Небо Калифорнии

«Какая же я лицемерная сволочь», — думал Тэхён, собирая вещи в сумку, готовясь вернуться в дом мистера Дугласа. Он уже несколько дней не связывался с братом и выпил столько алкоголя, сколько не пил последний год. Сегодня поздно вечером ему нужно вернуться и изображать из себя примерного мальчика, в то время, как внутри него бушуют ураганы. Он мог врать сколько угодно, кому угодно, но себя обмануть не мог — он ни дня не любил и никогда не полюбит человека, с которым жил уже три года практически семейной жизнью. Ему порядком надоели светские беседы на деловых встречах и в художественных галереях. В первую очередь из-за друзей, знакомых и партнёров его «возлюбленного», что были значительно старше Тэхёна. Более того, парень с ужасом ожидал тот день, когда у него совсем угаснет его либидо, требующее совсем не того, что получал Ким. Последний раз Тэхён был в позиции «сверху» чуть меньше трёх лет назад. Но после, как чуть не потерял из-за этого всё, что едва успел получить, съехавшись с богатым покровителем, больше не рисковал. Перспектива стать импотентом к тридцати годам его, безусловно, не устраивала, но любой человек рано или поздно сталкивается в своей жизни с ситуацией, в которой ему приходится делать выбор. И в последнее время Тэхён всё чаще задавался вопросом: а правильный ли выбор он сделал? И ещё один вопрос, который не давал ему покоя последние несколько дней: а имел ли право Тэхён обвинять Тэюна и Чонгука в скрытии того, что они оказывали секс услуги? Да, он с ними не ругался, в лицо не обвинял, не высказывал своего мнения, но он оборвал из-за этого связь с братом, единственным родным человеком, которого только-только успел найти. Попытавшись позвонить и объясниться, Ким понял, что брат кинул его номер в чёрный список, справедливо обидевшись. Осознав, что, возможно, своим поведением сделал больно брату… и Чонгуку, Тэхён ощутил себя мерзким, низким человечишкой, возомнившим себя вправе кого-то судить. Бросив сумку на заднее сиденье своего авто, он решительно сел за руль и отправился в кафе, в котором впервые встретил брата. Если понадобится, он просидит там до вечера, но не упустит шанса извиниться. Потратив на дорогу около получаса, он припарковался недалеко от входа в кафе и, особо ни на что не надеясь, вышел из машины. Увидев за дальним столиком сидящих друзей, Тэхён обрадовался своей везучести, подошёл к официантке и попросил добавить к их заказу мясную нарезку, десерты и чайник фруктового чая. Собравшись с духом, он подошёл к парням и встал сбоку от стола, молча дожидаясь, когда они обратят на него внимание. Первым поднял на него глаза Чонгук. Тэхён замер, увидев начавшие уже сходить синяки и слегка опухший левый глаз, но не решился спросить, кто это сделал. Чонгук сверлил его нечитаемым взглядом несколько секунд, показавшиеся вечностью. — Не боишься испачкаться? — голос бесцветный, ничего не выражающий. — Что? — не понял Тэхён, переводя взгляд с одного на другого, но брат продолжал разглядывать поверхность стола, а Чонгук, хмыкнув, соизволил пояснить. — Ты игнорил сообщения брата, отказался встретиться с ним и поговорить, ты решил, что с таким дерьмом, как мы, не стоит связываться. Так чего ж сейчас стоишь тут? Не воняет тебе, а? — Тэхён открыл рот, в попытке объясниться, но тот продолжил с нескрываемым разочарованием в голосе. — Да, мы проститутки, но и ты не лучше, Тэхён. Ты — такая же шлюха, только для одного конкретного толстого кошелька. — Чонгук, — подал вдруг голос Тэюн. Он всё также не смотрел на брата, но сказал тоном, не терпящим возражений, — не смей обвинять человека, не разобравшись в причинах. — Но он же… — начал возмущённо младший, но был перебит. — Я не с ним сейчас говорю, а с тобой. Мне неважно, что сделал он, мне важно, чтобы ты так не делал. Из тебя ещё можно сделать хорошего человека. — А вам не воняет? — еле слышно спросил Тэхён, а когда увидел на себе два вопросительных взгляда, добавил. — Я чувствую