Просто дым и зеркала

(Стиви и я сидим на пожарной лестнице, наблюдая за бездомными кошками в переулке. — Вон, вот та маленькая полосатая, видишь ее? — показывает Стив, излучая волнение. Он твердил об этой проклятой кошке уже три дня, и вот, она наконец появилась. Я внимательно осматриваюсь, намеренно не опуская взгляд к переулку: — Понятия не имею, о чем ты, Стиви. Где, говоришь, она была? Он толкает меня локтем так сильно, как может, но астма Стива снова вернулась, и в худшие дни она обеспечивает ему слабость и головокружение. Я щурюсь, разглядывая небо, но — как ни странно — кошки нет и там. Стив собирается сказать что-то язвительное, но вместо этого начинает кашлять. Я потираю его по спине, все еще старательно осматривая облака на случай, если там все-таки найдется маленький серый и полосатый котенок. Стив продолжает кашлять, и я начинаю беспокоиться, что действительно упущу возможность посмотреть на кошку, но Стив никогда не простит меня, если я сейчас посмотрю вниз. Вместо этого я встаю и начинаю залезать в открытое окно. — Я собираюсь налить себе воды, хочешь тоже? Он мрачно смотрит в ответ. С этого угла сложно сказать это взгляд «мне не нужна твоя жалость» или «вода не поможет, тупица». Я отодвигаюсь от окна, чтобы получше рассмотреть его лицо, и: — О! Вот она! — я тоже слишком взволнован, потому что Стив был абсолютно прав насчет кошки. — Ты только посмотри на это.) <Рекалибровка.> Актив входит в здание и приближается к апартаментам цели. Изнутри Роджерс откашливается: — … Открыто. Актив открывает дверь. Цель в трех метрах от него (грызет кончик карандаша и пытается притвориться, что он не просто сидел и смотрел на дверь, ожидая пока я в нее войду). <Рекалибровка.> — Приветики, Стиви, ты скучал по мне? <Рекалибровка.> — Ага. Рад тебя видеть, Бак. (Иногда я лежу без сна, думая об этой улыбке. Чаще всего я неплохо это скрываю или думаю о Лорин вместо него, но она все еще каждый раз застает меня врасплох. Иногда я гадаю, награждает меня этим Б-г или наказывает, и за что. Я не могу вспомнить ни одного своего поступка достаточно хорошего, чтобы это оправдать. Хотя, если уж на то пошло, достаточно плохого тоже.) <Рекалибровка.> Активу не предоставлены знания или навыки, подходящие для инициации ненасильственного контакта с кем-то, кроме куратора. — Могу я тебе что-нибудь предложить? — спрашивает Роджерс. — Стакан воды, или, может, приготовить яйца? Активу не предоставлены знания или навыки, подходящие для употребления яиц. <Регулярная гидратация необходима для поддержания оптимальной функциональности.> — Воды. — Хорошо, — Роджерс приносит стакан с водой из соседней комнаты. — Ты ужасно выглядишь, Баки. Хочешь присесть? Активу не предоставлены знания или навыки, подходящие для инициации ненасильственного контакта с кем-то, кроме куратора. Цель приближается. Стакан будет неэффективен, как импровизированное оружие, если его не разбить, что добавит от одной до трех секунд задержки перед вооруженной атакой. Текущая функциональность сильно пострадала, преимущество от одной до трех секунд не повлияет на исход, если цель инициирует бой. Цель не инициирует бой. Активу предоставляют стакан воды. Он выпивает его. — Ты меня помнишь? — спрашивает Роджерс. — Не смог бы забыть, даже если бы попытался, сопляк. <Рекалибровка.> (Мы натыкаемся на печально пострадавшую от бомбардировок церковь, и Стив решает, что мы разобьем в ней лагерь на ночь. Без спроса занимая разрушенное место, которое должно быть святым, я не могу не чувствовать что-то почти… Я не знаю. Наверное, неуютное. Стив садится рядом со мной, прослеживает мой взгляд до провала в стене, где раньше, должно быть, был витраж. — Как ты думаешь, он был красивым? — спрашиваю я его. Его пальцы вздрагивают, нащупывая несуществующий карандаш — а лучше набор красок — и он поворачивается ко мне и улыбается, и это словно солнце выглядывает из-за облаков. — Ага, — говорит Стив, глядя прямо мне в глаза, не отводя взгляда. Я закрываю глаза, откидываю голову на осыпающуюся кирпичную кладку. — Ага.) <Рекалибровка.