First and Last...

Юнги бродил по улицам Лондона, глубоко погружённый в свои мысли. А подумать ему было о чём. Вся его жизнь в этот самый момент казалась какой-то насмешкой, но винить в этом он мог только себя самого. Неладные отношения с родителями, нездоровая привязанность к парню, который заменил ему всех, совсем того не желая, ненависть к себе из-за того, как поступил с единственным человеком, которому до него действительно было дело, и ещё много чего, за что ответственен только он. А был ли Юнги хоть когда-нибудь действительно счастлив? На ум сразу же, без каких-либо раздумий, приходит только один ответ — «Когда он был рядом». Но на самом ли деле это можно назвать счастьем? Мин видел счастливых людей в кино, видел счастливые парочки в университете, в конце концов, он жил долгое время рядом со счастливым человеком. Глаза Тэхёна искрились, когда Юнги соглашался заниматься тем, чего так хотелось парню. Он отдавал себя целиком и полностью, совсем ничего не требуя взамен. Юнги мог бы сказать о себе то же самое, но это откровенная ложь. Ему всегда нужна была взаимность со стороны Чимина, поэтому он вряд ли мог назвать себя счастливым. Вот если бы только Пак позволил его любить и не отвергал, тогда бы Юнги точно был счастлив. Был бы? На душе стало неспокойно. А что если бы он позволил Тэхёну себя любить? Не так, как это было между ними, а по-настоящему. Не как одолжение, а как попытку. Он ведь даже не давал себе шанса, зацикливаясь на своей навязчивой идее быть с тем, кто столько раз выказывал абсолютную незаинтересованность. Он уже и не помнит, каково это — не думать о Чимине 24/7. С тех самых пор, как они встретились, Юнги практически не жил своей жизнью. Все его мысли были о Чимине, все его действия были направлены на то, чтобы облегчить боль Чимина. Чимин… Чимин… Чимин… Как так вышло, что Чимин оказался даже важнее, чем сам Юнги? Ответ прост — для Мина было важно чувствовать свою необходимость. Он всегда был одиночкой: ни друзей, ни семьи, и тут появляется тот, кто действительно в нём нуждался. А что если он никогда и не был влюблён в Чимина? Мысли потихоньку начинали сводить с ума, и парню нужно было как-то отвлечься. Как нельзя кстати, через дорогу он увидел яркую вывеску «Pub». То, что нужно. Внутри играла живая музыка, и народу было не очень много, что полностью устраивало не особо общительного Мина. — Бокал пива и фисташки, — сделал он заказ, разместившись за барной стойкой. Будучи всё ещё погружённым в свои раздумья, он не заметил, как рядом с ним устроился новый посетитель. Мин перевел недовольный взгляд на соседнее место, и глаза его округлились от удивления. — Тэхён? — обратился он к «соседу». — Простите? Вы ко мне обращаетесь? Как только парень развернулся, Юнги сразу понял, что ошибся. Но, тем не менее, сходство было поразительным. Стиль одежды, причёска, манеры, внешность… — Да, я ошибся. Принял вас за старого знакомого. — Хм… только знакомого? — улыбнулся «Тэхён», и спина Юнги покрылась мурашками. — Не только. — Бинго! Я очень хорош в таких вещах. Сразу чувствую страдальческие вайбы. — Я по нему не страдаю. — Да? Уверен? — вздёрнул брови собеседник. — В любом случае, это не твоё дело. — Ты прав, но я не вижу других желающих побыть твоей жилеткой. — Хах! Мне не нужна жилетка. Я просто хочу побыть наедине с собой. — Вздор! Никто не хочет оставаться один на один со своими болячками. — Да что ты вообще знаешь обо мне? — Пока что ничего, но мы можем это исправить. Ким Лиён, — протянул руку парень. — Серьёзно? Ким? — А что такое? Впервые встречаешь корейца в Лондоне? — Да нет. Неважно. Мин Юнги. — Приятно познакомиться, Юнги.