себя справедливо облитым помоями. Попятившись пару шагов в сторону свободного столика, он присел на край дивана и прикрыл глаза, подперев голову рукой. Он понял, что брат не захочет больше с ним общаться, но не мог найти в себе сил сесть сейчас за руль. Краем уха он услышал, как парни за соседним столиком удивились принесённым официанткой блюдам, но не стал поворачиваться в их сторону. Брат прав — он, не говоря ни слова, обвинил их в том, в чём не имел права винить, не разобравшись. И Чонгук прав — он сам ничем не лучше них. Через несколько минут он почувствовал, что кто-то сел на диван напротив него, и открыл глаза. Тэюн сел за его столик, поставив перед братом чашку с фруктовым чаем. — Я не стану извиняться за то, кем являюсь, — начал он, не дожидаясь ответа. — Да, блять, мы проститутки, и ты либо смиришься с этим, либо уйдёшь из нашей жизни навсегда. Нам и без тебя заебись. А с тобой всё пошло по пизде. Я не говорю, что мы гордимся этим, но, если нет других вариантов, надо просто принять данность и радоваться, что ты ещё не сдох. Мы в том бизнесе, с которого не соскочить, так что выбор за тобой. — Поехали в Корею, — вдруг неожиданно предложил Тэхён. — Чего? — после продолжительного молчания уточнил Тэюн, думая, что неправильно понял. — У меня есть деньги, — загорелся идеей Тэхён. Он кинул взгляд на соседний столик и увидел Чонгука, зависшего с поднесённой ко рту вилкой с кусочком мяса. Улыбнувшись младшему, он подозвал его за столик и, дождавшись, когда тот пересядет к ним, продолжил. — Меня здесь ничего не держит, вас мы сможем там спрятать от вашего бизнеса. Давайте просто возьмём и уедем отсюда к чёртовой матери. — Почему именно в Корею? — недоверчиво спросил брат. — Потому что, чем дальше, тем лучше. И потому что мы — грёбаные корейцы, — объяснил Тэ. — Я, блять, понимаю, что у меня гены, но кроме внешности во мне корейского примерно нихрена! — начал возмущаться Тэюн. — Я с рождения в приюте, не говорю по-корейски, не знаю традиций, не в курсе о культуре. Я… боюсь не вписаться туда. А у тебя разве не так? — Когда я… ну… сошёлся с мистером Дугласом, — смущённо и нехотя объяснял Тэхён, — он позволил мне тратить сколько угодно денег и брать любые дистанционные курсы для саморазвития. В какой-то момент меня потянуло к корням, и я выучил корейский. А вообще, у меня два высших образования и несколько узкоспециализированных курсов… — Бля, я бы нашёл другое применение деньгам, если бы у меня был богатый папик, — проворчал Чонгук, доедая десерт. — Поэтому на его месте сидит он, а не ты. — Логично. — Чонгук, а как у тебя с корейским? — спросил Тэхён и обрадовался, услышав искренний смех младшего. Значит, ещё не всё так плохо, значит, у него ещё есть шанс не потерять их навсегда. — Я грёбаный кореец, как ты выразился, — просмеявшись, ответил тот. — Я родился в стопроцентной корейской семье, в корейском квартале, бывал в таком? — услышав логичное «нет», он продолжил. — До девятнадцати лет я крутился, в основном, среди корейцев, так что с этим проблем у меня нет. — А с чем у тебя есть проблемы? — Меня выгнали из дома прямо в домашних шмотках, и у меня не было с собой ни телефона, ни денег, ни документов. В лав-отеле мне сделали фиктивные документы, но по ним из страны я не вылечу. — Жесть. Ну так же нельзя, ты, фактически, никуда не можешь сунуться с этими сомнительными бумажками. Ты почти что в рабстве там! Чонгук фыркнул, глядя на изумлённого Тэхёна, но не ожидал, что его друга так заденут эти слова. — Это я во всём виноват, — убитым голосом сказал тот, глядя в стол, — Чонгук попал в этот отель из-за меня. Хреновый из меня друг, если я не смог предотвратить этого. Не думай о нём плохо, — добавил он, посмотрев на Тэхёна. — Он всё ещё такой же милый мальчик, которого я встретил год назад. И если… если ты, и правда, предлагаешь нам уехать, надо что-то придумать с его документами. Подать заявление на восстановление или что-то типа того. Правда, я не