Часть 3. Последняя ошибка

      — Эй!       Я окликаю Хабупэйна, который шел по школьному коридору. Он медленно поворачивает свою голову и недоумевал, что я от него хочу.       — Что такое? — спрашивает он.       — Ты так и не сказал свое настоящее имя, — уныло говорю я. — Значит, это все-таки тайна?       — Ты мне не поверишь, — говорит он. — Поэтому я не думаю, что это тебе нужно знать.       Я прикрываю глаза и сразу же понимаю, насколько Хабупэйн может быть занудой.       — Ладно, — наконец вздыхает он и смирился с бесполезным сопротивлением, — я тебе скажу.       Я приготовил свои уши, чтобы уловить настоящее имя Хабупэйна.       — Мое... — начинает он, делая огромную паузу. Из-за этого атмосфера в школе сильно накаляется, словно он раскрывает важную информацию. — Имя...       — Умаир!       К нам подходит какая-то девушка с фиолетовыми волосами.       — Тебе нужно было сдать все до пятнадцатого числа! Где твой листок с выбором профессии?       — Рэя, что ты здесь делаешь? — спрашивает Хабупэйн, даже не намереваясь повернуться к однокласснице.       — Я говорила тебе, чтобы ты не называл меня так! Я Рэй! — воскликнула она, и ее характер мне кое-кого напоминал.       — Простите, я, кажется, вам мешаю...       — Листок, — твердо говорит она Хабупэйну, и у него начинает скручиваться лицо.       — Я сдам его завтра.       — Листок!       — Но...       — Листок! — требует она, и ее голос сильно раздражается. — Ты единственный, кто не сдал его в классе.       — Хабупэйн, разве ты не хочешь стать детективом? — влезаю я в их разговор, и тут меня пронзает острый взгляд девушки.       — Я не с тобой разговариваю. Если он не сдаст его до окончания месяца, то... то... — Я не знаю почему, но у нее вдруг стало лицо красным и сложила руки в замок. — Прости.       Это что... Девушка вперемежку с Хацунэ? Уверенная, стройная, и сама по себе жутко стеснительная.       — Нет, что ты? — говорю я, пытаясь утешить ученицу. — Я ничего не имел против.       — Прости, просто я измоталась из-за этого идиота! — говорит она, и ее характер снова вернулся прежним.       — Я не виноват, что мой мозг не может определиться с выбором.       — Не вини свой никчемный орган. Ты должен выбирать сам!       — Эх, ладно, — раздраженно вздыхает он. — Я заполню анкету и сдам самолично учителю. Окей?       Она сложила руки и хмуро посмотрела на Хабупэйна, а тот медленно повернул к ней взгляд и даже боялся на нее смотреть.       — Чтобы успел до уроков! — говорит она, и быстро удаляется в кабинет, с грохотом закрывая дверь.       — Вот же надоедливая, — рычит он. — Не обращай на это внимание, — говорит он, вытягивая из себя улыбку. — Это происходит постоянно.       — Интересно, и кто же в этом виноват...       — Эй! Я не знаю, что конкретно выбрать. Так что дайте мне немного времени.       — Но это не главное, — подмечаю я. — Я теперь узнал, как тебя зовут. Умаир. Я ведь не ослышался?       — Боже... — Он пытался стянуть себе лицо от огромного стыда. — Так и знал, что тайна когда-нибудь станет явью.       Я косо посмотрел на него, и Хабупэйн это прекрасно заметил.       — Что? Мне просто не нравится это имя.       — Ты точно из Японии? — неожиданно появляется у меня вопрос.       — Вини моих родителей. Я и сам не знаю, почему у меня такое имя.       — Но твой псевдоним никак не лучше твоего настоящего.       — Он звучит круче, — говорит он так, словно он этим доволен. — Поэтому не придирайся.       Я глубоко вздыхаю, понимаю всю безнадежность, которую я испытал.       Я думал, что его настоящее имя более нормальное, но, как и оказалось, его родители слишком чудаковаты, чтобы дать ему более подходящее.       — Ну что, ты все еще будешь торчать здесь или как? — окликает меня Хабупэйн, стоящий возле проема.       — Да, сейчас, — говорю я, подходя к двери клуба.       — Знаешь... тебе бы лучше все-таки проснуться.       Будто по приказу Хабупэйна, я вскакиваю с покрывала для пикника.       — Постоянно витаешь в облаках, знаешь ли.       Я хватаюсь за голову и мои глаза походили на последнего безумца.       Я старался перевести дыхание и отвыкнуть от того, что я только что испытал.       Безнадежность.       Я не мог предотвратить смерть настоящей Элиссу. И я теперь не знаю, жива ли она на самом деле, или же...       — Нет-нет-нет! — говорю я, сильно сжимая волосы. — Это точно не произойдет. Не произойдет! Не произойдет!       Я стал всхлипывать и мою голову окружают ужасные мысли. Кровь. Смерть Элиссу. Смерть друзей. Убийство всех моих знакомых.       Я находился за гранью и я мог вполне сойти с ума. Прямо как он.       — Что такое, Акира-сан? — раздается женский голос.       Я поворачиваю голову и вижу перед собой широко улыбающиеся Элиссу.       