Точка отсчёта

      В комнате пахло розмарином и полынью. Запах был таким густым, что при каждом вдохе казалось, он оседает где-то глубоко в лёгких. Гермиона медленно открыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Она лежала на странном подобии кровати, накрытая цветастым покрывалом.       — Она очнулась,— послышался странно знакомый голос.       Гарри оказался возле неё в считанные секунды.       — Что происходит?— сипло выдавила Грейнджер, пытаясь подняться.       В глазах потемнело, и ей пришлось несколько раз поморгать, прежде чем зрение вернулось.       В маленькой бревенчатой хижинке собрались знакомые лица, застыли в неловких позах, будто не зная, куда себя деть.        Чувствуя неприятное покалывание от пристального взгляда, Грейнджер присмотрелась к стоящей возле камина фигуре.       Невысокая девушка с длинными иссиня-чёрными волосами ехидно улыбалась ей, помахивая кинжалом. Было в ней что-то знакомое.       Гермиона сначала нахмурилась, а затем удивлённо охнула.       — Паркинсон?       — А ты кого ожидала увидеть, Грейнджер?— усмехнулась Пэнси.       Ходили слухи о том, что семья Персефоны покинула Британию незадолго до Финальной битвы.        Одни говорили, что Паркинсоны сбежали во Францию, когда поняли, что у их Лорда и Пожирателей нет шансов. Другие утверждали, что вся семья была казнена за предательство и саботаж.       И вот Пэнси стоит прямо перед ней, живая и всё такая же надменная.              Почему никто не удивлён так же сильно, как она? Что, чёрт возьми, здесь происходит?       — Как ты себя чувствуешь?— спрашивает Гарри.       Гермиона прищурилась, пытаясь восстановить недавние события. Лес. Лезвие. Порез. Темнота. Пэнси Паркинсон.       Негодование и гнев клокотали в ней, грозясь разрушить все мысленные преграды.       — Ты,— вышло сипло, на уровне шёпота.       — Гермиона, не надо,— начал было Поттер, но она остановила его жестом, сверля взглядом ехидно улыбающуюся ведьму.       — Ты отравила меня?       Пэнси прыснула.       — Я уже забыла, как смешно ты бесишься,— улыбнувшись, она подмигнула ей. Гермиона опешила, осовело моргая.— Я выбрала бы более изящный способ тебя достать.       Дверь в хижину распахнулась. В комнату ввалился высокий светловолосый парень в потрёпанной одежде.        Очаровательно улыбнулся Дафне, деловито кивнул Пэнс, и, наконец, повернулся в сторону Гермионы.       — Птичка проснулась,— весело протянул он и широко улыбнулся ей, обнажив клыки. Голубые глаза опасно блеснули.— Как себя чувствуешь? Усыпляющий эликсир явно пошёл тебе на пользу.       Грейнджер возмущенно поджала губы, мысленно готовясь произнести тираду и наслать на этого нахала парочку сглазов.       — Ты зря выбрал её, Джеймс,— почти пропела Пэнси, издевательски улыбаясь.— Я слышала, она смогла оседлать дракона.       — Похоже, он был слепым на оба глаза, раз не смог заметить её,— парень в два шага сократил расстояние между ними. Нагло схватил сидящую на кровати девушку за подбородок и осмотрел шею.       Гермиона, чувствуя, как магия начала потрескивать на кончиках пальцев, сжала руку в кулак. Раздражение перетекало в обжигающую ярость.       Дверь снова скрипнула, и в помещение ввалился Малфой. Свитер растянут, на скуле алеет ссадина. Ледяной взгляд устремляется в сторону Джеймса.       — Убери от неё руки,— почти рычит.       В ответ — смешок.       Грейнджер возмущённо сопит, переводя взгляд с одного парня на другого.        Какие же идиоты.       Взмах руки. В комнате раздался хлёсткий звук пощечины.       Джеймс медленно отодвигается от неё, и, приложив ладонь к пострадавшей щеке, самодовольно ухмыляется. Гермиона упрямо вздёргивает подбородок вверх.       — Не приближайся ко мне, если хочешь сохранить все свои конечности,— она вскакивает с кровати и подходит к Пэнси.— Какого чёрта здесь вообще происходит?

