Координация слушает

[03:01] i_have_a_pass: Эпическое стихотворное повествование об утерянном коптере Дитя Syma конвейеров, В маневрах ты рисковых След четырех пропеллеров Среди ветвей сосновых, Среди болот и пастбищ, Среди багряных зорек Оставил. И пристанищ Ты выбор обусловил Судьбы шальною дланью. Не только выбрал веху, Но штраф платить заставил Ты моего коллегу. [11:17] honey_сommando: У тебя талант поэта, друг. [12:11] exactly_not_levi: «судьбы шальною дланью»? почему не «обыкновенной криворокостью оператора»? [12:15] honey_сommando: В такой формулировке нет поэзии. [12:18] exactly_not_levi: а на правду на этом форуме всем начхать [12:18] exactly_not_levi: майк, коптер был не syma, а dji [13:02] i_have_a_pass: тогда будет не в рифму. [13:08] honey_сommando: Не слушай его, мне нравится, как ты дробишь предложения. И анафора хорошая, есть напряжение. [13:19] i_have_a_pass: спасибо, мужик. [13:24] exactly_not_levi: готов поспорить, вас обоих били в школе

***

Жан начал утро жизнеутверждающе. Он подошел к скамейкам, замер над курящими, надул грудь и выпалил: – Я влюбился. Райнер печально приложил руку к груди. Он верил, что любовь бывает только безответной. – В кого? – Майк сморгнул удивление и первым подал голос. – В девушку, которая продает кофе. Там, – Жан махнул за угол. Все сидящие наклонились, как будто ларек можно было увидеть сквозь стену соседнего офиса. – Темноволосая? – Леви потянулся, чтобы стряхнуть пепел. Жан отчаянно закивал. – Она ничего. Эрвин кашлянул: у них во вторник вообще-то свидание. Жан воинственно нахохлился. Леви цокнул: – Она хорошо делает сезонные напитки. Я это имел в виду. – Ты же не пьешь кофе, – Жан выглядел так, будто в кармане у него дуэльная перчатка. – Там есть чай и лимонады. – Ее вроде Микаса зовут, – Райнер прервал намечающуюся драку. Он помрачнел еще сильнее. – Она меня недолюбливает. Сложная. Жан, лучше тебе выбрать другую женщину. – При чем тут ты? – Жан плюхнулся на скамейку, запрокинул голову, минорно глядя в навес. – А кого из вас она долюбливает? Может, познакомите? – Как ты это себе представляешь? – Майк хохотнул. Жан повел руками в воздухе. – Вы меня ненавязчиво представите, я сделаю ей комплимент, оставлю щедрые чаевые. Наши пальцы соприкоснуться, когда она будет передавать мне кофе, я поймаю ее взгляд и… Жан уронил руки. – Мда-а-а, – тактично протянул Майк. – Ну и срань, – нетактично резюмировал Леви, затянувшись и сморщившись. – Ну а как тогда? – Жан надулся. – Кто-нибудь может дать совет вместо критики? Майк пожал плечами: – Не знаю, – он расплылся в улыбке. – Спроси Эрвина. Эрвин выразительно приподнял брови, он третий раз щелкнул зажигалкой – она не слушалась. Леви зажег свою и отвел руку, давая Эрвину прикурить. Майк состроил умильную мордашку и продолжил: – Они с Леви чем-то похожи, так что попробуй начать с оскорблений. Леви медленно убрал зажигалку в карман, умудрившись сделать это иронично. – Типа «как дела, сучка?», – Жан произнес это вопросительно и робко. Эрвин закашлялся, Майк ободряюще кивнул. – Надеешься на свидание из жалости? – Леви прикрыл ладонью рот, потому что, черт побери, улыбался. – А у вас из жалости? – весело спросил Майк. Леви пнул его под одобрительный взгляд Эрвина, который сдержанно посоветовал: – Жан, лучше оставь ее в покое. Вряд ли она клюнет. – А что со мной не так? – Жан сгорбился, навалился локтями на колени и свесил кисти вниз. – Все так, – заверил его Майк. Эрвин согласно загудел, борясь с желанием пнуть Майка еще и от себя лично. Все знакомые на канале подтрунивали над ним с Леви, превращая их свидание в дело всего офиса. Но это ерунда. Все должно было пройти замечательно. Даже не так – Эрвин приосанился – все пройдет замечательно.

