Встретимся с тобой на четвертом этаже

В больницу чуть позже приехала полиция и стала опрашивать пациентов, которых им разрешили. Как оказалось, тот самый Никита умер. Он порезал себе руки и умер от большой потери крови. Мы сидели в коридоре с Арсением и ждали, когда нас пригласят в кабинет для допроса, который был специально отведен для этого случая. Первым вызвали меня, я зашел в кабинет и сел на стул напротив стола, за которым сидел полицейский. (П): где вы были в 14:30-15:00 часов дня? (А): в процедурном кабинете. (П): а что вы там делали? (А): мне было плохо. Я сидел с капельницей. (П): кто-нибудь может это подтвердить? (А): да, медсестра, Арсений Попов и помощница из столовки. (П): вы разговаривали с убитым? (А): да. Ему тоже капельницу ставили. (П): о чем разговаривали? (А): он вёл себя необычно. Назвал моего соседа по палате странным, сказал, что подружиться со мной хочет. Потом сказал, что он следил за нами с Арсением, поэтому я поспешил уйти оттуда. (П): а после процедуры вы куда пошли? (А): в палату. (П): и больше оттуда не выходили? (А): до шума - нет. (П): какого шума? (А): в коридоре врачи начали суетиться, везли его куда-то. (П): хорошо, спасибо. Вы свободны. Позовите вашего соседа по палате, пожалуйста. Я вышел из кабинета и кивнул Арсу, чтобы тот зашел, а сам сел на лавочку, чтобы подождать его. Он вышел из кабинета только через время и посмотрел на меня. Конечно, чуть не заснул, но всё же смог дождаться его. (Ар): можем идти. Я сонно посмотрел на него, не сразу поняв, что он от меня хочет. (А): куда? Он посмеялся и осмотрелся по сторонам. (А): куда идти, Арс? (Ар): в палату, Антон. В палату. Я встал со скамейки и чуть не упал на него, потому что у меня подкосились ноги, но он поймал меня, взял под руку и повел в сторону палаты. Когда мы дошли, я быстро заснул, не смотря на шум, который был в коридоре из-за этого происшествия. Но заснул случайно не на своей кровати. Мы с Поповым сидели и думали над допросом, над вопросами, которые там задавали, и не заметил как уснул облокотившись о стенку. А проснулся уже замотанный в одеяло. Я осмотрел комнату и увидел рядом, тоже сидя, спящего Арсения. Позже решил придвинуться к нему ближе и положить свою голову на его плечо, потому что лежал чуть ниже него, а после накинув на него одну сторону одеяла, снова заснул. **** Проспали мы довольно много. Меня разбудила помощница, чтобы идти на ужин, так как полдник уже пропустили. Потянулся, сидя на кровати, и посмотрел на Попова. Помощница уже ушла в сторону столовой, не став нас ждать, а я легонько толкнул Арсения в плечо, чтобы тот проснулся. (А): вставай, спящий гном. Он сонно отвернулся от меня, закутавшись с головой в одеяло. (А): Арсенииий, подъёёём. (Ар): отстань. (А): я к тебе ещё не приставал. Сейчас начну. Я встал с кровати и остановился перед ним, взял его за ноги и потянул на себя. Арсений резко сел и испуганно на меня посмотрел. (Ар): Антон! Что ты делаешь? (А): ну ты же сказал отстань, а я к тебе ещё не приставал. Сейчас вот пристал. (Ар): я спать хочу. (А): я тоже хотел когда-то, но ты затащил меня в столовую. Теперь моя очередь. (Ар): ладно-ладно, я встаю. Я отпустил его ноги и отошел от кровати, пока он вставал и поправлял себе майку. (Ар): идём? (А): конечно да. Я взял его за руку и быстрым шагом вышел из палаты. (Ар): ты так есть хочешь? (А): нет. (Ар): а куда ты так бежишь? (А): хочу пить и я устал сидеть. Он посмеялся и дальше молча продолжал идти за мной. Когда пришли, там уже был Лёня, мы подсели к нему за стол и Арсений залип куда-то. Мне стало интересно и я посмотрел в ту сторону, но увидел лишь женщину в слезах рядом с полицейским. (А): до сих пор разбираются... А кто это? (Ар): его мама. Она заметила нас и начала кричать Арсению. Мы втроем испуганно переглянулись, но неожиданно он встал из-за стола, бросая на нас короткий взгляд. (Ар): скоро вернусь. Попов ушел к ней и они начали о чем-то говорить. Она обняла его, но