Всего лишь стечение обстоятельств

            У Берка не хватает сил, чтобы сидеть с ней рядом просто так.       С того момента, как они пришли домой, он не может перестать смотреть на неё. На то, как девушка откидывает кудри назад. На то, как она изящно усаживается на диван (теперь сто процентов их диван). На то, как она аккуратно подцепляет кусочек её любимого вишнёвого пирога зубами, пока он тщетно пытается найти с помощью пульта "Твин Пикс". И в конце концов на то, как она облизывает свои мягкие и нежные губы, стирая остатки вишни.       О Всевышний, шатен до хруста костяшек хочет взять её прямо на этом чёртовом диване, наплевав даже на все протесты. Потому что именно сейчас он впервые чувствует, как зверская альфа-сущность внутри скулит от желания.       Он, наверное, должен злиться, да? На то, что она утаила от парня такую, на минуточку, немаловажную деталь. Только вот как можно злиться, когда перед тобой сидит эта совершенно идеальная и такая невинная омега? О нет, Берк до чёртиков, просто безумно счастлив, что его внутреннее предчувствие наконец оправдалось. Конечно ему самую малость обидно, что девушка не рассказала, но с другой стороны, её не так сложно понять. Айбике совершенно отличается от тех омег, желающих опекунства. Он просто уверен, что страсть девушки – свобода. Свобода жизни, свобода творчества и танца, свобода принятия решений, свобода выбора, в конце концов. Она не хочет, чтобы кто-то принимал за неё решения, поэтому готова ради этого даже скрывать своё настоящее нутро. И он прекрасно понимает её.       Однако всё же кое-что не укладывается у парня в голове. Почему её запах, раньше не выделявшийся, сейчас вдруг приобрёл свои первоначальные качества? Шатен же не один, наверняка, чувствует его.       Не один... Стоп, остальные тоже почувствуют. И вдруг у них так же снесёт крышу, как у Берка? Вдруг они в итоге под влиянием запаха не будут сдерживать свой порыв, в отличие от парня? Тронуть его кудряшку... Непозволительно. И он не допустит этого ни за что на свете, даже если придётся сломать кулаки об лица всех "желающих".       Да, он обязательно решит этот вопрос, так же как и задачку с переменой аромата.       А пока на столике парня заждался его собственные кусочек пирога, что так рекомендовала Айбике, на большом экране телевизора Дейл Купер начинал своё расследование в загадочном маленьком городке штата Вашингтон.       – Ну, и как тебе?       Берк потягивается, разминая тело от длительного лежания в одном положении. На экране телевизора начинают показывать титры четвертой серии, а за окном уже стемнело, и единственное освещение в комнате – движущийся белый текст. То, что они сели так далеко друг от друга – далеко не лучшее решение, и мысли Берка возвращаются в реальность, толкая парня исправить эту ситуацию. Двигаясь к девушке, шатен обвивает руками её плечи.       – М, о чём ты?       – Вишнёвый пирог, мой забывчивый. – Она смеётся, оборачиваясь к парню, и почти встречается своим носом с его.       – О, да, ты была права насчёт вкуса. Это потрясающий пирог! – Айбике переполняет радость от того, что она не зря дала такую рекомендацию. Но больше всего ей приятно от того, что девушка поделилась с парнем ещё одной частичкой себя. – Потрясающий и впринципе единственный пирог, который я пробовал в Нью-Йорке. – А теперь на его лице расплывается улыбка.       – Ах, неужели прям ни одного? Вау... Значит, это прекрасная возможность попробовать!       Айбике подскакивает на диване от переполняющего её воодушевления и Берк невольно улыбается ещё сильнее.       – Да, мы точно перепробуем с тобой каждый, что есть в пекарне. Абрикосовый, персиковый, обязательно сливовый – это американская классика, яблочный, без него тоже никуда. Ох, и ещё мясные...       – Айбике, стой. – Придвигаясь вовсю к размышляющей вслух девушке, Берк пытается убрать прядь волос ей за ухо, но та настолько ушла в себя, что кажется перестала его замечать.       – ...