Небо Калифорнии

Следующим утром Тэхён проснулся в приподнятом настроении — накануне вечером мистер Дуглас сообщил ему, что уезжает в командировку на неделю. А это значит, что он абсолютно свободен, и никто не отвлечёт его от дел, которые он планировал полночи. Проводив страстными объятиями и словами о любви «своего драгоценного», он достал из папки с документами старые бумаги о своём рождении. На них, кроме стандартных данных о физическом состоянии ребёнка, были данные больницы, в которой он родился. Он уже написал сообщение Тэюну, чтобы парень нашёл свои документы о рождении тоже. Первым делом стоило съездить именно туда и разобраться, родились ли в тот день близнецы, и окончательно поставить точку в вопросе родства. Разбирая старые документы, он вспоминал своё детство, проведённое в приюте. Часто, когда его обижали, он думал о своей маме и пытался понять, почему она его оставила. А теперь, оказывается, она оставила двоих детей. И ему интересно, был ли у него шанс прожить более счастливое детство, если бы его брат оказался в том же приюте, что и он. Он уверен, что брат всегда был бы на его стороне, был бы его настоящим другом и поддержкой. За все восемнадцать лет жизни в приюте он так и не завёл друзей. Чувства, которые он чаще всего испытывал тогда: одиночество, злость и стыд. Опасность, предательство и унижение стали его постоянными спутниками. До двенадцати лет у него было несколько неудачных попыток подружиться, и как-то больше не возникало желания ни с кем сближаться. Он слишком рано понял: чем больше ты привязываешься к человеку, тем сильнее твоё разочарование в нём. Он даже ещё значение таких слов не совсем понимал, но позднее осознал, что он тогда чувствовал и почему стал таким закрытым. Сидя за столом с чашкой чая, Тэхён смотрел в окно: на небе ни облачка, похоже, зима заканчивалась, и наступали тихие, спокойные, ясные дни. Но, тем не менее, до летней жары ещё далеко, а значит, наступало любимое время Тэхёна, когда всё начинало цвести яркими красками и воздух наполнялся приятными ароматами. Парень улыбнулся сам себе и набрал номер Тэюна. — Привет, предлагаю съездить сегодня в больницу, где мы родились. Ты нашёл документы? — Да, приветик, — отозвался сонный парень на том конце, — я всё приготовил и свободен. — Хорошо, давай встретимся в том же кафе через час. Тэхёну всё ещё странно разговаривать с человеком, у которого голос очень похож на его собственный — это как будто ты разговариваешь с аудиозаписью самого себя. Правда, в голосе Тэюна можно услышать слегка хрипловатые нотки, возможно, в отличие от Тэхёна, он курил. Свою первую и последнюю сигарету он выкурил в приюте. Ему дали попробовать бесплатно, так же как и другим. Но, в отличие от них, его не затянуло, и слава богу, Тэхён видел — за все последующие сигареты приходилось платить. Каким образом старшие доставали сигареты, он не знал и не хотел знать. Он лишь радовался в глубине души, что хотя бы от необходимости оплачивать эту пагубную привычку он был избавлен. А Тэюн? Он начал курить в приюте? Приняв душ и собрав небольшую сумку с вещами, он вышел из дома, сказав охраннику у ворот, что проведёт неделю в своей квартире и вернётся к приезду мистера Дугласа. Быстро доехав до места встречи, он зашёл в кафе и заказал фруктовый коктейль. Наблюдая за другими посетителями, занятыми своими делами, он чувствовал себя так, как будто впереди его ждало какое-то приключение, и никак не мог отделаться от этого радостного предвкушения. Минут через пять в кафе вошёл помятый Тэюн, а вслед за ним радостный Чонгук. Парни подошли к столику Тэхёна, синхронно плюхнулись на диванчик напротив него и с удовольствием обнаружили, что их уже ждёт кофе. — Ого, два кофе? Откуда знал, что Гуки за мной увяжется? «Надеялся». — Догадался, — сказал он вслух с улыбкой. — Он вчера больше нас радовался воссоединению семьи. — Немного задумавшись, Тэхён спросил: — Вы не работаете? Второй день подряд днём встречаемся. — Работаем, — ответил ему Тэюн, но, почувствовав удар ноги Чонгука под столом, слегка прокашлявшись, добавил, — сменами работаем, вечерними. А ты? — А я не работаю, — пожал плечами Тэхён. — У меня свой салон красоты, но я хожу туда только на процедуры, для работы там у меня есть управляющий. — Ааа… — понимающе протянул Чонгук, хмыкнув и слегка дёрнув головой, — богатый папик у тебя, значит. Ну, тот, который «милый». — Зависть — плохое чувство, Гуки, — посмеялся Тэюн и толкнул друга локтем в бок, а потом, повернувшись