Искупление

*вырванные страницы*

      *неразборчивый текст*…Скорпиус верещал как ненормальный, что не будет этого делать, потому что это неправильно и несправедливо. Драко схватил его как котенка и потащил в кабинет, злющий как сам дьявол. Сын упирался, вырывался и даже попытался его укусить, подобно маленькому дикому животному. Он опять увидел в нем ее, такую не сговорчивую и стоящую на своем, и ярость в нем вспыхнула с новыми силами. Этот его взгляд разрушал даже меня, хотя не был ко мне обращен, что уж говорить о ребенке. Я больше не могла наблюдать со стороны, этот визг сотрясал стены. Вырвать из рук моего мальчика не получилось, Драко откинул меня к стене, как будто я ничего не весила. Сыну это совсем не понравилось: крик резко стих, и он прокусил его руку, вгрызся в самую кость. Скорп прилетел рядом со мной, я прикрыла его, мысленно молясь всем, кого только могла вспомнить. Муж стоял в жутком гневе, а с кисти капала яркая кровь, его аж трясло, глаза выглядели страшней всего. Драко так тихо приказал сыну немедленно идти в кабинет, и он послушался. Встал, поравнялся с ним и точно так же, совсем тихо, произнес, чтобы он никогда не смел трогать его маму, с точно таким же леденящим кровь взглядом. Иногда мне казалось, что у моего малыша напрочь атрофировано чувство страха, потому как других объяснений такому поведению у меня не было. Даже если он чего-то и боялся, то никогда этого не показывал, и меня это пугало, это ненормальное поведение для ребенка. Дафна говорила, что Драко был тем еще трусом в детстве, постоянно ныл и стонал, как все дети, а про Грейнджер она помнила только, что та книжки больно любила и не затыкалась никогда на уроках. Откуда в нем это взялось…       *неразборчивый текст*…Увидеть его вновь, как окунуться без раздумий в ледяную воду. Мне показалась, что встреча была неприятной для нас обоих. Мистер Гойл стал заметно старше, словно прошло не шесть лет, а пятнадцать. Местами его висков уже коснулась седина, безобразный шрам тянулся по скуле к горлу и заползал под белоснежную, хрустящую рубашку. Он остался верным себе, закатав рукава до локтей. Наши глаза встретились, и воспоминания о той ночи поползли в голове, я почти упала в обморок. Грегори нахмурился, плотно сжал челюсть и опустил глаза. Он был тем, кто спас мне жизнь, но я не могла перебороть себя, находиться с ним в одной комнате оказалось невыносимо. — У Вас руки трясутся, — бегая глазами по стенам нашего дома, произнес он, стараясь как можно меньше на меня смотреть. — Прошу меня извинить, — только и смогла прошептать я, скрываясь на втором этаже.       Драко постучал в открытую дверь комнаты, он выглядел обеспокоенным моим видом, все шарил по мне глазами и вглядывался в лицо. Слишком много наводящих вопрос, почему нельзя было спросить меня напрямую? Грег являлся, наверно, единственным человеком, кому он частично доверял, потому что полностью он не доверял никому, даже самому себе. И все же, вопрос прозвучал, и ответ прошелся во мне дрожью, страхом, паникой. Я была уверена, что пережила ту ночь, забыла, переросла и пересилила, но на самом деле просто спрятала. Мистер Гойл спас нас тогда, и я так благодарна ему, но… Теперь понятно, почему он пришел к нам такой опрятный, свежий, гладковыбритый и в белой рубашке… *неразборчивый текст*…как будто у меня был выбор, если Драко что-то решил. Я наблюдала за их тренировками из окна. Не знаю, как он достал разрешение для восьмилетнего сына, но с палочкой Скорпиус обращался ловко. Он был слишком мал для всего этого, но отец уже сказал свое последнее слово. Боевая магия в таком раннем возрасте ничем хорошим не откликнется в будущем. Мне ничего не оставалось, как повиноваться, тем более, мой мальчик так сильно привязался к своему наставнику…