рыбные, и ох, я забыла про черничный. Точно!..       На момент опуская голову, он тихо смеётся, а затем набирает воздуха в лёгкие и наконец может поймать её лицо.       – Мы обязательно попробуем каждый, вместе.       Она замирает от ощущения его пальцев на ушке и шумно выдыхает. В глазах по-прежнему сверкает энтузиазм и это завораживает Берка пуще прежнего.       «...вместе» – звучит так правильно, что по телу Айбике разносятся миллионы мурашек.       А он не может удержаться, чтобы не поцеловать её.       Укладываясь на диван, Айбике тянет за собой Берка, нежно обхватывая мужскую шею. Её прохладные пальчики проходятся по веснушчатой коже, переходя к затылку, и мягко ерошат рыжие волосы. Поцелуи шатена спускаются на подбородок, пока рядом с его макушкой проносится жаркое дыхание возлюбленной. Появившееся у неё внизу тянущее ощущение становится интенсивнее, когда нос парня проводит незримую линию по всей шее, и то, что там находится ароматическая железа – совсем не волнует кудряшку. А Берка дурманит этот аромат настолько, что мысли испаряются, и его язык сам по себе пробует нежную кожу на вкус, оставляя влажный след.       «Омега, омега, омега!» – вопит сознание парня, – «Омега, твоя, твоя, твоя...»       Домашние штаны до боли натягиваются, а желание укусить становится таким явным.       «Омега...чёрт!»       До него доходит воспоминание о том, что его знания сами по себе не озвучены между ними. И как бы глупо не звучало, Айбике не знает, что он знает. Это останавливает парня.       «Нельзя.» – твёрдо и ясно.       Отстраняясь от шеи, Берк старается не подавать вида, что ему чертовски не хочется этого делать. Что всё это нормально, и что дальнейшие полчаса не придётся смывать стоящее недоразумение между ног.       Да, всё нормально.       Он ещё раз легонько целует Айбике в губы, перед тем как немного нервно улыбнуться и буквально сбежать от неё в душ.       Оставляя брюнетку одну, негодующую, с невысказанными вопросами, абсолютно мокрыми трусиками и начинающейся пятой серией.       На следующий день они впервые приезжают в университет вместе. Едва ли кому-то есть дело до этого, но та Айбике, задержавшаяся в школьном возрасте, переполнена волнением. Выходя из машины Берка, она чувствует себя героиней какого-то романтического фильма, ещё и парень закидывает свою руку на её плечи, заставляя кудряшку повернуться в удивлении.       Пусть горит синим пламенем эта чёртова сага о вампирах, которую Айбике посмотрела несколько лет назад под влиянием всеобщего помешательства.       Не сказать, что ей неприятно, совсем наоборот. Просто это так непривычно, и она вспоминает, что иметь парня для балерины в новинку.       Стоит молодым людям зайти в здание, как Берк меняят положение руки, скрещивая их ладони вместе. Он мысленно умиляется тому факту, как славно её маленькая, по сравнению с ладонью шатена ладошка, укладывается в его руке. И он не сдерживает себя, целуя её тыльную сторону и снова ловя на себе удивлённые ореховые глаза. Берк хитро подмигивает, заставляя щеки Айбике предательски заалеть, и уводит девушку на нужный этаж, пока молодые люди вокруг оборачиваются, всячески подмечая их поведение.       Перед нужной аудиторией Айбике остаётся ещё два поворота, и девушка, ведомая странной, неизвестно откуда появившейся смелостью, заводит шатена в один из затемнённых проходиков. Она притягивает его к себе за воротник, чувствуя желанные чуть суховатые после улицы губы. А Берк даже теряется, распахивая веки. И через мгновение перемещает руки на её талию, уводя их то вверх, то вниз и намеренно стараясь оставить как можно больше своего запаха на кудряшке.       Никто, кроме него, не должен даже заподозрить о её принадлежности. По крайней мере, ему бы не хотелось, чтобы кто-то ещё знал. Наверное, это несправедливо и глупо, но Берк ничего не может с собой поделать. Он хочет беречь Айбике, словно та его самый драгоценный бриллиант. И отпускать девушку на её предмет он совсем не хочет.       Но приходится.