я не придал этому значения. Видимо ей просто нужна была поддержка, а он оказался лучшим вариантом. Когда нам поставили тарелки, я отодвинул свою, взял кружку с чаем и выпил только его. Дождавшись Арсения, мы с Лёней о чем-то болтали, а когда он закончил, решили разойтись по палатам. Идя по коридору Попов резко остановился и посмотрел в сторону. (Ар): Антон, ты один в палате посидишь? Я обернулся к нему и заторможенно кивнул. (А): да. А что? (Ар): мне нужно отойти кое-куда. Скоро вернусь. (А): хорошо. Я ушел в палату один, а он свернул в сторону лифта. **** Мне снова пришлось лежать на кровати, залипая в телефон, но меня снова отвлекли тем, что в палату зашли. Это была мама Арсения с той женщиной, они прошли и сели на кровать, не обращая на меня никакого внимания. Я сел и молча смотрел на них. (М.А): так жаль его.. (Ж): мне сейчас кажется, что это просто сон.. Что он живой, что он в реанимации.. Мама Арсения приобняла её за плечи, когда в палату зашел Попов. (Ар): мама, а вы не могли в коридоре подождать? Я здесь не один живу. Он посмотрел на меня и вздохнул, нервно теребя свои руки. (А): всё нормально, Арс. Арсений выдохнул, прошел и сел ко мне на кровать. Я был не против, мне стало так даже спокойнее. (Ж): знаете, а Никита тебя так любил.. Она снова заплакала смотря в сторону Попова. Он напрягся и посмотрел на меня, на мою реакцию. (Ар): это давно в прошлом... (М.А): Арсений. (Ар): зачем это сейчас обсуждать? Его мама укоризненно посмотрела на него, заставляя замолчать. От такого взгляда он смутился ещё больше и начал нервно подергивать ногой. Я заметил это, и подсел к нему ближе, затем незаметно, пока они не видели, положил свою руку на его коленку и слегка погладил. Он перестал ею дергать, посмотрел на меня и улыбнулся. (Ж): Арсений, а он подходил к тебе? Мы резко перестали улыбаться и я убрал свою руку как ошпаренный. (Ар): ну..он..подходил. Я заметил, как неловко ему обсуждать это при мне, поэтому встал с кровати и направился к выходу из комнаты. (А): я пойду погуляю. (Ар): хорошо. (М.А): извини, Антон, нам нужно многое обсудить. (А): да, я понимаю. Я вышел из палаты и пошел в сторону лестницы, намереваясь подняться на 4 этаж. Провел я там достаточно много времени, потому что смотрел то на ёлку, то на рыб. Когда ко мне подошел Арсений. Он сел на подоконник и устало выдохнул, смотря в одну точку. (А): сильно задолбали? (Ар): очень. Я сел на подоконник рядом с ним и смотрел куда-то в сторону. (А): а про что мама его говорила? (Ар): конкретнее. (А): ну, что он тебя любил. Он посмотрел на меня. Глядя на него, можно было заметить, какой он напряженный и уставший. (Ар): я не хочу об этом говорить. (А): просто странно прозвучало. Я думал, что вы ненавидите друг друга. И мама твоя обняла ту женщину... (Ар): ты долго думать об этом собрался? (А): это размышления. (Ар): я же сказал, что не хочу это ни обсуждать, ни размышлять, я даже думать об этом не хочу. (А): тебе сложно ответить на один вопрос? Он встал с подоконника и остановился напротив меня. У него слегка повысился голос и он звучал довольно грубо. (Ар): да, сложно. Было бы легко, я бы тебе на него ответил. Я нахмурился и тоже слез с подоконника, сокращая между нами этим самым расстояние. (А): ты мог бы не повышать на меня тон? (Ар): ах извините, у нас оказывается простая серьезность это повышение тона?! (А): это не простая серьезность. Сначала ты говоришь, что ненавидишь его, потом его мама нормально общается с твоей и я узнаю о какой-то там любви. (Ар): знаешь что? (А): что? (Ар): я не хочу разговаривать с тобой на эту тему сейчас. Поэтому мы её либо сменим, либо не разговариваем. (А): а я хотел это нормально обсудить. Он закатил глаза и снова посмотрел на меня с нескрываемым раздражением. (Ар): обсуждай с кем хочешь и что хочешь. Арсений развернулся и ушел к лестнице, оставив меня одного. Я сел обратно на подоконник с ногами, согнув их в коленях и даже не посмотрел в сторону лестницы.