*нечитабельный текст*

      …Год пролетел быстро, сын заметно поднатаскался в бою. Я продолжала контролировать их занятия из окна гостиной, каждый раз обещая себе выйти и поздороваться с мистером Гойлом. Видимо судьбе надоело ждать и она дала мне волшебного ускорения: мой мальчик взмахнул палочкой, Грег упал на землю. Триумф в глазах его стоял недолго, он почти мгновенно помчался ко мне за помощью. Нюхательная соль привела мужчину в чувства, выглядел он скверно, мне показалось, что Грегори не спал несколько дней. Обросший, уставший, с нездоровым цветом лица, он еле поднялся на ноги, отводя от меня взгляд, его уши опять очень мило покраснели, пока он тер ладонью по своей щетине и шее. Я уговорила его на чай в беседке - погода стояла чудесная- конечно же, добавив в его кружку пару капель бодрящего. У меня же ребенок, я знала все о зельях от простуды, кори, несварения и кучи чего еще.       Пока мы отдыхали, Скорпиус наматывал круги по территории в легком беге, Грег дал ему пять кругов. Я с видом знатока этого мелкого паршивца сообщила наставнику, что мой сын не пробежит столько. Он улыбнулся мне и ответил, что знает, но если он задаст ему бежать четыре, то мелкий хитрец справится только с тремя, но скажет, что пробежал четыре. И тут я присела в лужу, в слух озвучив крайне оскорбительное утверждение моего мужа, что считал мистера Гойла человеком весьма недалеким. Когда я поняла, что фактически оскорбила рядом сидящего, то постаралась исправить положение неуместными извинениями. Он внимательно посмотрел на меня, и его уши мгновенно загорелись, он отвернулся и что-то промычал, я смогла разобрать только «…все в порядке…».       Мистер Гойл стал оставаться у нас на ужины, когда занимался с моим сыном, Драко был не против. Он считал, что мне нужно общаться с людьми. Я перестала выходить без особой надобности после ее казни. Там, за резной изгородью, обитали только боль, отчаяние и унижение. Этого всего мне хватало и в браке с нелюбимым мужчиной, от вида которого меня иногда даже тошнило. Кажется, я однажды случайно обронила перед Грегом что-то в таком ключе, но он постарался заверить, что старший Малфой меня безумно любит. Оказалось, когда парни рассказывали о жёнах и детях, Драко всегда с гордостью делится, как лихо я приструнила мелкого сорванца. Не знаю уж, чем там хорохорился муж, но с «приструнением» у меня были серьезные проблемы. Скорпиус слушал только отца, я же для него, как «рекомендации, не обязательные к исполнению». Не думаю, что Драко когда-либо воспринимал меня, как женщину. Сначала я была необходимым аксессуаром, потом стала матерью для его сына. Он всегда любил полезных людей и очень ценил верность, хоть и не верил в ее существование…       *неразборчивый текст*…Особо разговорчивой я никогда не была, но рядом с Грегом так и хотелось болтать без умолку, он всегда внимательно слушал и никогда не перебивал. Я беспрестанно пересказывала ему сотни мною прочитанных книг, советуя особо запавшие в душу. Там, на страницах, жила безумная и красивая любовь, о которой я всегда мечтала…       *неразборчивый текст*…Как-то после ужина мы все играли в слова и мистеру Гойлу нужно было охарактеризовать меня одним прилагательным, он выбрал «непостижимая». Драко не упустил возможности унизить человека, иногда он был просто невыносим. Он стал отпускать грубые шуточки о сложности слова и интеллектуальных способностях гостя, напоследок заключив, что Грегу идет на пользу общение со мной, ведь я прирожденный педагог. Гость промолчал весь вечер, больше не подняв на меня глаз, мне было безумно неловко перед ним. Я всерьез задумалась придушить мужа, пока он будет спать, ведь дверь он никогда не