> Цель забирает стакан. — Ты голоден? — Нет. — … Могу я предложить тебе что-то поесть? Отсутствие калорий способствует снижению функциональности. — Да. — Я налью немного супа. Активу предоставляют паек, который имеет высоко неэффективную форму: требуется специальное оборудование для упрощения потребления. Активу не были предоставлены знания или навыки, подходящие для использования ложки. Актив наблюдает за целью и подражает его действиям. (Снова эта улыбка; это как удар в живот. В хорошем смысле. Первый шок, это ощущение, когда из тебя выбивает воздух. На мгновение кажется, что в мире ничего нет или просто нет ничего, что имеет значение. Стив замечает, что я смотрю, и его улыбка становится шире. Я закатываю глаза и сталкиваю его с дивана.) <Рекалибровка.> — Прости, — говорит Роджерс. — Я должен был сварить больше. У меня есть другие вещи, если ты все еще голо… если ты думаешь, что сможешь утрамбовать в себя еще немного еды. — Да. — Я посмотрю, что смогу найти. (Однажды — нам должно быть было около десяти или одиннадцати — Стив сказал, что я не смогу взобраться на самый верх большого вяза во дворе мистера Адельмана, и я сказал, что Стив полон дерьма, и упал с дерева, и сломал руку. И, как оказалось, день, когда мне должны были снимать гипс, был тем самым днем, когда заканчивался большой художественный конкурс, в котором Стив участвовал. Я умолял маму перезаписать нас на другой день, но она отказалась, так что тогда я попытался убедить Стива, что справлюсь и без него, а он отказался тоже, так что тогда я сказал ему, что если он пропустит свою выставку из-за моего тупого гипса, я никогда не заговорю с ним снова. Не то чтобы я смог пережить это, но я подумал, что никто из нас тогда не знал наверняка. И каким-то чудом, я заставил его в это поверить. Стив сидел со мной у врача до самой последней секунды. И это выражение на его лице, когда ему пришлось уйти… вы бы подумали, что я умираю или что-то такое, потому что он выглядел так, как будто мы видимся в последний раз. Что за дебил.) <Рекалибровка.> — … Ты собираешься просто стоять там, Стиви? — говорит актив. <Рекалибровка.> — Прости, нет. Уже иду. Активу предоставляются дополнительные пайки — тоже в нестандартных и неэффективных формах — которые он потребляет. — Потреблено достаточное количество пайков для восстановления функциональности. — Это великолепно, Бак. Хочешь прилечь? — Нет. — Конечно, — говорит Роджерс, — извини. Будет ли сон способствовать, эм, восстановлению функциональности? — Да. — Давай, я приготовил тебе постель. *** Актив возвращается в сознание. <В соответствии с протоколом миссии периоды простоя актива инициируются только куратором. Операционный протокол говорит, что в периоды простоя актив должен быть размещен на твердой, прочной, непористой поверхности.> Кураторов нет. Актив находился на мягкой поверхности, покрытой пористой тканью. Протокол был нарушен. <Актив будет наказан.