***

      Раздражённо тарабаня поверхность столешницы, Берка посещает дурацкое ощущение дежавю. Он вновь в этом кафе, с Доруком, думает об Айбике в совершенно не подходящем для общения расположении духа. Однако это совершенно не смущает зеленоглазого друга, который с самого прихода не может перестать говорить о том, какая же удивительная Асие.       Да, Асие удивляет, а болтовня Дорука раздражает. Но едва ли Берк может с этим что-то сделать.       И вообще, все эти люди вокруг слишком бесят его своей безмятежностью. Ещё и ноябрьское солнце совсем не греет, а будто насмехается над тем, как Берк уже который день сдерживает свои порывы. Он уверен, умей солнце разговаривать, то оно непременно сказало бы парню, что тот слабак.       – Дружище, с тобой всё впорядке?       – Всё прекрасно. – Он стискивает челюсть, вспоминая как ещё около часа в его руках было кудрявое чудо со всей своей омежьей безупречностью. Парню снова пришлось остановиться, и ему хватило одного момента, чтобы увидеть её негодующий взгляд, перед тем, как она сменила эмоции. Шатен до безумия бы хотел продолжить свои действия, любя девушку до потери пульса прямо в автомобиле, а не отпуская её на работу. Но, чёрт возьми, она омега.       Омега, которая не рассказала ему, что она омега.       Агрх... Сколько он ещё продержится, одному Аллаху известно.       – Я так не думаю. Потому что иначе ты бы не испарял свои феромоны неудовлетворённости на всю округу.       – Ничего подобного, тебе показалось.       Шатен тянется к своему кофе, пытаясь воссоздать вид обычного мирного жителя. И это прокатило бы с кем угодно, но не с русоволосым гитаристом.       – Ага, как же. – Он двигает бровью, склоняясь над столешницей. – Слушай, а у вас с Айбике всё хорошо?       Взгляд, который Берк поднимает на Дорука, совсем не выражает дружелюбности. Совсем.       – Я понял. – Зеленоглазый поднимает обе руки в знак капитуляции. – Брат, вам бы поговорить. Так дело не пойдет, уверен ты ведь мучаешь обоих. Ну, и ещё немного мои дыхательные пути. Твой мускат с корицей перебивают аромат кофе, серьёзно.       Берк закатывает глаза, откидываясь на спинку кресла, и потирает глаза, глубоко вздыхая.       – Боюсь, всё не так просто, как может показаться.       – Почему? – Парень моргает, припадая к кружке с горячим напитком и делая глоток. Он искренне хочет помочь своему рыжеволосому альфа-брату, однако не совсем понимает трудностей ситуации.       – Потому что я не хочу её спугнуть. – В этой фразе есть доля правды, но, конечно это не всё.       – Ну, думаю единственное решение – это обсудить с ней, да?       – Да, наверное...       Вот только как это сделать, Берк понятия не имеет.

***

      Лекция учителя ещё никогда не давила на мозг так сильно, как сейчас. А Айбике всё равно упорно старалась сосредоточиться и забыть о странном поведении её возлюбленного, что невозможно было не заметить. Каждый раз, когда дело доходило до их близости, парень игнорировал все её попытки зайти дальше. А ведь брюнетка давно уже сдалась этому головокружительному влиянию желаний. Желаний быть ближе с ним, с её от головы до кончиков пальцев сексуально-притягательным парнем, чертовски горячим Берком Озкайя. Эти губы, тело, веснушки... Чтоб его.       Почему он не хочет переступить эту грань? Должна же быть какая-то причина... Неужели девушка перестала привлекать рыжего альфу? Она ведь изначально привлекла его чем-то, так? Быть может, дело в её усилившемся запахе? Быть может, стоит Берку сильнее вдохнуть аромат девушки, как всё желание отпадает?.. Вот и что ей ещё думать?       Оф, от этих размышлений всё внутри закипает. И Айбике интуитивно поглядывает на время, с раздражением подмечая, что не прошло даже половины занятия. Нужно бы сосредоточиться на словах преподавателя, а она думает, где сейчас может находиться парень.       Что если потом будет поздно...       Айбике, преисполненная решимостью, отпрашивается в туалет и отправляется совершенно в другом направлении. Прямо туда, где сейчас должна быть пара у рыжеволосого сценариста. Однако, открывая дверь аудитории и пробегаясь взглядом по ней, Айбике с ещё большим раздражением понимает: здесь его нет.       «Вот же ж... И почему тебя вечно нужно где-то искать, Озкайя?»       Она забегает в библиотеку, в надежде, что парня потянуло в литературу, однако и тут не находит его.       В кафетерии...       В машине...       