Salvation

— Все еще не могу поверить… Почему это не кончилось на том что ты меня спас? — на выдохе заявляет блондин с алыми глазами, облокачиваясь о спинку дивана. Чтобы не нарваться на еще большие неприятности, было принято решение укрыться дома у синеволосого, чтобы как следует все обсудить и обдумать, без лишних свидетелей. В связи с недавними событиями и трудностями, с которыми они столкнулись, можно было с полной уверенностью заявить что куда бы они не пошли, их везде найдут. Но дома и правда безопаснее. — Прости что втянул тебя в это, — виновато смотрит на Кадзуху, залпом допивая бурбон. — Мне правда жаль. — Не извиняйся, мы же не знаем как так вышло. Тем более ты уберег меня от смерти. Я сейчас здесь благодаря тебе, и я не собираюсь пропадать, пока мы во всем не разберемся. Скарамучча несколько раз утвердительно кивает. Он верил ему. Почему-то этот юноша внушал безграничное доверие к своей персоне. — Давай предположим, что я видел сон с твоим участием потому что до этого ты меня спас. А взамен я должен был тебе чем-то отплатить, в нашем случае спасением, — спустя некоторое время, проведенное в молчании, говорит Каэдэхара. — Но тогда как объяснить, как понять почему это начало с тобой происходитъ? Почему я тебе снился? — Вселенная дает сбой? — иронично усмехнулся Сказитель. Идей по этому поводу не было совсем. Если Кадзуха выдал еще более-менее реалистичную теорию по поводу передачи снов, то как все началось было непонятно. — Может накануне первого такого твоего видения произошло что-то необычное? Или… Скажем, странное? — подает идею блондин, но, к сожалению, Скара её сразу же опровергает: — Ничего такого, просто очередной день. Я засыпаю и вдруг просыпаюсь в ужасе. — Тогда нужно думать дальше.

***

Поздняя, беспокойная ночь. Скарамучча крутиться в постели, не может принять удобную позу и тяжело дышит. Стрелки часов указывают на тройку, а синеволосый снова видит сон. Видит сон с участием Каэдэхары. Он осознает, что это лишь грезы, но не может заставить себя проснуться. Обычно, чтобы очнуться, достаточно было надумать свою смерть, но это было невозможно, потому что Сказитель был лишь зрителем. Он не был создателем и ведущим в своих кошмарах. Он был лишь молчаливым наблюдателем, который не смел вмешиваться. Скарамуш наконец просыпается, после развязки в своего сна. Тяжело дышит, почти задыхается и трет переносицу. Он был чертовски напуган. Этот животный страх вскружил ему голову и ударял в виски, с каждым стуком сердца. Уснуть он этой ночью больше не смог. Уже утром было принято решение сообщить Кадзухе о новом видении. Сказитель быстро находит номер красноглазого в контактах и подносит телефон к уху, слушая гудки. — Привет, — говорит голос на том конце трубки, вызывая у синеволосого неприятные картинки перед глазами. — Привет. Тебе нельзя сегодня выходить из дома, — сходу, дрожащим голосом произносит Скарамучча. Каэдэхара сразу понимает в чем дело. — Что ты видел? — серьезным тоном спрашивает он, принимая более замкнутую позу. — Ты ехал ко мне на автобусе и попал в аварию. Скара тяжело дышит, ему было сложно говорить, потому что с каждым своим словом он неосознанно вспоминал обмякшее тело блондина в горящем автобусе. — Я просто подожду другой, — Каэдэхара кажется вполне спокойным, будто это не его ждет смертельная опасность, если он поедет на общественном транспорте. Скарамучча молчит, он хочет отказаться от этого и отменить встречу, но из мыслей его выбивает следующие слова: — Не волнуйся. Изначально мы договорились встретиться в три, значит уже в половину я, по идее, буду стоять на остановке. Но я не сяду в первый. Дождусь второго и прибуду к тебе невредимым. Идет? — Ладно, — синеглазый несколько раз кивает, будто Кадзуха его сейчас видит. — Пожалуйста, будь осторожнее. — Договорились. Юноша кладет трубку и все что ему остается — это ждать. Ждать звонка в дверь и стоящего на пороге нового знакомого по несчастью. А в это время Кадзуха уже выходит из дома и направляется к автобусной остановке. Он, как они со Скарамуччей договорились, пропускает первый автобус и ждет второй. Тот не заставляет долго себя ждать. Блондин заходит внутрь, оплачивает проезд и садится на свободное место. Дорога от его дома к Сказителю, предположительно, не заняла бы больше получаса. Нужно было просто ехать до ближайшей остановки и идти пешком еще пару минут. — Вы что творите? — звучит тревожный голос, заставляющий Каэдэхару прервать поток мыслей. Он глядит на женщину, что подскакивает и жмет на кнопку «стоп», чтобы водитель немедленно остановился. Только после этого молодой человек замечает что транспорт разогнался до незаконной на этом участке дороги скорости. Пассажиры начали паниковать, а водитель вдавливает педаль тормоза в пол, поднимает ручник — все без толку. — Тормоза отказали, держитесь все. — слышится из кабины водителя, который выворачивает руль, пытаясь затормозить боком.