***

Во вторник вечером Эрвин припоминал свои оптимистичные чаяния, сидя в трусах на диване. Его ноги замерзли, а задница болела от впивающихся в нее пружин. Не так он представлял себе окончание первого свидания, но не Эрвин выбирал обстоятельства. Обстоятельства выбирали Эрвина. Который не без радости объявил: – Покупаю Нью-Йорк авеню. – Черт, – Кенни выразительно потер подбородок, посмотрел на поле и откинулся на спинку дивана. – Хорош. Разделывает вчистую. – Прекрати говорить в третьем лице, – Леви шмыгнул носом и вытянул шанс-карточку. Если он заболеет, Эрвин будет винить себя. – Мне снова на нары. Потому что это он предложил пикник. Виной стал длительный спор о том, сосет ли тайская кухня, и недавняя поездка на озеро. – Раз есть тюрьма, кто-то должен в ней сидеть, – философски изрек Кенни, встряхивая кубики в горсти. – Смотри только, чтоб за круг не опустили. Леви скривил физиономию. Возвращаясь к пикнику – все складывалось отлично. Леви сказал, что знает живописное место, где обычно никого нет и куда можно добраться на электричке. Синоптики не обещали грозу с проливным дождем, на пиво в магазине у дома была акция. – Перед вами железнодорожный магнат, – Кенни швырнул деньги в банк и забрал карточку. Эрвин чертыхнулся, потому что ему нужно было выиграть, чтобы получить сухие штаны (футболку удалось спасти под ветровкой). Кенни – живописное место, оказывается, было возле дачного поселка, в котором он обосновался – их, продрогших и промокших, конечно, пустил. Но был не то что бы рад. – Леви, это не бордель, это место уединения и созерцания. – Это место, где ты гонишь самогон. – Не вижу противоречий. Разворчался, обозвал гомиками (Леви посоветовал не обращать внимания), зажал штаны, объявив их ставкой в игре, хотя штаны не были нужны никому, кроме Эрвина – у Леви здесь были какие-то тряпки. Поэтому Эрвин старался: – Я буду строиться. – Хапуга, – Кенни явно любил монополию и явно не любил в нее проигрывать. Эрвин пожал плечами: даже под пледом колени у него мерзли. – Ты сам сказал, что он хорош, – Леви зевнул. Он проявлял минимальный интерес к игре. Ему нравилось сидеть в тюрьме и пропускать ходы. Монополия была видавшей виды: края поля обтрепались, краска на карточках облупилась. Выглядело так, будто Кенни заставлял играть в нее всех своих гостей. – Ты сейчас сам говоришь в третьем лице, – он пил их пиво и жевал принесенные ими орешки. Черт, он хорошо устроился. – Эрвин почти отстроился. Один раз попадешь на его поле и, считай, проиграешь, – Леви бросил кубики и страдальчески поморщился: ему выпал дубль. Со следующим броском он дошел до поля Эрвина и с редким для проигравшего энтузиазмом сдвинул к нему все свое добро. – Ты снова разорен, сопляк, – Кенни поджег сигарету. В его доме не было особого место для курения. Даже не так: весь дом был особым местом для курения. Леви не выглядел расстроенным: – Поставлю чайник. – Позор не смоешь кипятком. Перебравшийся через диван Леви, не оборачиваясь, показал средний палец. Эрвин посмотрел в его затылок с нежностью. Через пять ходов он все-таки выиграл штаны. Кенни в досаде сплюнул в пепельницу и закинул свои необъятные ноги поверх сыгранного поля. Махнул рукой, намекая скрыться с глаз. Эрвин подчинился. Леви по-прежнему был на кухне. Сидел, обнимая ладонями чашку, на фоне заляпанного краской окна в деревянной раме. – Поздравляю, – он выразительно посмотрел на штаны. – Они мне длинные, – Эрвин дернул штанину, демонстративно наклонился, чтобы подзакатать край. – Вы точно родственники? – Пошел ты, – он слышал улыбку.