Хм... Бинго!       Девушка выходит на задний двор университета, вспоминая, как однажды посягнула на излюбленное место шатена и движется в сторону того самого дуба. Да, наконец-то. Он здесь.       Прислонившись к стволу дерева, Берк блаженно прикрыл глаза, надеясь отвлечься от мыслей о кудряшке, которые не приводили ни к чему хорошему (в частности, для его тела). Сейчас у неё должна быть пара по экономике, быть на которой ему не разрешили как минимум потому, что у самого в расписании идёт другой предмет. Поэтому зная, что сосредоточиться на дисциплине не получится, он отправился на свежий воздух, стараясь отметнуть представление о количестве мужчин в аудитории брюнетки.       – Берк, что происходит?       Он моментально распахивает глаза, стараясь понять, не послышалось ли обезумевшему мозгу. Не послышалось, девушка действительно сейчас стоит перед ним. И возвращаясь к вопросу, парень хмурит брови и двигает подбородком в непонимании.       – О чём ты, сладкая?       Он поднимается, отряхивая конечности, и обходит девушку со спины, от чего та поворачивается, поджимая губы, и отходит назад. Она настолько беспокоится о чём-то, что это не могло подождать хотя бы до перерыва? Сказать, что парень обескуражен – ничего не сказать.       Сжимая кулаки, Айбике вновь устремляет на Берка взгляд ореховых негодующе-гневных глаз, перед тем, как выдать следующее:       – Ты не хочешь меня, потому что мой запах противен тебе?       Брови шатена взлетают не то, что до волос, а прямо до небес от такого заявления. Она действительно о таком могла подумать... Или он бредит?       – Сладкая, с тобой всё впорядке? Почему ты не на паре? – Шатен двигается в её сторону, стараясь взять ладони девушки в свои, но она моментально вырывает их, отступая назад и злясь ещё сильнее.       – Не разговаривай со мной, как с ребёнком! Просто ответь на вопрос!       Понимая, что мягкое обращение не подходит для данной ситуации, Берк проводит некоторый мозговой анализ, перед тем, как перейти к другой тактике, более подходящей её возбуждённому состоянию.       – Ответить на вопрос, надо же... То есть ты думаешь, что мне не нравится твой запах? – Медленно подступая к девушке, начал Берк. Его вид, действия и даже тембр сейчас напоминали хищника, забивающего добычу в угол. – И поэтому, я тебя не хочу. – Шаг, второй, третий...и спина Айбике сталкивается с древесной преградой, а дыхание девушки учащается ещё больше, когда руки шатена закрывают пути отступления. – Скажи это ещё раз.       – Ты...не хочешь меня? – Да, пускай тело девушки во всю трепещет от его такой близости, однако сдаваться она не намерена.       Берк внимательно смотрит несколько секунд в ореховые глаза, разглядывая в них все пылающие сейчас чувства брюнетки. Он наклоняет голову, чуточку сужая глаза, и медлит с ответом, не в силах оторваться от созерцания, а в то же время специально дразнит кудрявую голову, переполненную негодованием.       – С чего ты это взяла, Айбике? – Да, он специально выводит девушку из себя ещё больше, потому что видит, она готова взорваться.       – В последние дни ты словно отстранился от меня, избегаешь прикосновений со мной. И стоит тебе зайти чуточку дальше, как сразу прекращаешь. – Глаза, наполнившиеся печалью, опустились вниз, уходя от пытливого взгляда парня, что теперь приподнял брови. – А мне, мне хочется быть с тобой, ощущать тебя по всему телу, зайти гораздо дальше простых объятий. И отчасти дело в том, что я...омега.       Она не заметила, но уголки губ Берка приподнялись, отображая самую малость тех ощущений, что он сейчас испытывает.       – Многое время я отвергала эту сторону себя, считая её неправильной, ненужной и неподходящей для моей жизни. Но лишь потому что сама не подхожу на эту роль. В мире просто не может существовать таких ничтожных омег, как я.       Мягко обхватывая подбородок девушки пальцами, Берк приподнял её лицо, заставляя вновь взглянуть в карие глаза, в которых было столько любви, что заставило трепыхающееся сердечко Айбике запнуться.       – Ты – самый лучший человек в мире, Айбике. И даже если я не знаю остальных людей на планете, это не меняет моего мнения. А самый лучший человек в мире не может быть ничтожеством. Запомни: кем бы ты ни была, я бы всё равно полюбил тебя. Я бы всё равно встретил эту смелую девушку, что без проблем может избить альфу больше себя. Что каждый раз с таким энтузиазмом смотрит на своих подопечных, что хочется улыбаться. Кудряшку, что готова спать на неудобном диванчике в маленькой комнатушке, лишь бы не быть должной кому-то. Да-да, это ты – омега, чей запах заставляет меня изнемогать от желания. Единственная омега, которую мне так отчаянно хочется сделать своей, укусить и никогда не отпускать. Я люблю тебя, моя сладкая Айбике Эрен.       – Ох, Берк... – Сейчас в девушке было столько эмоций, что те готовы были вылиться наружу, застилая глаза пеленой слёз. Она прерывисто дышала, не в силах собраться с мыслями. То, что он сказал, заставляло радоваться, смущаться и восхищаться одновременно. Но больше всего – влюбляться с новой силой. – Я так люблю тебя, мой рыжий вампир. Очень-очень!       Когда шатен целует её, она чувствует на его губах улыбку, и это заставляет брюнетку улыбнуться в ответ, обхватывая лицо парня и притягивая его к себе ещё ближе. Как будто того, насколько тесно прижимаются их губы, недостаточно.       Айбике приоткрывает уста, пуская поток тёплого воздуха в губы парня и тот моментально реагирует, меняя угол поцелуя и проникая на излюбленную территорию. Сначала он проходится по контуру зубов девушки, как бы дразня её, а затем наконец сталкивается с языком возлюбленной, компенсируя весь недостаток внимания к нему. От всех этих признаний у Берка конкретно сносит крышу, да и Айбике не далека от него.       Цепляя нижнюю губу брюнетки, шатен кусает нежную поверхность и сразу принимается зализывать выступившую каплю, извиняясь за совершённый поступок. А это действие только сильнее опьяняет кудряшку, заставляя колени предательски задрожать, и если бы не сильные мужские руки, поднимающие над землёй, девушка бы точно упала. Крепкое тело вжимает кудряшку в ствол благородного дуба, заставляя её глубоко выдохнуть и отпрянуть от лица парня, заглядывая из под полуприкрытых ресниц в его полные неистовым желанием темные очи.       – Ох, я готов был ждать тебя вечность, сладкая, но не представлял, как приятно это будет – наконец открыто любить тебя в полную силу.       – Всмысле, ждать меня?       Возможно, затуманенный разум парня сболтнул лишнего, а возможно нет.       – Ждать, когда ты признаешься, что ты омега.       Словно очнувшись от неземного влияния, Айбике расширила глаза в удивлении. Однако даже не попыталась выпутаться из объятий Берка, по-прежнему обвивая его ногами и руками. И губы кудряшки уже приоткрылись, чтобы задать следующий вопрос, как парень опередил её.       – Я узнал случайно, правда. Сначала у меня были подозрения, потому что твой запах периодически менялся, а в итоге вовсе стал настолько волшебным, что сдерживать себя стало всё сложнее. А потом, за разговором по телефону, пока ты была в пекарне, мама рассказала мне, что ты омега. И всё встало на свои места.       – Стоп, а откуда она знает? – Брови девушки сдвинулись к переносице, подозревая что-то нехорошее. Но едва ли она знала, что эти подозрения окажутся беспочвенными.       – Твоя мама, госпожа Шенгюль, является домработницей моей матери. Мы с тобой должны были встретиться на том...       –...смотре. Берк, ты...       – Да, приятно познакомиться, Берк Озкайя, не пришедший на единственный смотр в своей жизни, который бы окончился помолвкой.       Она не может поверить, её рыжий альфа, этот сумасшедший вампир возможно мог стать женихом брюнетки ещё летом. Да разве такие совпадения бывают?       – Так значит, тебе нравится мой запах? – Она не знает, почему ей хочется услышать это вновь, но теперь фраза звучит кокетливо и с хитринкой.       – Больше всего на свете. – В подтверждение своих действий Берк прижимается носом к шее девушки, наполняя благоуханием не только лёгкие, но и всё тело, попутно чуть сильнее сжимая её бёдра.       – Ах, приятно знать, что ты не один из нас, кто пахнет до безумия хорошо. – Она задирает голову, произнося эту фразу, но стоит Берку услышать, как внимание вновь переходит к её лицу.       – Ты сказала, что я хорошо пахну?       – Да, а разве это секрет? Мне очень нравится твой запах, Берк.       Он буквально рычит, вновь принимаясь терзать губы девушки. Она такая, что у него кончаются слова для описания возлюбленной балерины, как и терпение, впрочем.       – Поехали домой.       – Но пары ещё не...       – Домой. – Властный голос альфы, который ей ещё не доводилось слышать, делает что-то неописуемое с телом девушки и Айбике впервые готова повиноваться.

