Небо Калифорнии

Тэхён смотрел на своё отражение в зеркале и удовлетворённо улыбался — эта картинка ему нравилась, он сам сделал себя таким. Рождённый нежеланным ребёнком непутёвой матерью, он с рождения жил в одном из калифорнийских приютов и наслушался достаточно оскорбительных фраз в отношении своей внешности. К безобидным «узкоглазый» и «китаёза» он привык как к своему второму имени. Но злые и жестокие дети оттачивали на нём своё красноречие на протяжении всех проведённых там лет. Приёмные родители не выстраивались в очередь на усыновление этого неказистого азиатского мальчика, хотя он трижды побывал в приёмных семьях, и каждый раз его возвращали обратно, как непонравившуюся или бракованную игрушку из-за его несносного характера. После двенадцати лет не было ни одного предложения об усыновлении. Выйдя из приюта в день своего совершеннолетия, он оказался предоставленным самому себе, но закалённый за долгие годы характер не дал ему упасть духом, и он довольно быстро нашёл себе работу официанта в кафе. Быстро смекнув, что чаевые намного больше основной базы зарплаты, он научился фальшиво улыбаться, даже если у него было плохое настроение или посетитель ему не нравился. Со временем он начал замечать на себе неоднозначные взгляды и удивился, что люди не считали его внешность отталкивающей, как ему внушали с самого раннего детства. А затем пошли номера телефонов на чеках и приглашения на свидания, от которых Ким не отказывался, потому что свидания — это, во-первых, халявный ужин, во-вторых, ни к чему не обязывающий секс и, в-третьих, милые безделушки, подаренные особо впечатлительными девушками / женщинами / парнями / мужчинами. Да, Тэхёну было плевать, с кем иметь дело, ему доставляло удовольствие осознание, что он нравился всем, вне зависимости от пола и возраста. Для «расширения ассортимента» он начал захаживать в салон красоты и ухаживать за кожей и волосами, и с каждым новым месяцем количество свиданий неизменно росло. Ким «перерос» своё кафе и через два года, пройдя онлайн-курс по этикету и ресторанному делу, перешёл работать в ресторан. Посещали его клиенты классом выше, чаевых на порядок больше, а подарки во время свиданий дороже. Тэхён занялся самообразованием, разговоры с этими людьми велись далеко не о погоде, и приходилось быть на уровне, чтобы заслужить хорошее к себе отношение. Салон красоты, который он начал посещать, теперь тоже был уровнем выше. Зарекомендовав себя на новом месте, ещё через год он смог устроиться в один из лучших ресторанов Лос-Анджелеса. К привычным свиданиям в ресторанах добавились выходы в художественные галереи, на выставки и премьеры фильмов. Искусство не было чуждо Тэхёну, и, изучив тему, он понял, что люди, которыми он заинтересовывался на этих выставках, ни за что не привели бы туда официанта из ресторана, пусть даже и самого дорогого. Он начал постепенно отказываться от свиданий и свободное время проводил на этих выставках и премьерах с бокалом шампанского, приходя туда в гордом одиночестве, а уходил чаще всего в компании кого-нибудь интересного и очень богатого. В один жаркий июльский вечер Тэхён пришёл на выставку импрессионистов и постимпрессионистов, где завёл беседу с располагающим к себе мужчиной в весьма дорогом костюме, обсуждая творчество Винсента Ван Гога. Мистер Дуглас был вежливым и галантным, и даже не намекал ему на секс, когда предложил прогуляться и продолжить беседу после того, как они вместе вышли из галереи. Ближе к ночи водитель мистера Дугласа отвёз Тэхёна домой на шикарном лимузине, и парень понял, что эту золотую жилу терять никак нельзя. Проведя небольшое расследование, Ким узнал, что мистер Дуглас является владельцем сети гостиниц и денег на его счёте столько, что хватило бы купить одну маленькую страну, а может и две. И ещё он не женат и, по слухам, гей. Как удачно совпало. Примерно поняв его вкусы, Тэхён ожидаемо пересёкся с ним на одной из выставок в следующие же выходные и использовал своё очарование по максимуму, ненавязчиво продемонстрировав свои умения на удобных сиденьях лимузина. Таким