* * *

      Незаметно пробравшийся вечер багрянцем окрасил траву.       Группа волшебников молчаливо сидела возле пламени потрескивающего костра.       Дафна расположилась на расстеленной простыне, опустив голову на плечо Пэнси, что-то тихо той рассказывая. Губы Паркинсон слегка подёргивались в подобии улыбки, когда она отвечала подруге.       Гермиона сидела напротив, вперив взгляд в огонь, пока Тео делал наброски в альбоме.        Драко, всё ещё не залечивший ссадины, задумчиво поглядывая на кудрявую волшебницу, так упрямо не замечавшую его.        Гарри и Джеймс сидели слева, о чём-то негромко переговариваясь.       Симонс хмурился, ломал ветки и бросал их в костёр.        Харрисон выбил себе время для сна в хижине Пэнс, причитая, что они всё равно не делают ничего полезного.        — Как вы оба здесь вообще оказались?— не выдержав, спросила Грейнджер.       Пэнси стрельнула в неё взглядом.       — Так вы ни черта не знаете?— Паркинсон заправила прядь волос за ухо, проверяя, как много людей обратило на неё внимание.— Попасть сюда было привилегией для особенных, не так ли, Драко?       Малфой стиснул зубы. Гермиона нахмурилась. Это уже интересно.       — Мы были теми детьми, которые выиграли счастливый билет в лучшую жизнь, как тогда казалось,— грустная улыбка коснулась её губ.— Лорд умел убеждать, а мои родители не слишком сопротивлялись.       — Возможность стать лучшими из лучших,— кивнул Джеймс, подхватывая разговор.— Сильнейшей частью его армии.       — Они называли это «Пандорой»?— вклинился Гарри.       — Вроде того. Звучит ужасно старомодно для злодейского плана,— пожала плечами Пэнс.— Это место должно было стать козырем для его оглушительной победы над Орденом.              — Но что-то пошло не так? Что вы должны были сделать?— подтолкнула Гермиона.       — Не совсем правильный вопрос, птичка,— лицо Джеймса ожесточилось.— Не мы должны были сделать. Нас сдали сюда как расходный материал, жалких подопытных крыс.       Рука Пэнси неконтролируемо потянулась к шее, пальцы накрыли темный уродливый шрам.       — Предполагалось, что чистая кровь лучше перенесёт слияние,— голос Паркинсон звучал отрешённо.— Для каждого «избранного» — свой набор.       — Что всё это значит?— буркнул Симонс, исподлобья глядя на девушку. Та несколько раз очертила линию зарубцевавшейся кожи, прежде чем ответить.       — Переливание. Нас накачивали кровью русалок, единорогов и чёрт знает кого ещё.       — И вы вдвоём единственные, кто выжил?— неверяще поморщился Поттер.       — Конечно же нет,— фыркнул Джеймс.— Но чистка прошла знатная.       Некоторые умирали в агонии, раздирая собственную кожу в мясо. Кто-то сходил с ума, начиная издавать животные звуки и бросаться на остальных. Кому-то повезло больше, и они умирали тихо, во сне.       Удачных экспериментов оказалось гораздо меньше, чем планировалось. Из сотни их осталось около двадцати. Еле живых уродов, чьим долгом было выполнять приказы полоумного болтливого старика с манией величия.       Гермиона пристально разглядывала Джеймса, ища хоть какие-то доказательства на его коже.       — Не мог же я показаться вам в таком виде, птичка,— невесело хмыкнул он и провёл рукой, рассеивая Маскирующие чары. Секунда. Послышался громкий выдох Дафны.       На Гермиону смотрел всё тот же наглый парень, что полоснул её отравленным клинком этим утром.       Светлые блондинистые волосы поблёкли, став пепельно-серыми, а некогда красивые голубые глаза теперь напоминали змеиные. Ярко-зелёную радужку разрезал вертикальный зрачок, сокращающийся до тоненькой, едва различимой полосы.       — Нравится?— саркастично улыбнулся он.— Зато я вижу вас даже под чарами невидимости.       Все вопросительно уставились на Паркинсон. Она слегка сгорбилась, беспомощно глядя на Джеймса. Тот ободряюще улыбнулся ей и поспешил сменить тему разговора.        Её время ещё не пришло.