***

      Когда они буквально вваливаются в квартиру, то оба дрожат от нетерпения, стараясь как можно быстрее снять с себя мешающую одежду. Бедная, ни в чём неповинная дверь, закрывается резким пинком ужасно возбуждённого парня. И пока шарф Айбике отлетает в сторону, она хочет разорвать свитер шатена, не дающий любоваться прекраснейшим телом, но под ним оказывается ещё футболка, заставляя Айбике раздражённо выдохнуть, а Берка ухмыльнуться.       Он подхватывает её под бёдра, в очередной раз подмечая то, какая кудряшка лёгкая. А рядом только что подбежавший Джанго недоуменно мяучит, совершенно не понимая, почему его хозяева улыбаются друг другу и совсем не обращают на него внимания. А затем эти двое так и скрываются в комнате, оставляя пушистого друга одиноко сидеть на ламинате.       Берк усаживает Айбике на кровать, принимаясь снимать с неё водолазку, что скрывает обзор не только на мягкие полушария, но и шею, в которую ему уже не терпится уткнуться. А когда он вспоминает, что это далеко не единственное место, где присутствуют железы девушки, пальцы сами собой задирают ткань быстрее. В то время как Айбике уже откидывает его футболку куда-то в даль комнаты, водолазка девушки летит туда же.       Они тяжело дышат, но Берк хищно улыбается, когда чувствует на себе восхищённый взгляд своей маленькой кудряшки. Она проводит ладонями по твёрдому рельефу мышц, заметно млея от этого ощущения. Спускается ниже, обводя пальчиками соски и заставляя шатена задержать дыхание, подмечая для себя эти точки. Девушка знает, что на теле альфы так же находится много желёз, и она вспоминает их нахождение, рисуя по телу парня невидимые линии. Не оставляя без внимания ни одного кубика, брюнетка движется вниз, цепляя ремень джинс. В горле пересыхает, когда она уже в шаге от того, чтобы стянуть их, но в следующий момент Айбике оказывается на спине, а её руки зажаты ладонями Берка.       – Моя очередь исследовать территории, сладкая. – Хитро облизываясь, он опускается к её шее, обхватывая запястья теперь только одной ладонью, а другой проходясь по ребрам возлюбленной. Тяжело дыша, Айбике чувствует, как его клыки слегка царапают нежную кожу рядом с бьющейся венкой, но не прокусывают её. Пока.       Мысли девушки уходят к первоботным желаниям, заложенным природой, а конкретно к метке, связывающей их души воедино. Она думала об этом, и не раз, в итоге приходя к тому, что сможет озвучить своё желание только после того, как парень узнает её вид. Но теперь он знает, и Айбике по-прежнему хочется. Отчаянно хочется быть связанной с Берком Озкайя.       «Укуси меня, укуси, укуси... Пожалуйста, альфа.»       Берк спускается ниже, целуя ключицу, и оставляя влажную дорожку вплоть до преграды в виде ткани, скрывающей невероятно нежную грудь, силуэт которой уже давно манит его разум. Он довольно быстро справляется с застёжкой (для новичка, орудующего одной рукой). И лифчик, откинутый в сторону, одиноко сползает по одеялу с кровати. Он восхищённо обводит взглядом каждое полушарие, перед тем, как слегка сжать одну из грудей и услышать шумный выдох Айбике.       Ему сносит крышу окончательно, определённо, потому что в следующий момент Берк цепляет зубами выступающую бледновато-вишневую горошину, заставляя кудряшку издать звук ещё громче того, что был до этого. Он смотрит на то, как она опускает голову, прерывисто дыша и продолжает терзать сосок губами. А затем, расцеловав нежную кожу вокруг, переходит к следующему полушарию.       Перед тем, как перейти к плоскому животику, шатен слышит её сбившийся голос, пытающийся сформулировать свои мысли.       – Берк, стой...Прошу, ты можешь...Можешь меня...Ах...Укусить...       Метка. Она хочет, чтобы он отметил её...       ...сейчас?       Аллах, как бы не кончить раньше времени.       