образом, Ким прокачался до уровня официального любовника очень и очень богатого бизнесмена. И вот сегодня, спустя три года совместного проживания, он всё так же не жалеет ни о чём, ведь все его пожелания выполняются по первому же намёку или даже без него, а то, что от секса без любви не умирают, Тэхён понял ещё в приюте. — Ты уже готов? — вырвал мистер Дуглас из мыслей Тэхёна, подойдя к нему сзади и положив руки ему на талию. — Да, — улыбнулся тот через зеркало, — как я выгляжу, на все сто? — Нет, — покачал головой мужчина, а Ким вопросительно поднял бровь, увидев, как тот скользнул рукой по его обнажённой коже в вырезе расстёгнутой на две пуговицы рубашки. — Чего-то здесь явно не хватает. Тэхён с улыбкой наблюдал, как тот достаёт из кармана бархатную коробочку и берёт в руки цепочку с красивейшим кулоном. — Это что, сапфир? — удивился парень, глядя на огромный синий камень, пока мистер Дуглас аккуратно застёгивал замочек, надевая на него цепочку. — Он самый, тебе нравится? Тэхён почувствовал лёгкий поцелуй на своей шее и, повернувшись лицом к мужчине, тихо произнёс, глядя ему в глаза: — Я очень тронут тем, что ты заметил мои новые синие линзы и решил сделать подарок, безумно подходящий к цвету моих глаз. Да, у Тэхёна талант делать филигранные намёки и тем самым не просить ничего напрямую. Он умел ждать хоть день, хоть месяц, хоть год. И он безумно радовался, что все его намёки понимались правильно. На первый свой день рождения он получил в подарок дорогие апартаменты, ибо: «Любому человеку иногда просто необходимо побыть в одиночестве». На следующий день рождения он получил контрольный пакет акций одной небольшой, но быстроразвивающийся ай-ти компании: «Хочется иногда что-то контролировать, а не только подчиняться, эх». И на прошлый день рождения он получил в подарок салон красоты, владельцем которого стал: «И почему они все не могут выделить мне на процедуры именно то время, которое мне удобно? Так нечестно». Справедливости ради, у мистера Дугласа тоже не возникало необходимости говорить Тэхёну, что ему нужно. Тот и так знал, что на различных мероприятиях он должен выглядеть интеллигентным и образованным спутником, дома — примерной хозяюшкой, а в постели — беспринципной шлюшкой. Да без проблем, ради бога. Каждый идиот знает, что бесплатный сыр только в мышеловке, а Тэхён совсем не идиот и изначально понимал, что их обмен далеко не равноценный. В тайне открыл секретный банковский счёт, на который исправно откладывал деньги на тот «счастливый день», когда его мужчина найдёт себе кого-нибудь моложе или породистее, ведь кроме себя самого Тэхёну и предложить, по сути, нечего. В общем, на данный момент у Ким Тэхёна есть всё, о чём он мог мечтать, кроме разве что семьи и друзей. Но этого он никогда и не имел, и мечтать об этом он не видел смысла. С рождения, прожив в приюте, он познал всю боль предательства людей, которых по своей наивности считал друзьями. Больше он в свою душу и сердце никого не впускал. Возвращался с выставки Тэхён в скверном настроении — кто-то неожиданно натолкнулся на него при повороте в смежную галерею и пролил на рубашку вино. Красное вино на рубашку цвета слоновой кости. — Боже, малыш, это всего лишь тряпка, купи себе завтра десять новых, — пытался успокоить его мистер Дуглас, когда парень, хлопнув дверью лимузина слишком сильно, широким шагом пошёл к дому. — Это не «всего лишь тряпка», — раздражённо подёргал за ворот рубашки он, — это моя любимая рубашка, сшитая в единственном экземпляре с вышивкой ручной работы. — Закажи ещё такую же, — не понимал мужчина такого раздражения по пустяку. — Я отнесу её завтра в химчистку, — отмахнулся Тэхён, не желая продолжать больную тему. — Я знал, что мой мальчик может найти решение любой проблемы, — обнял его мистер Дуглас и поцеловал. — Как ты? Устал? «Намёки намёками, а сапфир сам себя не отработает», — думал Тэхён, стоя на коленях, расслабившись и стараясь дышать носом, чтобы не подавиться, пока ему трахали рот до самого горла. «Твою мать, если мне испортят эту рубашку в химчистке, я их