***

Скарамучча срывается с места, когда с номера Кадзухи ему звонят из больницы и сообщают что блондин сейчас находится в реанимационном отделении. Мысли путаются, голова гудит и ходит ходуном, а на устах вертится лишь одна фраза: «какой же я мудак». Внутрь никого не пускают, остается лишь дожидаться вестей сидя на полу, у самых дверей. Помимо него здесь было еще несколько людей: женщина в возрасте, мужчина средних лет и девушка, на вид одногодка синеглазого. Скара возненавидел себя за эти несколько часов ожидания. Почему он не остановил его? Почему сам не поехал? И почему сразу не догадался о том, что авария произойдет в любом случае? Через несколько часов беспрерывного ожидания, в коридор выходит невысокого роста женщина-врач. Сказитель вскакивает с пола и подбегает к ней. Ему было жизненно необходимо узнать о состоянии Каэдэхары и живой ли он вообще. Женщина стягивает с рук перчатки и опускает медицинскую маску до подбородка, осматривая трясущегося и еле стоящего на ногах парня. Скара не может выговорить и слова, будто потерял голос, поэтому женщина начинает краткий рассказ о произошедшем: — Отказ тормозов, водитель не справился с управлением, в результате чего автобус перевернулся. Карета скорой помощи подоспела до полного возгорания, но вытащить удалось лишь четверых: молодого парня, женщину с ребенком и пенсионера. Даже от новостей о том, что Каэдэхару успели вытащить Сказителю не становится лучше. Ведь это не отменяет того, что он позволил блондину сесть в этот чертов автобус. Это не отменяет того, что он сейчас, возможно, на грани смерти. А все благодаря Скарамучче. — Каков шанс что они придут в себя? — слышится грубый мужской голос откуда-то сзади. Врач нервно чешет нос, и тяжело вздыхает. Неужели она собирается сообщить присутствующим о плачевном исходе? Этого не может быть, черт возьми, нет! Только не так. У Скары заболело сердце, перед глазами то и дело, что появлялись помехи и тряслись руки. Он не мог успокоиться, с каждой секундой все становилось только хуже. Осознать, что из-за твоей необдуманности и неосторожности человек загремел в реанимацию, да еще и погибло множество, было слишком тяжело. А принять это еще тяжелее, этот камень на душе останется с ним на всю жизнь. Если бы он только предупредил кого-нибудь… — Реаниматолог сообщил, что двое погибли в карете скорой помощи от потери крови, так и не доехав до больницы. Ещё один пациент умер при операции. Оставшийся — всеми силами борется за жизнь, но пока рано делать выводы. Прошу, держите себя в руках. Мне очень жаль, — мотыляя головой и глядя в пол сообщает женщина. Ей было не легче остальных. Сообщать родственникам погибших о том, что они потеряли члена семьи — было так же сложно как и пережить саму утрату. Старушку, от услышанного, подводят ноги и он падает на пол. Юная дама, что была с ней, присаживается и пытается успокоить ее. — Кто сумел выжить? — захлебываясь в слезах спрашивает белокурая девушка, держа за руку, по видимому, свою бабушку. — Этого я пока не могу вам сообщить, я не знаю. Ожидаю дальнейших указаний реаниматологов, — побледнев отвечает женщина-анестезиолог. Сказитель отходит к стене, чуть дальше остальных посетителей и соскальзывает вниз, прямо на пол. Он обнимает руками колени и утыкается в них лицом. Неужели это конец?