> (Я пялюсь на разбитое окно и убеждаю себя, что не собираюсь плакать. Все просто: я не должен был играть в этом парке, и я поссорился со священником Стива на прошлой неделе, а теперь я разбил ему окно мячом и никто — никто! — не поверит, что я не специально. — Ух, — говорит Стив, подходя сзади. Я забыл, что он обещал встретиться со мной в этом парке, когда закончит с домашним заданием. Ладно, возможно один человек мне все-таки поверит. — Я не хотел! Мяч выскользнул из рук, я только… — Хм, — Стив переводит взгляд с меня на окно и обратно. Он становится серьезнее, что означает: он собирается сделать что-то правда, правда глупое. И, конечно: он едва заметно решительно кивает сам себе и направляется к дому. Я не могу крикнуть, не привлекая к себе внимания соседей, так что срываюсь за ним, но к моменту, когда догоняю, он уже стучит в дверь. Та открывается, и священник Стива смотрит на нас сверху: — Стивен! Что ты здесь делаешь? И Джеймс, — он даже не особенно гневно смотрит на меня, но хотел бы, я почти уверен. Стив склоняет голову в явном раскаянии: — Мне правда жаль, Отец, но я играл в парке рядом и… это была случайность, клянусь, я не хотел разбивать ваше окно, я заплачу за это, не беспокойтесь. Хотя, это может занять какое-то время, но… — Стивен, — священник ласково улыбается, — нет необходимости. Мы все совершаем ошибки. Я понимаю. Они немного болтают, и он даже возвращает Стиву мяч, прежде чем отправить нас домой. Когда мы спускаемся по улице и оказываемся вне зоны слышимости, я поворачиваюсь и смотрю на Стива. — Стивен Грант Роджерс, ты только что солгал своему священнику из-за меня? — Конечно, нет, не тупи, — Стив ухмыляется, пожимает плечами и встряхивает головой. — В любом случае, я виноват, что ты так долго меня ждал.) <Рекалибровка. Операционный протокол требует уведомления куратора, чтобы актив мог быть наказан и перезагружен.> Кураторов нет. Актив не может доложить, пока связь не будет восстановлена. Восстановление связи требует завершения миссии. Инициированное проникновение прошло крайне успешно: Капитан Роджерс не идентифицировал актива как угрозу и не предпринял атакующих или защитных мер против него. Пайки и время простоя в результате значительно улучшили текущую функциональность, что облегчит завершение миссии. Роджерс не ожидает нападения со стороны «Баки», которого считает своим лучшим другом. Это заблуждение может поддерживаться с помощью эмуляции паттернов действий и речевых паттернов… (Ну, дерьмо. Я самый большой дебил из всех живших и живущих в мире. Я кружусь с Лорин в более людную часть танцпола, прочь от двери. Не то чтобы я первый парень, забывший о свидании и позвавший вместо этого на танцы другую дамочку. У некоторых ребят это вообще типа привычки. Не у меня, хотя… в общем, это не неслыханно, вот в чем суть. После этой недели чудо уже то, что я могу вспомнить собственное имя, не то что планы. Но что за кусок идиота забывает про свидание и ведет другую танцевать в то же самое чертово место, куда он приглашал первую дамочку? Анжелика замечает нас и несется в нашу сторону. С этого момента все неумолимо катится к черту.) <Рекалибровка.> Цель может распознать обман и тогда идентифицирует актива как угрозу. Роджерс предпримет атакующие и/или защитные действия, что приведет к провалу миссии. Паттерны действий и речи актива при поддержании контакта с целью демонстрировали значительное расхождение с… <Ошибка. Рекалибровка.> Сравнение невозможно: активу не были предоставлены знания или навыки, подходящие для определения паттернов действий или речи Джеймса Бьюкенена Барнса. (Цель не предприняла атакующих или защитных действий по отношению к активу, несмотря на неполноценное подражание Джеймсу Бьюкенену Барнсу.) (Когда я прихожу домой той ночью и рассказываю Стиву печальную историю целиком, он спрашивает: — Так, а с кем ты в итоге танцевал? Ладно, в общем, я второй по величине дебил из всех, живущих в мире.) <Рекалибровка.