закопаю». *** Тэхён не был в химчистке больше трёх лет. Ему ещё в приюте вдолбили на подсознательном уровне бережное отношение к вещам. Он никогда не рвал и практически не пачкал свою одежду. Вещи после того, как они ему надоедали, можно спокойно вывешивать обратно в магазине. А если что-то всё же пачкалось, он это уже мог и выбросить. Он не привязывался к вещам, но именно эта рубашка была его любимая, и он не хотел её выбрасывать. Именно поэтому сегодня он в хорошем настроении шёл забирать её из химчистки. Ему так не терпелось получить её, что он рванул из дома сразу же, как ему позвонили и сообщили, что рубашка готова. Как и был, в домашних спортивных штанах и лёгком джемпере, он обулся в мягкие мокасины, добежал до своей новой машины и помчался за любимой вещью. Тщательно осмотрев рубашку со всех сторон, он расщедрился на хорошие чаевые и в приподнятом настроении вышел из химчистки, и двинулся к машине, припаркованной неподалёку. — Тэ! — вдруг услышал он и обернулся. Не увидев никого знакомого, он уже повернулся обратно, но краем глаза заметил машущего ему с другой стороны дороги парня. «Обознался наверное», — он бегло взглянул на незнакомого ему человека и пошёл к машине. Но буквально через минуту парень догнал его и, разворачивая за плечи к себе, запыхавшись, воскликнул: — Ты чего убегаешь, Тэ? — Простите, мы знакомы? — вежливо поинтересовался Ким. Мало ли, может быть, это кто-то из приюта, хотя никого из них он не горел желанием видеть и тем более общаться. Да он и не мог припомнить ни одного азиатского мальчика там, иначе бы они сблизились. А этот парень явно с корейскими корнями, хотя по-английски говорил без акцента, впрочем, как и сам Ким. — Ты чё, прикалываешься, Тэ? — не понял парень и продолжал улыбаться. — Или ты, блять, обкурился? — Что? — удивился Тэхён такой грубости от неизвестного хама. Он смотрел на парня, искренне пытаясь вспомнить, где они могли пересекаться, но память не подкинула ему ни одного варианта. Одежда парня не была брендовой, волосы выглядели так, будто уже пару месяцев к ним не притрагивался ни один мастер, а таких знакомых Тэхён не имел уже несколько лет. — Блять, Тэ, что за приколы? — не унимался парень. — Ща я те наберу и ты, сука, возьмёшь трубку, глядя мне в глаза… — парень подвис на пару секунд, уставившись пристально Киму в лицо, и воскликнул: — Ты схера ли синие линзы купил? У тебя деньги лишние, что ли? — Может быть, вы всё-таки обознались? — улыбнулся Тэхён, смотря на озадаченного парня. Ему было смешно смотреть, как глаза незнакомца бегали по его лицу и одежде, а в глубине их читалось непонимание и растерянность. Даже появившееся раздражение из-за грубости парня слегка улеглось, и осталось лишь любопытство и ожидание продолжения этого концерта. — Не, погоди, — он достал из кармана телефон и набрал номер на быстром дозвоне, подняв довольное лицо, ожидая знакомую мелодию в кармане Кима. Но гудки пошли, а звонок так и не поступил. — Ты на беззвучный режим поставил по-любому. А ну-ка вытаскивай свой телефон! — Что вы себе позволяете?! — воскликнул Тэхён, когда парень полез в карман его штанов, но тут гудки в его телефоне прекратились, а из громкого динамика донёсся сонный скрипучий голос: — Какого хера, Гуки, ты меня, сука, будишь? Парень, названный «Гуки», так и завис с рукой, протянутой к карману Тэхёна, округлив глаза и открыв рот. Он переводил ошарашенный взгляд от человека, стоящего перед ним, на телефон, отсчитывающего секунды разговора. — Тэ? — тихо спросил он телефонного собеседника. — Это ты? — Ты, блять, обкурился, что ли? Я, конечно, а кто ещё? — Тэ… — Тэхён понял, что вопрос исчерпан и, отвернувшись от парня, пошёл своей дорогой, но тот схватил его за рукав и, глядя ему в глаза, продолжил разговаривать по телефону, — срочно шагай в наше кафе. Вот прям, блять, сию же секунду. — Молодой человек, — начал с тяжёлым вздохом Тэхён, когда парень убрал телефон в карман, — отпустите мой рукав, пожалуйста. По-моему, вы прекрасно поняли, что обознались. Наша встреча явно затянулась. — Ты. Должен. Пойти. Со мной, — медленно, с