***

Тэхён ждал Хосока у подъезда, но мыслями он был далеко, да и с другим. Он только начал налаживать свою жизнь, как надо было Юнги снова появиться на горизонте. Даже одного хриплого голоса хватило для того, чтобы рана на сердце вновь открылась и причиняла дискомфорт. Конечно, он соврал, сказав, что не так часто видит его во снах. Каждую ночь он всё ещё засыпает с мыслями о нём, и от этого так просто не избавиться. Люди, которые сами через такое не проходили, никогда не поймут, каково это — любить безответно. А он столько лет практиковался в таком непростом деле, да и вряд ли так легко отпустит это чувство. Оно губительное, оно ядовитое, но такое сильное. Тэхён и правда любит. Это совсем не похоже на то, что Юнги испытывает к Чимину, но от этого его любовь не становится менее разрушительной. Она ломает каждую кость в теле от невозможности повлиять на чувства другого человека. Она держит за горло, не давая нормально дышать. Кислород есть, но его катастрофически не хватает. Нужно время. Много времени, прежде чем Тэхён вновь задышит полной грудью. — Привет, — вырвал его из мыслей знакомый радостный голос. — Долго ждёшь? — Совсем нет. — Идём? Я припарковался за углом. — Хорошо. Нужно время. Много времени. Но, возможно, с правильным человеком рядом у него есть шанс.