совсем понимаю, как смогу там жить. — Надо в полицию, наверное, обратиться, — предложил Тэхён. — А вот туда точно не надо, — грустно усмехнулся брат. — Богом не одобрит. А если он что-то не одобрит, то… — он кивнул на Чонгука. — Кто такой Богом? За что он тебя избил? — перебил Тэхён, обращаясь к младшему. — А, фигня, — отмахнулся тот, отпивая чай. — Зато я получил халявные отгулы. — А я, кстати, нет, — засуетился Тэюн, собираясь уходить. — Мне пора на работу. Заскочу в душ и впритык успею. Парни проводили взглядом убегающего блондина и остались сидеть в тишине. Где-то в глубине души Тэхёна теплилась надежда, что всё у них троих будет хорошо, но на поверхности лежало слишком много проблем. Первая и самая важная проблема — мистер Дуглас. Нужно сделать всё возможное, чтобы он не узнал о его новых знакомых. Вторая проблема — документы Чонгука. Без полиции возможность их восстановления сводилась практически к нулю, но Тэхён не намерен сдаваться. Он собирался заняться этим уже в ближайшее время. Ну а как только первые две проблемы будут решены, третью проблему — работу парней — они решат бегством в Корею. Посидев ещё немного, парни решили прокатиться на машине. Ветер из открытого люка растрепал их волосы, но они не торопились поправлять причёски, двигаясь в такт какой-то зажигательной песни по радио. Им было весело, но вдруг Чонгук погрустнел и спросил у Тэхёна, когда они остановились на светофоре. — У тебя же много денег? — Ну не так чтобы прямо много, смотря что тебе нужно, — Тэхён готов купить ему что угодно, но уже заранее начал думать, что чем меньше вещей, тем легче им будет уезжать. — Давай съездим в наш отель и снимем Тэ на ночь. — Чего? — не совсем понял Тэхён. — Ну… нам здесь весело, а он там… — пояснил Чонгук, — полночи будет. Просто, у меня отгулы, но они неоплачиваемые. Из-за этого он пашет за двоих всю неделю. Но если ты не хочешь, то не надо, конечно. — Чонгук, я даже не подумал об этом, — Тэхён свернул на ближайшем повороте и поехал в сторону Мелроуз-авеню. Чонгук попросил его телефон и, пока они ехали, забронировал Тэюна на всю смену и оплатил, с разрешения Тэхёна, заказ. «Как будто пиццу заказали», — грустно добавил он, но Тэхён его не услышал, он думал о чём-то своём. А точнее, о своём положении. Его брата можно вот так легко освободить от работы, оплатив боссу смену, и это не так уж и дорого, если подумать. А вот самому Тэхёну нужно вернуться сегодня к приезду мистера Дугласа, и никто не сможет освободить его от этой обязанности. И у кого из них больше свободы в таком случае? Когда Тэхён остановил машину напротив неоновых вывесок отеля, Чонгук опустил окно и крикнул: — Заказ номер тридцать восемь Би, прошу в карету! Увидев знакомую машину, Тэюн радостно подбежал к друзьям и запрыгнул на задние сиденья. Чонгук рассказал ему, что брат оплатил ему сегодняшнюю смену, и они едут развлекаться. Друзья смеялись и что-то радостно обсуждали, пока Тэхён вёл машину подальше от этого ненавистного ему места. Приехав к бару на пляже, парни заказали напитки и расположились на шезлонгах. Два часа они болтали без умолку и рассказывали друг другу истории из жизни. Кажется, Тэхёну ещё никто не был ближе этих двоих. С ними он чувствовал себя свободно, комфортно, как будто они — ещё одно тихое местечко, где он хотел бы быть всегда. Ему нравилось видеть счастливые глаза Тэюна и то, с какой добротой и заботой он смотрел на Чонгука. И у него в груди всё замирало, когда встречался с его взглядом, полным безусловной братской любви, хотя раньше он и не знал, что это такое. На Чонгука ему было больно смотреть — его желтеющие синяки не давали ему покоя. Что же это за работа такая, где чуть что, сразу получаешь в лицо. А может, ещё и похуже, что парни ему не рискнули рассказать. Нет, долго это не может продолжаться, нужно срочно решать вопрос с документами и уезжать отсюда. Посмотрев на часы, Тэхён поднялся и объявив, что им пора двигаться обратно. — Я отвезу вас