запирает. Позже я пыталась узнать у Грега очень осторожно и аккуратно, из каких соображений он позволяет Драко так себя вести, заменив «мужа» на вымышленных персонажей. На что мне ответили, что он всегда может избить обидчиков. Сначала я восприняла его слова всерьез, но потом подумал, что это шутка и рассмеялась, но он оставался хмурым, и мне стало неловко. Пришлось уточнить, шутит ли он, чтобы уж совсем не оказаться в нелепой ситуации. Его уши опять покраснели, он скривил лицо и как-то неоднозначно мотнул головой, я так и не поняла, было это согласием или отрицанием…       *неразборчивый текст*…Мужу приспичило в этом году отпраздновать мой день рождения с размахом, но не шибко сильным, только «свои», половины из которых я даже не знала. Наверно, люди не верили в мое существование, раз я не выхожу из дома, и он решил всем меня продемонстрировать. — Хочу поднять тост за мою красавицу и умницу жену! Лучшую мать, которая только могла быть у моего сына. С твоим днем, родная! — поднявшись с места громко произнес он речь, все весело застучали бокалами. Малфой-старший даже подошел с другого конца стола ко мне, взял руку и поцеловал пальцы с улыбкой, мне на мгновение показалось, что он был искренен.       Гости разошлись, утомительный день закончился, я ничего так сильно не желала, как стянуть с себя неудобное белье и узкое платье. Грегори помог поднять Драко в комнату и уложить в постель, я попросила его подождать меня за дверью. Не хотелось идти переодеваться в свою комнату, я выбрала рубашку поплотнее и штаны посвободнее. Муж вроде бы спал, мне никак не удавалось вывернуться, дабы расстегнуть молнию, палочка, как обычно, лежала неизвестно где. Я даже не поняла, как он подошел и помог мне, пробираясь костлявыми пальцами под края. Я словно снова очутилась перед дверью детской, скованная ужасом неизвестности. Он так нежно поцеловал плечо, стягивая платье, поднимаясь к шее, и тихо прошептал "Гермиона" на ухо. Во мне зародилась надежда, и я твердо позвала его несколько раз. Драко замер, а после медленно убрал руки, я как могла быстро нацепила его рубашку со штанами и сбежала прочь.       Грег сидел у двери и поднялся, когда я вышла, сын прохлаждался в библиотеке. Драко прикладывал максимум усилий, чтобы он не видел его слабости. У старшего Малфоя с этим сложились серьезные проблемы, он доходил до абсурда, создавая свой авторитет в этом доме. После инцидента в комнате мое тело еще немного дрожало, будет мне уроком больше никогда не переступать границы его владений. Наш гость что-то мямлил о прощании, стараясь не смотреть на не застёгнутые пуговки рубашки. Оставаться одной как-то не хотелось, из-за узкого платья я почти не ела за ужином, соответственно, и не пила. Пригласить Грега остаться казалось естественным, он стал частью нашей нездоровой семьи. Тем более у меня имелась бутылочка ароматного вина из последней поездки Драко, не такого пакостно-омерзительного, как мы подавали за ужином. Муж все время бурчал, что я спиваюсь в одиночестве, придется поделиться с Грегом, зато я буду не одна. Надеюсь, теперь это не будет засчитываться за алкоголизм. Как и ожидалось, Скорпиус с нами не пошел, но я все равно расстроилась. Ему еще только девять, но он уже ощутимо отдалился от меня. У него стали появляться секреты, и теперь это не только их разговоры в кабинете, а пока ничего не значащие мелочи: он уже запирает дверь, слишком рано это произошло. Два года, и он уедет в школу. Драко тоже нервничает, он получил уже третий отказ о зачислении сына в иностранное учебное учреждение. Надеюсь, что у него получиться перевезти его в Ильверморни - другой континент, совсем другая жизнь.       