***

После разговора с Чонгуком Чимин чувствовал себя неоднозначно. Конечно, он был счастлив услышать младшего, но его чувства словно сошли с ума. Хотелось большего. Это дико пугало, но в то же время окрыляло. Сосредоточиться на работе не было ни единого шанса, потому что голова была забита только Чонгуком, который предложил устроить посиделки с алкоголем этим вечером. — Чимин? Чимиииин? — привлекал к себе внимание Шон. — А, да? Что такое? — стряхнул с себя это состояние Чимин. — Что такое? — усмехнулся Шон. — Я тут распинаюсь перед тобой, а ты в облаках витаешь! — Прости, задумался. — И о чём же таком ты задумался? Надеюсь, о нашем проекте? — Не совсем. — Хмм… — сдерживая широкую улыбку, пытался выведать больше парень. — Тогда?.. — Мне звонил Чонгук, — шумно выдохнул, сдался Пак. — И что он сказал? — Мы… это так странно, мы с ним просто разговаривали обо всём, — пожал блондин плечами. — Ты любишь его, это так очевидно, — улыбка всё-таки украсила лицо Шона, но вот Чимин не разделял его веселья. — Люблю? А я способен на такое? — Почему ты задаёшь такой вопрос? — Не думаю, что я достоин испытывать такие чувства к нему, — строго ответил Пак. — Только не к нему. — Отчего же? — Ты не хуже меня знаешь, как отвратительно я с ним поступил. — И что? Все ошибаются. Тебе было больно, и ты был сосредоточен только лишь на этой боли. Чимин, отпусти ты уже ситуацию. — Отпустить? — рассмеялся блондин, так как он натворил уже столько дел, что отпустить просто не сможет. — Моя жизнь разрушена, и я уже ничего не могу с этим сделать. Я потерял всё, и теперь пожинаю плоды своего выбора. Нужно было ожидать такого исхода, когда я выбрал месть. — Ты о чём вообще? Твоя жизнь только начинается. Только от тебя зависит то, как она сложится дальше. — Шон, оглянись вокруг, — обвёл руками пространство вокруг себя Чимин. — Вот она, моя жизнь, и такому как Чонгук в ней не место. — Ты прав, ему в ней не место, — наконец согласился парень, но это была не вся его мысль. — Но это не значит, что тебе не место в его жизни. — О чём ты? — Остановись. Уезжай из этого города, из страны, где большую часть времени ты испытывал только боль. Я вообще не понимаю, почему ты всё ещё здесь. — Ты знаешь. У меня здесь вся жизнь. — Та жизнь, которая тебя убивает. Чимин, хватит. Даниель уже получил своё, да и тебе уже всё равно. — Мне не всё равно… — упрямо стоял на своём Пак. — Я понимаю тебя, — пожал плечами Шон, и умостился на диване. — Ты боишься. — Боюсь? — Конечно. Жить ненавистью и жаждой мести для тебя намного проще, чем пытаться выстроить своё собственное счастье. — Это не так, — отрицал такую истину блондин. — Это так. Ты привык к этому. — Я уже пытался выстроить своё счастье, и чем это обернулось? — О, Господи, Чимин! Тебе было восемнадцать! Да, в твоей жизни произошло много дерьма, но это ведь совсем не значит, что на твоём пути будут попадаться только плохие люди! Очень много людей желают тебе добра и готовы на многое пойти ради тебя, но ты как будто этого не видишь! Ты зациклился на своей боли. — Зачем я ему? — Тебе и правда нужно обратиться к специалисту. Тебя любит так много людей, но ты этого не видишь. Я понимаю, твоя травма и правда глубокая, поэтому тебе нужна помощь. — Мне не нужен мозгоправ! — вскочил на ноги парень, одаривая Шона холодным взглядом, но на того это не действовало. — С таким настроем вряд ли что-то изменится. Подумай об этом. — Тут не о чем думать. — Вот опять! Как только я говорю что-то, что тебе не по душе, ты закрываешься. — Я устал, давай на сегодня закончим, — отодвигая от себя кресло, бросил Чимин. — Конечно. Всю дорогу до дома Чимин не переставал думать о предстоящих «посиделках», и нервозность лишь усиливалась с каждой минутой. «Успокойся, он сам тебе позвонил. Он сам предложил увидеться…» Но эти мысли мало помогали. Парень боялся, что стоит им вновь начать общаться, во второй раз он точно не сможет отпустить Чонгука. У него было много лет, чтобы двигаться дальше, но вместо этого он лишь приспособился к новой реальности. Но несмотря на страх, волнение от встречи никуда не делось. Хотелось выглядеть хорошо, поэтому Чимин решил немного принарядиться. Широкая футболка, открывающая вид на острые ключицы, узкие джинсы и неизменное уже много лет украшение на шее. Для удобства Пак подключил ноутбук к большому экрану и разместился на диване, не забыв подготовить соджу и закуски. Через десять минут по квартире разнёсся звук входящего звонка. — Привет, — улыбался с экрана радостный Чонгук. — Привет. Чимин не видел младшего достаточно давно, и сейчас неописуемый восторг и щемящее сердце чувство окутали покрывшееся мурашками тело лишь от одной улыбки. Такой родной улыбки. — Ты уже отработал? — Вернул блондина в реальность голос Чонгука. — Освободился немного пораньше сегодня. — Я отвлёк тебя от работы? — с нескрываемым волнением поинтересовался младший. — Я ведь говорил, что могу найти для тебя время, — мягко улыбнулся Чимин, закрывая эту тему. — Итак, что у тебя есть? — Эмм… Соджу, токпокки, рыбный пирог и рамён, — перечислял свои «богатства» Чон. — Отлично. Я немного скучаю по корейской еде. Тут её совсем не умеют готовить, — разочарованно выдохнул блондин. — У меня соджу и салат цезарь. — И всё? Этого совсем мало, — нахмурился брюнет. — Вполне достаточно. — Ну, если ты так говоришь. — За что выпьем? — А разве нам нужно пить за что-то? Я просто хочу провести время со своим другом. Другом… — Ты прав. Напряжение и неловкость, витавшие в воздухе с самого начала разговора, испарились после нескольких рюмок соджу. — Как Тэхён? — спросил Чимин, похрустывая листом салата. — У Тэхёна всё хорошо. Я очень рад, что он вернулся в Корею, — с нежностью говорил о друге Чонгук. — Да, это к лучшему, я думаю. — А как у вас дела с… Закончить вопрос Чону не позволил звонок в дверь. — Ты кого-то ждёшь? — удивлённо спросил Пак. Он думал, что Чонгук освободил время для их посиделок. — Нет, — отрицательно помотал