* * *

      Поход к поселению было решено отложить до утра. На этом настояла Пэнси, пообещав всё рассказать позже и спешно удалилась в хижину, откуда чуть позже пулей вылетел полусонный и злой Харрисон.       Эту ночь они вынуждены были вновь провести в жутко неудобных палатках.       Дафна ушла в хижину, оставив Гермиону одну.       Она долго ворочалась. Мысли о сегодняшнем дне не давали ей расслабиться.       Если Пэнси и Джеймс не единственные удачные эксперименты — где же все остальные? Насколько опасны они для общества и при чём здесь мирное поселение, до которого они так и не дошли сегодня?       Слишком много информации свалилось на них за этот день.       Гермиона с трудом отгоняла от себя мысль о том, что стало бы с ними, окажись эксперимент успешным? Любое промедление в поиске крестражей могло стать решающим.       Девушка перевернулась на спину, раздражённо выдохнув.       Как много людей знало об этом плане? Разве шпионы Ордена не должны были рассказать об этом? Может, всё это просто чья-то неудачная шутка?

* * *

             Промозглое утро нового дня не предвещало ничего хорошего. Хотелось плотнее закутаться в спальный мешок, а мысль о том, чтобы высунуть нос из палатки и вовсе казалась кощунством.       Пэнси вышла к ним в длинном чёрном платье, едва доходящим до щиколоток. В волосы были вплетены нарциссы.       — Хватит пялиться,— цокнула она, скрестив руки на груди. Драко, не сдержавшись, прыснул в кулак, отчего был удостоен испепеляющим взглядом.       Джеймс вручил им невзрачную, неумело сшитую одежду. На все вопросы лишь пожимал плечами и раздражённо вздыхал, поторапливая, пока их небольшая группа пыталась переодеться.       Гермиона не могла отделаться от мысли, что ей одной здесь что-то не договаривают.       Все вели себя так спокойно, будто весь этот фарс был ничем иным как прогулкой по Центральному парку во время выходных.

* * *

      Где-то на середине пути к поселению Паркинсон наконец заговорила.       — Ведите себя тихо,— приказным тоном сказала она.— Я не стану вытаскивать ваши задницы, если что-то пойдёт не так.       По мере приближения к деревушке, Гермиона начала замечать, как жители суетливо выбегали из своих домов. Кто-то нёс в руках большую плетёную корзину, кто-то спешил, таща под мышкой свёрток. Дети с огромным азартом носились по дорогам, выискивая камни и палки.       Всё это казалось таким странным и диким, пока Грейнджер не поняла причину их спешки.       Завидев Пэнси во главе приближающейся процессии, люди наконец сгрудились, образовав некое подобие полукруга, вооружившись припасёнными вещами как щитом.       Паркинсон взмахом руки остановила их нестройную процессию.       Гермиона заметила едва уловимое дрожание её рук, прежде чем та выпрямилась и неспешно подошла к жителям.       Они кланялись, протягивали ей корзинки, свёртки, еду. Маленькая девчушка, трепеща от волнения и страха, протянула ей букетик полевых цветов. Пэнси еле заметно улыбнулась ей и аккуратно забрала букет из дрожащих ручек ребёнка.       Их группа стояла, едва шевелясь, наблюдая за странными подношениями, которые длились едва ли дольше получаса.       Джеймс достал палочку из импровизированной кобуры, взмахнул ей, левитируя подношения, чем вызвал благоговейные вздохи толпы.       Гермиона чувствовала, что готова вот-вот взорваться от клокочущего внутри негодования и злости. Что они, Мерлин их дери, творят?       Джеймс, заметив её взгляд, лишь усмехнулся и подмигнул ей.       

