Точка отсчёта

      Ночь пробралась в квартиру подобно хищному зверю. Быстро, бесшумно и до омерзения неожиданно. За окном громко завывал ветер, дождь барабанил по стёклам.       В полумраке холодной комнаты едва различим силуэт мужчины. Вот уже несколько часов он тщетно пытается уснуть, но уже такой привычный, липкий страх не даёт ему сомкнуть глаз.       Когда-то он любил ночь. Ему казалось, будто он ощущал её густой, непроглядный мрак своей кожей, как некое обещание. Неизвестность притягивала его.       Ему нравилось представлять, как кто-то прячется в тени коридоров, за тёмными тканями гобеленов, под балдахинами пустующих кроватей. Невидимый спутник, сопровождавший его в ночи.       Будто он не был так одинок.       Однако время бежало слишком стремительно, не оставляя и шанса сохранить этот островок вымышленного, сотканного кружевом воображения спокойствия.       Фантазии о существах, прячущихся в темноте сменились ужасом от мысли, что в ней можно разглядеть отвратительно-яркие, светящиеся красные глаза.        Но хуже всего — осознание, что тебе не показалось, что это не обман зрения и не разыгравшееся воображение.       Реальность стала слишком пугающей.       Драко уже привык засыпать с рассветом, когда демоны прошлого отступают, давая ему шанс на легкую передышку. Пара часов беспокойного сна, и вот он уже готов начать новый день, полный презрительных взглядов, пренебрежения и шепотков за спиной.       Новому обществу наплевать, что он, не щадя своей шкуры, зубами и ногтями выдирал себе и матери право на нормальную жизнь. Им плевать, что сам Избранный и их Золотая девочка с пеной у рта доказывали, что он невиновен. Плевать, что он помогал Ордену с самого начала.       Плевать. Плевать. Плевать.        Мистер Малфой, извольте засунуть ваше достоинство и гордость себе в задницу и изображайте раскаяние искреннее.

* * *

             Очередной день исправительных работ, очередные плевки в спину и осуждающие шепотки о том, как ему стоило поступать, от тех, кто трусливо прятал свою задницу где-то во Франции, ожидая, когда станет безопасно.       Малфой сидел на скамейке возле старенькой булочной, согревая руки о картонный стаканчик с дешевым чаем. Признаться, на вкус он был не так уж плох.       Сегодня тучная старушка миссис Мэл впихнула ему в руки пакет с чем-то аппетитно пахнущим, лепеча, что не может видеть, как её постоянный покупатель превращается в ходячий скелет.       Где-то снизу послышалось тихое поскуливание.       Драко нахмурился, отвлекаясь от мыслей. Возле его ног сидело нечто грязно-серое, взъерошенное. Абсолютно точно живое и голодное.       Волшебник тяжело вздохнул, раскрывая бумажный пакет. Кажется, придётся поделиться.       — Я дам тебе что-нибудь с мясом, и ты уйдёшь, — пробурчал он, протягивая кусок пирога своему неожиданному спутнику.       Однако серый сгусток пыли и грязи не сдвинулся с места, с важным видом подняв морду вверх смотря на прохожих.       С того момента щенок (Малфой точно слышал, как он однажды тявкнул) встречал его возле скамейки, активно помахивая хвостом.       Это стало их маленькой традицией, которой Драко, к своему неудовольствию, дорожил.

* * *

      Они были так похожи, два одиночества, нашедшие друг друга на окраине идеального мира.       Миссис Мэл иногда присоединялась к ним, молчаливо наблюдая за проходящими пешеходами.       — Ты уже придумал ему имя?— спросила женщина однажды, почесывая щенка за ухом.       — Это не моя собака.       — Этот малыш так не считает. Он всегда ждёт именно тебя.       — Он ждёт не меня, а еду,— буркнул Драко, игнорируя трущегося о его ноги пса.       Миссис Мэл посмотрела на него, как-то странно улыбнувшись. Попрощавшись, поспешила обратно в пекарню.       Если быть предельно честным, он даже немного проникся к этому зверю.       Наверное, дело в этом забытом ощущении, что ты кому-то действительно нужен.