головой младший, но всё же поднялся с места. — Подожди минутку. — Угу. Чонгук открыл дверь и в удивлении раскрыл глаза. На пороге стоял улыбающийся бойфренд с большим пакетом в руках и ярчайшей улыбкой на лице. — Чонмин? — Привет, хён. Я тут был в нашем кафе и подумал, что ты не откажешься от круассана с шоколадом и бананом, — приподнял пакет парень. — Я… — растеряно забегал глазами старший. — Ты занят? — сразу же понял причину такой растерянности гость. Его не ждали. — Немного. — Прости, хён, я должен был позвонить. Просто я соскучился… — как обычно, начал извиняться младший, но Чонгук быстро пришёл в себя и остановил Чонмина, так как тот ни сделал ничего такого, за что следовало бы извиняться. — Эй-эй, ты не должен оправдываться. — Тогда я не буду мешать, — попятился назад парень. — Ты не помешаешь. Идём, поздороваешься с моим старым знакомым, — Чон слегка приподнял уголки губ и затянул гостя в квартиру. — С каким знакомым? — стягивая обувь, с любопытством спросил Чонмин. — Сам увидишь. Чонгук совсем не был готов к такой ситуации, но и выгонять своего парня он не собирался. Приоритеты должны быть расставлены правильно. — Чимин… — начал брюнет, вошедший в гостиную, где на большом экране красовался «старый знакомый». — Чимин-хён? — удивлённо произнёс появившийся следом парень. — Чонгук? — отреагировал на гостя Пак. — Это Чонмин. Вы с ним знакомы, он сын руководителя Сеульского театра. — Чимин-хён, когда мы виделись в последний раз, я был совсем ребёнком, — влез в разговор волнующийся паренёк. — Да-да, я помню тебя. А вы?.. — Мы с Чонмином встречаемся. Кто-нибудь когда-нибудь слышал, как разбивается сердце? Как рушатся надежды? Этот звук закладывает уши. Чимин сейчас ничего не слышит, кроме одного слова, которое на повторе звучит в голове — «Встречаемся». Его Чонгук встречается с кем-то, кто не он. С кем-то, кто оказался намного умнее и не упустил лучшего из людей. Скорее всего, Чимин сейчас выглядит совсем растерянным, но ему всё равно. Воздуха вдруг стало так мало, что даже голова закружилась. «А на что ты надеялся? Ты сам всё разрушил. Ты сам во всём виноват.» — Чимин? — позвал парня Чонгук, видя растерянность на чужом родном лице. — Я… мне пора, давай в следующий раз созвонимся, — еле сдерживаясь, выдавил из себя Пак. — Нет-нет, это я лучше пойду, я не должен был так заявляться… — снова влез в разговор Чонмин, который только сейчас всё понял. — Ты пришёл к своему парню, всё в порядке. — Чимин… — попытался вставить слово Чон. — Пока. Звонок завершился, а двое парней ещё какое-то время так и стояли посреди комнаты в тишине. — Хён? — М? — Это ведь он? Человек, в которого ты влюблён. Это Чимин-хён? Когда ты сказал, что мы встречаемся, он… его как будто ударили чем-то тяжёлым. — Это он. — Хм… так это взаимно? Почему ты не говорил, что это взаимно? — с плохо скрываемой грустью в голосе спросил младший. — Всё не так, — пытался отрицать такой глупый вывод Чонгук. Не может такого быть, чтобы его чувства были взаимными. — Хён, я знаю, как выглядит влюблённый человек, — снисходительно улыбнулся Чонмин, хотя сам рассыпался на части. — Прости, я всё испортил. — Не смей так говорить! — схватил его за руки старший, и заглянул в глаза, чтобы донести свою позицию в этой ситуации. — Я в отношениях с тобой, и что бы ни происходило между мной и Чимином, это никак не должно коснуться тебя. Ты мой приоритет. — Ты очень благородный, хён, но в данной ситуации это благородство лишь делает хуже. — О чём ты? — Почему вы не вместе? — Это длинная история. — А я никуда не тороплюсь. — Чонмин, я не думаю, что это хорошая идея… Чонмин удобнее перехватил руки Чонгука, и потянул его к дивану, усаживаясь рядом. — Хён, помнишь? Честность. — Я не хочу тебя ранить. — Как ты можешь меня ранить, если я сам прошу об откровенности. Я просто хочу понять. — Хорошо. Чогнгук никогда прежде не был так откровенен, как в данный момент. На протяжении целого часа он делился их историей, а Чонмин внимательно слушал, лишь изредка задавая вопросы. — Вау, это… у меня нет слов. Хён, ты такой сильный человек. — Я так не думаю. — А я думаю. Твоя любовь такая чистая. Если честно, теперь я даже не уверен, что знаю, что такое настоящая любовь, — усмехнулся младший. — Такое ведь не повторяется, хён? — Честно, я не знаю. — А я знаю. Ладно, уже довольно поздно и мне, наверное, пора. Завтра нужно рано вставать, — поднялся с дивана гость. — Ты можешь остаться. — В другой раз. Мне кажется, сейчас тебе нужно побыть одному. — Вовсе нет, ты… — Хён, давай встретимся на выходных? — как и обычно, нежно улыбался Чонмин, но в этот раз улыбка не коснулась его глаз. — Сходим куда-нибудь? — Хорошо, конечно. — Отлично. Буду ждать с нетерпением. После этих слов Чонмин сократил расстояние между ними и накрыл губы Чонгука своими. Поцелуй отличался от тех, которые парень дарил раньше. Этот был более уверенным и несдержанным, даже немного отчаянным. Через пару минут младший отстранился и направился в сторону выхода. — Увидимся на выходных? — уточнил Чонгук. — Конечно, хён. Доброй ночи. — Доброй ночи. Через два дня Чонгук получил сообщение: Чонмин: Здравствуй, хён. Пишу тебе, как последний трусишка, но мне нужно тебе кое-что сказать. Позавчера я не просто так оказался в кафе. Мне предложили стажировку в хорошей компании в Швеции, и я встречался там с агентом, который поможет мне подготовить документы. Стажировка начнётся летом, но я улетаю пораньше, чтобы обустроиться. Готовиться к защите диплома я могу из любой точки мира, поэтому я принял такое решение. Прости, что сообщаю тебе об этом вот так, но иначе я просто не смогу улететь. Спасибо тебе за то время, которое мы провели вместе. Ты навсегда останешься образцом для всех последующих претендентов на моё сердце, ведь я и подумать не мог, что кто-то сможет сделать меня настолько счастливым. Ты замечательный, хён, и я надеюсь, что ты наконец обретёшь своё счастье с тем, кого выбрало твоё сердце.