Я пугаюсь и отодвинулся от нее на пару сантиметров.       — Тебе опять кошмар приснился?..       Она стала протягивать руку к моей голове, но я силой убрал ее и мой страх перешел в невыносимую злость.       — Какой к черту кошмар?! — закричал я. — Это был не сон! Все это произошло наяву!       Она посмотрела на меня и через несколько секунд ее взгляд помрачнел.       — Подумать только! Ты всех убил!       Внезапно мое дыхание прерывается. Я не успел среагировать, как Элиссу воткнула в меня тонкую деревянную палку.       Я упал на землю и он садится прямо на меня, еще глубже вонзив.       — Ты что, намекаешь, что я во всем виноват? — говорит он, и его глаза начинают неярко светится. — Если ты бы не помог ей, то все были бы счастливы! — Элиссу вытащила палку и снова вонзила его прямо в горло с каждым сказанным словом. — Понимаешь? Все были бы счастливы! Счастливы! Счастливы!       Моя душа покинула тело, и я сразу же оказываюсь в новом месте.       Теперь я нахожусь на кухне, и я слышал, как слева от меня раскаляется сковородка.       — Я одолжу, — бормочет женский голос.       Я поворачиваюсь и я сразу получаю жгучий удар по лицу.       Я падаю на пол и начинаю орать от невыносимой боли. После удара у меня остался на лице сильный ожог.       — Почему?.. Ну почему?..       — Почему?! Ты еще спрашиваешь?! — закричал он, снова нанося удар. — Ты виноват, что влез не в свое дело! И как ты посмел что-то после этого предпринять?! — Он поднимает сковородку. — Ты! Виноват здесь только ты! — Я не мог ответить, потому что после слов он сразу наносит второй удар.       Душа снова покидает тело, и я опять нахожусь в необычном месте. На этот раз я шел в школу, и я не сразу осознал, что здесь происходит.       Остановившись на месте, я получаю еще один удар в живот и я снова падаю на холодный пол.       — Если бы ты просто проигнорировал ее, сейчас бы ты находился со своим другом! — Он пнул меня, и я полностью повалился на землю. Элиссу снова села на меня, держа в руках карандаш. — Но ты решил пойти дальше! Ты идиот! Настоящий... наивный идиот!       Высоко подняв грифель, он попытался вонзить его в горло, но я успел остановить его руки.       Силы с каждым разом уходили, и я не мог сопротивляться целую вечность.       — Тебя никто об этом не просил... Тогда зачем ты обороняешься?       — Ты сошел с ума, — с кряхтением произношу я.       — Все бесполезно... Тебе бесполезно что-то объяснять, потому что ты будешь стоять на своем! Ты глупый... очень глупый!       В итоге карандаш входит в мое горло и я в третий раз покидаю свое тело.       Хаос окружает мою не соображавшую голову. Я только и вижу, как он постоянно меня убивает, и я не могу с этим ничего поделать. Я снова попал в петлю полных разочарований.        На этот раз мы оказались в школьной библиотеке. Элиссу толкает меня и сразу же избивает меня учебником. Я закрывал свое лицо руками, чтобы она не повредила мой мозг.       — Почему ты не мог просто остаться в классе и оставить ее в покое? Думаешь, я хочу тратить на тебя время? Все было идеально, пока в игру не явился ты!       — Ты жалуешься, что я виноват, но сам сидишь в моей голове, — тихо говорю я, перенося ужасные боли.       — Но тогда ты помешаешь моему плану! — зарычал он, сильнее ударив меня книгой. — И этим меня ты раздражаешь сильнее!       Знал бы он, что я чувствую, но он не понимает этих теплых чувств, которые я испытываю к Сайко. Он не понимает, что я чувствую, когда я вижу смерти своих друзей. Он никогда не узнает, что значит по-настоящему ощутить боль. С ним бесполезно вести какой-либо диалог.       — Ты! Виноват здесь только ты! — говорит он, крепко хватая меня за плечо. — У тебя уже был огромный выбор! Но ты все потерял! — Элиссу бросает книгу и готовит кулак, чтобы нанести огромный удар. — Идиот... полный никчемный идиот!       Когда она отправила кулак, я остановил его рукой и мы тут же перемещаемся в другое место. Сон, который казался мне реальным, постепенно отдаляется.       — Ты называешь меня идиотом, но идиот здесь только ты! — воскликнул я, совсем не заметив то, как на нас смотрели много чужих глаз. Они стали шептаться и пытаются понять, что я хочу сделать. — Ты еще не понял, почему я до сих пор иду вперед. — Я сделал паузу и надеялся что он поймет, но он все равно делал хмурое лицо. — Потому что они мне важны.       Я толкаю от себя Элиссу и бегу от нее прочь прямо к выходу из школы. На меня смотрели как на ненормального, но это лишь мое больное воображение. Никто не настоящий, кроме меня. Я действительно борюсь с самим собой и пытаюсь найти выход из этого проклятого сна. Меня мучает сама же совесть. И я снова возвращаюсь к тому, что когда-то винил себя во встречей с Сайко. Я уже думал о том, что, если бы я не встретил ее и просто остался в классе? Возможно, это привело бы меня еще к огромной беде или же к огромному спокойствию. Но я, не раздумывая, решил протянуть руку помощи. И теперь мне должны протянуть руку, чтобы я справился с кошмаром. Все повторяется снова и снова. Безумие, которому не дано закончиться.       «Но я почти близок, — подумал я. — Остался лишь один рывок!»       Я выбегаю на улицу и краем глаза посмотрел назад. Он не собирался за мной бежать и он все равно был уверен в своей очередной победе. Но сейчас я не дам ему убить меня. Это должно закончиться уже сегодня! Я насмотрелся на бесконечные убийства. Я насмотрелся, как Элиссу протыкала себе голову. Я натерпелся, как меня постоянно убивают. Я не могу сидеть сложа руки.       Я все уже знаю. Я знаю, что мне надо делать. Мне ничего не нужно. От меня просто требуется делать то, что просит Хабупэйн.       — Спасибо тебе, Элиссу, — прошептал я, и с моих глаз потекли слезы.       Проходя через Тихий парк и чужую улицу, я наконец дохожу до своего дома и захожу внутрь. Я не забываю запереть дверь на замок и даже перестраховаться.       — Где он? — спрашиваю я, проверяя тумбочку. — Он же лежал прямо здесь!       Я слышу, как у меня в комнате внезапно разбивается окно. И я прекрасно понимал, что он в огромной ярости.       — Черт...       Я бросаю попытки искать и иду прямо к выходу, но уже было поздно.       — Тебе не сбежать, — медленно говорит он, отправив кухонный нож, который остановился возле моего носа.       Я вздрагиваю и поворачиваюсь к лестнице, когда там уже стояла утомленная Элиссу.       — Я думал ты никогда не устанешь, — невесело усмехаюсь я, хотя я знаю, что это все из-за неспортивного тела.       — Не знаю, что ты задумал, но тебе конец, — рявкнул он и побежал прямо ко мне.       Я уже изначально знал, что мне еще суждено умереть. Даже если я постараюсь убежать через окно, я смогу напороться на осколки или еще хуже.       Ты не виноват!       Слова, которые выкрикнула Элиссу.       «Нет, — подумал я. — Я не могу сделать это. Не могу!»       Я помню давний сон, когда я вытаскивал из себя мачете. На удивление я не умер, но...       — Постойте, — бормочу я. — Неужели...       Не успел я осознать, как он подошел ко мне, взял нож с двери и полоснул по моему горлу лезвие.       — Ты медленный, — говорит он, и ее тело было покрыто кровью. — Слишком медленный.       Я мертво упал на пол и просто не мог поверить, что я себя дал убить. Самовольно.       — Лучше не возвращайся, — продолжает он. — Оставь все как есть. Смирись уже.       Это еще не конец. Ошибку, которую я допускал каждый раз, — была у меня прямо перед моими глазами.       На этот раз у меня точно все получится.

* * *

      — Слушай, Хабупэйн, — говорю я, мотая пальцами, — ты постоянно говоришь о том, что, если бы я попал в дыру. О чем ты имел ввиду?       Он стоял возле проема так, словно он был ошеломлен этим неожиданным вопросом.       — Твой кошмар, — говорит он, — он не просто так создан.       — Что?.. — Я моргаю глазами и пытаюсь наконец понять, что он хочет до меня донести. — О чем ты говоришь?       — Помнишь про «переход из личности в другого»? — говорит он, и теперь мой мозг растворяется в воздухе. — Это было тогда, когда вы нас подслушивали.       — Так ты знаешь, — говорю я, и я ни капли не удивлен.       — Элиссу мне рассказала. Сказала, что не может сдерживать в себе эту заветную тайну.       Мы с Хабупэйном зашли в клубную комнату, которая была пустая. Это редкость, когда ты не увидишь счастливую Элиссу или сильно сосредоточенную Сайко. Как он сказал мне ранее, они сейчас о чем-то обсуждают. О чем-то очень важном, и я надеюсь, что они не обсуждают меня. О том, что в моей голове засел кровожадный убийца.       — Ты слишком наивен, — продолжает Хабупэйн. — Не все так просто, как ты представил у себя в голове.       Мы сели на деревянные стулья, которые были обцарапаны и имели выцветшую краску.       — Скажи это более понятным словом, — говорю я. — Твоя «загадочность» меня уже раздражает.       — Остынь, — спокойно говорит он. — Я еще даже не объяснял. — Мы поправились, чтобы нам было удобнее общаться. — Ты никогда не задумывался, почему такая обстановка?       — Обстановка? — переспрашиваю я. — Нет. А что?       — Я это сразу заподозрил, когда ты описал мне кошмар. Сайко в кроличьем одеянии. Вы находитесь в школе, который облит кровью. Это для меня как-то странно.       — А мне даже естественно, — говорю я, и я изумлен тем, что я так считаю. — Нормальная обстановка, чтобы меня до жути напугать.       — Я говорю серьезно, — говорит он, и его голос слегка возмущается. — Ты не задумывался, почему именно так?       — Нет. Не задумывался.       — Он планирует что-то, и специально держит тебя в школе. И если ты точно описал то, что там происходит, это значит, что он не боится, если ты случайно сбежишь со школы.       — То есть, если я по твоему сбегу, то я все равно останусь в кошмаре? — удивленно спрашиваю я.       — Я точно не знаю, но... Это странно. Да, он делает все ради забавы, но я все равно не понимаю, что меня так гложет...       Я косо посмотрел на Хабупэйна и его слова стали более запутанными, чем когда-либо ранее.       — Ты упомянул «дыру», — вспоминаю я.       — Да. Я помню, — отвечает он. — Мы точно не знаем, что это за существо, но я обязательно с этим разберусь. — Он взял подбородок и глубоко размышлял о инциденте. — Тут как-то связана мифология.       — Бредовые мысли оставь при себе, — говорю я на всякий случай. — Это ведь просто болезнь. Тут нет ничего сверхъестественного.       Он невесело усмехнулся.       — Мне в это мало верится.       — Я знаю, что у тебя свое мировоззрение, но... Я в это не верю. Чтобы она была, может, одержима духом? Нет, это уже не в пределах разумного...       — Ха! Думаешь прямо как я! — радостно воскликнул он.       — Я перевел пример! — зарычал я. — Это болезнь. Опасная для жизни болезнь. Хорошо?       — Окей-окей, — говорит он, сдерживая свой смех. — Просто это совсем не похоже на тебя.       — Ты заразил меня этим бредом. Прямо как Элиссу.       — Когда ты ее гладил по голове?       — Пожалуйста, забудь это. Я больше это не вынесу.       — Она сделала такое личико, будто она расплылась от счастья!       — Перестань! Разве тебя это не должно злить?       — Не-а. Почему?       — Я ведь... — Я бегал глазами и рассматривал уголки комнаты. — Трогал ее.       — Это звучит двусмысленно.       — Ты мне жутко напоминаешь друга, — говорю я. — Вы всегда любите находить смысл с двойным дном?       — Я думаю, ты не об этом хотел меня спросить, — говорит он, возвращая меня к теме.       — Ты сказал мне, что кошмар происходит не зря.       Он облокотился о спинку стула, разминая руки и пальцы.       — Дело в том, что все это происходит в твоей голове. Сон, который ты видишь, придумывает твой мозг, — говорит он, и я впервые понимаю его полностью. — Возможно это из-за того, что ты пережил бойню.       — Ясно, — произношу я, опуская глаза на стол. — Значит, это я во всем виноват? — Спустя какое-то время я снова посмотрел на Хабупэйна, и его взгляд почему-то стал хмурым. — Почему Сайко в кроличьем одеянии? Я в этом не фетишист.       — Иногда он может придумывать свое, — отвечает он. — Даже если твой мозг не мог представить кровь, значит, это он добавил ради своей выгоды.       В этом есть какая-то логика. Я тот человек, у которого никогда не снились кошмары. Никаких монстров или зеленых пришельцев. Мой мозг не придумывал ни единого бреда. Разве что мне снилось, как я побеждал на соревнованиях. Но после того, как я пережил ужас в школе, меня стали навещать страшные мысли. Нет, это никак не относится к кролику. Обычный кошмар, который не придавал особого значения. Мне приснилась нормальная на вид школа, где внутри меня ждала Сайко и равнодушный Синдзи. Когда я пытался что-то нарисовать, она... вдруг вернулась в страшное обличие и напала на меня, и в итоге...       — Эй! Очнись! — говорит Хабупэйн, щелкая перед моими глазами.       Я стал часто моргать, так как мои глаза стали сильно слезиться.       — Прости, просто я вспомнил кое-что, — говорю я, вытягивая из себя улыбку. — Но я не понимаю одну важную вещь.       — Да? И какую же?       — Кролик стал мне сниться до того, как я познакомился с Сайко. Я так и не понял почему.       — Я же говорил тебе, что не нужно на этом зацикливаться, — тяжело вздыхает он. — Скорее всего это просто сновидение. Ты ведь не думаешь, что он умеет читать будущее и заранее тебя возненавидел?       — Нет. Я думаю, что здесь намного проще.       — Тогда что ты хочешь от меня услышать?       — Ну...       Я снова находился в ступоре и не знал о чем думать.       — А клятвы, — вспоминаю я. — Зачем ты рисуешь символы на стенах школы? Какой в этом смысл?       — Мы опять возвращаемся к тому, с чего мы начали, — говорит он, закатывая глаза. — Я ведь говорил уже, зачем я...       — Ты не дал точный ответ, — говорю я, и меня сильно бесит, что он пытается сопротивляться. — Я пытаюсь получше узнать всю эту мистику. И я кое-как верю, что эти клятвы могут помогать.       Он смотрит на меня и тяжело набирает воздуха в легкие.       — Я рисую, чтобы спасти школу от недуга, — отвечает он. — Духи. Помнишь ты упомянул духов?       — Знаешь, у меня хорошая память. Так что да, помню.       — Вот. Ты иногда чувствовал себя плохо?       — Хм... — Я взял подбородок, разбирая в голове свое прошлое. — Даже не знаю. — Хабупэйн хотел что-то сказать, но я опережаю. — Когда я иду после школы, иногда меня посещают странные мысли или чувствовал вялость. Но это просто из-за усталости! — восклицаю я. — Тут нет ничего сверхъестественного.       — Хочешь верь или нет, но кажется, что ты не подчиняешься клятвам, — говорит он. — А это большая редкость.       — В каком смысле? — недоумеваю я.       — Помнишь ты стер клятву Сайко? Она не сработала на тебя, хотя тот, кто стер бы его, почувствовал бы ужасную головную боль.       — Так это хорошо или нет? — пытаюсь я понять.       — Тут есть минусы, но и большие плюсы, — подмечает он. — Когда ты не можешь находиться в защитной ауре, ты будешь постоянно чувствовать себя ужасно. И это никак не исправить.       — И поэтому я увидел крольчиху? — догадываюсь я.       — Вполне возможно. Он изначально все продумал. Он хотел, чтобы в кошмар попали все ученики, но в итоге ты страдаешь один.       — И с какой же это целью?       — У духов нет цели. Просто они хотят проявить себя, вот и все, — говорит он, добавляя еще одно слово: — Мистика.       — Мистика... — повторяю я.       — Аура, под которой должны воздействоваться все ученики, нужна для того, чтобы выявить самого слабого.       — Постой, — говорю я, поднимаясь со стула. — Только не говори, что...       — Возможно, это просто совпадение, но кажется, что когда Сайко пришла в школу, она...       — Нет, ну это точно бред.       Хабупэйн тоже встает со стула и смотрит на меня обеспокоенным, но в то же время и серьезным взглядом.       — В Сайко вселился дух, и поэтому все настолько сложно, — заканчиваю я его мысли. — Это...       — Думай сам. Это уже считать каждому, — говорит он. Он встает со стула и трогает мое плечо. — Все намного серьезнее, чем можно себе представить.       Я легонько киваю и начинаю уходить в свои мысли.       «Если Хабупэйн прав, то значит, что некий дух выбрал Сайко только из-за того, что ее тело идеально для убийства, — подумал я. — Ее тело идеально подойдет для того, чтобы осуществить задуманное».       Мне не хотелось этого признавать, но теории, которые выдал Хабупэйн, можно без проблем считать фактом.       — Ты сказал, что я страдаю один, — затрагиваю я, поднимая на него глаза. — Ты в этом уверен?       — Ну... Никто еще не жаловался, что кому-то было очень плохо. Разве что за исключением Сайко.       «Но это из-за болезни, а не из-за какого-то проклятия, — мысленно говорю я».       Неожиданно двери клуба полностью раскрываются и оттуда летят две одинаковых ученицы.       — Мы вернулись! — говорит Элиссу, зачем-то делая воинское приветствие. — На этот раз мы не одержали победу в мероприятии, но вот в следующем мы точно завоюем первое место!       Сайко почему-то пряталась за спиной сестры и опускала грустный взгляд.       Скорее всего она опять винила себя в том, что я страдаю вместо нее.       «Значит, они все-таки говорили обо мне, — думаю я».       Элиссу это замечает и начинает что-то шептать своей сестре. Та хорошо выслушала ее, и на лице начинает появляться улыбка.       — Да, это точно, — говорит она.       Духи...       — Что ж! Тогда начнем работать?       Аура...       — Постойте! Может передохнем?..       Клятвы... Все эти слова вскружили мою голову.              Акира-сан! Проснись! Ну же, проснись!       По просьбе я вскакиваю с кровати и хватаюсь за свою голову, которая раскалывалась от боли. Я переводил дыхание и пытался забыть то, что мне разрезали горло.       — Я снова... — Голова заболела сильнее. Я хватаюсь за нее и вспоминаю еще одну свою ошибку. — Он ведь говорил, что мне нельзя умирать. Я делаю себе только хуже.       Еле хватаюсь за ручку двери, я выхожу из комнаты и иду прямиком на кухню. Черная футболка впитала пот, а джинсы словно горели.       У меня поднялась температура. Пересохло в горле. Хочется упасть и заснуть вечным сном, но если я замешкаюсь хоть на одну секунду, — меня в любом случае будет дожидаться смерть.       — Вали... Вали из моей головы...       Меня все дожидаются. Они ждут, пока я проснусь. Они будут счастливы, узнав, что все со мной в порядке. Но меня кто-то будет в спешке, будто нас ждет беда.       Мысли превратились в кашу и я ничего не соображал. Передо мной плыли картины, и я даже не мог понять, где я сейчас нахожусь.       — Вы очень добры, — говорит женский голос, и я слышу, как неподалеку свистит лезвие. — Но вам лучше просто умереть.       Неожиданно меня охватывает страхом, потому что я вижу, как стол был окрашен красным цветом, но не только стол, но и стены, с которого течет кровь.       — Опять...       На меня обращает внимание убийца. Он смотрит на меня с большим недовольством.       — Ты все еще не собираешься рассказать мне про лазейку? — докапывается он.       — Нет, — тяжело говорю я. — Ты ведь все равно не увидишь дневник.       — Что?.. Можешь сказать погромче?       Я невесело усмехнулся.       — Ты что, глухой?.. — говорю я, и меня самому переполняло злостью. — Сдохни ты уже наконец. Уходи.       Заметив мою слабость, он начинает тихо смеяться.       — Ты только посмотри на себя. Весь увялый, как осенний лист.       Я краем глаза посмотрел на него и начал искать то, что мне сейчас нужно.       — Бесполезный... — усмехается он. — Сколько бы не старался, тебе отсюда не выбраться. Мой план просто идеален!       — Я тебя давно наслушался, — тихо говорю я.       Я подхожу и открываю тумбочку, и я был рад, что я наконец на него нашел. Вот оно. Орудие, которое я хотел использовать. Но я тогда находился в сомнениях, и теперь мне ничего не помешает совершить задуманное.       — А? Что ты держишь в руках? Неужели это твой «ключ к спасению»?       — Да, — уверенно говорю я. — Это мне поможет.       Собравшись с мыслями и кое-как восстановив силы, я бегу к Элиссу и провожу орудие возле ее горла.       Момент был крайне тревожным. Я остановился на месте, боясь шевельнуть мускулы. Убийца тоже стоял на месте и был в недоумении, что я только сейчас сделал.       — Как ты?..       Из его горла ручьем полилась кровь. Он быстро закрывают рану рукой и бросает на меня хмурый взгляд.       — Как ты это сделал?..       — Ты в кое чем облажался, безмозглое существо, — говорю я. — Все это время я собирал на тебя информацию.       — В каком это смысле?..       Попробуй ранить меня! У тебя ничего не выйдет!       — Когда ты чуть ли не порезал себе горло, твоя кровь странно себя повела, — объясняю я. — Ты сделал достаточно глубокую рану, чтобы оттуда пошел огромный фонтан. Но то, что я увидел, повергло меня в шок. Твоя кровь словно сгусток слизи, из которой ты, собственно, и состоишь.       Он закалил зубы. Это означало то, что я был прав.       — Поэтому если бы ты себя ранил, ты бы почувствовал боль, но никак не смерть. Тело Хацунэ лишь твой костюм, которым ты меня обманывал.       — Идиот! — выкрикнул он. — Ты же не собираешься убить свою подругу?!       — Нет, не тебя, — говорю я. — И я удивлен, что ты еще притворяешься.       Когда я находился в петле разочарований, я успел найти того самого кролика и заметить уловку. На его спине была небольшая молния. Я расстегнул ее и увидел в хлопке нож, полностью покрытыми линиями.       — Нож, способный убить тебя по-настоящему, — продолжаю я, указывая им на своего врага. — Не ты ли этого боялся? Не это ли ты хотел от меня скрыть? Игрушку ты смог взять, но никак не вытащить оттуда лезвие. Естественно, ты бы обжег свои руки.       — Я тебя недооценил, — буркнул он. — Но все же... — Его глаза начинают ярче светиться, и кровь, которая лилась по его шее, постепенно превратилась в слизь. — Ты же не убьешь свою лучшую подругу?       — Ты опять прикидываешься дурочкой, — тяжело вздыхаю я. — Посмотри на себя. Ты весь бледный и прозрачный. Ты словно призрак, который ходит по земле. Элиссу давно забрала свое тело, и портал мы уже закрыли. Ты слабеешь. Гораздо слабеешь. Твои силы уходят из этого проклятого сна.       — Черт...       Он убрал руку с шеи и я был абсолютно прав. Кровь и вправду превратилась в небольшой сгусток слизи.       — Ладно, ты меня раскусил, — говорит он. — Но я удивлен, что такой как ты способен на такие размышления.       — Благодари за это Хабупэйна! — воскликнул я, нападая на Элиссу.       Он защитился от удара своим кухонным ножом. Я пошел обороняться, потому что он постоянно пытался проткнуть мое горло.       «Сегодня я не буду умирать! — мысленно выкрикнул я, отходя от убийцы на приличное расстояние».       Наши дыхания стали неровными, и наши тела были слишком увялые. Если бы я не умирал так часто, то я бы без проблем избавился от него.       Смешно ведь, правда? Мне не хватает лишь проткнуть ему горло, как он забрызгает все своей кровью и убежит из этого мира. Я не могу сделать самую простую вещь лишь из-за того, что я много раз облажался.       И если я умру еще один раз, то, возможно, я не смогу встать с кровати.       — Смирись уже, — говорю я. — На этот раз ты меня здесь не удержишь.       — А кто говорил, что я тебя не убью? — говорит он, и его голос звучит полной уверенности. — Хоть у меня недостаточно сил, я все равно могу тебя поранить.       — Ты еле стоишь на ногах, — подмечаю я. — Как тут может идти речь про убийство?       — К слову. Твое тело выглядит нездоровым. — Он снова трогает шею проверяя рану, но там уже все давно зажило. — Как ты себя чувствуешь?       — Прекрасно, — отвечаю я, но на самом деле я готов заснуть даже на полу. Моя координация нарушена. Голова болит. Постоянный кашель. Я чувствовал себя хуже как никогда прежде. — Но лучше позаботься о тебе. Ты ведь знаешь, на что способен нож.       — Кстати, как ты узнал о ноже? — спрашивает он, и он, похоже, хочет ненадолго поговорить, чтобы за это время восстановить свои силы. — Просто почувствовал его?       — Нет. Узнал в дневнике, который ты ни черта не видишь.       Когда мы с Элиссу были в лесу, я в спешке листал в руках страницы и искал круг. Но то, что я увидел, немало меня удивило. Это нож, который покрыт черными линиями. Если верить ему дословно, то при контакте с духом он начинает прожигать его слизь, создавая при этом неимоверную боль.       — Что увидел? — окликает меня Элиссу, когда я пялился на рисунок.       — Э-э, ничего, — говорю я, дальше перелистывая страницы. — Абсолютно.              — И поэтому ты махал мне рукой? — спрашивает убийца.       — Да. Когда мы дрались, ты не обратил на него никакого внимания. И даже если бы я признался тебе, то ты бы не получил с этого выгоду.       — Теперь мне все ясно, — говорит он. — Ты еще не просто наивный, но и очень наглый! — Его глаза засветились. Он взял нож подобно мечу и бросился ко мне бежать.       Я снова отразил удар, но на этот раз он задел мою руку. Рана не была серьезной, но она стала ныть от боли, нарушая мою сосредоточенность.       — Какой же ты бесполезный, — говорит он, и он, кажется, хотел засмеяться, но воздержался. — Лучше бы ты не появлялся на этом свете!       Снова нанося удар, его силы мгновенно взрослись и его нож поражает мое горло. Я не успел среагировать, но я не почувствовал, что я умер.       Мое тело переметнулось в другое время и место. Я находился в школе, которая ярко освещена солнцем. Передо мной была расплывчатая картина. Голова болела сильнее и я слышал какие-то голоса. Они были неразборчивыми, и не мог понять, о чем они обсуждают.       Сделай правильный выбор!       Неожиданно со мной кто-то столкнулся и он упал на пол. Я поворачиваюсь и вижу на удивление Сайко, которая терла поясницу.       — Может ей поможешь? — говорит мужской голос, трогая меня за плечо. Я поворачиваю голову и вижу широко улыбающиеся Синдзи. — Или все-таки не хочешь вставать в округ внимания?       — Не помогай, — противоречит женский голос, тоже трогая меня за плечо. И не сложно догадаться, что это была Элиссу. — Ты повлечешь на себя беды!       Они давили меня своими выборами. Я лишь смотрел на нее, и если бы кто-то увидел это, то явно бы разозлился на то, что я не могу помочь невинной девушке.       — Нам оба будет выгоднее, если она останется одна, — продолжает Хацунэ. — Оставь ее. Пройди мимо.       — Неужели ты не подашь руку? — удивленно спрашивает Синдзи. — Это подло с твоей стороны.       — Просто уходи. Ей поможет кто-то другой.       — Я видел твое обеспокоенное лицо.       — Ты ведь знаешь, что она будет тебе занудой.       — Серьезно? Ты ей не поможешь?       — Подумай о себе!       — Эй, Акира!       Я сглотнул накопившуюся слюну и решительно взял ее за руку и поднял с пола. Вслед за этим и поднял учебники, и передал их Сайко.       — С-спасибо, — тихо благодарит она.       — Ты опять совершил ошибку... — зарычала Элиссу. — Опять!       Внезапно все потемнело. Я не сразу замечаю, как я снова оказываюсь на кухне и как на меня летит убийца.       «Он еще не убил меня, — подумал я. — Но что это было?»       Хабупэйн уже намекал, что сон может происходить хаотично. И если это так, то...       — Я что, просыпаюсь?.. — бормочу я, уклоняясь от удара Хацунэ.       — Как же ты мне надоел! — выкрикнул он. — Просто умри!       — Нет, — говорю я, снова парируя удар ножом. — Не умру. Не в этот раз.       Но он все еще продолжал наносить удары.       Мне было тяжело драться из-за усталости, но также и наносить удары знакомому лицу. Я бы никогда не хотел ударить своего друга, но я оговаривал себя, что это вовсе и не она. Это копия Элиссу, который имитирует убийца. Но у меня не оставалось выбора. Либо я, либо он. Каждая секунда на счету.       Снова отбившись, я отскакиваю от него на такое расстояние, чтобы он не задел меня ножом. Мои руки были поцарапаны и кровоточили. Мышцы ныли от сильного напряжения. Тело молило остановиться, но я не мог отдохнуть хоть на одну секунду.       — Ты что, устал? — усмехается он. — Люди такие слабые.       — Говорит тот, кто хочет себя проявить, — говорю я, и мне было все равно на то, что я могу его разозлить. — Ты бы не страдал, если бы ты не трогал Сайко.       — Но ее тело идеально, — говорит он, словно он этим оправдывается. — Уж извини, что ты страдаешь.        