* * *

      Нарцисса читала ему перед сном книги о сильных драконах, о рыцарях в блестящих доспехах. Она говорила о птицах, сидя с ним в беседке и разглядывая голубое небо.       — Кого ты там ищешь? — спрашивал он, хмуря брови и щурясь от яркого солнца.       Удар. Очередной. Острая боль прошибает где-то под рёбрами. Из горла вырывается задушенный хрип.       — Чистокровное отродье.       —Я смотрю на птиц,— с мягкой улыбкой отвечала она.       — Они летают та-ак высоко,— он высоко поднимал брови, а затем хмурился.— мамочка, а я смогу летать так же?       Он чувствует плевок в лицо. Главное не шевелиться, не сопротивляться. Так это быстрее наиграется, насладится своим триумфом.        Толкнуть Малфоя в безлюдный проход, ударить со спины, не удосуживаясь снять свой капюшон. Именно так поступают борцы за справедливость сейчас.       Она мягко смеялась, прижимая его к себе.             —Ты будешь летать выше всех, мой Дракон.       — Таким, как ты, здесь не место. Лучше бы тебе здохнуть прямо здесь, вшивый ублюдок.       Удар ногой в живот. Ещё один. Кажется, ему уже мерещится тихое рычание. Драко зажмуривает глаза, надеясь, что всё закончится быстро.       Громкий визг где-то слева заставляет его вздрогнуть и распахнуть глаза, осмотреться.       Человек в капюшоне с громкими ругательствами пытается оторвать от штанины нечто грязно-серого цвета. Берёт за загривок барахтающееся, рычащее нечто и отбрасывает в стену. Слышится глухой звук удара и писк. Драко зажмуривается, съёжившись.        Человек уходит, напоследок пару раз пнув лежащего на грязной земле волшебника.       Малфой считает до ста, прежде чем решается вновь открыть глаза. Медленно поднимается на локтях.       Тело ноет. Хочется сжаться в комок, спрятаться от пронизывающей каждую клеточку боли, позвать маму, наплевав, что ты уже давно не ребёнок.       Но тихое, такое знакомое поскуливание не даёт ему провалиться в беспамятство прямо здесь. Он не дошёл совсем немного до их скамейки, два здания до этой чёртовой булочной.       Подползая на четвереньках к лежащему щенку, Драко судорожно выдыхает. Проводит рукой по шерсти, боясь причинить боль, ощутить вязкую кровь под пальцами.       — Какой же ты маленький дурак,— хрипло шепчет он, ощущая, как подбородок начинает дрожать.        Щенок скулит, отчаянно тыкаясь носом в его ладонь, будто ища защиты, помощи, которой Драко не может дать.       Малфой плохо помнит, как нашёл в себе силы, чтобы встать и дойти до миссис Мэл вместе с щенком на дрожащих руках.       Как шмыгая носом просил её дать доступ к камину. Как захлебываясь в рыданиях повторял этому грязному комку шерсти, что поможет, что всё пройдёт, нужно только потерпеть. Будто животное вообще могло его понять.       Тем вечером Драко потратил большую часть своих заживляющих зелий и мазей, прежде чем смог кое-как подлечить их обоих.       Однако он навсегда запомнит ту ночь, когда они сидели вдвоём в его белой ванной, грязные и измученные, избитые отбросы этого чистого нового общества. И если раньше для Малфоя не существовало выбора, то сейчас он мог изменить хоть что-то.       Им необходимо было держаться вместе.       — Нам обоим нужен душ, да, приятель? — сипло проговорил он, глядя на сидящего напротив щенка, давно переставшего скулить. Теперь с интересом осматривающего комнату.       Тот склонил голову набок, будто действительно пытался понять, о чем его спрашивают.       — Посмотрим, какого ты на самом деле цвета.       Помыть щенка оказалось проще, чем затащить его в ванну. У этого шерстяного комка, как оказалось, были острые клыки и чёткая позиция против чистоты. Но он ещё не знал, с кем связался.       Спустя полчаса рычаний, укусов, ругательств и проклятий, щенок, опустив уши и приняв самый драматичный вид, стойко терпел, пока Драко отчаянно пытался отмыть его от грязи, брезгливо морщась и громко вздыхая.       — Я думал, это пятна грязи,— пробормотал блондин, вытирая пса полотенцем.       Щенок громко тявкнул и, завиляв хвостом, бросился на полотенце, перетягивая его зубами на себя.       — У меня их не так много, веди себя прилично,— возмущенно шикнул Малфой, отбирая несчастный кусок ткани.