***

Чонмин нажал на кнопку «отправить», и слёзы водопадом хлынули из покрасневших глаз, но отступать было некуда. — Алло, Сона-щи? Здравствуйте. — Здравствуй, Чонмин. Я могу чем-то помочь? — У меня ещё есть шанс получить стажировку? — Ты передумал? — Да… я хотел бы принять предложение. — Ой, как здорово! Я ведь говорила, что это отличный шанс для тебя. Не понимаю, почему ты изначально отказался. Ну и ладно, это не так важно. Я ещё не успела отправить им письмо с решением, как раз сегодня планировала этим заняться. — Хорошо. — Тогда я начну подготавливать документы. — Да, хорошо, спасибо. — Не за что, милый. Твой отец когда-то очень нам помог, так что я рада отплатить за его добро. Я позвоню тебе позже. — Угу. — Эй, малыш, всё в порядке? — Да-да, всё хорошо. Всего доброго. — Я позвоню. «Ты всё делаешь правильно». Если бы только правильные поступки были способны избавить от душераздирающей боли, которая так и норовила разорвать влюблённое сердце на части. Но увы…

***

— Молодой человек, — обратился к лежащему щекой на барной стойке Чимину бармен. — Мы закрываемся. — Ммм… — Вас может кто-нибудь забрать? — Ммм… — Я могу кому-нибудь позвонить? Чимин нащупал в кармане телефон и, разблокировав, протянул его парню. — Позвони Шону. — Хорошо. Бармен быстро пробежался по недавним вызовам и нашёл нужное имя. — Чимин, два часа ночи! — Раздался недовольный голос по ту сторону. — Эмм… — замешкал бармен. — Здравствуйте, это Шон? — Да, а вы кто? Почему у вас телефон Чимина? — Я работаю барменом в клубе «Heaven», ваш друг перебрал и вряд ли в состоянии самостоятельно добраться до дома. Вы можете назвать адрес, чтобы я вызвал ему такси? — Нет, не нужно. Я вас прошу, дайте мне двадцать минут, я его заберу. — Хорошо, я как раз закрываю смену через полчаса. — Спасибо большое. Пятый день подряд, и уже пятый по счету клуб, из которого Шону приходилось забирать перебравшего Чимина. Он пытался узнать у парня, что с ним происходит, но тот был не в духе днём, и был не в состоянии ночью. Пак свалил всю работу на плечи Шона, а сам упоенно занимался самоуничтожением. С этим нужно было что-то делать, но сил у Шона совсем не осталось, как и терпения. Приехав в клуб через пятнадцать минут, он поблагодарил бармена и, не очень заботясь о комфорте своего «друга», затолкал его на заднее сидение автомобиля. Припарковавшись у дома, Шон закинул лёгкую ношу на плечо и затащил бурчащего Пака в квартиру. — Ммм… куда ты меня притащил? — мычал Чимин. — Домой. — Зачееееем? Я так хорошо отдыхал. — Отдыхал? Клуб давно закрылся, а ты спал на барной стойке, — парень неаккуратно скинул Пака на диван, и размял своё плечо. — А разве они не работают до последнего клиента? — поудобнее устроившись на мягком диване, лениво оглядывался вокруг блондин. — Чимин, что с тобой происходит? Ты видел себя? Уже почти неделю не просыхаешь, на работе не появляешься, квартира твоя похожа на притон! — Мне что, нельзя устроить небольшой отпуск? — Это из-за Чонгука? У вас что-то произошло? — Я люблю его, — прикрыв глаза и съехав с дивана на пол, пробормотал Пак. — Я так сильно его люблю. — А ты ему говорил об этом? — Он двигается дальше. У него теперь есть тот, кто говорит ему эти слова. — О чём ты? — Они вместе, Шон. Мой Чонгук-и… Он двигается дальше. А что делаю я? Боже, как же я его люблю. И в этот момент дамбу прорвало. Чимин плакал так, как никогда раньше. Казалось, что вся накопившаяся боль выходила с этими слезами. Шон заключил его в объятия и начал потихоньку укачивать, совсем как ребёнка. — Я так больше не могу… Я не хочу так больше, — растирал раздражённые щёки Пак. — Шшш, тише. Ты всё обязательно исправишь. — Я не хочу больше жить… — Эй! — встряхнул его Шон. — Не смей даже думать о таком! Всё наладится. Я тебе обещаю. Постепенно истерика утихла, соленые дорожки на щеках подсохли, и Чимин уснул.

