он всегда был заботливым, терпеливым, спокойным, сильным и сдержанным. Но сейчас Чимин отчётливо видит, какой он очаровательный. Лохматые волосы, затянутые лёгким опьянением глаза и его заметная нервозность делали его таким. — У меня есть шоколадный торт, но ты ведь такое не ешь… — тараторил гостеприимный хозяин, и нервно расхаживал по кухне. — Я могу сделать что-то лёгкое. — Чонгук… — Правда, мне не сложно. А хочешь, закажу что-то кокосовое? — Чонгук… — Точно, дай мне пять минут. Тут недалеко… — Чонгук, — Чимин подошёл к парню и взял его за руку. — Остановись. — Прости, я просто не ожидал тебя увидеть. — Я понимаю. Младший стоял не двигаясь и смотрел на то, как большой палец Чимина поглаживает костяшки его пальцев. Это выглядело завораживающе, а чувствовалось и вовсе нереально. Дрожь моментом прошлась по телу, и Чон прикрыл веки в попытке успокоить взволнованное сердце. — Тэхён сказал, что Юнги вернулся в Сеул, — совершенно невпопад выдал брюнет, лишь бы что-то сказать. — Я знаю. — Говорит, что изменился, и даже ходит к психотерапевту. — Я и это знаю. Мы вместе ходим к нему. — Ты тоже? — в неверии распахнул глаза Чонгук. — Да. На самом деле, это я его затащил на сеанс. Я поэтому пропал, — объяснял своё отсутствие старший. — Вот как… Я думал, что это… — мыслей и чувств сейчас было так много, что хотелось поделиться ими всеми, но Чон всё же себя оборвал. — Ладно, не бери в голову. — Думал, что это из-за Чонмина? — и без того всё понял блондин. — Глупости такие, но я и правда так думал. — Это не глупости, так и было. Это и стало своего рода толчком ко всему, что происходило после. — Так это правда? — Я ревновал тебя. Очень сильно ревновал и злился. Ушёл в запой, а потом решил, что так жить больше нельзя. — Почему ты не отвечал на мои звонки? — немного тише, словно ему непозволительно такое спрашивать, задал вопрос Чонгук. — Мне нужно было время, Чонгук-и. — Хорошо. Так… тебе это помогло? — Да. Я до сих пор посещаю доктора, но чувствую себя уже намного лучше. — Я рад это слышать. — Я знаю. Ты всегда ставил моё благополучие на первое место. — Ты ведь знаешь причину. — Знаю. Чимин чувствовал, как быстро билось сердце Чонгука, как вспотела его ладонь. При всём своём внешнем спокойствии и сдержанности, внутри него бушевал ураган. Это льстило и немного пугало. Блондин боялся сделать что-то не так, боялся неправильно распознать сигналы. Но Джиу была права, нельзя было и дальше оставаться трусом. Он любит Чонгука, только вот сам Чонгук об этом ничего не знает. — Я пришёл не просто так, — набрав воздуха в лёгкие, начал Чимин. — А для чего? — Хотел лично рассказать о том, как сильно скучал по тебе. — Ты скучал по мне? — Очень сильно. Но сначала мне нужно было разобраться со своими внутренними демонами. Я не был готов отдать всего себя тебе, потому что часть меня не принадлежала даже мне. — О чём ты? — поднял свой взгляд Чон, и старший впервые заметил, какие у того потрясающие глаза. Целая Вселенная отражалась в них в этот момент, и Чимин тонул, даже не пытаясь спастись. — А ты как думаешь? — ласково произнёс Пак, устраивая небольшую ладонь на чужой щеке. — Я стараюсь не думать, чтобы не тешить себя ложными надеждами. — А на что ты надеешься? — Как я и сказал, я не тешу себя надеждами. — Чонгук-и… Прошло много лет с тех пор, как мы встретились впервые. Боже, даже не верится. Всё это время ты был тем самым… но я запрещал себе даже думать об этом. Я запрещал себе, но всё равно думал. То время, когда нам пришлось… нет, не так. То время, когда я выбросил тебя из своей жизни, было самым паршивым за всё моё существование, а ты ведь знаешь, что со мной произошло. Я думал, что поступаю правильно. Я придерживался плана. Но, как оказалось, я допустил большую ошибку, за которую расплачиваюсь по сей день. Ты знаешь, я ведь был на твоём выпускном, — мягко улыбнулся Чимин. — Был? — удивлённо спросил Чонгук. — Ага. Ты был таким красивым и счастливым, а я разваливался на куски. Я просто не нашёл в себе сил подойти. — Но почему? — Уже задолго до того момента я знал, что люблю тебя. — Ты… Казалось, в этот момент планета перестала вращаться, а всё пространство вокруг просто замерло. Или это сердце Чонгука перестало разгонять по телу кровь? Ему и до этого говорили, что Чимин испытывает к нему чувства, но услышать «Я тебя люблю» от самого блондина он и не надеялся. — Я люблю тебя, Чонгук-и. Ты не обязан отвечать мне взаимностью. Я понимаю, что появиться спустя столько времени и вывалить на тебя всё это — слишком эгоистичный поступок, но я больше не могу об этом молчать. Я и так потерял много лет и не хочу больше терять ни секунды. — Знаешь, ты прав. Прошло действительно много лет… — серьёзно посмотрел на парня Чон. — …но вот только мои чувства не изменились за это время. Вторая ладонь Чимина в этот момент сжала руку Чонгука так сильно, что, скорее всего, причинила брюнету боль, но его переполняли чувства, и нужно было найти им какой-то выход. — Наверное, я не должен радоваться, но, тем не менее, я сейчас как никогда счастлив. — Счастлив ты — счастлив я. — Но есть кое-что, что сделает меня ещё счастливее. — И что же это? Вместо ответа Чимин приблизился к чужому лицу и, проведя ладонью по гладкой щеке, соединил их губы в поцелуе. Именно сейчас оба парня ощутили разницу между поцелуем губами и поцелуем сердцами. Тот трепет, с которым Чимин касался розовых губ брюнета, та нежность, с которой Чонгук поглаживал шею старшего, то желание, которое жаром распространялось по телам влюблённых, всё это было больше, чем они могли вынести. Грудь наполнилась таким количеством тепла и спокойствия, что в пору было сделать дырочку и раздавать прохожим. — Я ждал этого так долго, — прижавшись своим лбом к чужому, тихо прошептал Чонгук. — Прости меня. — Тебе не за что извиняться. Я не хочу думать о том, что мы потеряли. Давай сосредоточимся на том, что мы приобрели. — Я согласен с тобой. — Ты останешься сегодня? — Я бы ни за что не согласился на иной расклад. — Хорошо. Чайник закипел. — Я был бы не против попробовать шоколадный торт. — Тогда включи какой-нибудь фильм, а я приготовлю чай. — Хочешь посмотреть фильм? — Да. Хочу ни о чём сегодня не думать. У нас ещё будет время поговорить. — Я теперь никуда от тебя не денусь. — Обещаешь? — Обещаю. Чимин уже хотел было отстраниться от младшего, но тот вновь припал к его губам и после нежного поцелуя прошептал: — Я люблю тебя.