* * *

      — Вы нарушили Статут секретности,— начала Гермиона возмущённо, стоило им пройти последние домики на окраине поселения.— Заставили маглов отдать вам еду,— поморщилась она, глядя на закатившую глаза Паркинсон.— Что дальше? Заберёте их детей и сделаете их своими рабами?       На последнем слове её голос сорвался до крика. Ехидная улыбка Пэнси погасла. Брови нахмурились, а глаза, казалось, вспыхнули. Дафна и Джеймс тут же оказались возле неё, бормоча что-то неразборчивое.       Гарри неловко дёрнулся, будто желая схватить Гермиону и заставить молчать. Послышались неловкие покашливания Харрисона и Симонса.        Девушка высоко задрала подбородок, готовясь к ответным действиям Паркинсон.        Давай же, рассскажи всё, что ты знаешь.       Тео приобнял Грейнджер за плечи, намереваясь что-то прошептать, когда затянувшееся молчание прервал шорох чьих-то шагов.       Белокурая девчушка, подарившая Пэнси цветы, решительно бежала в её сторону. Резко затормозив в нескольких метрах от них, девочка отдышалась.              Паркинсон улыбнулась ей и, жёстко схватив Грейнджер за запястье, потащила ту за собой.       — Джеймс, уведи их домой, — Пэнси перевела взгляд на сопящую от недовольства ведьму.—Мы с Гермионой догоним вас позже.       Джеймс едва слышно ругнулся и неспешно двинулся в сторону леса. Грейнджер обернулась, ловя на себе пристальный взгляд серых глаз. Малфой слегка наклонил голову вбок, будто подбадривая её.       Поттер хлопнул Драко по плечу и подтолкнул того двигаться.       Тео махнул ей рукой и поспешил догнать Джеймса и Дафну, которые уже успели скрыться за деревьями.       — Здравствуй, Агата,— голос Пэнси был таким мягким и искренним, что Гермиона невольно нахмурилась.       — Мисс… То есть… Мисс Персефона,— сбивчиво начала та.— Вы помните… обещали мне, что если с Марком что-то…— губы девочки задрожали.       Сердце Гермионы сжалось. Она беспомощно взглянула на всё ещё сжимающую ее руку Пэнси. Та заметно побледнела, на мгновение зажмурилась. Её ногти больно впились в кожу Гермионы. А затем, словно с трудом преодолев себя, Пэнс грустно улыбнулась и выпустила руку Грейнджер, наклоняясь к Агате.       — Пойдём, дорогая,— ласково проговорила Пэнси, протягивая руку девочке. Та с немым трепетом схватилась за неё.— Ты уже всё приготовила?       Агата утвердительно кивнула и неловко дёрнулась, призывая Паркинсон следовать за ней.       Дурное предчувствие сажей осело в груди, когда Гермиона взглянула на кровавые подтеки в форме полумесяцев на своей руке и двинулась за Пэнси и Агатой.

* * *

      Девочка привела их к маленькому озеру, скрытому от посторонних глаз ветвями накренившейся ивы. Закат догорал, отбрасывая алые лучи на мутную гладь воды.       Агата отпустила руку Пэнси и побежала к иве. Наклонившись к траве, она тихо всхлипнула. Медленно подняла что-то с земли и наконец повернулась.        В её руках был венок из белых цветов.       Гермиона нахмурилась, пытаясь вспомнить, где же она их видела, пока Агата, беззвучно рыдая, медленно шла в их сторону.       Руки Пэнси дрожали, вся её фигура, казалось, съёжилась, уменьшилась от сдерживаемого чувства. Но какого?       Агата протянула брюнетке венок. В одно мгновение взгляд девочки, до этой минуты наполненный болью и скорбью, сменился на слишком серьёзный. Слишком спокойный для ребёнка.       Стоя чуть поодаль, Гермиона едва уловимый шёпот девочки, просьбу о том, чтобы о Марке позаботились, не оставляли одного.       Она вспомнила, что это за цветы. Асфодель.       — Он всегда боялся… когда никого не было рядом. Он не должен быть один.       Стало горько.       Пэнси наклонилась и что-то прошептала Агате. Слегка обняла её и, достав из своей прически нарцисс, протянула его девочке. Та закивала, как сломанная кукла, не отводя взгляда от венка.       Паркинсон выпрямилась и подошла к берегу озера. Венок вспыхнул. Она выпустила его из рук.       Охваченные пламенем цветы чернели и съёживались.       Агата бросилась к Гермионе, больно врезаясь в её бедро. Обхватила её ногу ладошками и громко заплакала.       Грейнджер судорожно гладила девочку по волосам, совершенно не замечая, как шепчет какие-то глупые слова о том, что всё будет хорошо.       Обгоревшие части венка скрылись под мутной водой.