***

Чонгук чувствовал себя неспокойно вот уже почти неделю. После того, как Чонмин отправил ему сообщение, он не находил себе места. Брюнет прекрасно понимал, для чего Чонмин это сделал, поэтому не стал усугублять ситуацию. Младшему и так было непросто, а если бы Чонгук попытался его остановить, то сделал бы ещё хуже. Не потому что Чонмин этого не хотел, а потому что он сам не был уверен, что сможет сделать его по-настоящему счастливым. А уж если кто и заслуживает счастья, так это светлый, добрый, бескорыстный и открытый парень, которому «посчастливилось» влюбиться в того, чьё сердце уже было занято. С Чимином тоже не удалось поговорить, так как тот не брал трубку. Всё вернулось на круги своя. — Тэ… — опрокидывая очередную рюмку соджу, негодовал Чонгук. — Я чувствую себя куском дерьма. — Я согласен. Мне и правда жаль Чонмина, он замечательный парень. Я искренне верил, что он сможет сделать тебя счастливым. Я так этого хотел… — Тэхён последовал примеру друга и тоже отпил соджу прямо с горла. — Я правда старался. Ты веришь, что я старался? — Конечно, я верю. Я не думаю, что в этом есть твоя вина. Ты просто не можешь по-другому. — Я просто не могу это выключить, — ударил себя в грудь Чон. — Я не могу выключить эти чувства, Тэ. — Я понимаю тебя, правда. — Понимаешь? — Хах! — усмехнулся Тэ. — Ещё бы! — Юнги? — Юнги. — Он тебя не достоин, — заливая в себя новую порцию алкоголя, серьёзно сказал Чонгук. — Как и Чимин тебя, — не остался в стороне друг. — Но мы не выбираем, кого нам любить. — Как у вас дела с Хосоком? — Хорошо. — Он отличный парень. — Как и Чонмин. — Да. Но он не Юнги. — Ты прав. — Ты простишь его? — Я не хочу его прощать, но и не могу сказать твёрдое «Нет». Он глубоко, — ударил теперь себя по груди Тэхён, — прямо там. Что бы я ни делал, он всё ещё там. — Ты скучаешь по нему? — грустно улыбнувшись, задал риторический вопрос Чонгук. — Как безумный. Ненавижу себя за это, но скучаю. — Что будешь делать? — Буду надеяться, что время всё расставит по местам. — Я бы на это не ставил. — А ты? — Не знаю. Правда, я не знаю. — Судя по тому, как он отреагировал, Чонмин и Джиу правы, у него тоже есть чувства к тебе, — как бы негативно не был настроен по отношению к Чимину Ким, очевидные факты он отрицать не мог. — Тогда почему он ничего не говорит? — Трус. — Не говори так, он очень сильный, — тут же встал на защиту Пака брюнет. — Ладно, давай забудем обо всём на сегодня. Хочу напиться и ни о чём не думать. — Согласен.