      * * *

      Человек — странное создание. Едва ли можно найти кого-то, кто был бы так же одержим выполнением ряда порой совершенно бесполезных действий в погоне за мнимым спокойствием и ощущением собственной значимости. Гордо именуя это привычкой.       Драко любил ночь. И ненавидел её одновременно. Благодаря Рэю он постепенно перестал в панике открывать глаза и осматриваться, стоило раздаться какому-то звуку.       Он перестал опираться на свои чувства, вверив собственную безопасность собаке (Люциус, абсолютно точно, был бы вне себя от восторга).       И это было правильным решением.       Рэй спал в его ногах чутко, не рычал и не лаял без причины, чем позволял ему расслабиться и наконец провалиться в небытие, перестав изнурять себя тревожными мыслями.       Драко быстро познал все прелести жизни с этим облаком шерсти. Начиная ранними подъёмами, включающими самый жалостливый и голодный взгляд, который только могла изобразить маленькая собака, и заканчивая бесконечным обнюхиванием каждого куста во время их прогулок.       — Ты уже пробовал обучить его чему-нибудь?— как-то невзначай спросил Тео, почёсывая Рэя за ухом, пока тот пытался отгрызть шнурки на его толстовке.       — И как ты себе это представляешь?— Драко поморщился, вспоминая неудачную попытку доказать псу, что вытаскивать его вещи из шкафа и спать на них в его отсутсвие — плохая затея.       — У маглов есть куча книг на любой случай жизни.       Рэй перестал жевать несчастные шнурки и улёгся на колени Теодора, тяжело вздохнув.       — Пособия о том, как договориться с животным? Звучит как полнейший бред.       — О, поверь, ты удивишься, как много всего этот малыш может научиться делать.

* * *

             Кто бы мог подумать, что сам Драко Люциус Малфой будет стоять в магловском книжном магазине, нервно переминаясь с ноги на ногу, судорожно ища глазами стеллаж с дурацкими пособиями по воспитанию собаки.       Может, Нотт просто решил пошутить над ним? Всё это похоже на какой-то сюр.       Драко нервно выдохнул и уже было решил послать к чертям эту нелепую затею, когда к нему подошёл приветливого вида консультант.       — Я могу Вам чем-нибудь помочь?       Блондин почувствовал, как вспотели руки. Давай же, спроси его. Если опозоришься — то больше никогда здесь не появишься и подольёшь Нотту в чай пару капель Слабительного зелья.       — Сэр?— улыбка консультанта становилась всё более натянутой. Кажется, он слишком долго молчит.       Давай, скажи ему, только не облажайся.       — Собаки… Мне, эм, нужны книги для собак,— Драко мысленно чертыхнулся.       — У нас есть рассказы о собаках для детей, если Вы об этом,— начал он, указывая в сторону детского отдела.       Малфой набрал побольше воздуха в лёгкие.       — Мне нужны книги о том, как воспитывать собаку. Щенка,—выпалив это, волшебник отвёл взгляд, ожидая, что ему в лицо сейчас рассмеются или вовсе посчитают его каким-то сумасшедшим.       — А, Вы об этом,— Драко опасливо покосился в сторону консультанта.— Идёмте, я покажу.       

* * *

      Учить Рэя оказалось довольно занимательным делом.       Пёс схватывал всё буквально на лету, особенно ему нравилось приносить Малфою какие-либо предметы. В ход шли ботинки, пустые склянки из-под зелий и даже волшебная палочка, которую Рэй буквально бросил в лицо Драко, когда тот, крича, проснулся от очередного кошмара.       Пёс буквально сходил с ума, стоило блондину разозлиться, пораниться или испугаться. Он сразу же принимался метаться по квартире, судорожно ища что-то, что можно принести хозяину, думая, что это поможет, порадует его.       Рэй мог бы стать собакой - спасателем, но пока лишь научился по команде приносить баночки с зельями, которые теперь были предусмотрительно выставлены для него на невысокой тумбочке.