* * *

      До начала деревушки они добрались в молчании. Агата больше не плакала. Её взгляд не выражал ничего, кроме безнадёжного принятия.       Она лениво кивнула Гермионе, благодарно сжала подол платья Пэнси и, спрятав в кармане платья подаренный цветок, побежала домой.       Девушки проводили её взглядами, а затем направились в сторону леса. Им предстоял долгий разговор.       Если так здесь выглядели похороны, то почему никто не пришёл? Что произошло с Марком?       — Он был обскуром,— начала Паркинсон, будто прочитав её мысли.— Их здесь не любят. Яксли постарался.       Паркинсон рассказала Гермионе о том, что ей было известно.        Волдеморт использовал не только чистокровных волшебников. Было поймано несколько сотен сквибов. Они были не так ненавистны, как маглы, ещё и поддавались действию Империуса. Отличный расходный материал.        Яксли был одним из тех, кто устраивал им промывку мозгов. Им внушали, что Тёмный Лорд — некое божество, способное покарать их за непослушание. Сквибы отстроили несколько деревень, неподалёку от зданий, где проводились эксперименты.       Чтобы избежать конфликтов, им внушили, что обскуры — ничто, болезнь в их и без того не слишком здоровом обществе. Так было проще отнимать детей у родителей и не иметь рисков быть прирезанным во сне после.       Паркинсон утверждала, что знает немного об их обязанностях, но Гермиона готова была биться об заклад, что та просто не хотела вываливать сразу слишком много информации и фактов.       — Когда мы с Джеймсом и остальными сбежали, здесь никто не хотел нам помогать,— продолжила она.— Тогда пришлось импровизировать.       — Вы угрожали им?— неверяще спросила Гермиона.       — Что ты, Грейнджер, Слизерин научил меня быть более изящной,— едва заметно хмыкнула Пэнс.— Все эти люди жаждали преклониться перед своим богом, который, как оказалось, давно пал. А я дала им эту возможность. Моя защита взамен на их еду, одежду и всё прочее, что причитается божествам.       — Персефона… и как же они в тебя поверили?       — О, поверь, тебе лучше не знать,— ехидно улыбнулась Пэнси.       Гермиона поёжилась, вспоминая об Агате.       — Что они сделали с Марком?       — Ничего,— пожала плечами Паркинсон,— в этом-то и дело, что ничего.— она виновато оглянулась назад.— Если бы я могла… поверь, Грейнджер, я бы сделала всё, что в моих силах, чтобы спасти его. Но сейчас… Сейчас я могу лишь дать частицу спокойствия его маленькой, но живой сестре. Неизвестность пугает. Так пусть она думает о том, что я забочусь о её брате.       — Ты ведь понимаешь, что обманываешь её?— Гермиона неловко дёрнула рукой, указывая в сторону деревни.       — Да, но если этот обман сохранит её детство и психику, то я готова рискнуть.

* * *

      Узкая тропинка петляла между деревьями, простиралась вдоль маленькой прозрачной речушки. Прохладный вечерний воздух приятно холодил кожу.        Гермионе и Пэнси удалось догнать своих друзей ещё до того как стемнело.       Они шли не так долго, как уже успела себе представить Гермиона, когда Джеймс упомянул об их временном доме.        Лагерь — это место волшебница не могла назвать иначе — встретил их шумом разговоров и нестройным дуэтом гитары и флейты.        Немного позади него раскинулись самодельные палатки, сотканные из совершенно не сочетающихся между собой по цвету лоскутов ткани. Глиняные и жестяные миски, явно кем-то неумело трансфигурированные, одинокой горкой лежали возле самого большого шатра.       Кажется, всё здесь кричало о том, что жителям этого места в какой-то момент пришлось выживать. И они успешно с этим справились. Пусть и выглядело всё плачевно.       Грейнджер удивлённо огляделась. Вокруг небольшого костра сидела кучка диковато одетых волшебников. Они едва ли выглядели удивлёнными появлением незнакомцев.       — Много же вас здесь,— тихо пробормотал Тео.       — Там было ещё больше,— пожал плечами Джеймс.              Одна из сидящих тут же вскочила со своего места и понеслась в их сторону. Пепельные волосы блеснули в свете пламени костра.       — Ну и где же вы были так долго?— возмущённый тон этой хрупкой невысокой девушки заставил Гермиону хмыкнуть. Сколько ей, пятнадцать?       — О, Грейнджер, увидела своё отражение?— ехидный шёпот Малфоя заставил её закатить глаза. Слева послышался сдавленный смешок Гарри, который тут же отвёл глаза, стоило ведьме взглянуть на него.       — И кто все эти?— возмущенно подняв брови, спросила девушка, брезгливо указывая пальцем в сторону их компании.       — Аша…— начал было Джеймс, но девушка шикнула на него, отворачиваясь.       — Впрочем, неважно. Тащите всё, что принесли туда,— она указала на покосившуюся палатку, возле которой стояла груда посуды.       Пэнси отмахнулась и поспешила к костру, игнорируя возмущённое бормотание Джеймса.        Харрисон последовал за ней, подзывая к себе Симонса.              Малфой и Тео отлевитировали вещи и присоединились к Паркинсон.       Гермиона стояла неподвижно, пристально глядя на Гарри. Тот беспомощно поглядывал то на неё, то на ехидно улыбающуюся Дафну.       — Почему ты не сказал мне о том, что знаешь?— опустив плечи, огорчённо покачала головой Гермиона.       — Ты была так зла, что мы решили отложить разговор до более подходящего момента,— толкнув локтем в бок Поттера, ответила за него Дафна.       — Я сорвалась на Паркинсон только потому, что не знала…       — Зато тебе не пришлось притворяться, что ты хочешь с ней поладить,— пожала плечами она.— Честность не всегда должна быть чем-то приятным.