> Все доступные разведданные описывают Капитана Роджерса как «крайне наблюдательного и умного». (Доступные разведданные не учитывают поведение Роджерса рядом с Баки). Данные ЩИТа по Капитану Стивену Гранту Роджерсу собирались много лет спустя после смерти Сержанта Джеймса Бьюкенена Барнса. Когда Роджерс поверил, что актив — Джеймс Бьюкенен Барнс, его действия в бою значительно отличались от каждого прогноза, экстраполированного на основе данных из файла. Оценка. Несмотря на ошибки актива в эмуляции поведения Джеймса Бьюкенена Барнса, цель все еще верит, что это — его лучший друг «Баки». (Я сижу дома и баюкаю свое пострадавшее от дамочки эго. От дамочки, которая — честно? — определенно была вне моей лиги, и я это знал. Я успеваю перечитать несколько глав, когда Стив выходит из спальни, сварливый и заляпанный краской. Я смотрю на него и ухмыляюсь, просто чтобы заставить его улыбнуться в ответ: — Ты закончил? — Нет, просто побился головой об стену. Кажется, я сделал только хуже, — Стив разбирается в искусстве лучше, чем я, так что я просто утешительно пожимаю плечами. Он замолкает, хмурясь. — Что ты делаешь дома? Разве у тебя не было свидания? Я закатываю глаза и оглядываюсь в поисках обрывка бумаги, который использую как закладку. Стив находит его первым и протягивает мне. Его пальцы холодные. Я заставляю себя убрать руку. — У меня было свидание, — говорю я. — Она кинула меня, когда выяснила, что я не богатый красавчик. Просто обычный красавчик. — Хм, — Стив подходит, садится рядом со мной на диван. Он выглядит настроенным скептически. — Разве? — Что, ты не думаешь, что я красавчик? — Эй, я никогда этого не говорил, — смеется Стив.) <Рекалибровка.> Преданность Роджерса своему «лучшему другу» дает некий запас права на ошибку, но продолжение неполноценного подражания Джеймсу Бьюкенену Барнсу в конечном итоге перевесит эмоциональную предвзятость цели; Завершение миссии требует от актива эмуляции паттернов действий и речи Джеймса Бьюкенена Барнса. Активу не были предоставлены знания или навыки, подходящие для определения паттернов действий или речи Джеймса Бьюкенена Барнса. (Я яростно ругаюсь, но только мысленно. Снаружи я натягиваю еще более очаровательную улыбку — только бы не переборщить — и наклоняюсь к фармацевту, словно собираюсь поделиться с ней секретом. — Слушай, я думаю, мы начали не с того… Как ты сказала, тебя зовут? — Анжелика. — Не может быть, меня тоже! — я выдерживаю паузу, затем смущенно улыбаюсь и качаю головой. — Прости, плохая шутка. Думаю, я сегодня немного переборщил. Джеймс, — я протягиваю ей руку. Когда она пожимает ее, я добавляю еще немного очарования в улыбку. — Друзья зовут меня Баки. Вежливая улыбка Анжелики превращается в нечто более искреннее: — Приятно познакомиться, Баки. Мне жаль, что я не смогла… — О, нет! — отмахиваюсь я от ее извинений. — Ты просто делаешь свою работу. Без обид. Правда. Я что-нибудь придумаю. — Местные правила, понимаешь, — она виновато морщится. — Я оставлю лекарства твоего друга прямо за прилавком, так что, когда ты получишь зарплату в следующий четверг, сможешь прийти и сразу забрать. — Это было бы шикарно, Анжелика, — я благодарно киваю. — Спасибо за попытку. Мы еще немного флиртуем, и в итоге я ухожу из аптеки с назначенным на пятницу свиданием, пачкой Лаки Страйк в руке и украденным флаконом лекарств в кармане пальто. Понятия не имею, что скажу в следующий четверг, когда вернусь платить за них, но это проблема может подождать неделю, и я совершенно не уверен, что Стив сможет тоже.) <Рекали…> Отмена: отложить рекалибровку. — Это было бы шикарно, Анжелика, — одними губами произносит актив. — Спасибо за попытку. Визуальное сходство усилится при отражении языка тела. Актив опирается локтем на предмет мебели: — Не может быть, меня тоже! — беззвучно произносит он. Актив смущенно улыбается, качает головой. — Прости, плохая шутка. <Возобновить рекалибровку.> — Думаю, сегодня я немного переборщил. Джеймс, — актив протягивает руку, ждет, корректирует улыбку. — Друзья зовут меня Баки