Я хотел ему ответить, но он стал действовать дальше. Он, кажется, хотел отправить в меня лезвие, но я успел двинуться с места. Он знал, что в меня не так просто попасть. Старого Акиру он мог бы без проблем ранить, но ситуация ведь иначе, верно? Я уже не тот, кого можно легко обмануть.       Сэмпай, я думаю, что со мной может случиться что-то плохое.       Сайко изначально меня предупреждала, но я не совсем понимал, о чем может идти речь. Она изначально знала, что я могу угодить в ловушку, и поэтому постоянно беспокоилась обо мне. Она настолько дорожила мною, что даже оставила меня после уроков, чтобы я не смог встретиться с Синдзи. Но... Если бы я его предупредил, то он был бы еще жив. Но я забоялся говорить тайну, потому что я дорожил жизнью Сайко. Все взаимосвязано. Выбор, которой был у меня в прошлом, давала еще Хацунэ.       И я хочу, чтобы ты был к этому готов.       Но готов ли я пережить эти мучения? Готов ли я идти дальше? Я ведь так далеко зашел к тому, чтобы отыскать правду и спасти ее от неминуемой судьбы.       «Она изначально просила меня о помощи, но я этого не понимал! — мысленно выкрикнул я и побежал к лестнице».       — Что ты?..       Он сразу бросил на меня взгляд и побежал вслед за мной. Конечно, я мог бы без проблем тоже кинуть в него нож или проткнуть любое ему место. Но он ни на капли не остановится, пока его мозг не будет повержен.       Когда я забегаю в комнату, я становлюсь в боевую схватку и готовился нанести удар.       Убийца тоже забежал сюда, и смотрел на меня непонятным взглядом.       — Не знаю, что ты задумал, но тебе не сбежать, — говорит он, почесывая шею. — Потому что я убью тебя первым!       Он побежал ко мне и сильно толкнул меня. Вместе с ним мы разбили стекло и вывалились с окна.       Я упал спиной на землю и по мне прошлась сильная боль. Мне казалось, что я переломал себе кости, но они просто хрустнули.       — Меня невозможно убить, — буркнул он, высоко поднимая нож.       Мне пришлось отложить свое орудие в сторону и не дать его лезвию проткнуть мое горло.       — Я знаю, — говорю я. — Я не говорил тебе, что я не лгу. Но если ты уйдешь из нашей жизни, то этого будет достаточно.       — Но я не уйду, — говорит он, и его силы с каждым разом растут. — Со мной бесполезно сражаться.       — Мы на это посмотрим.       Я толкаю от себя Элиссу, хватаю нож с земли и теперь я начинаю решать его судьбу.       Я попытался покончить с ним, но он сделал тоже самое, что и я. Он держал мои руки на расстоянии, стараясь не подносить нож к своему горлу.       — Какой же ты... идиот! — выкрикивает он, отталкивая меня ногами.       Он хватает с земли нож и хотел порезать меня, но я ловко уворачивался от ударов.       «Кажется, он слабеет, — подумал я».       Но вместе с ним слабел и я. Иногда мои силы то уходили, то заметно прибавлялись.       Улица, на которой мы находились, постепенно ставал размытым и неестественно ярким. Это говорило о том, что сон начал рушиться.       Отклонившись от еще одного удара, я беру Элиссу за предплечья и прижимаю ее к стене, чтобы его обездвижить.       — Ты слаб, — говорю я. — Сдайся уже наконец!       — Ты тоже, Акира-сан! — подмечает он и, подобно слизи, его руки проходят через мои и начинает меня душить.       Я повалился на землю и мое дыхание прерывается. Он душил с такой силой так, словно в последний момент. Он хотел, чтобы я умер вместе с ним, но я дам этому не случиться.       «Нож! — крикнул мне внутренний голос».       Я посмотрел в разные стороны и заметил неподалеку орудие Хабупэйна. Я потянул к нему руку, но Элиссу стала меня душить сильнее.       — Ты ничего не поймешь в этой жизни, — говорит он. — Ты никогда не выйдешь из этого мира!       Пальцы еле дотрагиваются до ножа и, приложив все возможные усилия, я беру его в руки и быстро протыкаю запястье Элиссу.       Он зашипел от боли, но не закричал. Он встает с меня и его руки начинают плавиться.       — Черт, как же больно! — восклицает он, и пока у меня выпал шанс напасть, — я обязан им воспользоваться.        Вскакивая с земли, я подбегаю к Элиссу. Нанося удар, я начинаю проводить лезвие по всему телу Хацунэ, но когда нож дотронулся до убийцы, он словно разобрался на мелкие куски и превратился в зеленую жидкость.       — Что за?..       Затем я услышал смех, который раздавался по всей улице.       — Я же говорил тебе, что ты меня не убьешь!       — Куда ты делся?! — раздраженно спрашиваю я.       — Я уже не могу существовать в твоем сне. Все для тебя уже заканчивается. Пока что.       Его смех и голос постепенно затихал. Улица ставала все светлее и я уже ничего не видел, кроме белого солнца.       — Это конец? — говорю я, не веря своим словам.       Я кидаю нож в сторону, и мне уже казалось, что я сейчас ослепну, но через мгновенье все стает темным, и я уже не чувствовал, кроме полного облегчения.