* * *

      Сидя на своей куртке возле костра, Гермиона раз за разом прокручивала в голове события сегодняшнего дня. Потоки новой информации обрушились на её сознание так стремительно, что она толком не успела ничего понять.       Ещё пару дней назад они с Тео соревновались, выставляя гипотезы, одна абсурднее другой, воспринимая это дело как некую игру, пережиток прошлого. И вот сейчас она сидит в окружении тех, кто стал невольным участником этой мрачной истории.       Аша, или Атрия Розье, некогда известная в чистокровных кругах Франции, сидела напротив неё, болтая босыми ногами. Сквозь некогда бархатистую светлую кожу девушки пробивались голубые чешуйки.       Лео, кудрявый парень с пронзительными серыми глазами, улыбался ей такой яркой мальчишеской улыбкой, когда она неловко пыталась предложить ему свою компанию.       Гермиона честно старалась не пялиться, но любопытство брало верх, и она всё чаще ловила себя на разглядывании собеседника в поисках отпечатков этой неприятной истории.       Среди прочих людей, имена которых Грейнджер почти сразу забыла, был Симус Финниган. Гарри, завидев его, поспешил улизнуть от разговора с Гермионой, утаскивая бывшего школьного товарища к костру. Ведьма поймала себя на лёгком чувстве дежавю. Совсем как в Хогвартсе. Мальчишки.       Некогда шкодливый, неловкий Симус, предстал перед ней задумчивым и мрачным волшебником, чьё лицо и шею украшали длинные шрамы, так похожие на те, что оставил Сивый Чарли Уизли.       Задумчиво перебирая струны на гитаре, и отрешённо поглядывая на рисующего под боком Тео, сидел парень, имя которого Грейнджер так и не смогла запомнить. Рик? Рин? Кажется, всё-так Рик.       Дафна, как приклеенная, не отходила от Пэнси ни на шаг.       Атрия, казалось, наслаждалась повышенным вниманием к своей персоне, громко хохоча над шутками Харрисона и кокетливо улыбаясь Малфою, что так долго. Слишком долго улыбался ей в ответ.       Грейнджер невольно фыркнула и отвела взгляд. Кто-то еле ощутимо коснулся её плеча.       — Не хочешь потанцевать, птичка?— хитро улыбнулся Джеймс.       Гермиона вопросительно приподняла бровь.       — Сомнительное предложение,— ответила она, невзначай кивая в сторону Рина-Рика.       Джеймс обворожительно улыбнулся ей и окликнул девушку с короткими серыми волосами. Тею. Кажется. Та толкнула в плечо Рина-Рика, что-то сказала тому и, подняв лежащую возле ног флейту, принялась играть незатейливую мелодию.       Гермиона закатила глаза и поднялась, принимая предложение Джеймса. Тот резко притянул её к себе, опуская свою ладонь ей на талию.       — Это не благотворительный бал, так что будь добр, убери свои руки,— улыбнулась она, впиваясь ногтями в его плечо.— Пожалуйста.       Джеймс лишь прикусил губу, начиная двигаться.       К их неловкому подобию танца, больше похожему на безуспешные попытки оттоптать друг другу ноги, присоединилась хохочущая Аша, каким-то немыслимым образом заставившая Малфоя участвовать в этом фарсе.       Музыка становилась активнее. Гермиона краем глаза заметила, как Лео, застенчиво улыбаясь и поправляя вечно спадающие на лоб кудри, протягивал руку Дафне.       Атрия перехватила руку Гермионы, кружа её и заливисто смеясь. Когда Аша потянула Грейнджер на себя, намереваясь что-то прошептать, её руки перехватили, разворачивая. И вот она уже недовольно препирается с Драко Малфоем, который своим долгом посчитал упомянуть, что у неё в волосах застряло несколько веток.       Джеймс вернул её себе как раз в тот момент, когда Гермиона заметила, как Пэнси тащит в их импровизированный круг смущённого Поттера.       — У меня есть к тебе предложение, птичка,— он наклонился к её уху. Горячее дыхание опалило кожу, мгновенно покрывшуюся мурашками.— И ты точно не сможешь от него отказаться.