На террасе дул чудесный ночной ветерок. Каюсь, я сделала выбор не в пользу закусок, а вина, немного дурмана в голове никому не вредит. — Я…в общем…вот… — достался мистер Гойл маленький сверток из кармана и положил на столик, не поднимая на меня глаз, и тут же отвернулся в другую сторону. — Только откройте, когда я уйду.       Странно было наблюдаться, как такой большой мужчина так трогательно смущался. По форме и весу я сразу поняла, что это книга. Упаковка была яркая и выглядела безвкусно, но атласная лента, что обрамляла подарок, исполнена в нежно-сиреневом цвете. Это было очень мило с его стороны заметить, что я люблю сиреневый. Бутылочку я опустошила быстро, а за ней и еще одну, рядом с Грегом мне было комфортно находится, я чувствовала себя в безопасности. Стоило расслабиться, и алкоголь заиграл в моей неспокойной голове, мне все еще немного стыдно за свое поведение. Почему-то я решила ему непременно погадать по руке, я была лучшей в классе Трелони. Он только посмотрел мне в глаза и так смущенно улыбнулся, тут же опуская взгляд в свой бокал, к которому так и не притронулся. По неведомой причине, я не могла успокоиться, мне было весело впервые за долгое время, и я уже себя не контролировала. Мой стул опустился рядом с ним, и наши плечи соприкоснулись, он вздрогнул и отодвинулся от меня, как-то все сжимаясь рядом. "Дайте мне руку! Ну же! Я не кусаюсь!" — его огромная ладонь была вся в мозолях, грубая шершавая кожа где-то потрескалась и обветрилась. Он вздрогнул, когда я схватила его за пальцы и начала вчитываться в линии. Его ждала долгая жизнь с завихрениями, через которую проходила одна единственная любовь до самого конца, сильная, глубокая, горькая и безответная. Мне показалась это безумно романтичным, словно он был героем романа. Не знаю, разобрал ли он что-то из моего бубнежа себе под нос, но слушал внимательно, уточняющих вопросов, опять же, не задавал. Я подняла голову и с пылающими глазами ждала реакции, он опять вздрогнул, ужасно напрягаясь, как будто я сказала ему, что он завтра умрет. Грег нервно дернулся к нетронутому бокалу на столе, в одно мгновение выпив его до дна и поспешил со мной проститься, ссылаясь на то, что уже поздно. Вообще-то было уже рано, время близилось к рассвету. Я нарушила все правила хорошего тона, какие только могла, вот и поделом мне, что люди шепчутся за моей спиной. Впервые он обратился ко мне по имени, не отводя глаз, все его громадное тело напряглось, когда я коснулась его руки пальцами. Грег смотрел, как медленно мои ладони сжимают его кулак, он поднял наконец глаза, на лице его читался дикий испуг, но смотрел он не на меня, а куда-то вдаль. Там у входа в дом стоял Драко, и вид его ничего хорошего не предвещал. Муж чмокнул меня в лоб, я шатнулась от вина, ведь моя голова совсем плохо соображала. Он велел мне отправиться в постель и не мучать больше гостя. Я шепнула Малфою, что у его друга сердечные печали и ему нужно выпить. На что он, не отводя глаз от Грега, спокойно произнес: "Конечно, родная, но без тебя", и еще раз чмокнул меня в лоб.       Через два часа в срочном порядке Грег отбыл на засекреченную станцию, у мужа были своеобразные представления о том, как избавляются от любовных печалей. Проспавшись хорошенько, я распаковала подарок, это была книга о безответно влюбленном солдате в генеральскую дочь… Если честно — чушь полная, очень посредственный романчик…       Мистер Кребб стал новым наставником, но он оказался неповоротливым и, если я правильно поняла Драко, то стиль его боя не подходил сыну. Я не успевала запоминать имена, они менялись быстрее, чем мои глаза моргали. Он «стратегически отступил», вернув мистера Гойла из полугодичной экскурсии в ад, ведь Малфои никогда не сдаются, только выбирают самый благоприятный для себя климат.