расстановками сказал ему парень. — А больше я ничего не должен? — усмехнулся Ким, хотя это уже и не смешно. Тэхён, вырвав свою руку, сделал последние шаги к своей машине. Разблокировав двери, он уже собирался сесть внутрь, как услышал: — Серьёзно. Тут недалеко. Но я тебе гарантирую, ты охуеешь так же, как и я, а может даже и больше. И вот вроде бы жизнь Тэхёна нельзя назвать скучной, но отчего-то ему так захотелось узнать, что же так шокировало парня и почему он так уверен в том, что Ким… мягко говоря, удивится. Ну, в конце концов, вряд ли от него убудет, если он посидит в кафе. Тем более, его домашняя одежда как раз не бросалась в глаза и вполне подходила для этого. — Сейчас, только рубашку в машину закину, не хочу, чтобы она опять испачкалась, — он аккуратно положил рубашку на заднее сиденье и, заблокировав двери, вернулся к нему. Поняв, что «выкать» в одни ворота так себе занятие, он подстроился под парня. — Как тебя звать, обознашка? — Чонгук, — радостно улыбнулся парень и повёл Тэхёна в сторону нужного им кафе. Кафе находилось действительно недалеко, практически за поворотом. Они неспешной походкой дошли до него минуты за четыре. Тэхён шёл не спеша, а парень всё оглядывался на него и нетерпеливо цокал языком, своей пружинящей походкой он постоянно оказывался на несколько шагов впереди него. Предложенное Чонгуком кафе было небольшое, но очень уютное, на окнах висели шторки, не впускающие яркий дневной свет в помещение и скрывающие столики от взглядов проходящих мимо пешеходов. Чонгук, пребывающий в приподнятом настроении, прошёл сразу же за дальний столик и вальяжно расселся на диванчике лицом ко входу. Тэхён аккуратно присел на диванчик напротив него. Минуту парень сверлил глазами Кима, молча прогоняя в своей голове какие-то явно сумасшедшие мысли. На лице его читался абсолютно детский восторг. — Что будете заказывать? — спросила их подошедшая официантка. — Капучино, — ответил Тэхён, не глядя в меню, а увидев, как Чонгук ёрзает на месте, прищурился. — Ты голоден? Могу оплатить счёт. — Мне комбо-обед, — засветился искренней радостью тот, а девушка, кивнув, ушла на кухню. — Слушай, я понял, — наклонив слегка голову, начал Тэхён, глядя на Чона. — Ты увидел, что я при деньгах и решил раскрутить меня на халявный обед. Давай я оставлю тебе деньги и пойду. — Ты чего?! — обиженно воскликнул Чонгук. — Ты же сам предложил. Давай позовём её и откажемся. Я совсем не для этого тебя звал. — Да ладно, не обижайся, — не сдержался от тихого смеха Тэхён, парень выглядел совсем ребёнком с этими надутыми щеками. — От меня не убудет. Тэхён сидел, покачивая ногой, неторопливо пил свой капучино и наблюдал, как парень напротив него с аппетитом набивал живот комбо-обедом. С лица Кима не сходила умильная улыбка — пока парень не матерился и не смотрел на него своими тёмными и чересчур пронзительными глазами, он казался милым домашним любимцем. Каким-нибудь пушистым щеночком или кроликом. — Долго ещё мне ждать твоего обещанного чуда? — спросил он парня, когда тот отодвинул тарелки и отвалился на спинку дивана со стаканом лимонада в руке. — С минуты на минуту он подойдёт, — заверил Чонгук, вернувшись к детальному рассматриванию его лица. Да уж, лучше бы он продолжал есть, уткнувшись в тарелку, эти глаза немного напрягали. Серьёзное лицо парня, его резкие черты лица и глубокий взгляд тёмных глаз сразу же стирали его детский образ и добавляли лет десять к его возрасту. Интересно, сколько ему на самом деле лет? Скользнув взглядом за спину Кима, парень просветлел и закусил нижнюю губу, а Тэхён услышал позади тот же голос, что хрипло разговаривал с «Гуки» двадцать минут назад, но слышать его не через динамик телефона было по непонятной причине страшно до дрожи: — Ваа, Гуки, ты подружку привёл познакомиться? Владелец этого низкого медового голоса плюхнулся на диванчик рядом с Чонгуком, повернул своё улыбающееся во все тридцать два зуба лицо к Тэхёну, и над столом повисла звенящая тишина. У Кима было ощущение глубоководного погружения — в ушах он слышал собственный участившийся