к Тэхёну, пристально глядя ему в глаза, добавил, — хотя я тоже немного тебе завидую. То есть я всегда мечтал купить себе цветные линзы, но… денег нет пока. — А, что-то припоминаю, — ухмыльнулся Тэхён, вспомнив первую встречу с Чонгуком. — Тэ, я тебе пятьсот раз уже говорил — твои глаза и так прекрасны, — ворчал Чон, допивая свой кофе. А Тэхён иронично хмыкнул — у него есть деньги на линзы, но нет человека, который убеждал бы его в том, что он и без них красивый. — Но я хочу небесно-голубые, — мечтательно протянул Тэюн, не слушая друга. — Ага, как небо Калифорнии, — улыбнулся Тэхён, вставая из-за стола. — Поехали, если не хотите опоздать на свою вечернюю смену. Подскочив с удобного диванчика, друзья чуть ли не вприпрыжку побежали догонять своего нового знакомого. Выйдя на улицу, Тэюн замер возле машины, которую открывал Тэхён. — Твою мать, мой брат — олигарх. — Пока не разберёмся с больницей, я бы не стал утверждать наше родство. — Да ладно, — начал возмущаться Чонгук, — это же и так очевидно, вы как грёбаное зеркало, а в клонирование я не верю. Просто интересно, почему Тэ отдали в приют. — Вообще-то, не только Тэ, но и меня тоже. И главный вопрос в том, почему в разные… А если серьёзно, думаю, вряд ли нам что-то скажут, и я, если честно, даже не знаю, что спрашивать, — пожал плечами Тэхён, приглашая парней уже сесть в машину, и сам сел за руль. Тэюн с удовольствием плюхнулся на переднее сиденье, пристегнулся, когда водитель, заводя двигатель, хмуро посмотрел на него. Взял с приборной доски бумаги Тэхёна. Достав из-за пазухи свои документы, он принялся их сравнивать. С каждой секундой лицо парня становилось всё мрачнее, и, остановившись на светофоре, Тэхён изумлённо уставился на текущие в два ручья слёзы блондина. — Чего? — Ты на четыре минуты старше, Тэхён, — еле выговорил он сквозь всхлипы и повернул к нему два документа о рождении, по которым даже с первого невооружённого взгляд видно, что они заполнены в одно время и одинаковым почерком, не говоря уже о том, что на бланке одной больницы. — Ну, звиздец! — подал голос с задних сидений Чонгук. Всю дорогу до больницы парни ехали молча. Никто из них не мог до конца поверить, что это на самом деле так. Казалось, привычный мир Тэхёна распадался на части. Ещё вчера он был одиноким сиротой из приюта, а уже сегодня выяснилось, что у него есть брат-близнец. И вот вроде бы он должен быть счастлив, ведь он, наконец, обрёл семью, о которой даже не мечтал последние лет пятнадцать. Но в его сердце нет места нежным чувствам, и он не мог понять того выжигающего застарелые раны ощущения, которое странным образом зародилось в его груди. А что такое семья? Этот вопрос приходил Тэхёну в голову неоднократно в те моменты, когда он топил себя солёными слезами долгими, бессонными из-за ноющих синяков ночами в приюте. Почему он так о ней мечтал и что она ему могла дать? Возможно, ему необходимо было осознавать себя частью чего-то большего. Возможно, он хотел, чтобы кто-то его безоговорочно любил не за что-то, а просто за то, что он существует в этом мире. Тэхён нуждался в тех, кому он хотел бы отдавать, не требуя ничего взамен, прощать, не требуя объяснений, доверять, не проверяя. Тяжело осознавать, что его семейного древа не существует — не осталось ни корней, ни ствола — он в этом мире всего лишь никому не нужная отломанная ветка. Сидя плечом к плечу с точно такой же «веткой», далёкой, незнакомой, но бывшей когда-то частью одного с тобой дерева, ощущаешь странное чувство, заставляющее тебя хотя бы попробовать «срастись». Прокручивая в голове подобные мысли, Тэхён не заметил, как навигатор сообщил о прибытии к пункту назначения. Эта больница находилась в южной части города — «не самый безопасный район», — Тэхён огляделся, выходя из машины. Ну, приехать — приехали, а что делать дальше — никто из них не знал. Решили наудачу зайти в родильное отделение и спросить, кто у них занимается вопросами усыновления или переводом в приют. Больница была довольно большой, парни подумали немного и разделились — Тэхён пошёл к администратору у входа в главное крыло, а те двое — в справочную в другом крыле. Нетрудно представить, каково было разочарование парней, когда узнали, что родильное отделение упразднили двадцать лет назад. Сидя на лавочке в парке перед больницей, они опять молчали. Тэхён сидел с закрытыми глазами, откинув голову на спинку, Тэюн курил, медленно выдувая кольца дыма, а Чонгук, сидящий между ними, наконец-то