домой, мне уже нужно возвращаться, — сказал он, заводя двигатель, — могу и завтра забронировать тебя, Тэ. Чонгук, ты ещё не работаешь? — Нет, у меня ещё два дня, — Чонгук взбудоражен сегодняшними вечерними событиями и никак не мог сидеть спокойно, крутясь и подпрыгивая на задних сиденьях. — Ты правда забронируешь Тэ на завтра? Когда Чон увидел подтверждающий кивок Тэхёна, он набросился на сидящего спереди друга с объятиями, а тот повернулся к брату, положив руку на его плечо: — Что ж, в Корею, так в Корею. Буду изображать из себя немого, а вы всё будете говорить за меня. Тэхён удовлетворённо улыбнулся и больше не сомневался в своём решении. Осталось продумать план и решить все проблемы в порядке очерёдности. Высадив парней возле их дома, он скептически посмотрел на унылую обшарпанную многоэтажку и поехал в дом мистера Дугласа. Получив от охранника у ворот информацию, что хозяин ещё не вернулся, он поставил машину в гараж и выгрузил контейнеры с готовой едой, которую он купил в ресторане по дороге. Переложив еду из контейнеров в сковороду и сотейник, он быстренько уничтожил улики, чтобы мистер Дуглас поверил, что Тэхён, как примерная хозяйка, ждал его приезда. Приблизительно через час он, как обычно, встретил «любимого» у входа в дом, практически, как верный пёс, разве что тапочек в зубах не хватало. Поцеловав мистера Дугласа, он впервые за три года не смог абстрагироваться от ситуации и едва сдержал гримасу отвращения. «Нет, рано расслабляться, нужно потерпеть ещё чуть-чуть». — Я приготовил ужин к твоему возвращению, — выдавил из себя улыбку и любезный тон Тэхён. — Ты наверняка устал с дороги, поешь, сходи в ванну и ложись поспи. Попросив рассказать, как прошла командировка, Тэхён молча делал заинтересованный вид, слушая нудный рассказ мистера Дугласа весь ужин. Загрузив посуду в посудомоечную машину, он наскоро принял душ и запрыгнул в кровать, делая вид, что ужасно устал и уснул до того, как мужчина вернулся после принятия приготовленной ему расслабляющей ванны. «Вроде пронесло», — подумал он, когда услышал ровное дыхание на второй половине кровати, и с облегчением уснул. Но примерно через час Тэхён почувствовал на себе руки, блуждающие по его телу. «Чёрт, чёрт, чёрт, надо притворяться дальше, не захочет же он с куклой развлекаться», — пронеслась у него мысль, но надежда на хороший исход угасла, когда мистер Дуглас, не заботясь о том, спит ли парень, начал стягивать с него пижаму и бельё. Услышав щелчок открывающейся крышки, Ким понял, что притворяться не имело больше смысла, поднял глаза на мужчину и заставил себя растянуть губы в улыбке. Тэхён хороший актёр, ведь нет ничего хуже противных скользких пальцев мистера Дугласа в нём; хотя, есть — его слишком быстро входящий член. Слишком мало. Слишком мало смазки, слишком мало времени на растяжку, слишком мало заботы. И слишком много. Слишком много грубости, слишком много боли, слишком много мистера Дугласа. — Я соскучился, — шепнул тот напоследок Тэхёну на ухо, поцеловал в висок и ушёл в душ, а Ким лишь вымученно улыбнулся, проваливаясь в болезненный сон. *** Проснувшись рано утром, Тэхён обнаружил новое пополнение счёта на своей карте («моральная компенсация, видимо, ну или на обезболивающее», — усмехнулся он), приготовил традиционную яичницу с беконом для мистера Дугласа, а сам лишь выпил кофе вместе с ним, сославшись на отсутствие аппетита. Провожая мужчину на работу, он сообщил, что весь день проведёт в своём салоне, что, в общем-то, было правдой, ведь сегодня он планировал отвезти туда Тэюна и Чонгука для оказания им полного комплекса услуг. Как только дверь за мистером Дугласом закрылась, Тэхён вздохнул с облегчением и пошёл готовить себе завтрак — рисовую кашу с молоком — а потом тщательно проветрил кухню, чтобы не осталось запаха молока. Дурацкая привычка делать всё тайком, будто каша по утрам — это что-то противозаконное. По радио, висевшему в ванной комнате, Тэхён услышал, что на сегодня