Он знает, что брачная железа омег находится сзади, ниже затылка, но так же знает, что может сделать это где угодно, кроме неё. Поэтому обводит носом рёбра, останавливаясь под левой грудью и целует выбранное место, перед тем, как аккуратно подцепить его зубами и одним движением вонзить клыки в кожу. Айбике слегка вскрикивает, чувствуя, как в её разум вторгается ещё одно сознание, имеющее мягкое, солнечное очертание. Она чувствует, как разум заполняется любовью, но не её, а рыжего альфы. А по внутренней стороне бедра стекает прозрачная дорожка.       Берк зализывает место укуса, взволнованно ища глаза своей партнёрши. Освобождая её руки, он ждёт, пока она придёт в себя. Айбике моментально находит лицо шатена, притягивая его к своему. Ореховые глаза сверкают нежностью и бесконечной любовью из приоткрытых век. И по щеке Берка стекает слеза от переизбытка эмоций, которую сразу ловит большой пальчик девушки, уводя в другом направлении. Поцелуй, наполненный нежностью, охватывает обоих, в это время Берк стягивает её юбку и чёрные колготки, а затем и свои джинсы.       – Айбике, если ты не уверена, только скажи. Мы можем ещё подождать...       – Нет! Я уверена в нас обоих.       – Ох, тогда... – До него вмиг доходит осознание, которое не может не удручать в данный момент. – Айбике, я забыл про контрацепцию.       Она улыбается, видя его изменившееся выражение лица. И спешит успокоить парня.       – Берк, ты здоров?       – Да, конечно. А что такое?       – Я принимаю длительные противозачаточные, их цикл ещё не закончился. Мы можем продолжать.       И его глаза вновь загораются прежним огнём. Он спускается ниже, чувствуя рецепторами всю её степень возбуждения, а сам готов скулить от напряжения в боксерах. Поддевая пальцами ткань намокших трусиков, он стягивает их вниз, окончательно лишая девушку укрывающей материи. Скорее всего она уже готова принять Берка, но ему всё равно отчаянно нужно ощутить пальцами набухшие складочки и почувствовать, как девушка дрожит под ним, выдыхая через раз.       Одним рывком он снимает с себя боксеры, высвобождая полностью готовое естество. Пристраиваясь у сочящегося лона, Берк замирает, решаясь сделать первое движение и боясь причинить много боли. Но Айбике вновь успокаивающе смотрит на него, и все страхи отступают.       Шатен аккуратно продвигается, задыхаясь от того, насколько она внутри узкая, но стоит ему войти полностью, как со стороны брюнетки чувствуется болезненное шипение. Айбике почти разрывается на кусочки от боли и впивается ноготками в кожу его спины, упираясь лицом в грудь парня. Он целует её в висок, стирает губами появляющиеся дорожки слёз и хочет прекратить мучения девушки.       Но назад дороги нет, а Айбике совсем чуть-чуть привыкает к этим ощущениям и даёт Берку зелёный свет, чтобы тот продолжал движения.       Толчки совсем медленные и боль начинает потихоньку перекрываться нарастающим внутренним ощущением. Истосковавшись по губам Берка, Айбике притягивает его лицо к себе и цепляется за медь волос, стоит ему совершить новый толчок. Движения ускоряются и Айбике начинает сжиматься, а её стоны смешиваются с глубоким рыком Берка, разносящимся по телу брюнетки волнами вибрации.       Ещё несколько движений, пока они не оказываются на пределе и отрываются друг от друга, заполняя пространство криками удовлетворения. Все ощущения сливаются воедино и образуют некую вспышку, дарующую возлюбленным пик наслаждения.       Локти Берка трясутся, не в силах больше удерживать его вес, и чтобы ненароком не придавить кудряшку, он откидывается в сторону, стараясь размеренно дышать. Они несколько мгновений лежат вот так, пока не поворачиваются друг к другу и на лицах обоих не расцветают счастливые улыбки.       Забираясь под одеяло, Берк прижимает своё сокровище ближе, целуя её лоб, веки и щёки. Айбике кладёт руки ему на грудь, чувствуя сердцебиение возлюбленного.       – И всё это всего лишь стечение обстоятельств, да?       – Стечение обстоятельств, которое я бы даже не подумал менять.       Сон стремительно захватывает в свои цепи, и влюблённые альфа и омега растворяются в симфонии своих ароматов.       А где-то внизу, ловко запрыгивая на кровать, представитель кошачьих укладывается в комочек, засыпая под умиротворённое состояние дома.