взял в руки документы о рождении братьев, которые только сейчас ему дали посмотреть. — Ну и чего вы расстроились? — он отложил бумаги, оглядывая их обоих. — Ну и так ясно, что вы — родные братья. Чего переживать-то? В чём смысл вообще разбираться, почему вас поместили в разные приюты? Вариантов не так много, по сути. Первый — шанс того, что кто-то захочет усыновить близнецов, гораздо ниже, обычно все хотят одного ребёнка. Второй (и самый очевидный) — в одном приюте просто не оказалось места для обоих, поэтому и взяли только одного. Главное же не это. Главное — вы наконец-то нашли друг друга. Братишки! — воскликнул он восторженно и обнял обоих. — И то верно, — согласился с ним Тэюн и, откинув докуренную сигарету, поднялся со скамейки. Обратившись к поднявшему на него взгляд Тэхёну, он закончил: — Ну, вези нас обратно, наш рыцарь на белом коне. Парни поднялись за ним следом и пошли на парковку у больницы, чтобы отправиться в обратный путь. Тэхён шёл чуть позади и смотрел на идущих впереди него друзей — они что-то живо обсуждали и временами взрывались хохотом. Хорошо, что Тэюн всё-таки смог подружиться, теперь у него есть человек, поддерживающий его во всём. А ведь наверняка в приюте его тоже дразнили, избивали и обижали. Наверняка были случаи обмана, подставы и предательства. Но, выйдя оттуда, в отличие от Тэхёна, он не перестал верить в людей, подпустил к себе этого милого мальчика и сдружился. А как легко тот смог его успокоить! Ведь всего пару минут назад он нервно курил и не находил себе места, а сейчас загибается от смеха, хлопая Чонгука по плечу. Друзья подошли к машине и начали спорить, кто сядет на переднее сиденье. — Вы как дети малые, — покачал головой Тэхён, снимая машину с сигнализации. — Не буду спорить, всю жизнь мечтал о старшем брате, который бы меня любил и защищал, — поиграл бровями Тэюн и подмигнул, а у Тэхёна что-то слабо кольнуло в сердце. — Ооо, семейная идиллия, — протянул Чон и, воспользовавшись моментом, проскользнул на переднее сиденье. — Куда вас отвезти, парни? — спросил Тэхён, заводя двигатель. — Вы сразу на работу сейчас? — Да, думаю, нам нет смысла заезжать домой, — задумался Тэюн, удобно располагаясь сзади. — Высади нас там же, у кафе, — быстро проговорил Чонгук и уставился в свой телефон. Тэхён заметил через зеркало заднего вида, как Тэюн внимательно посмотрел на друга, слегка наклонив голову. Интересненькое дело… Через пару минут тишины Тэхён всё же спросил: — Вы, ребята, вместе живёте? — Да, — с улыбкой ответил ему брат, — уже год Гуки живёт у меня и помогает платить за квартиру. — На работе познакомились? — Тэхён просто пытался поддержать разговор, но чувствовал — чем больше он задаёт вопросов, тем больше Чонгук напрягается. — Нет, — резко ответил Чон и едва заметно повернул голову к Тэюну, но это всё равно не ускользнуло от Тэхёна, и он решил прекратить расспросы. Он знал этих двоих всего два дня, и, несмотря, что один из них — его родной брат, напряжение между ними иногда возникало таким сильным, что Тэхёну становилось не по себе. Тэюн, кажется, тоже заметил это и живо принялся болтать о какой-то ерунде, просто не затыкаясь, а сидящие на передних сиденьях парни молча смотрели на дорогу. Тэхён мог бы притвориться любезным собеседником, как делал это постоянно на протяжении последних нескольких лет, но он решил для себя, сидя на скамейке возле больницы, что с Тэюном никогда не будет лицемерить. Его брат заслуживал от него только искренности, даже если пока ему было непривычно и неудобно раскрываться перед незнакомым человеком. У них будет ещё время познакомиться как следует, узнать друг друга получше и рассказать о своём прошлом. Не стоит омрачать их отношения обманом и наигранностью. Тэюн казался грубоватым, иногда глуповатым, но Тэхёна это не отталкивало, он знал, что всё идёт с приютских времён. Если бы Тэхён не научился надевать на себя маску вежливости и интеллигентности, он был бы, по сути, таким же, ведь думать он продолжает нередко грубо, матерясь не меньше. Ему повезло в жизни чуть больше, чем брату. У него есть деньги на образование, недоступное Тэюну. А почему Чонгук такой грубый, Тэхён не понимал, ведь он ничего не знал о его прошлом. И, кажется, ему совсем не подходит такая манера общения. Когда парень молчит, он выглядит ребёнком, но как только начинает говорить, слух Тэхёна режет этим несоответствием. И сложно сказать, почему он вообще об этом задумывался, ведь его должен интересовать только брат. Ну, пусть