прогнозировали вечернюю грозу. Чистя зубы, он подумал, что необходимо вернуться домой пораньше, а значит уже пора выдвигаться. Написав Тэюну, что выезжает, он взял с тумбочки ключи и, забрав машину из гаража, направился в сторону дома друзей. В очередной раз обводя взглядом рассыпающуюся на глазах, не знавшую ремонта многоэтажку, он поблагодарил бога, что судьба была к нему чуть более благосклонна, и ему не приходилось жить в таком клоповнике. Но, увидев улыбающихся счастливыми улыбками парней, которые вышли, едва увидев в окно его приближающуюся машину, он понял, что только он здесь относился так серьёзно ко всем материальным благам. Казалось, что парням достаточно иметь хоть какую-то крышу над головой, а качество материалов, из которых она построена, не имело значения. — Ну что, малыши, готовы посвятить целый день своей красоте? — спросил он, когда парни сели к нему в машину. — Вези нас, наш герой! — восхищённо воскликнул Тэюн, а Чонгук лишь улыбнулся, глядя на него через зеркало заднего вида. Сказать, что девочки Тэхёна были шокированы, увидев его брата — ничего не сказать. У некоторых из них пропал дар речи, у некоторых глаза округлились и чуть не выпали из орбит, одна схватилась за сердце, а у парочки даже началась тихая истерика. Посидев на кухне за успокаивающим чаем, они пообщались и, после короткого рассказа об истории воссоединения семьи, расслабились. Парней проводили в личный процедурный кабинет Тэхёна и разложили дополнительное место для Чонгука. Сначала им сделали косметический массаж, не ограничиваясь лицом, а уделив внимание всему телу, затем отбелили зубы ультрафиолетом, после чего отправили в кресла к стилистам. Около двух часов стилисты Тэхёна колдовали у зеркала, совершенствуя внешность парней. Ким в это время вышел из кабинета для проверки документации, чтобы не терять время. Услышав, что парни освободились, встал из-за компьютера, да так и замер. — Какие же вы… — он не мог подобрать подходящих слов, потому что «красивые» — было слишком банально. — Спасибо, — парни подскочили к Тэхёну и обняли с двух сторон. — Это ещё не всё, нас ещё ждут дела, — улыбнулся он, отводя парней к машине, попрощавшись со своими девочками. После салона они поехали в торговый центр. Тэхён отдал Тэюну свою карту и сказал напоследок: — В слишком масс-маркетные магазины не заходите. Если уж стесняетесь ходить по бутикам, то хотя бы в магазины средней ценовой категории с качественными вещами сходите. Денег не жалейте. Я подожду вас внизу, не очень люблю ходить по магазинам. Пока парни ходили по этажам торгового центра, Тэхён позвонил своему знакомому юристу, от которого узнал, что восстановить документы Чонгука можно лишь двумя способами: первый — обратиться в полицию по причине утери документов, второй — обратиться к родителям с просьбой вернуть их ему. Через пару часов Тэюн и Чонгук, довольные, вернулись из магазина с полными пакетами, возвращая ему карту. Тэхён отвёз их в кафе пообедать, где и рассказал про единственные варианты вернуть документы. Было решено попытаться попросить их у родителей. — Я боюсь идти туда, — грустно покачал головой Чонгук, — меня прибьют. — Не прибьют, я с тобой поеду, — положил руку ему на плечо Тэхён. — Тогда, если ты не против, Тэ, я бы ещё в один магазин заехал, можно? — спросил Тэюн у брата и, увидев протянутую ему снова карту, обрадовался и выскочил из-за стола, убегая без объяснений. С тяжёлым сердцем поднявшись из-за стола, Чонгук прошёл вслед за Тэхёном к нему в машину, назвал адрес и напряжённо молчал всю дорогу. Серые дома, обвешанные яркими рекламными вывесками с корейскими надписями чуть ли не на каждом балконе, громко намекали, что они уже на месте. Припарковав машину возле одного из домов, Тэхён заглушил двигатель и обратился к Чонгуку, не желающему выходить. — Послушай, нам нужны эти документы, без них тебя не выпустят из страны. Я обещаю тебе — это последний раз, когда тебе придётся с ними общаться. — Я