пульс, а перед глазами плясали мушки. Перед ним сидело его собственное отражение, правда, в каком-то кривом зеркале — волосы пересушены дешёвой краской, лицо выглядело слегка припухшим, а глаза без сапфировых линз и с синяками под ними от постоянного недосыпа. — Я же говорил, а? Говорил же! — первым отмер счастливый Чонгук. Он с неподдельной щенячьей радостью, разве что без высунутого языка, переводил взгляд от одного к другому. — Говорил же, охуеешь! — Ты кто? — пугливо спросил новенький, не обращая внимания на счастливый лепет сидящего рядом друга и не отводя взгляда от Кима. — Я — Ким Тэхён, — осипшим голосом ответил Тэхён, так же сверля его глазами, — а ты кто, мать твою? — А я — Ким Тэюн, — и снова тишина. Тэюн долго смотрел на него и еле выдавил. — Ты как тюнингованный я. У Чона от смеха лимонад брызнул из носа, а Тэхён прикрыл глаза рукой со словами: «о боже». В это время к ним подошла официантка убрать пустые тарелки Чонгука. Посмотрев на третьего человека за столом, она спросила у Кима, который изначально вызвался оплатить счёт: — Ваш брат будет что-то заказывать или принести счёт? — Комбо-обед, — на автомате ответил тот, продолжая разглядывать Тэюна. — Брат? — Брат? — переспросил тот у него. — Бля, ну точно! — осенило Чонгука. — Брат! В эту минуту у Тэхёна зазвонил телефон. Вытащив его из кармана, он кинул быстрый взгляд на парней и поднял палец с предупреждением помалкивать. — Да, я в химчистку заехал, скоро буду дома, милый, — сказал он, ответив на звонок. Парни на диванчике напротив него с интересом следили за его разговором, периодически переглядываясь между собой. Тэхён постарался закончить как можно скорее, а затем, убрав телефон, достал из кошелька банкноту в сто долларов и протянул Чонгуку. — Расплатишься, парень, сам, мне нужно срочно бежать. — К милому? — расплылся тот в улыбке. — А что, у тебя с этим какие-то проблемы? — бросил Тэхён на него строгий взгляд, но встретившись со слишком игривым прищуром и услышав в ответ: «У нас свободная страна», покачал головой и встал из-за стола. Потом, немного задумавшись, он посмотрел на Тэюна и быстро сказал, пока не передумал. — Запиши мой телефон, созвонимся как-нибудь. Я пока немного в шоке, не могу поверить, что ты и правда мой брат. Тэюн, и сам не до конца осознавший эту ситуацию, на автомате записал номер Тэхёна, набрал и скинул, и они распрощались на сегодня. Тэхён быстрым шагом вышел из кафе, а парни провожали его пристальным взглядом. — Что это было, Гуки? — Сам в шоке. Ты видел, какой он? — Он какой-то нереальный, — вздохнул Тэюн, приступая к своему халявному обеду, — а ты видел его глаза? Ангел, не иначе. Тэхён доехал до дома за пятнадцать минут, принял душ и пошёл готовить ужин для мистера Дугласа. Но мысли его витали далеко от кухни. У него в голове не укладывалось, что у него мог быть брат, но не верить своим собственным глазам не имело смысла. Их схожесть невозможно было отрицать. К тому же Тэюн, так же как и сам Тэхён, красил волосы в тёплый блонд, им это очень шло. Сейчас они отличались лишь цветом глаз — у Тэюна они карие, а Тэхён давно носил цветные линзы разных цветов, не желая возвращаться к родному. Мысль о том, что у него есть шанс обрести какую-никакую семью, не давала ему покоя весь оставшийся день. Он не знал, что из себя представлял этот Тэюн, но, в принципе — даже если он и не захочет в будущем сблизиться и породниться — познакомиться с ним и вообще понять, точно ли они братья, было очень даже любопытно. Где-то на периферии сознания у Кима проскальзывала мысль и о парне, который был с Тэюном. Чонгук показался ему весьма противоречивым персонажем. С одной стороны — хамоватый, необразованный матершинник со скользким взглядом; с другой стороны — милый, наивный ребёнок, смотревший на него с искренним интересом. Было в нём что-то такое, что заставляло мысли Тэхёна постоянно возвращаться к нему. В любом случае эта ситуация зацепила парня, живущего последние годы однотипной жизнью. Тэюн привнёс какую-то интригу в его серые дни. Тэхён решил, что обязательно свяжется с ним завтра же.