уж будет таким, какой он есть. Этот «хвостик» был каким-то отвлекающим мельтешением, но Тэхён понял — эти двое шли комплектом, и находить общий язык ему нужно с обоими. — Что насчёт завтра, Тэюн? — Тэхён заглушил двигатель, припарковавшись возле кафе, и обернулся назад. — Встретимся или у тебя какие-то планы? У меня неделя совершенно свободна, так что я могу в любое время подъехать куда тебе нужно. — А давайте сходим на пикник в парк?! — Тэюн излучал радость, и губы Тэхёна сами собой расползлись в улыбке. — Ты будешь не рад, если я опять увяжусь за ним? — Чонгук отстегнул ремень безопасности. — Я буду рад, — «чёрт, надо было сказать, что мне без разницы, или хотя бы — как хочешь. Вот придурок», — ругал себя Тэхён, слова вырвались быстрее, чем он успел осознать это. А Чонгук замер на секунду, но, тут же спохватившись, улыбнулся и спешно вышел из машины. Договорившись встретиться назавтра в ближайшем к этому кафе парке в час дня, парни попрощались с Тэхёном через открытое окно его автомобиля, а тот завёл двигатель и отправился в свои апартаменты. *** Довольно большая квартира с двумя спальнями встречала его приятным уютом. В доме мистера Дугласа он не менял ровным счётом ни одной детали интерьера. У него за три года совместной жизни ни разу не появилось желание привнести что-то своё. Тот был холодным и безжизненным, таким, каким ощущал себя Тэхён, и он не стремился проникнуться тёплыми чувствами ко всему, что касалось его положения. Оставив свои мягкие мокасины на пороге, Тэхён прошёл на кухню и выгрузил на стол продукты, которые он купил в супермаркете по дороге. Он планировал пожить здесь неделю, так что взял те продукты, которые любил именно он, а не мистер Дуглас. Их вкусы сильно отличались, хотя его «возлюбленный» за три года об этом даже не догадался. Ну а зачем тому знать, что Тэхён не ест яйца, если всё равно на завтрак у них каждый день традиционная яичница с беконом? Мистер Дуглас в первый же их совместный завтрак сказал Тэхёну, что завтракает так уже двадцать пять лет, и это один из китов, на которых держится его жизнь. Ну, так и пусть дальше держится. Тэхён знает, что ради него никто ничего менять в себе и в своей жизни не будет. И это его нисколько не задевает. Разложив продукты по шкафчикам, Ким пошёл в душ. Раздевшись, он встал напротив зеркала и осмотрел себя с головы до ног — идеально от кончиков волос до пальцев на ногах. Где-то глубоко внутри он осознавал, что помешанность на собственной внешности — это вопрос в компетенции психологов и психиатров, но он ничего не мог с этим поделать. Придвинувшись вплотную к зеркалу, он вытащил сапфировые линзы и посмотрел в свои карие глаза. «Твои глаза и так прекрасны», — как бы он хотел услышать эти слова от Чонгука прямо сейчас. Он в этом сильно нуждался. — Твои глаза прекрасны, — сказал он вслух сам себе и выбросил цветные линзы в мусорное ведро, убеждая себя в том, что это правда. Приняв горячий душ, он провёл ещё полчаса у зеркала, ухаживая за своей кожей. Использовал всевозможные баночки и бутылёчки, занимающие четыре полки большого шкафа, стоявшего рядом с раковиной. И это ещё предметы первой необходимости для его временного места пребывания. В доме мистера Дугласа, в его ванной размещены два шкафа для всех этих средств. С чувством полного удовлетворения он взглянул ещё раз на своё отражение и вышел из ванной. Сидя на диване в гостиной в полной тишине, он неожиданно впервые за всё время, проведённое в этой квартире с момента её покупки, почувствовал себя одиноко. Ему вспомнилось, с какой тёплой улыбкой Тэюн говорил, что они с Чонгуком живут вместе. Тому вовсе не было стыдно за то, что два взрослых парня вынуждены делить одну квартиру из-за того, что оба не могли финансово потянуть отдельное жильё. Им действительно хорошо и спокойно вместе. Тэхён же никогда не пил пиво с другом, не играл в приставку, не обсуждал новинки кино или какие-то другие общие интересы, у него нет никаких хобби. Всё, чем он занимался в свободное время — это посещение своего собственного салона красоты и непонятное самообразование. И когда он успел превратиться в пустую оболочку, помешанную на собственной красоте? Или он всегда был таким? На этой безрадостной мысли он встал с дивана и подошёл к мини-бару на кухне. Достав бутылку вина, вернулся в гостиную и выпил её за полчаса прямо из горла, завалившись спать там же. Не слишком эстетично и аристократично — да и хрен с ним. Идеальная жизнь Ким Тэхёна дала трещину.