понял. Пойдём. Парни вышли из машины и отправились в квартиру, в которой Чонгук провёл своё детство. Напряжение их не отпускало, а когда Чон остановился напротив одной из дверей и нажал на звонок, Тэхён неожиданно почувствовал, как тот схватил его за руку в поиске поддержки. Сжав крепче его руку, Тэ ощутил лёгкое облегчение, которое улетучилось в тот момент, когда дверь распахнулась. — Как ты посмел вернуться в этот дом?! — воскликнула женщина, открывшая дверь, как только увидела Чонгука. — Ещё хватило наглости мужика своего привести! Ишь, как он тебя приодел, хорошо, видать, сосёшь. — Мама, — начал тихо Чон, — мне нужно забрать свои документы. — В этом доме ничего твоего нет! — отрезала женщина. — Послушайте, — попытался вмешаться Тэхён, ошарашенный таким отношением матери, — не заставляйте нас обращаться в полицию. Чонгуку нужны только документы, удостоверяющие личность, отдайте их — и больше никогда его не увидите. — Удостоверяющие личность? — усмехнулась женщина. — Чонгук — никто, никем и останется. С этими словами женщина захлопнула дверь прямо у них перед носом. Тэхён почувствовал дёрнувшуюся руку Чонгука у него в ладони, и увидел, как тот поджал губы. — Этого следовало ожидать, — едва слышно сказал он с грустной усмешкой. — Поехали, отвезёшь меня домой. Видимо, работать мне в отеле, пока не выкинут за ненадобностью. Только на это моя шкура и годится. Больше Чонгук не сказал ни слова, молча сев в машину на переднее сиденье. Тэхён посмотрел на небо и увидел сгущающиеся тучи — приближалась обещанная гроза. Он завёл двигатель и поспешил в обратную дорогу, поглядывая время от времени на Чонгука, но тот сидел, отвернувшись к окну. Когда они подъехали к дому Чонгука и Тэюна, дождь уже начался. Тэхён отстегнул ремень и сказал Чону, наклоняясь в его сторону: — Подожди, я достану из бардачка запасной зонт, а то промокнешь… Чонгук, ты что, плачешь? Тэхён так и замер с занесённой над бардачком рукой, увидя катящиеся по щекам слёзы парня. Тот шмыгал носом, но мотал головой, не в силах произнести ни слова. — Да брось, ни один человек не достоин твоих слёз, — пытался успокоить его Ким. — Не видел их два года, и ещё столько же не увидишь, и ещё больше. Не их дело, кто тебе нравится, и не им решать, каким тебе быть. — Я никто, — еле выдавил из себя парень, закрывая глаза, отчего слёзы потекли ещё быстрее. — Для кого-то ты никто, а для кого-то — всё. Чонгук поднял на него непонимающий взгляд, а Тэхён, поддавшись какому-то необъяснимому наплыву чувств, наклонился к нему и почти невесомо поцеловал в солёные от слёз губы. Всхлипнув, Чонгук вдохнул ртом, приоткрыв его в удивлении, и Тэхён, не сдержавшись, поцеловал его уже более смачно, оттянув нижнюю губу. А почувствовав у себя на бедре лёгкое прикосновение, рвано выдохнул и углубил поцелуй, не встречая сопротивления. Тэхён наощупь отстегнул ремень безопасности Чонгука и притянул его за затылок ближе к себе, запустив пальцы в его мягкие уложенные волосы. Рука Чонгука медленно продвигалась вверх по его бедру. Тэхён сильнее сжал пальцы и услышал несдержанный стон парня, но в ту же секунду они оба подскочили от неожиданного стука по окну со стороны Чонгука. — Эй, Тэ, — улыбаясь, помахал им мокрый от дождя Тэюн, когда Тэхён опустил тонированное стекло, — я стесняюсь спросить, ты меня на сегодня бронируешь или мне собираться на работу? А то этот пидор босс звонил, спрашивал, почему я задерживаюсь… Гуки… ты плакал? — Да, прямо сейчас забронирую, отдыхай, Тэ, — Тэхён достал всё же зонт из бардачка, пока Чон спешно вытирал лицо от слёз. — До завтра, Чонгук? — До завтра, — ответил ему, не смотря в глаза, младший, вышел из машины, взял с задних сидений пакеты с покупками и убежал в дом вместе с другом, держащим над ним раскрытый зонт. «Чёрт, надо скорее решать вопрос с мистером Дугласом», — подумал Тэхён, доставая телефон, забронировал Тэюна на ночь, завёл двигатель и сорвался с места под визг колёс по мокрому асфальту.