***

Ливень кончился только к ночи. На электричку они опоздали, а такси стоило баснословных денег. Эрвину выделили кровать на втором этаже, Кенни ушел к себе, а Леви остался внизу на диване. Кровать была узкой, одеяло колючим, оно пахло пылью и сигаретным дымом. Это было странно для какого угодно по счету свидания, но Эрвина все устраивало. Градус романтики из-за присутствия Кенни оказался рекордно низким, но было весело. Телефон, воткнутый на зарядку, засветился. Эрвин свесился, шаркнул рукой по полу. Леви тоже не спал. Тоже переживал. [00:07] сколько из 10 мы поставим этому свиданию [00:07] 9/10 [00:08] за что ты снял балл? [00:08] Отгадай :) [00:09] это будет непросто [00:09] потому что у меня много вариантов [00:09] за погоду? за кенни? за монополию? за пятьдесят шуток о том, что нас бы петушили в тюрьме? [00:10] только не говори за то, что у тебя неудобная кровать, ты понятия не имеешь как на диване [00:10] Вообще-то я весь вечер просидел на нем без штанов. [00:11] как будто штаны меняют дело [00:11] А ты в штанах? [00:12] это какой то секс по смс или что Эрвин хихикнул, едва не уронив телефон себе на лицо. [00:12] А что, если да? [00:13] тебе НАСТОЛЬКО лень спуститься [00:13] То есть, если бы…? [00:14] нет [00:14] но дело не в тебе [00:15] не существует позы в которой на этом диване это можно сделать без последствий [00:15] «Сделать это» :) [00:16] поебаться [00:16] не переводи тему [00:17] Ты не назвал верного варианта. [00:17] И переписываться вот так – глупо. Может, поднимешься? [00:19] хочу полежать [00:19] Полежишь здесь. [00:20] кровать маленькая [00:21] Ты-то поместишься ;) [00:21] я иду только чтобы столкнуть тебя на пол

***

– Прости, что получилось так отстойно. Я надеялся, его нет дома. Леви и правда пришел. Одетым. Он втиснулся на освобожденное место и глянул на Эрвина, который пожал плечами. – Зато ты уже в моей постели. Леви лениво хмыкнул и осторожно, стараясь не пнуть Эрвина, пошевелился: – Вообще он не так плох, я о Кенни. В широком смысле он добрый. – И мафиози? – Типа того. А сейчас лучше спи, потому что… – Погоди, – Эрвин выпростал руку, придержал Леви за плечо, чтобы тот не свалился, пока ерзает. Он получил знатный толчок бедром и сдавленный смех. – Нет, серьезно. Чертов дождь. – А если бы дождь не пошел? Леви хмыкнул, будто прекрасно знал, за что Эрвин снял единственный балл: – Не знаю. Напились бы и полдня сосались в лесу. – А сейчас? – Сейчас все пиво выпил Кенни, – Леви поднял голову, и за растрепанной челкой Эрвин увидел вскинутые брови. Он ведь правда знал. Просто издевался. – Тогда делать нечего. Но так тоже неплохо, – Эрвин Смит умел играть в такие игры. – Да ладно? – Выпитого не воротишь, – а теперь этот правдоподобный вздох сожаления. Леви в ответ тоже вздохнул. И явно закатил глаза. Образовалась пауза. – Ты размазал всех в монополию. Это было довольно круто. – Так тебе понравилось? – Я впечатлен. – Хочешь как-нибудь выразить свое впечатление? – игра в «делай вид, что не понимаешь, что вы оба все понимаете» достигла предела, когда Леви поднял голову и посмотрел Эрвину в лицо. Эрвин продолжал улыбаться по инерции, но улыбка дрогнула. Взгляд у Леви был серьезным. Он наклонился и уже без смеха сообщил: – Хочу. Губы у него оказались сухими и горячими, целовал он требовательно, но мало. Поза была неудобной, кровать все еще узкой. Эрвин погладил Леви по щеке, взлохматил волосы на затылке, притянул снова, ухватив под бок и толкнув язык в приоткрытый рот. Он начинал жалеть о грозе и упущенном дне, который можно было провести вот так: слушая глухое мычание Леви, которому казалось, что он сейчас свалится на пол. Раздался стук в стену. Голос Кенни прозвучал пугающе отчетливо. – Никаких гейских звуков. И хватит трындеть, иначе я выгоню вас на улицу. Они оба отпрянули друг от друга и оба засмеялись. Эрвин запрокинул голову, зажимая ладонью рот – его так не отчитывали со средней школы. В стену снова постучали, Леви отшатнулся дальше, потерял равновесие и свалился с кровати, едва успев выставить колено, чтобы не ушибиться. Их хихиканье превратилось в открытый хохот, а Кенни ударил по стене так, что посыпалась пыль. – Десять из десяти, – наконец, шепнул Эрвин, обессилено падая на спину. Сидящий на полу Леви согласно замычал. Десять из десяти.